Когда Линь Аньлань проснулся, за окном всё ещё лил дождь.
Тяжёлые шторы закрывали свет, и так не особо помогающий от холода, поэтому в комнате было прохладно — если не считать тепла, исходящего от одеяла.
В такой дождливый день нужно было спать.
Линь Аньлань прислушивался к звуку падающих и трещащих капель дождя, похожих на крупные жемчужины, падающие на нефритовый поднос.
По привычке он выгнулся назад и прижался к тёплой груди.
Рука, лежащая на его талии и животе, надавила на спину. Одновременно с этим другой мужчина прижался к нему, крепко обнимая.
— Проснулся? — спросил Чэн Юй.
Линь Аньлань обернулся. Чэн Юй, очевидно, уже давно проснулся: лицо его не было сонным, а когда он заметил, что Линь Аньлань смотрит на него, нежности в его взгляде стало ещё больше.
Парень кивнул, повернулся лицом к Чэн Юю и улыбнулся ему.
Увидев, что Чэн Юй улыбается ему в ответ, он не удержался и нежно поцеловал его.
Было уже довольно позднее время для подъёма — с учётом Линь Аньланя в его объятиях — поэтому Чэн Юй не сразу почувствовал изменения в себе.
Линь Аньлань же чутко заметил это и между поцелуями прошептал:
— Не надо.
— Хорошо, мы не будем этого делать. Я просто буду тебя целовать.
Чэн Юй продолжал целовать его, нежно поглаживая.
Линь Аньлань почувствовал облегчение.
Чэн Юй долго целовал его, а затем, закончив с его губами, переместился ниже, целуя челюсть и шею, не переставая терзать ключицу, пока на ней не появились красные пятна.
Пальцы спустились вниз по талии и нежно провели по позвоночнику.
Лицо Линь Аньланя мгновенно покраснело, глаза заблестели от влаги. Он издал слабый вздох и схватил Чэн Юя за руку.
Чэн Юй послушно переплёл пальцы и поднял голову, чтобы снова поцеловать парня в губы.
Его поцелуи всегда были нежными. Только когда они занимались кое-каким видом спорта, Чэн Юй иногда терял контроль над собой, становясь яростным и нетерпеливым.
Но даже тогда он не причинял вреда Линь Аньланю. Он просто просил ещё и ещё, словно не мог успокоиться, пока не получал от него мгновенную реакцию.
Линь Аньлань поднял подбородок для ответа на его поцелуй. Некоторое время они целовались, а затем он, когда дыхание стало прерывистым, прислонившись к плечу Чэн Юя, потёрся о него, обнимая.
За окном всё ещё шёл дождь, и внутри было немного прохладно, однако под одеялом было очень тепло.
Линь Аньлань совсем не хотел вставать и предпочёл бы закрыть глаза и ещё немного подремать.
Чэн Юй увидел, как он прильнул к нему, словно кошка. Рука, обхватившая его талию, потёрла плечо.
— Ты голоден? — спросил Чэн Юй. — Не хочешь поесть?
— Не стоит торопиться. Я хочу ещё немного полежать, — улыбнувшись ответил Линь Аньлань.
Чэн Юй не торопил его. Он обхватил его руками и позволил прислониться к своему плечу, лишь время от времени опуская свою голову для поцелуев.
Линь Аньлань уже давно привык к этому.
Может, он и потерял память, но ему казалось, что его парень наверняка влюблён в него.
Иначе он не хотел бы обнимать его на каждом шагу, целовать то и дело — даже когда они вдвоём активничали ночью. Его парень был очень приставучим.
Поначалу он беспокоился, что Чэн Юй почувствует себя потерянным — как минимум, ему будет очень тяжело, и он будет повторять с Линь Аньланем то, что они делали раньше, что когда-то было привычным, потому что он забыл о Чэн Юе и о мелочах, которые были между ними.
Но Чэн Юй, ошеломлённый, просто обнял его.
Он сказал:
— Всё хорошо, пока ты со мной.
Похоже, ему было всё равно. Иногда, когда Линь Аньлань спрашивал, Чэн Юй рассказывал ему о былых временах.
Если он не спрашивал, Чэн Юй и не рассказывал.
Линь Аньлань спрашивал его:
— Разве ты не хочешь, чтобы я как можно скорее вернул свою память?
