В тот день Гу Бай лично убедился, что в мире действительно существуют люди, способные уничтожить кухню своей готовкой.
— Господин Чжай... Не надо это сыпать, это сахарная пудра, а не соль... — пролепетал Гу Бай и попытался вырвать из рук Чжай Лянцзюня несчастную баночку с сахарной пудрой.
Помедлив, тот сказал:
— Теперь понятно, почему оно так странно пахло.
Гу Бай задумался: неужели господин Чжай не умеет отличать специи и приправы по запаху? Но в итоге не стал спрашивать, так ли это.
Не прошло и нескольких минут, как Гу Бай снова пытался вырвать из рук господина Чжая другую баночку со специями.
— Это «Вэйцзин», а не сахар!
Чжай Лянцзюнь легонько потер нос, который уже чесался от ароматов всевозможных специй. Выбежав из кухни, он громко чихнул, а затем вернулся. Гу Бай наблюдал, как господин Чжай растерянно бродит по кухне туда-сюда, одновременно желая помочь и боясь сделать что-нибудь не так. Немного подумав, он достал из холодильника помидор и пару яиц. Мелко нарезав помидор и зелень, он поставил ингредиенты рядом с плитой.
— Господин Чжай, попробуйте приготовить омлет с помидорами, — предложил ему Гу Бай, — я вас научу.
Это очень простое блюдо — самое то для начинающих. Все ингредиенты готовы, осталось только пожарить. Все должно получиться!
Чжай Лянцзюнь мельком глянул на помидоры, потом перевел задумчивый взгляд на яйца и кивнул.
— Сначала подождите, когда вода в сковороде выкипит, и только потом добавьте немного масла. Не переборщите... — Гу Бай стоял рядом с Чжай Лянцзюнем, контролируя каждое его действие.
Тем временем он также продолжал гадать, почему Чжай Лянцзюнь вдруг прибежал к нему на помощь с готовкой. Наверняка причиной тому госпожа Хуан, которая приняла его приглашение на ужин.
Ухаживания господина Чжая за госпожой Хуан начинали набирать обороты. Да и не было похоже, чтоб госпожа Хуан осталась совсем равнодушна к нему. Гу Бай судил по тому, как они общались с того момента, как Сы Имин побил их в прошлый раз. Господин Чжай чувствовал себя как дома в гостях у госпожи Хуан: хорошо знал планировку комнат и где находится аптечка. К тому же, прежде чем отправиться на работу, госпожа Хуан попросила господина Чжая прибраться в ее квартире. Она доверяет ему свой дом — такие близкие отношения, конечно, бросались в глаза.
Хотя Гу Бай не понимал, почему эти двое не вместе, он чувствовал, что в их отношениях есть какой-то подвох. Тайна.
Пристально следя за ходом готовки Чжай Лянцзюня, он пошагово объяснял ему, когда блюдо нужно помешать, когда — посолить, а когда нужно добавить лук. В целом, не нужно слишком много думать о том, что делаешь, нужно просто жарить и помешивать. Чжай Лянцзюнь хорошо справлялся с этой задачей, без каких-либо трудностей. В конце концов, он успешно приготовил омлет с помидорами. Он понюхал готовое блюдо и оценил его внешний вид. Смотрелось очень даже неплохо!
— Интересно, — прокомментировал господин Чжай, рассматривая свое кулинарное творение.
Глядя на него, Гу Бай вздохнул с облегчением. Он помыл сковородку и возобновил приготовление остальных блюд. Для госпожи Хуан он постарался на славу и сготовил сытный ужин, изобилующий блюдами. Плюс ко всему он еще приготовил курицу в остро-кислом соусе для Чжай Лянцзюня.
Молча поедая рис, Гу Бай поглядывал то на счастливую госпожу Хуан, то на господина Чжая, который придвинул небольшую тарелку с омлетом к Хуан Инин.
— Это я приготовил! — сказал хулицзин, подталкивая тарелку с омлетом поближе.
