Я не спешил. Пока я медленно потягивая воду, Альберкер успел несколько раз изменить позу. Его острый взгляд не отпускал меня. Внезапно мужчина оказался рядом и схватил меня за воротник, пока вода ещё лилась в моё горло. Первым отреагировал не я, а Роберт.
— Мужик, ты чего делаешь? — воскликнул он.
— Странно. Он уже должен был понять, что его похитили, если только он не слабоумный. А этот «зефирчик» даже не реагирует.
После этих слов стало очень тихо. Роберт перестал спорить и молча посмотрел на меня, словно тоже почувствовал неладное. Но вскоре покачал головой:
— Да нет, мы всё проверили, включая и его лицо, и его подноготную. Он точно сын той женщины.
— Информацию можно легко подделать. Ты её знаешь.
— Ты что, не слышал? Условием была его личная безопасность.
— Да-да. Идиотизм какой-то, совсем на неё не похоже.
Альберкер продолжал оскорблять мою мать. В этот раз я взглянул на него украдкой, стараясь, чтобы он не заметил. В голове проносились мысли о том, как можно с ним расправиться. Вариантов было множество. Я мог бы заставить его исчезнуть прямо на глазах, но сдержался. Учитывая, во что они оказались вовлечены, последствия могли быть непредсказуемыми. Когда Альберкер отпустил мой воротник, я упал на землю. И не успел отдышаться, как меня потянули вверх за волосы.
— Поплачь, — прозвучал приказ.
Не получив ответа на свою команду, Альберкер дал мне пощёчину. Ощущения были такими, словно мой череп прошила молния. Боль разлилась по всей голове. Если он ударит ещё раз, я точно потеряю сознание.
— Плачь, — снова приказал Альберкер, продолжая грубо трясти меня. Наблюдавший за этим Роберт вздохнул.
— Ну и что ты пытаешься сделать с ребёнком, который тебя даже не понимает?
— Помогаю понять, — ответил Альберкер, и уже приготовился снова ударить, как в подвале раздался короткий звонок. Роберт проверил устройство, которое его издало.
— Нам перечислили деньги. Десять миллионов долларов.
Альберкер отбросил меня в сторону и поспешил к Роберту. Тот, в подтверждение своих слов, продемонстрировал экран устройства. На лице Альберкера появилась довольная улыбка. Десять миллионов долларов! Очевидно, именно такую сумму требовали за мой выкуп. Альберкер был настолько взволнован, что разразился безудержным смехом. Похоже, они совершенно не боялись последствий своих действий, раз требовали выплатить настолько большую сумму. Ситуация оказалась ужасной. Как я и предполагал, в это была вовлечена та самая организация.
Мафия.
В книге, когда Ю Хваи сталкивался с мафией, говорилось, что нужно любыми способами избегать привлечения внимания главы этой группировки. Судя по тому, как опухли мои щёки, я решил, что вряд ли вызову у него особый интерес. Тогда мне стоит просто играть роль несчастной жертвы, и ситуация останется всего лишь небольшим происшествием. Или лучше разобраться со всем, пока всё не запуталось ещё сильнее? Например, я мог бы устроить взрыв при помощи горячего растворителя, который здесь держали в больших бочках. В этой комнате было полно кислорода, пыли и сухого гнилого дерева — идеальные условия для создания огня. Когда меня привели сюда, я первым делом осмотрел выход из старого здания. Будь в это вовлечён оригинальный Ю Хваи — хотя этого не описывалось в книге — он бы точно не засомневался и устроил пожар. Чтобы выбраться, он бы облился остатками воды из бутылки и преодолел огонь, а на выходе столкнулся бы с боссом мафии.
И вот здесь начинаются сложности…
Если похитители связаны с мафией, то, вероятно, и он тоже. Побег шестнадцатилетнего мальчика от тренированных мужчин точно вызовет вопросы. Поэтому я сомневался. Я боялся привлечь к себе внимание и добавить проблем.
Более того…
Всё это слишком хорошо спланировано.
У Альберкера и Роберта были совершенно разные взгляды на то, как следует обращаться с заложником. Было бы нелогично объяснять это различиями в характерах. Особенно учитывая, что Роберт смотрел на Альберкера не как на равного, а как на оцениваемого субъекта. Если я правильно понял, то Роберт сейчас проверяет Альберкера. И их разговор уже дал подсказку, зачем нужна эта проверка.
