Господин Бай совсем недавно выписался из больницы и сейчас находился у себя дома. Когда секретарь Лю привёл гостей в просторную гостиную, они увидели директора, говорящего с кем-то по телефону о рабочих вопросах. Тот лишь лёгким кивком извинился перед всеми за ожидание.
Как только он закончил, Се Линъя и его спутники поприветствовали господина Бая рукопожатием.
— Учитель Се, даосский мастер Ши, — директор шахты «Люхэ» явно выглядел взволнованным. — Мне уже сообщили, что вы не нашли никаких проблем с фэншуй в нашем офисе. Но призрак Ло Сяоцзюня всё ещё там? Клянусь вам, я видел его в кабинете своими собственными глазами!
Господин Бай не думал, что люди, стоящие сейчас перед ним, имеют намерение его обмануть. В этом не было абсолютно никакого смысла. Тем более, если они хотят получить деньги за свою работу.
Се Линъя знал лишь то, что им рассказал секретарь Лю, поэтому он спросил непосредственно директора:
— Не могли бы вы рассказать нам подробнее о том, что с вами приключилось в тот день?
Директор Бай всё ещё не пришёл в себя после случившегося: от воспоминаний о том дне он схватился за сердце, но всё равно начал свой рассказ.
Тем вечером он задержался на работе, и около девяти часов вечера во всём здании неожиданно погас свет. Однако директору осталось совсем немного, поэтому он решил закончить дела при свете свечи.
Но через некоторое время после того, как он зажёг свечу, она затрещала, а пламя окрасилось в зелёный цвет. Господин Бай был крайне удивлён этим, поэтому хотел встать и посмотреть, что же с ней произошло.
Однако пламя разгоралось всё сильнее: оно уже больше напоминало бенгальский огонь или даже фейерверк. Пламя озарило ярким зелёным светом всю комнату.
И тут в углу комнаты директор увидел чью-то фигуру, которая склонилась в поклоне перед свечой. Как только фигура опустила голову, директор Бай почувствовал, что у него защемило сердце. А пламя свечи тем временем немного потускнело. Чем дольше фигура молилась пламени свечи, тем сильнее господин Бай ощущал боль в груди. Пламя при становилось всё более тусклым.
К тому времени, как пламя свечи стало не ярче небольшой искры на фитиле, глаза директора шахты «Люхэ» уже начали закатываться.
Затем призрак назвал себя Ло Сяоцзюнем и пригрозил директору Баю, что если он не найдёт кого-нибудь для проведения трёхдневного ритуала, то в следующий раз призрак вернётся и закончит свою молитву. Как только он закончит её, свеча погаснет, также как и жизнь мужчины. Кроме того, он сказал, что не остановится на этом. Призрак обещал наведаться к нему домой и замучить тем же образом всю семью господина Бая.
Директор потерял сознание. В себя он пришёл только в больнице и сперва подумал, что ему приснился очень реалистичный ночной кошмар. Однако, когда он осмотрел своё тело, то увидел несколько синяков на груди. Раньше у него было отменное здоровье, и он никогда не жаловался на сердце. Чем ещё это могло оказаться, если не влиянием призрака?
Се Линъя мало что знал о том, что описывал им директор Бай. Но он понял одно:
— Получается, что вы не видели лица этого призрака? Поэтому не можете быть полностью уверены в том, что им был Ло Сяоцзюнь?
Директор Бай был сбит с толку вопросом молодого человека, но, немного поразмыслив, ответил:
— Выходит, что так. Когда я взглянул на него, передо мной была лишь чёрная тень. Но он сам сказал, что его зовут Ло Сяоцзюнь…
Мужчина замолчал, а после нахмурился и в замешательстве спросил:
— Что же такое творится? Неужели мне действительно всё это приснилось, а кто-то решил извлечь выгоду из сложившейся ситуации и оставил на моём теле синяки? Но даже если и так, как этот злодей мог быть уверен, что мне приснится подобное?