Хуан Инин посмотрела на согласно кивнувшего Гу Бая, затем перевела взгляд на Чжай Лянцзюня и под его пристальным взором неторопливо взяла палочками кусочек омлета. Попробовав, она ничего не сказала. Невооруженным глазом было видно, как свет в глазах Чжай Лянцзюня потух.
Гу Бай смотрел туда-сюда, переводя взгляд с госпожи Хаун на господина Чжая, не в силах чем-либо помочь. Воцарилась неловкая тишина.
Когда Гу Бай уже хотел собирать приборы и нести грязные тарелки в мойку, он заметил, что тарелка из-под омлета с помидорами была вылизана дочиста. Он взглянул на Хуан Инин, которая съела весь омлет, не оставив ни единой крошки. Потом перевел взгляд на поникшего Чжай Лянцзюня. Только Гу Бай хотел сказать что-нибудь ему в утешение, как Хуан Инин вынула из его рук использованные палочки. С треском сломав их, она потянула Чжай Лянцзюня за воротник, подняв его на ноги. Гу Бай в замешательстве уставился на разломанные напополам палочки. Однако Хуан Инин, ласково улыбнувшись, сказала ему:
— Было очень вкусно, спасибо за угощение!
Взглянув сначала на палочки, а потом на Хуан Инин, Гу Бай автоматически кивнул, ничего не понимая. И после этого госпожа Хуан утащила за собой поникшего господина Чжая. Проводив их до двери, Гу Бай молча наблюдал, как госпожа Хуан втаскивает господина Чжая к себе домой. Закрыв дверь, он убрался в гостиной и снова посмотрел на сломанные палочки, недоумевая, зачем госпожа Хуан это сделала.
«Это что, какая-то особая благодарность?» — Гу Бай растерянно поднял половинки палочек и в итоге выбросил их в мусорное ведро. Вернувшись на кухню, он стал мыть посуду.
Покончив с мытьем посуды, он быстро побежал на второй этаж. Там он встал перед огромным плотно загрунтованным холстом. Надев на себя фартук, он пододвинул к будущей картине стремянку и, прихватив краску с щеткой, взобрался наверх.
Гу Бай начал рисовать картину с тяньлу, опираясь на видения из своего сна и оставшиеся после него впечатления. Стиль традиционных китайских фресок, которого придерживался Гу Бай, придавал картине особенно красочный вид. Для добавления завершающих картину деталей Гу Бай собирался использовать золотую и серебряную поталь*, чтобы подчеркнуть главного героя — тяньлу.
П. п.: Поталь — художественный материал, используемый для имитации сусального золота при декорировании картин, украшений, мебели и других предметов.
Полотно имело прямоугольный горизонтальный формат, и фигура тяньлу занимала две трети картины. Оставшуюся с левой стороны одну треть занимал увиденный Гу Баем во сне неясный сгусток непроглядной тьмы и разрывающие его клубы белого света. Тяньлу ревел, высоко вскинув голову, его тело было покрыто броней, а лапы шагали по светящимся белым облакам.
Подробно изучив найденную по тяньлу информацию, Гу Бай определил в качестве фона бравую армию готовых лечь жертвой во имя высшей цели солдат, одетых по образцам древней формы. Поднятое знамя с вышитым на нем тяньлу высоко развевалось на ветру. Офицер, одетый в черные железные доспехи сидел на коне, держа в руках длинное копье. Вооруженная щитами фаланга стояла суровой молчаливой горой, а в тылу на холмах возвышались лучники, внимательно следившие за полем боя, — они служили дальней поддержкой пехоты. Грандиозная армия символизировала величественного свирепого тяньлу с гордо поднятой головой.
Темно-желтый цвет фона передавал клубящуюся пыль, поднимающуюся с земли от движения огромного войска, и мрачную, тяжелую атмосферу войны. Являющаяся центром композиции фигура тяньлу контрастировала с блеклым серо-желтым фоном. В картине использовалось большое число самых разных оттенков, и каждый был очень ярким и насыщенным.
Сон с мифическим существом произвел на Гу Бая очень глубокое впечатление.
http://bllate.org/book/12996/1145055
