Он, конечно, удивился, что у этого малыша такие скромные мечты, но не стал обращать на это внимания. Чинно кивнув в знак согласия, он добавил:
— Кто знает, может, ты и на двухкомнатную квартиру накопишь.
— Тогда вообще супер! — ликовал Гу Бай. — Это значит, что я смогу покупать краски любой марки, какой захочу!
Сы Имин усмехнулся. Он подумал, что Гу Баю и впрямь пришлось нелегко по жизни, поэтому мысленно выписал ему чек.
— Я буду много рисовать, участвовать в выставках! А если у меня получится стать таким же замечательным художником, как те мастера, которыми я восхищаюсь, то можно будет открыть персональную выставку! —продолжал он фантазировать. — Когда я стану популярным, буду продавать каждую картину за сотню тысяч!
Закончив, он посмотрел на свои руки и сделал поправку:
— Нет, больше... По миллиону!
Миллион за каждую картину! Если округлять, то так и целая сотня выйдет! А если еще раз сложить и округлить, то он вообще сможет построить роскошный дворец с императорским садом во дворе!
Господин Сы, зарабатывающий десятки миллионов в минуту, внес предложение:
— На аукционах можно заработать еще больше.
— А? — Гу Бай прервался, так как совершенно не думал, что господин Сы будет всерьез обдумывать его розовые мечты. Смущенный, он помедлил какое-то время, затем легонько потер нос от волнения и сдержанно бробормотал: — Да... я это так, просто...
Но Сы Имин был настойчив:
— У тебя получится.
Подняв голову, Гу Бай мельком взглянул на него: у него было очень серьезное лицо, и эти слова были сказаны не для того, чтоб потешить фантазии начинающего художника. На его лице виднелась легкая улыбка. Гу Бай не считал, что сможет добиться такого успеха и исполнить все свои мечты, однако разочаровывать господина Сы ему тоже не хотелось. Поэтому скрепя сердце он собрался с духом и, успокоившись, одарил Сы Имина сияющей, словно блеск солнечных лучей, улыбкой.
— Ловлю вас на слове, господин Сы!
Взглянув через зеркало заднего вида на всего сморщившегося от такой широкой улыбки Гу Бая, тяньлу тоже не удержался и улыбнулся в ответ.
И за какие такие заслуги у такого засранца, как Гу Лан, родился настолько очаровательный ребенок? По-любому он выкрал его из гнезда священного зверя, который приносит счастье!
В душе он поливал отца Гу Бая трехэтажными ругательствами, тем не менее виду не подавал, и ни один нерв на его лице не дернулся.
Обратно они приехали как раз к обеду. Гу Бай заметил время, только когда они вышли из лифта. Он развернулся и поспешил к господину Сы, который помогал ему сегодня все утро.
— Господин Сы, не хотите ли зайти ко мне в гости по...
Его приглашение прервал истошный вопль, а следом распахнулась дверь шестьсот шестьдесят пятой квартиры. Из нее вывалился безупречно разодетый «король экранов», побитый нежными ручками прекрасной госпожи. Гу Бай отпрыгнул назад в испуге, налетев на стоявшего поблизости Сы Имина. Крепко прижав к себе Гу Бая за плечи, тот не дал ему упасть.
Вытянув ногу, Хуан Инин лягнула актера с выражением отвращения на всем лице и прорычала:
— У тебя в голове одна пошлятина, и ты еще смеешь увиваться за мной?! Совсем страх потерял, а?!
Тот весь задрожал после ее пинка и застонал, всхлипывая. Хуан Инин закатила глаза с еще большим отвращением. Она кивнула проходившим по коридору Сы Имину и Гу Баю и закрыла дверь.
На полу лежал свернувшийся калачиком Чжай Лянцзюнь, и выглядел он очень жалким. Подобная сцена не нова для Сы Имина, так что он и бровью не повел, отвернувшись от корчащегося Чжай Лянцзюня, и обратился к Гу Баю:
— Что ты только что хотел сказать?
Гу Бай неловко промямлил:
— Не хотите ли вы... зайти ко мне в гости пообедать?
Сы Имин кивнул в ответ.
— Конечно.
Отправив в домуправление запрос на доставку продуктов, Гу Бай все-таки подошел к лежавшему на полу Чжай Лянцзюню. Присев на корточки, он осторожно ткнул пальцем в сине-фиолетовое нечто, которое осталось от великого «короля экранов».
Под холодным взглядом Сы Имина потерявший всякую надежду господин Чжай принял протягиваемую Гу Баем дружескую руку помощи и чуть ли не плача доложил:
— Мои ухаживания потерпели фиаско.
Гу Бай не знал, что сказать.
Он подумал: «Разве не всегда так было?»
— Мое сердце разбито на мелкие кусочки! — с дрожью в голосе говорил Чжай Лянцзюнь, сворачиваясь в еще более плотный комок.
«И вправду бедняга», — решил Гу Бай, сочувствуя несчастному.
Однако Сы Имин притянул демоненка к себе, подняв его с корточек.
— Не обращай на него внимания.
Хулицзин уже давно сбился со счета, сколько раз ему так разбивали сердце. Однако спустя пару дней он снова будет цел и невредим, жив-здоров и снова будет пудрить мозги этому добродушному и мягкосердечному малышу.
По дороге в квартиру Гу Бай оборачивался на каждом шагу, и даже после обеда он продолжал думать о Чжай Лянцзюне. В конечном счете он приготовил еще жареную с красным перцем курицу и, выложив в миску остатки риса, положил блюдо рядом с актером, все еще валявшемся, как труп, у порога квартиры Хуан Инин.
И как раз в этот момент дверь открылась. Хуан Инин смотрела сверху вниз на усевшихся по-турецки прямо в коридоре обедающих Чжай Лянцзюня и Гу Бая.
Она подняла брови.
Только что прикончивший рис Чжай Лянцзюнь вжал от страха голову в плечи, а Гу Бай смотрел то на него, то на нее и не мог понять, что он сделал не так. Все трое молча буравили друг друга взглядами, и обстановка становилась все более неловкой.
— А! — Гу Бая озарило: он вспомнил, что хотел как-то раз пригласить Хуан Инин. — Госпожа Хуан, не хотите ли сегодня вечером прийти ко мне в гости поужинать? Я хотел вас отблагодарить, но тогда у вас не было возможности прийти, поэтому почему бы не наверстать упущенное сегодня!
Немного подумав, Хуан Инин медленно кивнула.
Лис с разбитым вдребезги сердцем, которому еще понадобилось бы минимум два дня на восстановление, полностью оправился всего за три часа, услышав эту новость, будто никакой сцены избиения и не было. Все раны и синяки пропали с его тела, и разбитое сердце снова пело! Народный герой Чжай Лянцзюнь — все тот же великолепный в своей красоте любимец публики! Одетый в домашний халат, но все такой же непревзойденный, Чжай Лянцзюнь атаковал дверь Гу Бая своим стуком. Засучив рукава, он лукаво ухмыльнулся открывшему дверь Гу Баю, протараторив, как заведенный:
— Гу сяо Бай, я пришел помочь тебе!
Автору есть что сказать:
Гу Бай: Разговоры за рулем неприемлемы! Нельзя подавать плохой пример людям! *табличка «ВНИМАНИЕ»*
http://bllate.org/book/12996/1145054