Разумеется, этому могло быть и иное объяснение. Например, в офисе могла завестись сущность, которая по какой-то причине выбрала своей жертвой господина Бая и притворилась Ло Сяоцзюнем.
Се Линъя переглянулся с Ши Чжансюанем и попросил директора об одной вещи:
— Позвольте нам взять ключи от вашего офиса сегодня вечером.
После произошедшего инцидента директор Бай сам ни разу не возвращался в офис. Поэтому он почувствовал, как его тело холодеет от страха.
— Хорошо. Только, пожалуйста, будьте осторожны!
***
Перед тем, как покинуть дом директора Бая, Се Линъя подарил ему талисман Ван Лингуаня и попросил носить его с собой. Секретарь Лю, пока не стемнело, пригласил Се Линъя и Ши Чжансюаня немного отдохнуть и поужинать.
— Ты знаешь, что это было? — спросил Се Линъя мастера Ши, пока господин Лю ненадолго покинул их.
— Никогда не встречался с подобным раньше, — ответил Ши Чжансюань задумчиво. — Но эта тень…
Се Линъя кивнул. Если подумать, то тень не была ни красной, ни зелёной, так что она не должна была представлять большой опасности. Иметь дело с призраками было не так уж и тяжело. Но, выслушав директора Бая до конца, у Се Линъя закрались сомнения, а точно ли речь шла о простом призраке?
Ближе к ночи господин Лю привёл их к офисному зданию и показал нужный этаж, где располагался кабинет директора шахты.
Вокруг здания не было фонарей. Внутри тоже уже нигде не горел свет. Только вдали можно было увидеть огни окрестных домов.
Се Линъя спрятал деревянный меч и талисман у себя за спиной, вытащил пачку бумажных денег и поджёг их.
— Ло Сяоцзюнь! Ло Сяоцзюнь, ты здесь?
Се Линъя продолжал звать погибшего рабочего по имени, хотя, конечно же, настоящий призрак Ло Сяоцзюня не мог услышать его. Но нечто, что они здесь искали, вполне могло выйти на зов.
Молодой человек долго продолжал повторять одно и то же, однако не получил никакого ответа. У него появилась одна идея:
— Ло Сяоцзюнь, мы здесь, чтобы сжечь для тебя немного денег. Мы хотим кое-что с тобой обсудить. Даосский мастер, которого нанял господин Бай, не сможет приехать ещё какое-то время, поэтому ритуал будет проведён немного позже. Но для начала ты можешь принять от нас этот дар, хорошо?
Как только он закончил, в комнате, откуда ни возьмись, поднялся сильный ветер, а температура в одно мгновение упала на пару градусов.
Излишне говорить, что Ши Чжансюань уже давно участвовал в подобного рода сражениях. Се Линъя также имел какой-никакой опыт. Поэтому они не поднимали лишний шум, а просто спокойно осматривали окрестности.
Как и рассказывал директор Бай, призрак появился в углу комнаты. Он был совсем чёрным, и в его силуэте трудно было узнать кого-то конкретного. Единственное, что можно было сказать, так это то, что тень когда-то была человеком. Тень вдруг подала голос:
— Нет! Нет-нет-нет! Один день промедления и ритуал придётся проводить семь дней и семь ночей!
Всё-таки явился…
— Ло Сяоцзюнь? — Се Линъя поднял подозрительный взгляд на тень.
Она вдруг выросла в размерах, покрывая практически всю стену, и грустным, практически скорбным, пугающим голосом ответила:
— Да, это я. Я погиб такой жалкой смертью…
Ши Чжансюань не стал ждать, пока это существо закончит говорить. Он выхватил талисман и, резко выбросив руку вперёд, приклеил его к тени. Его лицо не выражало при этом абсолютно никаких эмоций. Тень мгновенно уменьшилась до своего первоначального размера и покатилась по полу.