Чэн Юй слегка рассмеялся и, подойдя ближе, снова поцеловал его, произнеся:
— Я не хочу давить на тебя.
Он добавил:
— Мне нравишься ты, а не воспоминания о прошлом. Пока ты рядом, мы можем продолжать создавать новые воспоминания, так что давай просто плыть по течению. Тебе не нужно специально пытаться вспомнить былое.
Его слова были слишком приятными — настолько, что Линь Аньлань неосознанно расслабился.
В те времена он смотрел несколько дорам, связанных с потерей памяти, и всегда видел как главный герой был раздражён, подавлен и угрюм из-за того, что главная героиня не могла вспомнить своё прошлое, и в итоге героиня всегда была подавлена и расстроена.
Линь Аньланю это не слишком нравилось. Героиня ведь не специально потеряла память, так почему тогда герой злится на неё из-за этого? К тому же героиня была очень невинной.
Ему показалось, что парень героини был не слишком надёжен — в отличие от его мужчины.
Линь Аньлань считал, что его парень куда лучше.
Расслабившись в объятиях Чэн Юя, он снова задремал, но вскоре открыл глаза.
Чэн Юй не спал, поэтому продолжал наблюдать за ним, а когда увидел, что тот проснулся, ущипнул его за щёчку.
Из-за того, что Линь Аньлань во время сна был укутан в тёплое одеяло, его лицо слегка покраснело. После того как его ущипнули, общая краснота померкла, став похожей на клубничный крем.
Увидев это, Чэн Юй захотел поцеловать его снова.
И так и сделал.
Он слишком долго тосковал по Линь Аньланю — настолько, что, с наступлением дня, когда Линь Аньлань захотел оказаться в его объятиях, он не смог сдержать своего желания близости.
Он словно страдал от тактильного голода, желая прикоснуться к нему, обнять его, поцеловать, обладать им весь день и всё время.
Он отложил все свои дела, все путешествия и день за днём оставался дома, рядом с Линь Аньланем, состояние которого не менялось, и внимательно следил за ним.
Он боялся, что стоит ему моргнуть или очнуться ото сна, как Линь Аньлань вернёт себе память и покинет его мир.
Чэн Юй не удержался и крепко обнял его. Он поцеловал его в веки и назвал своей женой.
Линь Аньлань рассмеялся.
Чэн Юй, прислушавшись к его смеху, тоже рассмеялся:
— Над чем ты смеёшься? Разве ты не моя жена?
Линь Аньлань ответил:
— Нет.
Чэн Юй схватил его за подбородок:
— Как ты можешь утверждать обратное?
— Просто нет, — совсем не испугался Линь Аньлань.
— Если ты не моя жена, то почему мы спим в одной постели под одним одеялом?
— Вот поэтому я и собираюсь встать, — сказав это, Линь Аньлань сел.
Опасаясь простуды, Чэн Юй поспешно накинул на его плечи халат, лежащий на кровати, и укутал его, ненавидя, что не может даже поднять руки, чтобы помочь ему одеться.
Линь Аньлань сам взял халат и накинул его.
Его кожа была белой, запястья — тонкими и изящными. На них виднелись глубокие и лёгкие засосы, оставшиеся после вчерашних занятий любовью.
Чэн Юй, глядя на это, не удержался и обнял его со спины.
Положив голову на плечо Линь Аньланя, он обхватил его руками и помог завязать ремешок халата.
Закончив с этим, он опустил голову и крепко поцеловал его в губы.
— Что ты хочешь съесть? — спросил Чэн Юй.
— Сейчас идёт дождь и так холодно, так что давай сделаем хого, — ответил Линь Аньлань, немного подумав.
П.п.: хого (хо — огонь, го — кастрюля) — китайская смесь самовара и кастрюли с двойным дном, в которой варят мясо и овощи. В современных ресторанах эта кастрюлька чаще всего встроена в стол, в ней кипит вода/масло и т.д., а люди окунают туда заказанные мясо и овощи. Увидеть такие рестораны можно и в Китае, и в Корее. Второе значение — большое горячее блюдо. Любое из тех, что едят в холодное время.
Чэн Юй кивнул:
— Тогда можешь пока поиграть, а я пойду приготовлю, — сказал он, одеваясь.
http://bllate.org/book/12988/1143485
