Холодным зимним вечером ледяной ветер, словно острый клинок, срезал сухие листья с деревьев, и они сыпались на землю.
У входа в микрорайон Чжанмэй со стороны станции метро шли офисные работники, возвращавшиеся домой, небольшими группами стояли студенты, болтая и смеясь; несколько мальчиков-курьеров, плотно закутавшись в одежду, забирали последние посылки и уезжали на велосипедах.
Молодой полицейский в хлопковой униформе забежал в дежурную будку на улице напротив. Открыв дверь и войдя внутрь, он выдохнул холодный воздух и не удержался от ворчания:
— Этот день становится все холоднее и холоднее. К счастью, есть обогреватель!
— Ну еще бы.
Другой дежурный полицейский рассмеялся:
— Сяо У, взгляни, что за вкусную еду приготовила тебе сегодня на ужин твоя жена.
Полицейский Сяо У застенчиво покраснел:
— Какая жена, брат Ван, она моя девушка, мы поженимся только в следующем году.
Рядом со станцией метро «Чжанцзе» находились три микрорайона, все они были густонаселенные, в них жило много стариков и детей.
В связи с большим количеством людей местное отделение полиции установило дежурную будку на въезде в микрорайон Чжанмэй и направило двух дежурных полицейских для охраны повседневной жизни местных жителей.
Наступило время ужина, молодой полицейский Сяо У и пожилой полицейский Лао Ван открыли свои контейнеры и стали есть, сидя в будке.
Как раз в середине трапезы в дверь постучали.
Сначала оба ничего не услышали, стук в дверь был очень легким, на улице было шумно, ходили люди, но звук возобновился. Через некоторое время первым отреагировал Сяо У:
— Там кто-то есть?
Он отложил палочки и встал, чтобы открыть дверь.
Виу-у...
Холодный ветер ворвался в открытую дверь и пронесся по будке.
За дверью никого не было.
Сяо У замер, затем опустил голову и наконец увидел девчушку в шапочке с цветочками, стоявшую с поникшей головой.
С трепетом в сердце Сяо У обернулся:
— Брат Ван, опять этот ребенок.
Рука офицера Вана, державшая палочки для еды, замерла в воздухе, а лицо стало строгим и серьезным. Он встал:
— Пропусти сюда ребенка.
...
Сяо У и Лао Ван видели эту девочку уже не в первый раз.
Малышку звали Линь Кэсинь, в этом году ей исполнилось всего восемь лет, она жила с семьей в комнате 414, блок 19 в Чжанмэй.
Полмесяца назад, когда на дежурстве был не Лао Ван, а Сяо У и еще один полицейский, девочка внезапно постучала в дверь дежурной будки и сказала, что хочет вызвать полицию.
Сяо У сразу же занервничал.
Восьмилетняя девочка хочет вызвать полицию? Зачем это потребовалось? Неужели что-то серьезное?
Девочка вдруг опустила голову и только робко сказала:
— Маленькая тетя такая странная...
Маленькая тетя?
Позже У связался с районным комитетом, чтобы выяснить подробности.
Мама Линь Кэсинь заболела и умерла в прошлом году, а отец месяц назад женился вторично, взяв в мачехи ребенку девушку лет двадцати, только что окончившую университет. Два дня назад отца Линь отправили из города в полугодовую командировку, дома осталась только мачеха и Кэсинь.
Первая реакция Сяо У была такова: мачеха жестоко обращалась с ребенком!
Он тут же подавил свой гнев и спросил Линь Кэсинь, не била ли ее тетушка.
Кто бы мог подумать, но маленькая Кэсинь опустила глаза и покачала головой.
Она не била ребенка?
Сяо У переспросил:
— Значит, тетушка была с тобой груба, например, заставляла тебя терпеть какое-то наказание?
Не только физическое насилие называется жестоким обращением, а игнорирование, словесное насилие — все это относится к категории жестокого обращения с детьми.
Маленькая Кэсинь снова покачала головой.
На этот раз Сяо У замер. У него не было большого опыта в ведении дел, но коллега, который уже год был на службе, напомнил ему, что сотруднице районного комитета нужно отвести маленькую Кэсинь в помещение для проверки наличия на ее теле повреждений.
Дети могут не решаться рассказать о жестоком обращении с ними из-за страха, но улики не лгут.
Однако на теле Линь Кэсинь не было синяков.
Мачеха не била ребенка и не обращалась грубо, но что тогда?
В чем же заключалась странность?
В тот вечер У оставил своих коллег в дежурной будке продолжать работу, а сам взял за руку маленькую девочку и отправился к ней домой, чтобы лицом к лицу встретиться с этой мачехой и узнать, в конце концов, что происходит.
Блок 19 находился в глубине района Чжанмэй. У пришел с Линь Кэсинь и постучал в дверь, дома никого не оказалось. Пока он находился в замешательстве, из дальнего входа в лифт раздался удивленный и испуганный женский голос:
— Кэсинь!