Се Линъя также открыл дверцу шкафчика за своей спиной, куда он положил Третий драгоценный меч силы, и, взмахнув им, приблизился к тени.
— Это имя тебе не принадлежит! Рискнёшь снова солгать мне?! Ло Сяоцзюнь? Повтори ещё раз, ты Ло Сяоцзюнь?
Ши Чжансюань пока что молча наблюдал за всем происходящим.
— Ай! Ох! — деревянный меч вошёл в тело тени, из-за чего она становилась всё тусклее и тусклее. Вскоре чёрный туман, окутавший тело призрака, полностью рассеялся, и перед ними предстал мужчина средних лет, который всё ещё продолжал громко кричать. — Я больше не смею этого делать! Я больше не смею!
Се Линъя устал от его криков, поэтому присел на пол, сжимая деревянный меч в ладони, и сказал:
— Скажи мне, какого чёрта ты тут творишь и зачем? Что за счёты тебе нужно свести с директором Баем?
Мужчина на мгновение замешкался, а потом покачал головой и дрожащим голосом ответил:
— Нет… У меня нет с ним никаких счётов.
— Ты не Ло Сяоцзюнь, и директор Бай тебе ничего не сделал. Ты пугаешь тут людей и заставляешь их проводить трёхдневные ритуалы. Ты… — начал Се Линъя, строго взглянув на призрака, и вдруг с ещё большим пылом продолжил. — Ты что, бесстыдник, обманом заманиваешь сюда священников?!
В мире было огромное количество одиноких призраков, которым никто не приносил подношения. А все они когда-то были живыми людьми, и, естественно, если все о них забывали, у них рождались странные идеи, такие как покушение на священников.
Се Линъя только слышал о таком от своего дяди. Некоторые призраки притворялись известными людьми и требовали подношений. Иногда они даже доходили до того, что принимали облик чьего-то умершего родственника, чтобы потомки приносили им в жертву еду и одежду. Если обычному человеку сказать, что перед ним призраки самих Ли Бая и Ду Фу*, разве не ясно, что он сразу же согласится сделать пожертвования для таких известных людей?
П.п.: Ли Бай (701–762) и Ду Фу (712–770) — китайские поэты, выдающиеся фигуры «Золотого века китайской поэзии» эпохи династии Тан. Ли Бай родился в семье богатого купца, писал стихи с 10 лет. Достигнув совершеннолетия, он сбежал из дома в горы неподалёку от Чэнду и там обучался «естественности» и «недеянию» у наставника-даоса. После этого, отказавшись стать государственным чиновником, он отправился в путешествие по Китаю. В 744 году встретил Ду Фу, подружился с ним, и они продолжили путешествовать вместе. Ду Фу был потомственным чиновником, но за свою принципиальность он потерял расположение императора и место при дворе. Провёл несколько лет в скитаниях по стране, был свидетелем смут и войн. Писал философские стихи в классическом стиле. Встретившись впервые в 744 году, Ли Бай и Ду Фу на всю жизнь сохранили чувство притяжения друг к другу, вопреки разнице в возрасте, характере и мировоззрении.
Однако у таких призраков, как правило, не было каких-то особенных способностей. Они не могли угрожать жизням людей. Всё, на что они были способны — это обманом и угрозами добывать себе пропитание.
Кроме того, дядя рассказывал об этом достаточно давно. В настоящее время люди в принципе не так охотно верили в призраков, поэтому их не просто было обвести вокруг пальца. Они могли просто проигнорировать нерадивого притворщика.
Так же, как и с одноногим Утуном, с такими призраками было непросто справиться, если большое количество людей верили в них. Но сейчас едва ли кто-то знает об их существовании. Даже если в итоге они обезумели бы от истощения, то не решились бы в самом деле убить человека, лишь напугали бы его.
