П.п.: название главы 解决 jiějué цзе цзюэ можно перевести как урегулировать (спор/вопросы/конфликты), покончить с чем-либо, уничтожить врага, прийти к решению, вынести решение (про приговор), но также можно перевести как снасть (в смысле рыбной ловли) и расчеты... Многозначительно)
Мост заполнял желтый туман, от которого исходила сильная зловещая аура.
Когда Цинь Ихэ услышала, что Линь Чжушуй хочет подняться на мост, в ее глазах появился страх, и она сказала:
— Но живые люди не могут туда подняться… Поднявшись, они не смогут спуститься. Они уже не вернутся.
Линь Чжушуй не обратил на нее внимания и сказал Чжоу Цзяюю и Шэнь Ицюну:
— Шэнь Ицюн, подожди здесь, Чжоу Цзяюй, пойдем со мной.
Шэнь Ицюн ответил:
— Мастер, я тоже хочу пойти!
Линь Чжушуй качнул головой:
— Этот мост не предназначен для того, чтобы по нему поднимались живые люди, Чжоу Цзяюй, с его чрезвычайно иньским телосложением, способен взойти на мост, его это не затронет, а вот сможешь ли ты спуститься после того, как поднимешься, неизвестно.
Шэнь Ицюн был немного разочарован, он последовал за Линь Чжушуем, чтобы посмотреть на все эти вещи, так что было бы лучше, если бы он смог подняться на мост и посмотреть. Однако, раз Линь Чжушуй так сказал, он не мог протестовать. Он кивнул и стал ждать с Цинь Ихэ в конце моста.
— Пойдем, — сказал Линь Чжушуй Чжоу Цзяюю и пошел в сторону моста.
Чжоу Цзяюй последовал за ним, немного нервничая.
Цзи Ба сказал: [Не бойся, Линь Чжушуй здесь, раз он позволил тебе подняться, значит, он уверен в твоей безопасности…]
Чжоу Цзяюй слегка смущено подумал: [Нет, я не боюсь, просто… Тебе не кажется, что когда мы идем вот так, мы… вроде как на свидании или что-то в этом роде?]
Цзи Ба промолчал.
В поле зрения Чжоу Цзяюя был виден густой желтый туман, а в желтом тумане — духи Инь, и, к удивлению Чжоу Цзяюя, он даже испытывал некоторое восхищение и приятное волнение. К слову, у него были основания полагать, что даже если бы Линь Чжушуй попросил его заняться раскапыванием могил, Чжоу Цзяюй счел бы это занятие весьма романтичным.
Наконец Цзи Ба вздохнул и с непередаваемым интонациями сказал: [Ну… Хорошо, что ты счастлив].
По мере приближения к середине моста вокруг Чжоу Цзяюя стало появляться все больше духов странной формы. Тела большинства из них были изуродованы, руки и ноги переломаны, а некоторые тела даже были располовинены, у них отсутствовали ноги, и они могли лишь извиваться на земле. Все они, казалось, потеряли рассудок и, следуя своим инстинктам, двигались к центру моста. Вокруг них раздавались мучительные стоны. Весь мост был как дорога в ад.
Чжоу Цзяюй не осмеливался смотреть по сторонам, он смотрел на свои ноги. Он останавливался тогда, когда останавливался Линь Чжушуй, и шел тогда, когда шел Линь Чжушуй.
Пятна крови на мосту стали увеличиваться, и место аварии, которое было ранее отремонтировано, теперь снова появилось на мосту. Чжоу Цзяюй насчитал на мосту не менее десятка машин, в некоторых из них было по три-четыре человека.
Дорога была темной, и чем дальше, тем меньше было мест, где можно было бы спокойно пройти.
Чжоу Цзяюй случайно наступил на что-то мягкое, он резво дернулся, убирая ногу, посмотрел вниз и понял, что наступил на белую и нежную руку.