«Босс меняет охрану и, видимо, уже заканчивает с этим».
Я не мог решить, стоит ли ещё понаблюдать или лучше взять ситуацию в свои руки. Кажется, я столкнусь с главой мафии при любом раскладе. Мои мысли прервало настойчивое желание откашляться. Я закрыл рот носовым платком, но кровотечение не останавливалось, а чистых мест на ткани с каждой секундой становилось всё меньше. Ощущение было такое, будто мне в горло засунули раскалённую кочергу. Кашель всё не прекращался. Мои хрипы сливались с хохотом Альберкера. Он снова схватил меня за воротник и, прижав к стене, приставил нож к моему горлу.
— Десять миллионов уже у нас, так что теперь я по-дружески перережу твои голосовые связки, — его возбуждённые глаза горели желанием увидеть мою кровь. Когда лезвие уже было готово вонзиться в мою кожу, что-то — или, точнее, кто-то — резко проник в здание. И это явно было не два или три человека.
— Что это? — встревоженный Альберкер хотел развернуться, но в его лицо впились чьи-то пальцы в чёрной перчатке. Мужчину тут же впечатали в стену. Я упал на пол и не смог сдержать стон. От удара копчиком по всему телу разлилась волна боли. Но я молчал, стиснув зубы. Даже в таком положении я мог видеть, как трясётся тело Альберкера. По моей коже пробежали мурашки. Мужчина, который расправился с Альберкером так, будто это ничего не стоило, как будто чего-то ждал. Наблюдавший за всей ситуацией Роберт подошёл ближе.
— Кевин Альберкер. Низший балл, — произнес он.
После этих слов послышался оглушительный хруст — Альберкера ударили по голове. Он замолчал и перестал шевелиться.
— Босс, — обратился Роберт к мужчине, протянув новую пару перчаток. Вновь прибывший сменил их, подошёл ко мне и, взяв за подбородок, приподнял моё лицо. До этого момента я не мог оторвать взгляд от Альберкера. У человека, которого назвали боссом, были взлохмаченные вьющиеся волосы и яркие голубые глаза. Я почувствовал, будто столкнулся с монстром из другой вселенной. По моему лицу потекли слёзы. Это было не от страха — скорее тело подсознательно выражало последствия шокового состояния. Я моргнул, позволяя слезам стечь по щеке, а с моих губ невольно сорвалось:
— Блять, я испугался.
Моё сердце бешено забилось. Я понимал, что зря использовал нецензурную лексику, но слово не воробей, вылетит — не поймаешь. Я боялся, что эти слова могут поставить меня в неловкое положение перед главой мафии, но он лишь смотрел на меня с неподдельным интересом. Он обернулся к Роберту:
— Что он сказал?
Этот человек был наполовину итальянцем, наполовину немцем, но свободно говорил на испанском, как настоящий носитель языка. В книге говорилось, что он также свободно владеет несколькими языками, включая корейский, но, должно быть, этот язык добавился к его багажу только после встречи с Ю Хваи. Босс мафии не заметил, что я использовал грубые выражения.
— К сожалению, у меня не было возможности выучить корейский язык. Прошу прощения, — сказал босс и снова обратился к Роберту: — Найди для меня перевод этой фразы.
— Да.
Меня поразило, как точно мужчина воспроизвёл фразу на незнакомом языке и потребовал узнать её значение. Я хотел как-то остановить происходящее, но почувствовал, что с моим горлом что-то не так. Попытался закрыть губы, чтобы меня не стошнило перед главой мафии, но не мог сглотнуть. Я согнулся пополам, закашлялся, и на полу появилось кровавое пятно. Кажется, Альберкер не только сунул мне в горло свой палец, но и повредил десны или кровеносные сосуды. Боль была настолько ужасной, что закрыть рот не удавалось. А поскольку моё горло было просто разодрано в клочья, я не мог даже оценить ущерб. Несмотря на всё это, глава мафии оставался спокойным.
— Альберкер что, засунул ему в горло нож? — поинтересовался он.
— Да, но не нож, а палец, — ответил Роберт.
— Правда? — произнёс босс, направляясь к телу Альберкера, который либо был без сознания, либо уже умер. Было сложно определить. Я проследил за тем, как мужчина обыскал Альберкера и вернулся ко мне. Передо мной появились две вещи: нож и пистолет. Глядя куда-то сквозь них, глава мафии приказал:
— Выбирай…
http://bllate.org/book/12990/1143871
Готово:
