* * *
Карл, бывший боевой товарищ Бай Мусина и бывший тайный поклонник, стал свидетелем его регистрации брака и женитьбы на Инь Ю.
По возвращении домой в тот день он поведал своему бывшему товарищу о свадьбе Бай Мусина, попросив его не шибко распространяться об этом. Это было личное дело Бай Мусина, а он сам поступил импульсивно, обсудив с кем-то это событие, что показалось ему несколько невежливым.
Его товарищ тогда искренне заверил:
— Не беспокойся, я никому не скажу!
Однако сплетни, как правило, не имели конца. Если человек не мог хранить секрет сам, еще меньше шансов, что его сохранят другие.
Еще ни одна стена не стала препятствием для ветра. В скором времени новость о женитьбе Бай Мусина распространилась среди их знакомых бывших военных.
Будучи знаковой фигурой в свое время (даже не подозревая об этом), Бай Мусин был тайным увлечением многих, а после окончания войны — восхищением в сердцах многих. В самом деле, весьма много людей набралось смелости ухаживать за ним.
Однако, к их огорчению, после завершения военных действий Бай Мусин быстро подал прошение об отставке, не обменявшись ни с кем из своих товарищей личной контактной информацией. Он исчез, как капля воды, слившаяся с океаном.
За исключением нескольких высокопоставленных офицеров — например, генерала Ариеля, — большинство людей понятия не имели о местонахождении Бай Мусина.
Все затаили дыхание.
Наконец, новая весть о Бай Мусине — о его женитьбе в столь юном возрасте — была как гром среди ясного неба.
Сердца разбилось слишком внезапно.
В эти дни бесчисленные бывшие поклонники Бай Мусина не могли спать по ночам из-за этой новости.
И поскольку личность супруга Бай Мусина оставалась неизвестной, они не могли не заподозрить, что это был какой-нибудь хитрый коллега, тайком заполучивший этот статус.
Каждый проявлял осторожность, прощупывая почву и пряча кинжалы за улыбками, словно изображая дворцовые интриги и оттого сгущая атмосферу до излишней напряженности.
Не все офицеры после войны решались на отставку, как это сделал Бай Мусин; многие планировали жизнь с учетом военного опыта, желая остаться в армии. Поэтому в последнее время многие военные среднего звена стали сталкиваться с рассеянностью и ошибками. Одному из них довелось оказаться заместителем генерала Ариеля.
В военном штабе, на двадцать седьмом этаже.
Из кабинетов высокопоставленных военных служащих доносились приглушенные звуки.
Заместитель как раз закончил готовить теплый чай и аккуратно поставил чашку на стол с выгравированными на нем замысловатыми узорами, когда его рука дрогнула. В результате, оказавшись на горизонтальной поверхности, кружка опрокинулась набок, покатилась по краю стола с булькающими звуками и с глухим стуком полетела вниз.
Светло-коричневое пятно растеклось на роскошном ковре из чистого кашемира, запятнав безупречную белизну в грязный цвет.
Заместитель на мгновение замешкался, а затем принес быстрые неловкие извинения:
— Прошу прощения, я отнесу ковер в чистку.
Суровое выражение лица Ариеля осталось непоколебимым.
— За последние три дня ты уже в седьмой раз совершаешь эту простую ошибку.
Опровержения и быть не могло; это действительно была его вина.
— Прошу прощения, извините, — пробормотал он раскаивающимся голосом.
Ариель нахмурился, делая свой тон жестче:
— В чем проблема? Я жду от тебя достоверного рапорта.
Его строгость сопровождал запах феромонов.
Ариель, несомненно, был требовательным начальником, с сильным желанием контролировать своих подчиненных. Ему не нравилось неподчинение со стороны других, и недавнее поведение его заместителя не приносило ему удовольствия, особенно его рассеянность и уклончивость в ответах.
Вот почему он непосредственно использовал свои феромоны — для подавления.
Среди альф подавление феромонами было острой формой провокации и абсолютным вызовом. К ней редко прибегали, только в случае глубоко укоренившейся вражды.