Сяо У обернулся и увидел красивую молодую девушку.
На шею девушки был надет фартук, а лоб, несмотря на осенний день, покрывала испарина. Увидев Линь Кэсинь, она выскочила из лифта и крепко обняла ребенка. Сначала маленькая Кэсинь отпрянула на полшага, но после того, как девушка обняла ее, она послушно протянула руки и обняла в ответ.
— Маленькая тетя…
Оказалось, что это мачеха Линь Кэсинь.
По рассказу мачехи Сяо У понял, что та вышла искать своего ребенка. Она только что была с девочкой, когда пришла со смены и готовила еду. Внезапно маленькая Кэсинь исчезла. Девушка так разволновалась, что забыла снять фартук и бросилась в управляющую компанию в соседнем доме, чтобы получить записи с камер видеонаблюдения.
Неужели такая мачеха будет жестоко обращаться с ребенком?
У был озадачен.
Но он не терял бдительности. Есть преступники, которые внешне притворяются добрыми, а как только никого нет рядом, их уродливая сущность тут же обнаруживается. Сяо У не ушел сразу, он зашел в их дом, немного переговорил с этой девушкой, пытаясь понять, могла ли она жестоко обращаться с ребенком.
Но эта молодая мачеха, похоже, действительно была очень привязана к маленькой Кэсинь, она не понимала, почему Кэсинь говорит, что она странная, она винила себя, что плохо заботится о падчерице и при этом заливалась слезами.
Сяо У оказался в еще большем недоумении.
В последующие дни полицейские из дежурной будки ходили в районный комитет и в управление имуществом, обошли дома и опросили соседей. Все говорили, что эта мачеха очень хорошо относилась к Кэсинь, не настолько, пожалуй, чтоб любить как собственную дочь, но уж точно не обращалась с ребенком жестоко.
Старый полицейский Ван улыбнулся и сказал У:
— С опытом ты поймешь, что такие вещи сложно объяснять ясно. Возможно, то, что она видела, что ее отец женился на новой матери, сделало ее несчастной, и она намеренно говорила плохие вещи о мачехе.
Все происходящее до этого определенного момента казалось обычным детским спектаклем.
Но в течение следующей половины месяца… маленькая Кэсинь каждый день приходила в полицию.
Всякий раз, когда Сяо У открывал дверь, эта робкая и застенчивая девочка поднимала свои милые круглые глазки и с ожиданием смотрела на стоящего перед ней дядю-полицейского. Как бы ее ни спрашивали, всегда можно было услышать только одно предложение: «Маленькая тетя... такая странная».
...
— Ай, мачеха снова ее ищет, не успела она повернуться, как девочка исчезла.
Только что вернувшийся из микрорайона Чжанмэй полицейский Лао Ван скинул фуражку и бессильно сказал:
— Что случилось с этим ребенком? Она продолжает говорить, что ее мачеха странная.
Вдвоем они доставили ребенка домой и вернулись обратно, наморозившись.
Увидев, что коллега не собирается продолжать разговор, Лао Ван похлопал Сяо У по плечу:
— Эй, о чем ты думаешь?
Внезапно, когда Сяо Ву похлопали по плечу, он так напугался что, что резко обернулся. В его шее послышался хруст, он почувствовал скрытое покалывание и издал тихое:
— Ой.
Лао Ван спросил:
— Что случилось?
Сяо У потрогал шею:
— Пустяки, наверное где-то потянул. Я не знаю, что происходит, но в этом месяце я постоянно чувствую, что моя голова такая тяжелая, что шея не в состоянии держать ее.
Старый Ван посетовал:
— Ты просто слишком устал. У нынешних молодых людей сейчас нередко болит шея. Нужно больше тренироваться и больше отдыхать.
— Брат Ван, неужели ребенок может так врать?
— Кто знает, во всяком случае, мы уже сообщили в городскую службу, девочка также сказала, что мачеха не била ее, а ругала, но, возможно, районный комитет все посодействует в решении вопроса.
— Увы, рис опять остыл.
Устало повернув шею, У задумался, потянувшись за палочками. В тот момент, когда он уже собирался прикоснуться к палочкам, молодой младший офицер полиции вдруг поднял правую руку и, повернув ее, обхватил свою голову.
Глядя на него, пожилой полицейский весело спросил:
— Что ты делаешь?
Сяо У застыл, опустив руку:
— Мне вдруг показалось, что моя голова сейчас отвалится...
— А? Ха-ха-ха.
Старый полицейский не мог сдержать смех, приговаривая:
— Ты действительно знаешь, как насмешить.
Сяо У был в замешательстве. Он двигал шеей из стороны в сторону, поворачивая и максимально растягивая ее. Пальцы тихонько касались гладкой кожи, Сяо У раздраженно сказал:
— Брат Ван, не смейся, завтра я пойду в спортзал!
— Ха-ха-ха!
http://bllate.org/book/12981/1142351