Рука принадлежала четырех- или пятилетней девочке, ее лицо было в крови, голова была разрублена пополам, в глазах уже не было видно зрачков, они были затянуты мутной белой пеленой. После того как Чжоу Цзяюй наступил на нее, она медленно подняла голову, и их взгляды встретились.
Чжоу Цзяюй молча убрал ногу и прошептал:
— Прости меня, малышка, ты… — сглотнув, он закончил: — Ты продолжай.
Ребенок медленно опустил голову и продолжил ползти вперед.
При виде этой ситуации спина Чжоу Цзяюя покрылась холодным потом, и он понял, что мост, по которому он шел, был очень страшным местом.
Линь Чжушуй услышал позади себя движение и негромко спросил:
— Боишься?
Чжоу Цзяюй неохотно улыбнулся и ответил:
— Не боюсь, ха-ха, здесь ведь господин, я не боюсь. Чего мне бояться?
Шаги Линь Чжушуя внезапно остановились, Чжоу Цзяюй подумал, что он хочет что-то сказать, но не ожидал, что тот протянет руку навстречу и мягко скажет:
— Пойдем.
Руки, белые как нефрит, изящные как бамбук, делают приглашающий жест.
Чжоу Цзяюй: «!!!»
— Чжоу Цзяюй? — снова позвал его Линь Чжушуй.
Чжоу Цзяюй глубоко вздохнул, дрожа, вложил свою руку в его и тут же пожалел, что не вытер сначала холодный пот с ладони.
— Ну вот, и ты все еще говоришь, что не боишься, — Линь Чжушуй взял Чжоу Цзяюя за руку и, почувствовав пот на его ладони, сказал: — Ты напуган.
Чжоу Цзяюй нечего было возразить.
Если раньше рука Линь Чжушуя была очень холодной, то теперь она была горячей, и тепло от ладони передавалось Чжоу Цзяюю, ослабляя панику в его сердце. Хотя в голове Чжоу Цзяюя царил беспорядок, он чувствовал, что в действиях Линь Чжушуя не было ничего двусмысленного, и казалось, что он так повел себя только потому, что беспокоился за Чжоу Цзяюя.
Однако, несмотря на это, Чжоу Цзяюй был доволен, считая, что Шэнь Ицюну повезло, что он не последовал за ними, иначе Линь Чжушуй держал бы каждого из них за руку, как воспитатель — детей в детском саду. Чжоу Цзяюй так живо представил себе это, что даже пугающая атмосфера вокруг него значительно уменьшилась.
Восьмисотметровый мост скоро закончится. На второй половине моста повсюду валялись обломки разбитых машин, а по земле текла кровь и валялись куски плоти.
— Мы почти у цели, — сказал Линь Чжушуй.
— Где мы?
Чжоу Цзяюй поднял голову и увидел что-то в конце моста. На другом конце моста возвышался огромный каменный монумент, к которому и ползли все мертвецы.
Когда Чжоу Цзяюй подошел к монументу, в его сторону внезапно подул жуткий ветер, который вместе с криками мертвецов устремился навстречу им двоим.
Линь Чжушуй поднял левую руку и рубанул по воздуху, ветер стих, и Чжоу Цзяюй даже услышал, как крики ненадолго прервались.
— Отстань! — холодно выругался Линь Чжушуй.
Чжоу Цзяюй впервые слышал, чтобы Линь Чжушуй говорил таким холодным тоном. Хотя Линь Чжушуй обычно относился к людям холодно, его можно было считать миролюбивым, но в данный момент Чжоу Цзяюй мог слышать в его тоне только сильное отвращение.
Каменный памятник был совсем рядом. На земле вокруг него лежали плачущие мертвецы. Они мазали памятник своей кровью, а затем исчезали в густом тумане за ним.
Только войдя внутрь, Чжоу Цзяюй понял, что памятник густо испещрен бесчисленными именами, написанными ярко-красными буквами.
http://bllate.org/book/12979/1142027