В его случае терпение Ариеля просто достигло предела в отношении опасливого заместителя.
В кабинете, пропитанном феромонами альфы высшего уровня, режущими подобно лезвию бритвы, было невероятно тихо. Подчиненный, стоявший перед Ариелем, был всего лишь альфой В-уровня, сопротивляющимся давлению разграничивающих иерархию феромонов.
Полминуты спустя, под подобным воздействием, заместителю ничего не осталось, кроме как правдиво сообщить о причине своего странного поведения.
Он говорил задыхающимся голосом, бисеринки пота выступали на его лбу и спине. Тот факт, что его работа неоднократно ставилась под угрозу из-за личных дел, заставлял его ощущать крайний стыд, и именно поэтому прежде он не желал раскрывать всю подоплеку.
Он знал, что его непосредственный начальник, прямо-таки то еще настоящее бедствие, никогда не простит ему, что он отвлекся по такой причине.
Не говоря уже о том, что, не ведая причины, его начальник уже несколько месяцев пребывал не в лучшем настроении и часто ругал людей по пустякам. Это было все равно что влезть в осиное гнездо.
Он прикинул, что его премия за этот месяц пойдет коту под хвост.
Он молча сокрушался, пытаясь придумать подходящий предлог, который помог бы разрулить ситуацию.
В какой-то момент он вдруг почувствовал, как едкие и резкие феромоны S-уровня притупились, а затем обрушились с еще большей силой, как неистовый шторм.
Он в ужасе поднял голову, обнаружив, что Ариель смотрит прямо на него взглядом, полного ледяного и колючего холода. Его голос звучал пугающе хрипло и низко, почти на грани гневного рычания:
— Что ты сказал? Бай Мусин женился?
Последние несколько месяцев в попытке забыть о своем пленительном желании к Бай Мусину он вынужденно игнорировал любые новости о нем.
Он мог бы взять себе в любовники этого бету, но, будучи генералом Империи и наследником своей семьи, он никогда бы не позволил другому человеку с такой легкостью контролировать его эмоции.
Потому он принял решение временно прервать все контакты и вернуть прежний контроль над своими чувствами.
А теперь после многих дней сдержанности снова услышать имя Бай Мусина, сопровождаемое известием о его женитьбе, было как обухом по голове.
Ариель встал, вцепившись в стол; вены на его руке вздулись от гнева. Он сделал несколько шагов ближе, прежде чем раздался громким треск — дорогая чайная чаша под его ногой в мгновение ока разлетелась на кусочки.
* * *
Неделю спустя.
Высокий золотоволосый мужчина появился в центральном порту галактики FY57.
Это был Ариель.
Он немного приоделся, ибо, как у профессионального спецагента, его навыки в этой области не допускали сомнений. Всего лишь изменив некоторые детали, он стал выглядеть совершенно иначе, чем при своем изначальном облике.
Его идентификация также основывалась на особой тайной личности, которой он пользовался для выполнения сверхсекретных миссий.
Таким образом, он появился в месте жительства Бай Мусина так, что никто об этом не узнал.
Причина, по которой Ариель прибыл сюда тайком, объяснялась несколькими соображениями.
Отчасти ради собственной репутации.
Ревность к женатому бете не удостаивалась похвал, и если подобные сплетни распространятся, даже если в качестве шутки, это все равно будет насмешкой. Насколько же отчаянным он должен быть, чтобы добиваться женатого беты! Пусть это и было правдой…
Он не желал, чтобы подобные слухи запятнали его репутацию.
Место имела быть также необычная атмосфера в армии в последнее время.
По неизвестной причине среди высшего военного руководства царила неспокойная обстановка. Будучи от природы одаренным в политике, он свободно улавливал изменения в политическом ландшафте и почти не сомневался, что в высших чинах произошло что-то значительное, настолько, что даже с его положением генерала ему не разрешалось ничего об этом знать.
