Чжоу Цзяюй увидел, что его талисман и талисман Линь По воспарили над нефритом и стали гоняться друг за другом подобно игривым эльфам.
Чжоу Цзяюй был ошеломлен, не понимая, что происходит и как это возможно.
Линь По, напротив, выглядел торжественным, очевидно, он видел эту сцену уже много раз.
На самом деле, как и у мастера, талисман Чжоу Цзяюя не был очень агрессивным. Талисман Линь По постоянно преследовал его, и время от времени хватал его за угол и с силой отбрасывал.
Талисман Линь По был подобен зверю, полному атакующего намерения. Он ни на мгновение не отпускал талисман Чжоу Цзяюя, а вскоре и вовсе обхватил его и скомкал.
Чжоу Цзяюй наблюдал со стороны и действительно мог почувствовать обиду за свой талисман.
Линь По сказал:
— Дядя, я только что сказал, что он практикуется всего несколько месяцев, и еще немного рано использовать для него этот нефрит.
Его также считают гением семьи Линь. Он занимается начертанием талисманов круглый год, начиная с шести лет, и делает это уже более двадцати лет. Он знает, что в мире много гениев, но не верит, что кто-то может быть так хорош, как он сам.
Линь Чжушуй медленно покачал головой и ничего не сказал.
Линь По не понимал, почему Линь Чжушуй относится к Чжоу Цзяюю так по-особенному, и у него сжалось сердце. Он собирался посмотреть на свою бумагу-талисман и быстро разорвать талисман Чжоу Цзяюя на куски, но обнаружил, что что-то пошло не так.
Талисман Чжоу Цзяюя все еще быстро ускользал, но его движение стало медленнее. Линь По видел эту ситуацию раньше и знал, что энергия, содержащаяся в талисмане, вот-вот будет израсходована.
Линь По удивился и пробормотал:
— Это невозможно…
Но ничего невозможного не было. Талисман Чжоу Цзяюя, казалось, вышел из себя: он вдруг перестал убегать, развернулся и кинулся на талисман Линь По. Талисман Линь По мгновенно растерялся и, как птица с поломанными крыльями, опустился на пол.
Весь процесс произошел так быстро, что Линь По не успел отреагировать. Затем он спохватился, бросился к Чжоу Цзяюю, схватил его за плечи и дико затряс:
— Это невозможно!!!
Он был в шоке и все никак не мог поверить в то, что только что видел.
Чжоу Цзяюй трясся, как тростник на ветру, и не мог говорить.
Линь Чжушуй сказал:
— Хорошо, не тряси его, а то превратится в дурака.
Чжоу Цзяюй почувствовал себя обиженным и подумал: «Господин, почему вы это сказали?»
Линь По возмутился:
— Мастер, как это могло случиться?! Я практикую талисманы уже двадцать лет, — двадцать лет! — а Чжоу Цзяюй, который только начал… Он!.. Это!.. Как это могло случиться???
Он был явно глубоко шокирован и хотел немедленной сатисфакции. Проведите анатомический эксперимент на Чжоу Цзяюй, чтобы увидеть, что у него внутри, и понять, чем он отличается.
Зато Линь Чжушуй совершенно не удивился и просто ответил:
— Он был рожден для этого.
Линь По был глубоко возмущен, он буквально онемел от такой несправедливости.
Линь Чжушуй сказал:
— Убери нефрит.
Линь По кивнул и вяло убрал нефрит и талисманы. Когда он собирал вещи, Чжоу Цзяюй заметил, что кровь, которая изначально капала на нефрит, исчезла непонятно когда, и весь нефрит по-прежнему выглядел безупречно.
— Бумажный талисман — это всего лишь носитель, — сказал Линь Чжушуй и посмотрел на Чжоу Цзяюя, медленно и четко проговорив: — Твой бумажный талисман все еще слишком незрелый, тебе нужно усерднее тренироваться.
Чжоу Цзяюй послушно согласился и подумал о нескольких талисманах, которые он еще не закончил рисовать, в своей комнате. Он все еще задавался вопросом, почему Шэнь Ицюн нарисовал их так быстро, но теперь, когда он подумал об этом, оказалось, что талисманы, которые они рисовали, были разными.
Линь По убрал нефрит и снова вернулся. Небольшая враждебность, которую он испытывал к Чжоу Цзяюй, теперь превратилась в разочарование. Его глаза были полны негодования, как и у Шэнь Ицюна, когда тот впервые увидел Чжоу Цзяюя.
