Он задыхался. Казалось, будто все его внутренности сдавливают изнутри. И здесь не было чьей-то вины. Это была боль от угрызений совести, которые испытывал Хваун.
Хаун погиб бесславно, спасая Ён Хвауна. Большинство людей ничего, кроме сочувствия, не испытывали к Хауну в связи с произошедшим. Ничтожная смерть. Не великий человек, а всего лишь ничтожество, погибшее ради спасения Ён Хвауна. Именно так воспринимали все смерть Хауна.
Но он знал, что это не совсем так. Всё было не так просто.
Все знали о смерти Хауна. Хотя, возможно, они и не были глубоко опечалены, но стражники, жившие с Хауном, знали об этом. И хотя со временем о нём бы и так забыли, сам император знал и помнил, что ради спасения Ён Хвауна была потеряна одна жизнь.
Но как быть со смертью Ён Хвауна? Мир не знал о его смерти. Не знали ни его родители, ни люди во дворце Чонган, с которыми он жил в течение долгих лет, ни даже император, который значил для Ён Хвауна больше всех на свете.
И единственный человек во всём мире, знавший о смерти Ён Хвауна, — Хаун, который бессовестно завладел его телом и наслаждался тем, чем должен был наслаждаться он.
— Ха-а... Ха-а...
Хаун не хотел этого. Он никогда не просил об этом. Однако мог ли он освободиться от ответственности только потому, что не просил об этом? Он не мог признаться, что он не Ён Хваун. Да и мог ли он, выдававший себя за Ён Хвауна, с уверенностью сказать, что это произошло не потому, что в душе он не желал этого?
Это было чувство вины, которое терзало Хауна каждый день.
Каждый раз, когда придворные во дворце Чонган улыбались ему. Когда Аджин обращалась к нему своей светлой улыбкой.
И каждый раз, когда милостивый император щедро вознаграждал его за старания. Каждый раз.
Хаун чувствовал себя довольным и счастливым, но в то же время его тяготило чувство вины.
— Ваше высочество! Ваше высочество Ёнбин! — Аджин, услышавшая рыдания своего господина, бросилась в комнату. Увидев свернувшегося калачиком и плачущего Ён Хвауна, она так удивилась, что чуть не упала в обморок. Обняв его за плечи, она закричала:
— Лекаря! Вызовите дворцового лекаря! Скорее!
— Аджин... Кх-х, ха-а... Аджин...
— Да, ваше высочество. Я Аджин, ваше высочество! Сделайте вдох. Делайте, как я, вдох-выдох. Дышите, ваше высочество!
Хваун думал, что это он спас Аджин. Он думал, что, став Ён Хвауном, сделал Аджин хоть немного счастливее. Для него же она была лучиком света, что в моменты, когда он утопал в чувстве вины, помогал выбраться из темноты.
Но в этот момент, пока он не мог сделать вдох, слыша голос Аджин, что успокаивала его и звала лекаря, его не оставляли мысли…
Если бы она знала, что его существование было ложью, если бы узнала, что человек, о котором она заботится и служит как своему господину, на самом деле гораздо ниже её по положению. Разве это принесло бы ей счастье?
Может быть, это было бы большим позором для Аджин, чем если бы её оскорбляли и били?
— Ваше высочество, потерпите ещё немного... Скоро... Скоро придёт лекарь...
Он вспомнил заплаканное лицо Ён Хвауна, который во сне смотрел на него с печальным выражением лица.
Вспомнил и сильную заботливо протянутую к нему руку императора. Но он бы даже не прикоснулся к нему, если бы знал, кто Ён Хваун на самом деле…
Хаун не смог сдержать слёз, как и Ён Хваун в его сне.
***
— Ваше величество, — раздался тяжёлый голос евнуха О.
Сон Ихан, ожидавший, что тот заговорит с ним, с тех пор как вышел из покоев, почувствовал, как при виде мрачного лица и голоса евнуха у него самого стало тяжело на сердце.
Евнух О продолжил:
— Его высочество Ёнбин...
— Что? Ёнбин опять что-то натворил? — резко спросил он евнуха О, стараясь не выдать своего волнения. Как человек, пытающийся обмануть самого себя, Сон Ихан старался не обращать внимания на тревогу, внезапно возникшую в его сердце. Он хотел показать, что ему всё равно, даже если с Ёнбин действительно что-то случилось.
— ...Говорят, что его высочеству Ёнбин нездоровится, и лекарь поспешил во дворец Чонган рано утром.
— ...
— Слуги из дворца Чонган сказали, что он испытывал сильные мучения, а потом упал в обморок...
http://bllate.org/book/12952/1137849
