Зверь Гугу сердито фыркнул и убежал, опустив голову.
И, конечно, он не забыл прихватить с собой плод своего труда — травинку еще сияющей «Серебряной звезды».
Мутировавший тип, товар высшего качества, пусть ее малые размеры не вводят вас в заблуждение — при продаже он способен принести неплохую прибыль.
Разумеется, в крохотной головке зверька в принципе не существовало понятия человеческих денег.
Он лишь думал, что новая трава сверкает и выглядит прекраснее прежней.
Однако для их зубов она казалась слишком жесткой.
Только несколько дней назад, в день с сильным ветром, Гугу посчастливилось найти один обломанный стебель, который он потом притащил в свое гнездо. Теперь оно сверкало и притягивало любопытные взгляды, а соседи из соседнего куста даже попытались стащить диковинку.
Их поймали с поличным и единодушно прогнали.
Что было крайне похвально.
Даже для таких обитающих в ночи существ блестящие вещи имели свою привлекательность.
Вот и в этот раз, заметив, как гигантское создание катается по земле и ломает множество травинок, они с превеликим усердием принялись за сбор оставшихся мелких стеблей!
Не только он сам, но и другие звери Гугу один за другим подбегали к громадному созданию и лапками выгребали из-под него мелкие травинки.
Их можно было бы назвать храбрецами, однако это было бы далеко от истины.
Как травоядные животные небольшой группы, они пугались и прятались при малейшем движении.
Но и назвать их тру́сами было нельзя, раз в тот момент они осмелились собраться вокруг свирепого чудовища и украсть у него «траву для гнезда».
Это мимолетное действо не привлекало особого внимания Бай Мусина. Он был серьезен и сосредоточен, аккуратно ухаживая за шерстью Инь Ю и неотрывно следя за каждым своим движением.
К тому же, он находился на такой гигантской высоте. Как он вообще должен был заметить тех крохотных созданий, прячущихся в траве?
Инь Ю, тем не менее, заметил.
Поначалу он решил, что там только один зверек, и не придал этому значения, а потом их стало становиться все больше и больше.
Весьма коварно.
Каждый из них имел четкое намерение: подойти и унести их траву, а некоторые даже осмеливались схватить несколько стеблей. Их дерзость просто не знала границ.
Это что, грабеж?
Инь Ю теперь многое понимал и, естественно, знал, что мутировавшая трава «Серебряная звезда» представляла собой большую ценность.
Он подсчитал это и вдруг ощутил сильную досаду: все это было их общей с Бай Мусином собственностью.
Его подмывало встряхнуть шерстью, зарычать и прогнать прочь этих маленьких жадных бестий.
Однако из-за Бай Мусина, тщательно вычесывающего каждый участок его меха, он пребывал в таком безмятежном спокойствии, что у него даже не находилось сил разозлиться.
Ладно, сегодня он был в хорошем настроении, пока не будем заморачиваться над подобными подлыми мелочами.
Дул легкий ветерок, и «Серебряная звезда» покачивалась от вечернего бриза, издавая шелестящий звук при переплетении их стеблей.
По правде сказать, в сезон поздней осени находиться на ветру было холодновато, однако Бай Мусин сидел, наполовину утонувший в море мягкого меха, и потому не чувствовал холодного дыхания осени.
После груминга Бай Мусин спрыгнул с него, и тогда громадный зверь неохотно перевернулся, встряхнул шерстью и лениво потянулся под лунным светом.
После некоторых хаотичных движений и перераспределений он вновь принял свой человеческий облик.
В своей первозданной форме он выглядел безупречно ухоженным, но после превращения в человека стало очевидно влияние перемен: его очаровательные глаза словно стали еще более далекими, а однородно окрашенные волосы приобрели особую пушистость и шелковистость.
Весь его облик будто засиял новыми красками.