У Чжоу Цзяюя по всему телу побежали мурашки…
— Хотя прогресс и есть, тебе придется усердно тренироваться, — сказал Линь Чжушуй, — но хорошая новость в том, что ты можешь использовать их в финале.
Чжоу Цзяюй изначально задавался вопросом, почему Линь Чжушуй внезапно привел его проверить умение создавать талисманы. Теперь, когда был упомянут финал соревнования, он кое-что понял. Он спросил:
— Господин, вы уже знаете, в чем будет заключаться финальное испытание?
Линь Чжушуй покачал головой:
— Я не знаю.
Чжоу Цзяюй собирался спросить, тогда откуда он узнал, что талисман можно будет использовать в финале, когда увидел, как Линь Чжушуй достал деревянную палочку и протянул ее Чжоу Цзяюю:
— Но я погадал для тебя.
Чжоу Цзяюй с трепетом взял ее и взглянул на надпись, гласившую: «Большое зло».
Он чуть не скончался.
Линь Чжушуй выглядел равнодушным и сказал:
— Даже если ты не выиграешь, использование талисмана не станет большой катастрофой, так как что-то должно произойти.
Чжоу Цзяюй подумал о неудобных трупах в полуфинале и грустно и просительно протянул:
— Господин…
Линь Чжушуй отрезал:
— Нет.
Чжоу Цзяюй: «…»
Он еще не сказал, чего хочет.
Линь Чжушуй усмехнулся:
— Я знаю, о чем ты подумал, — и нежным голосом повторил: — Нет.
Чжоу Цзяюй почувствовал себя обиженным, взглянул на скомканный талисман на столе и почувствовал, что это может быть его будущее…
— Некоторых вещей нельзя избежать, как ты ни старайся, — объяснил Линь Чжушуй. — А если что-то и удастся изменить, то исправлять последствия потом будет делом еще более хлопотным.
Чжоу Цзяюй мог только послушно сказать «да».
Пока они разговаривали, Линь По сидел рядом с ними с очень потерянным выражением лица. Когда Линь Чжушуй наконец собрался уходить, он сказал Линь По:
— Не волнуйся, он не так хорош, как ты.
Глаза Линь По загорелись, а Чжоу Цзяюй буквально онемел от изумления.
Линь По восторженно сказал:
— Мастер, я понимаю!
Линь Чжушуй больше ничего не сказал и ушел вместе с Чжоу Цзяюем.
Они вдвоем вышли из сада и сели в машину, чтобы поехать домой. Чжоу Цзяюй не смог долго сдерживаться и шепотом спросил:
— Сэр, вы хотите сказать, что я не так хорош, как Линь По?
Линь Чжушуй не ответил прямо, но кое-что все же сказал:
— Чжоу Цзяюй, знаешь ли ты, что в тебе есть что-то лучше, чем у других?
Чжоу Цзяюй неуверенно пробормотал:
— Умение готовить?..
Линь Чжушуй: «…»
Это был первый раз, когда он так ясно проявил беспомощность, как будто у него не было возможности справиться с Чжоу Цзяюем. Наконец он тихо вздохнул:
— Есть вещи, о которых если не спрашивать, то это просто как заноза в сердце. Линь По слишком доверяет мне, если я скажу, что он недостаточно хорош, он, конечно же, будет глубоко потрясен и разбит.
Чжоу Цзяюй прошептал:
— Я тоже доверяю вам, господин.
В уголке губ Линь Чжушуя появилась улыбка:
— Итак, я сказал Линь По, что он не так хорош, как ты, но говорил не о тебе, Чжоу Цзяюй.
Чжоу Цзяюй не ожидал, что Линь Чжушуй тоже умеет играть в такие словесные игры.
— Чжоу Цзяюй, ты рожден, чтобы стоять на вершине. Другим приходится тяжело карабкаться вверх. Однако если ты только оглядишься, то сразу увидишь горы, — сказал Линь Чжушуй и добавил: — Тебе следует быть более уверенным в себе.
Выслушав слова Линь Чжушуя, Чжоу Цзяюй наконец гордо выпятил грудь.
И тут Линь Чжушуй сказал:
— Вернись и создай еще несколько талисманов. Они понадобятся тебе для финала.
Чжоу Цзяюй почувствовал, как его спина сгорбилась, и вспомнил о том, с чем ему довелось столкнуться в полуфинале:
— Прежде всего, господин, скажите, можно ли встретить в финале мертвецов?
