В былые времена духовные картины появлялись только благодаря небожителям. И хотя байцзэ тоже когда-то умел наполнять полотна духовной ци, после того как он создал свой автопортрет, его картины стали самыми обычными.
Как он сам говорил, это произошло, потому что он вложил в нее всего себя.
В том же году он случайно натолкнулся на Хуан-ди* и попросил байцзэ нарисовать для него несколько портретов с духами. Закончив картины для императора, байцзэ чувствовал себя окончательно измотанным, из-за чего свалился в спячку, длившуюся не одно тысячелетие. Очнулся он всего несколько веков назад.
П.р.: 黄帝huángdì Хуан-ди, Жёлтый император — легендарный правитель Китая, основатель даосизма, считается основателем китайской цивилизации. Согласно преданиям, он правил в III тысячелетии до нашей эры (примерно 2697–2597 гг. до н.э.) и является одним из Пяти Императоров — полумифических правителей древнего Китая.
Если смотреть по существу, то это вопрос природного дара. Байцзэ им как раз обладал, поэтому мог рисовать духовные картины. Вдобавок он отлично разбирался в философских учениях и законах миропорядка. Если ты, например, чего-то не знал, всегда можно подойти к байцзэ и спросить его — нет такого вопроса, на который тот не нашел бы ответ.
В условиях полного отсутствия небожителей и разучившегося писать духовные картины байцзэ Гу Бай — действительно огромная драгоценность для мира нечисти.
Если хорошенько напастись терпением, можно дождаться времен, когда Гу Бай дорастет до того, что научится создавать чернильные острова. Тогда туда можно будет затолкать всех непокорных магических зверей и буйных демонов. Разве это не прекрасно? У священных зверей сразу освободится время на подавление негативной энергии: не придется бегать по всей стране в поисках сбежавших зверей и демонов.
Пока Сы Имин фантазировал о светлом будущем, Гу Бай закончил рисунок. Глядя на готовую работу, он подумал, что стоит добавить еще немного деталей и выставить на продажу по хорошей цене.
Убрав карандаш на место, он смочил салфетку водой из стакана и протер руки, затем убрал скетчбук в рюкзак. Глянув на время, он в итоге поднял глаза на салон самолета и заметил еще двух господ, окружавших его. Чжай Лянцзюнь продолжал сладко спать, по одной его фигуре было очевидно, что он ужасно устал. Далее он обратился к Сы Имину, который, оказывается, все это время смотрел на него.
Столкнувшись с ним взглядами, Гу Бай слегка растерялся, снова глянув на спящего Чжай Лянцзюня, и шепотом спросил:
— Господин Сы?
Тяньлу кивнул, снова обратив внимание на волосы Гу Бая, часть которых все так же беспорядочно торчала в разные стороны. Не сдержавшись, он поднялся со своего места и поправил рукой прическу юноши, пригладив непослушные пряди.
Гу Бай уже привык к тому, что господин Сы иногда касался его головы. Его ладони были очень большими, сухими и теплыми, поэтому Гу Баю очень нравились его мягкие прикосновения.
Он потрогал свою приглаженную макушку и спросил:
— У меня на голове что-то есть?
— Нет, все в порядке, — ответил Сы Имин, возвратившись в кресло.
Волосы Гу Бая очень приятные на ощупь, тяньлу потер пальцы друг о друга, думая об этом тактильном ощущении. Однако виду не подал и с привычным холодным спокойствием на лице открыл расположенный рядом с креслами холодильник, спросив юного демона:
— Хочешь что-нибудь поесть?
Гу Бай тут же устремил взгляд на содержимое холодильника, внутри которого лежали одни десерты и напитки. Он слегка потер свой в последнее время вечно голодный живот и в итоге выбрал пару пирожных и бутылку молока.
Расстояние от города S до Большого Хингана было не слишком большим. На руку играло временное закрытие местного аэропорта из-за неблагоприятных погодных условий, поэтому взлетно-посадочная полоса пустовала, а в небе не было необходимости корректировать маршрут из-за отсутствия встречных самолетов. Весь путь они летели практически по прямой, благополучно приземлившись в пункте назначения.
Так как за последнее время в городе S случилось похолодание, Гу Бай был одет в теплое пальто. Когда они приземлились, хоть дождь больше не лил, на улице все равно было холодно.
Господин Чжай проснулся только во время приземления — резкий толчок о землю разбудил его. Гу Бай смотрел, как тот стал доставать из чемодана пальто, затем солнцезащитные очки и маску. В таком боевом снаряжении его было не узнать.
Говорят, когда Чжай Лянцзюнь появляется в аэропортах в связи с перелетами по работе, фанаты со стопроцентной вероятностью узнают его в толпе пассажиров. По словам фанатов, даже если их кумир наденет какую-нибудь шапку, из-под которой совсем не будет видно его прически, они все равно смогут узнать его по фигуре и походке.
Иногда эта любовь к слежке за любимым актером доходила до абсурда.
Учитывая эту тревожную способность своих поклонников, хулицзин плотно закутался в пальто и хорошенько натянул на себя маску, даже несмотря на то, что, сойдя с самолета, они сразу пересядут в машину. Он не мог позволить себе быть беспечным: мало ли что может произойти! Уж лучше перестараться, чем потом жалеть.
Потому что, если его все-таки раскроют, ничего хорошего не произойдет.
К счастью, во время их приземления в аэропорту не было других пассажирских самолетов, поэтому некому было смотреть на замаскированного Чжай Лянцзюня. Видимо, подействовало благословение священного зверя: всю дорогу безопасность оставалась на высшем уровне.
Сы Имин сделал один звонок, и вскоре к ним подошел сотрудник аэропорта и передал ключи от машины, сообщив о месте парковки. Оставив сотрудника, он тут же передал ключи от машины лису.
Разумеется, величественный тяньлу не мог быть водителем какого-то жалкого хулицзина.
Вся нечисть делилась на четкие классы, что сейчас наглядно проявилось на практике. Однако Гу Баю все это казалось вполне нормальным. Сам Чжай Лянцзюнь давно привык к такому отношению. Приняв ключи, он сел на водительское место.
Пока Гу Бай укладывал свой чемодан в багажник, он обратил внимание на уже лежавший в нем провиант: еда, вода и тому подобное.
http://bllate.org/book/12996/1145090