Инь Ю бросил взгляд на поле с примятой травой «Серебряная звезда» и повинился перед Бай Мусином:
— Прости, я придавил ее.
— Все в порядке, — отмахнулся Бай Мусин.
Это изначально была декоративная культура.
Бай Мусин наклонился, собираясь собрать смятые травинки и поместить их бутылку из-под воды в качестве декора.
Он и не догадывался, что лишь мгновение назад, подобно осеннему ветерку, мимо пронеслась группа зверьков Гугу, однако эта трава была такой, что после нажатия легко возвращалась в свое исходное положение.
Ни один стебель не оказался полностью сломанным.
Бай Мусин был озадачен.
Неожиданно слабая прохлада коснулась кончиков его пальцев.
Приглядевшись, он увидел, что это снежинка.
От соприкосновения с теплой кожей она быстро растаяла, превратившись в крошечную капельку воды.
Он вскинул голову, замечая, как с ночного неба сыплются снежинки.
На первых порах они выглядели мелкими, разрозненными частицами, но вскоре формировались в нежные снежинки.
Снег на этой планете был интересен тем, что содержал особое вещество; не весь он был белым, и при изменении цвета проявлял легкие оттенки.
Например, сейчас падал снег светло-розового цвета.
В этом чувствовалась какая-то настоящие сказка.
В детстве Бай Мусин встречал похожие явления в энциклопедии, где говорилось, что это редкость, для возникновения которого требуется множество совпадений.
Эту книгу ему читали родители, когда он только начинал учиться.
Когда они добрались до этой страницы, его альфа-мать сказала:
— Говорят, что такие пейзажи часто встречаются на туристических звездах. Когда мы с отцом накопим достаточно денег и выйдем на пенсию, мы отвезем тебя посмотреть на это. Правда, к тому времени ты уже станешь взрослым и, наверное, даже женишься.
А отец посмеялся:
— Ха-ха, но даже так ты все равно останешься нашим ребенком.
В то время юный Бай Мусин, только-только развивший у себя логическое мышление, уже проявлял характерную черту небрежности.
Его голос еще сохранял немного детские нотки, когда он говорил мягко и все же строго.
— Цветной снег — все еще снег, чем он отличается от белого? Зачем ехать так далеко, чтобы увидеть его? Какая польза от такого зрелища?
Его отец неопределенно пожал плечами.
— Может быть, просто редкие вещи легко увлекают людей? Только подумай, разве увидеть пейзаж, на который не каждый может посмотреть, не похоже на небольшое чудо? У цветного снега нет никакой пользы, его единственная функция — дать человеку почувствовать себя счастливым, романтичным, чего вполне достаточно. Особенно если за этим ты будешь наблюдать вместе с любимым человеком, то это станет замечательным опытом.
— Хм.
Бай Мусин не понял.
Он не понимал чудес и романтики.
Не говоря уже о любви.
Он только недавно научился внятно говорить, и его словарный запас был еще не настолько обширен.
Там, где жил Бай Мусин, не бывало никакого снега, даже белого.
Позднее, путешествуя с армией, он видел бесчисленные снегопады.
Тихие, бурные, кружащиеся в пламени войны, запятнанные кровью, всякого рода.
Несмотря на свою белизну, снег не всегда сопровождался чистотой.
Как-то раз он посетил планету, покрытую льдом и снегом — это была планета чистейшего белого цвета, где не было ничего, кроме величественного льда и снега, ни единого намека на другой цвет.
Однако такого снегопада он никогда прежде не видел.
По какой-то причине Бай Мусин вспомнил тот короткий разговор с родителями из своего детства.
Это было поистине далекое воспоминание.
Воспоминания о детстве часто бывали смазанными, и Бай Мусин не был исключением. Он не был склонен зацикливаться на прошлом и редко предавался размышлениям о минувшем.
Однако по неведомой причине, начиная с его перерождения или даже с момента его встречи с Инь Ю, он стал часто думать о своем детстве.