Но в этот раз Се Линъя впервые столкнулся с такого вида призраком, который знал, как по-настоящему навредить жизни и здоровью человека. Призрак был настолько жаден, что он не попросил о подношении в виде пищи, а сразу потребовал ритуал! Посмотрите, какой он смелый и самонадеянный!
Когда призрак понял, что его истинная сущность была раскрыта, он тут же закрыл лицо ладонями, сгорая от стыда:
— Мастер! При жизни у меня не было детей. Я простой одинокий призрак. Никто не приносит мне подношения, поэтому я не могу тягаться с другими призраками. Мне достаются лишь крохи еды и одежды, которые я даже взять не могу. Насколько я слаб! Я голодаю уже более десяти лет!
Даже призраки, у которых остались живые потомки, приносящие им подношения, питались лишь несколько раз в год. Что говорить о тех, у кого не было родственников… Если таким призракам и удавалось добыть пищу, то только отобрав её у других призраков. Но у них не всегда были силы на подобное. По его словам, этот бедный мужчина ничего не ел уже больше десяти лет.
Из-за этого он решил воспользоваться паникой, которая заполонила шахту «Люхэ», и притвориться Ло Сяоцзюнем, чтобы запугать директора. Когда он увидел в испуганных глазах господина Бая, что он ему поверил, призрак потребовал проведение ритуала.
Такому слабому, одинокому призраку только и оставалось притворяться страшным и полагаться на впечатлительность людей. Чем больше люди боятся, тем смелее и алчнее становится призрак.
Господин Бай чувствовал вину за смерть Ло Сяоцзюня. Поэтому, когда призрак назвался его именем, директор сразу же поверил ему и сам надумал себе всякого.
— Почему мы должны поверить, что ты и правда голодал более десяти лет? Хочешь сказать, что впервые делаешь что-то подобное? — сурово спросил Се Линъя, хотя и не думал, что призрак врёт.
Как только он задал этот вопрос, мужчина разрыдался.
— Что за чёрт?.. — Се Линъя вздрогнул и повернулся к Ши Чжансюаню. — Я в самом деле такой страшный?
Призрак был так напуган, что начал плакать?
Ши Чжансюань ничего не успел ответить, как призрак мужчины средних лет взвыл и разрыдался ещё громче. Он взмолился:
— Мастер, я так страдаю! Я не вру вам. Я правда впервые занимаюсь подобным. Раньше, когда я пытался причинить кому-либо вред, у меня ничего не получалось! Я был так голоден. Пару лет назад, во время Фестиваля голодных духов, мне удалось добыть чашку риса. Тогда я встретил старого призрака, который сказал, что взамен на этот рис он научит меня кое-чему. Он назвал это ритуалом «Поклонения огню». Он сказал, что чем больше я буду молиться, тем больнее будет человеку, а если огонь погаснет, то он и вовсе умрёт, — призрак едва перевёл дух и продолжил свой рассказ. — Я бы никогда не осмелился по-настоящему навредить кому-то. Я просто хотел научиться пугать людей и всё! Я усердно учился целый год и в этом году даже не отправился в храм во время Фестиваля. Ведь я наконец-то мог обманом добывать себе еду когда угодно! Но когда я попробовал провести этот ритуал, я понял, что старый призрак времён династии Цин был лжецом. Призрак может потушить только пламя свечи! А когда речь идёт о простой электрической лампе, ничего не получится…
Се Линъя и Ши Чжансюань переглянулись, молча слушая долгий рассказ несчастного призрака. А мужчина начал издавать всё более и более душераздирающие звуки.
— Этот старый обманщик лишил меня последних крох еды! Кто в наши дни пользуется восковыми свечами? А тех из них, кто верит в призраков, и подавно меньше! И вот я начал искать такого человека. Так я и узнал, что тут, в шахте «Люхэ» произошёл несчастный случай. А когда ещё и электричество отключили, я понял, что вот он, мой шанс!
Се Линъя и Ши Чжансюань продолжали поражённо молчать.
http://bllate.org/book/12995/1144958