Для быстрого продвижения по карьерной лестнице Ариель вдоволь манипулировал другими и использовал их в своих интересах, вместе с этим наживая себе немало политических врагов. Если он откажется от должности из-за личных обид в столь критический момент, это, без сомнения, станет предлогом для нападения на него. Поэтому, пока ситуация не прояснилась, ему следовало действовать осмотрительно.
Отсюда вытекало и это негласное путешествие.
Никто не был оповещен.
Он приземлился на аграрной планете Бай Мусина на борту модифицированного звездолета.
Обычно на посадки на частные планеты требовалось подключиться к системе управления и отправить запрос владельцу о разрешении на вход. Однако системы безопасности в удаленных звездных системах не составляли высокого уровня, так что Ариель быстро обошел их с помощью инструментов, позаимствованных у военных.
Бай Мусин в тот момент возился с молотком и грудой небольших деревянных досок.
Погода постепенно становилась все холоднее, приближалась зима. Пышные кусты сбрасывали свою зеленую листву, приобретающую яркие оттенки золотого и малинового, растрачивая последние крохи жизненных сил.
Вскоре, под натиском ветра и снега, листва должна была совсем поредеть и опасть.
От нечего делать Бай Мусин рылся в остатках строительных материалов после ремонта дома, чтобы соорудить небольшие укрытия для зверьков Гугу, круглый год обитавших в кустах.
С маленьким молотком в руках, склонив голову, он осторожно стучал по шляпкам гвоздей.
Его волосы оставались нестрижеными и теперь каждый день завязывались, достигая длины почти до плеч.
Некоторые пряди, недостаточно длинные для пучка, каскадом падали на его щеки и слегка покачивались на ветру. На фоне черных волос и светлой кожи цвет его лица казался еще бледнее.
Ранее он подумывал подстричься в аккуратную короткую прическу, но Инь Ю так особенно сопротивлялся, заявляя, что его нынешние волосы придают ему ленивый и в то же время очаровательный вид. Бай Мусин не особо вник в его странную эстетику, однако не стал трогать волосы и оставил как есть.
Инь Ю упорно откармливал его уже почти месяц, и, что удивительно, он немного прибавил в весе. Его тело стало податливее от физических упражнений, щеки порозовели от появившегося румянца, и в целом внешне он стал выглядеть здоровее.
Инь Ю сидел на корточках рядом с ним; его взгляд метался от четкого профиля Бай Мусина к его изящным ключицам, прослеживал тонкие движения его талии и живота во время работы и попеременно расслабляющиеся и напрягающиеся мышцы.
Каждую ночь он мог беспрепятственно любоваться телом Бай Мусина, и все же он все равно пользовался случаем и бросал украдкой один-два взгляда, когда одежда приподнималась, словно поддернутая крошечным крючком, зарабатывая себе еще одно развлечение.
Его глаза горели от страстного желания; он напоминал верного стража, прилежно охраняющего свое сокровище.
Бай Мусину уже стало привычно, что парень не отставал от него, как тень.
Когда-то бы Бай Мусин прогнал его, не давая болтаться без дела и заставляя заняться чем-нибудь полезным. Теперь же ему было не до того, чтобы тратить дыхание на столь бесполезные усилия.
Он даже попросил Инь Ю подать ему инструменты.
Это на самом деле весьма неинтересно: одному работать, а другому — смотреть, однако ни один из них не находил это скучным.
В конечном счете большинство событий в жизни человека не особенно впечатляющи. В основном они состоят из бесчисленного множества тривиальных повседневных явлений, сплетенных воедино в полотно прошлого, настоящего и будущего. Возможность проживания в спокойствии — довольно редкий дар.
Вдруг Инь Ю повернул голову, уставившись в определенном направлении. Ветер в тот миг принес странный и агрессивный аромат.
Присутствие незваного гостя было ощутимым; инстинкты взвыли, готовя острые когти.
Жаждущий взгляд Инь Ю похолодел, и серебряный блеск в его глазах сменился всплеском ледяной враждебности. Он бросил тихим, низким голосом:
— Мусин, я отлучусь на минутку.
http://bllate.org/book/12999/1145348