Смутные образы словно извлекли из глубины забытого ящика, бережно очистили от пыли и помогли приобрести яркость и четкость.
Каждый раз, когда Бай Мусин предавался воспоминаниям, ему казалось, что его взрослая душа возвращается в то маленькое тело.
Как если бы он заново все переживал.
Видимо, отец был прав.
Более двадцати лет спустя, он вырос, обзавелся семьей и собственными глазами стал свидетелем розового снегопада.
Это в самом деле походило на маленькое чудо.
В этом году первый снег выпал рано, на исходе осени.
Инь Ю шагнул к Бай Мусину и взял того за руку, вытирая капельки прохладной воды с его пальцев, используя свое высокое тело как щит от падающего снега.
Его взгляд устремился к возлюбленному.
Как если бы опасаясь, что крошечные снежинки собьют хрупкого человека с ног, он пробормотал:
— Мусин, снег идет. Холодает. Пойдем домой спать.
Бай Мусин выдержал паузу и кивнул, его голос оставался крайне спокойным.
— Хорошо.
Они вернулись домой, чтобы отдохнуть.
Как только закрылась дверь, Инь Ю тотчас прильнул к нему.
Из-за начавшегося снегопада он беспокоился, что Бай Мусин замерз. Он не только плотно запахнул все двери и окна, не позволяя проникнуть внутрь ни малейшему холодному сквозняку, но и укутал Бай Мусина в теплые одеяла.
По сравнению со своим обычным щенячьим поведением, Инь Ю сегодня был абсолютно ласковым и спокойным.
Даже шептал сладкие пустяки Бай Мусину на ухо, рассказывал о воришках-зверях Гугу, укравших травинки «Серебряной звезды», и щебетал, как восхитительно его муж выглядит в той или иной одежде.
При встрече со своим мужем Инь Ю всегда было что рассказать, как будто каждая мелочь в жизни стоила того, чтобы поделиться ею с Бай Мусином.
По правде сказать, сегодня он был невероятно послушным, вел себя хорошо и простодушно.
Они скорее липли друг к другу, чем что-либо еще.
Однако Бай Мусин отчего-то чувствовал легкое головокружение.
Словно он выпил и немного опьянел от этого.
Все вокруг казалось окутанным туманным светом, как если бы их души таяли в единении друг с другом.
Его бросило в пот.
Спустя три с лишним часа, после принятия душа, он все еще чувствовал себя несколько ошалелым.
На его шее виделся слабый румянец, когда он переоделся в теплую зимнюю пижаму. Его густые ресницы едва опустились, придавая ему мягкий и беззащитный вид.
Инь Ю наслаждался этим зрелищем, его глаза следили за каждым движением Бай Мусина.
Он не сделал ничего лишнего — просто в один момент поправил ему одежду, а в следующий — поцеловал в уголок глаза.
Через некоторое время Бай Мусин вдруг заговорил, поведав ему о воспоминаниях о розовом снеге.
Это было поистине скучное и незначительное событие, не имеющее никакого реального значения, просто бессмысленный разговор, произошедший между родителями и ребенком более двадцати лет назад.
И все же в тот момент Бай Мусину просто хотелось рассказать об этом, хотелось поделиться этим с Инь Ю.
Так он и сделал.
Инь Ю с восторгом поинтересовался:
— Мусин, ты хочешь попутешествовать и увидеть другие пейзажи? Мы можем оставить ферму кому-нибудь другому и отправиться повеселиться.
На сей раз Бай Мусин не спешил безоговорочно отказываться от этого занятия, казавшегося ему прежде бессмысленным, серьезно подумал над этим предложением и изрек:
— Пока мне по душе заниматься сельским хозяйством. Давай продолжим трудиться на земле. Возможно, однажды, когда я потеряю интерес к фермерству, мы сможем попробовать что-то новое.
http://bllate.org/book/12999/1145360