Линь Чжушуй услышал это и с интересом уточнил:
— Мертвецов? Ты имеешь в виду тех, которые могут двигаться? Ходячих?
Чжоу Цзяюй: «…»
Господин, такого мертвого человека называют не трупом, его называют зомби. Спасибо.
Линь Чжушуй задумался и через пару секунд кивнул:
— Это возможно, но не обязательно. Ты с нетерпением ждешь этого?
Грудь Чжоу Цзяюя, которая только недавно гордо выпятилась, теперь стала вогнутой, и все его тело напоминало свернувшуюся в рулетик креветку.
Он подумал про себя: а чего он ожидал от трупов? может быть, он мог бы подружиться с ними, увидев их поближе?..
Он не знал, было ли это намеренно или все-таки случайно, но на обратном пути Линь Чжушуй спокойно рассказал несколько историй о столкновении со сверхъестественными ситуациями на предыдущих соревнованиях.
Чжоу Цзяюй задрожал, услышав эти леденящие кровь подробности, и наконец вышел из машины. Его ноги подкашивались — он чувствовал слабость в коленях.
Когда они вернулись обратно в резиденцию, Шэнь Ицюн и другие играли в домовладельца* с лаской.
П.п.: Домовладелец — карточная игра, называют также Dou Di Zhu, Fight the Landlord или просто Landlord. Играют втроем: двое (крестьяне) против одного (землевладелец, дичжу). Колода стандартная на 52 карты плюс 2 джокера. Цель игры — избавиться от всех карт первым. Если это удается одному из «крестьян», то победа присуждается обоим. Несмотря на это, «крестьянам» нельзя совещаться между собой и показывать друг другу свои карты. То есть играет Ицюн, иньская ласка и Мусы))
Видя его жалкое состояние, Шэнь Ицюн отвлекся и с удивлением громко спросил:
— Чжоу Цзяюй, что с тобой не так? Ты выглядишь осунувшимся… Тебя что-то иссушило?
Чжоу Цзяюй: «…»
— Кажется, я чувствую себя опустошенным…
Шэнь Ицюн спросил у мастера:
— Господин, возможно ли, что вы собираетесь пойти и продать почку?
Чжоу Цзяюю нечего было сказать.
Ласка дважды щелкнула зубами, затем вырубила крестьянина Шэнь Ицюна, а затем кинула пару двоек.
Шэнь-бедняга-Ицюн больше не заботился о Чжоу Цзяюй и продолжил с азартом рубиться в карты:
— Я не могу себе этого позволить!
Чжоу Цзяюй, которого проигнорировали Шэнь Ицюн и Шэнь Мусы, почувствовал, как опасен этот мир. Он подошел к дивану и рухнул на него. Ласка тут же подбежала и потерлась своей мягкой шелковистой шерстью о лицо Чжоу Цзяюя. Чжоу Цзяюй обнял его и сказал:
— Ты такой добрый, милая липучка.
Ласка цокнула и выбросила последние карты, которые держала в лапах.
Шэнь Ицюн расстроенно взревел:
— Все кончено, Чжоу Цзяюй, сегодня тебе придется переспать с лаской!
Чжоу Цзяюй не понял:
— А?
Шэнь-злорадный-Ицюн с удовольствием объяснил:
— Мы делаем ставку на твою нежное мясо и плоть, хе-хе…
Чжоу Цзяюй: «…»
Ласка радостно обняла свое большое мороженое, ухмыляясь уголками рта. Чжоу-большое-мороженое-Цзяюй выглядел сердитым:
— Шэнь Ицюн, ублюдок, я не буду готовить сегодня вечером, ешь то, что сам приготовишь. Иди за лапшой!
Услышав это, Шэнь Ицюн быстро обнял ласку и потянул к себе, говоря:
— Нет-нет-нет! Я буду спать с ним, так что не прекращай готовить, а то мы помрем от голода.
Голова ласки была полна вопросительных знаков. Шэнь Мусы поддержал лапу ласки рядом с собой и спокойно сказал:
— Да, если Шэнь Ицюн не может сделать это один, я могу сопровождать его.
Ласка: «…»
Кажется, что-то не так.
Автору есть что сказать: Линь Чжушуй поцеловал своего маленького ребенка своим большим ребенком.
Чжоу Цзяюй сказал, что он действительно не может его удержать.
http://bllate.org/book/12979/1141987
