Хваун, который слушал Аджин с широко раскрытыми от неверия глазами, в ужасе повысил голос. Даже если это и так, как она могла сказать такое, ведь в итоге кто-то из-за этого умер! Именно он был тем, кто умер, спасая при этом своего господина.
— Ваше высочество?..
Однако Хваун был вынужден заставить себя замолчать, ведь это было не то, из-за чего бы Ён Хваун рассердился.
— ...Нет, ничего. Просто я всё ещё немного переживаю из-за того, что произошло вчера.
— Ах...
— Я прошу прощения за то, что повысил голос.
Хваун медленно вздохнул и попросил прощения у Аджин, пытаясь успокоиться.
По правде говоря, в словах Аджин не было ничего плохого. К такому простолюдину-сироте, как Хаун, не очень-то хорошо относились во внешнем мире, что уж говорить про императорский дворец. Он был охранником только по названию. Он, низкий человек, который вошёл в этот дворец, потому что получил благосклонность императора, отличался от тех охранников, которые были детьми высокопоставленных чиновников.
Он был в таком положении, что не мог протестовать, даже если бы его начальник приказал ему умереть, и, как сказала Аджин, не было слова, которое могло бы выразить его смерть за спасение Ёнбин, кроме благословения, о котором он никогда не мог и мечтать.
Когда он уже собирался по привычке вздохнуть, потому что от одной мысли об этом у него еще больше закружилась голова, глаза Хвауна расширились от удивления, когда он вдруг увидел Аджин, которая, дрожа, стояла перед ним на коленях. Аджин плакала, качая головой.
— Ваше... Ваше высочество... Я... я... я совершила тяжкий грех... Пожалуйста, простите меня, ваше высочество...
— П-почему ты вдруг стала так себя вести! Нет, что ты делаешь? Вставай!..
— Нет... нет, ваше высочество. Как смеет это ничтожество слышать извинения от вашего высочества... Эта слуга — та, кто виновата... Это я во всём виновата...
Хваун был так удивлён внезапным поступком Аджин, что даже не мог найти слов, а Аджин уже лежала на полу, билась лбом и умоляла. Слушая то, что говорила Аджин, Хваун пришёл к выводу, что проблема заключалась в том, что он ранее извинился перед Аджин — причём очень серьёзно.
Только тогда он осознал свою ошибку. Какой хозяин стал бы извиняться перед своими служанками? Даже если хозяин действительно сделал что-то не так, было бы трудно найти хозяина, который извинился бы перед своей служанкой.
Тем более Ён Хваун, тот, кто считал жизнь своих служанок ничтожной, как у дикой травы на обочине дороги.
Хваун почувствовал, как его голова снова начинает раскалываться, поэтому заставил себя успокоиться, стараясь, чтобы его голос звучал спокойно.
— Всё в порядке. А теперь вставай...
— Ваше высочество...
— Я извинился не для того, чтобы упрекнуть тебя. Так что не плачь.
Однако, несмотря на усилия Хвауна, Аджин только ещё больше разволновалась от голоса, который мягко успокаивал её.
Кем же был её хозяин Ён Хваун?
Что касается него, то он был тем, кто привлекал молодых придворных дам к ответственности за то, что они не выполнили свою задачу по отгонке птиц, а затем жестоко избивал их, говоря: Что вы будете делать, если его величество не захочет меня видеть, потому что моя кожа испортилась из-за недостатка сна, вызванного звуком пения птиц, которые заставили меня проснуться так рано?
Он был человеком столь буйного нрава, что винил своих слуг в том, что император не пришёл его увидеть, чтобы почувствовать облегчение. Извинение, которое вырвалось из уст такого человека, было не чем иным, как образным выражением: Я разорву тебя на куски прямо сейчас.
Конечно, Аджин не знала, что сделала не так. Она даже наговорила глупостей про безвинно и несправедливо погибшего охранника, лишь бы угодить своему господину
Но Аджин очень хорошо знала, что для её хозяина всё это не имеет значения, и если бы он захотел, он мог бы просто выпороть простую служанку — просто потому, что она дышала.
И всё же вот он, тот самый хозяин, что говорил в высшей степени мягким тоном с Аджин, которая отчаянно качала головой.
— Я понимаю, ты волнуешься и не понимаешь, потому что я вдруг стал таким...
— ...
— Разве я не вернулся из мёртвых? И хотя тебе, возможно, будет нелегко привыкнуть, я хочу, чтобы ты знала, что моё сердце уже не такое, как прежде.
Аджин впервые осознала, что её хозяин может говорить таким нежным голосом. С первого дня, как она начала прислуживать Ён Хвауну в доме его родителей, и до сих пор её хозяин всегда был очень грубым и резким человеком, что Аджин почти забыла, что на самом деле он был человеком с очень красивым голосом. Конечно, только в присутствии императора Хваун говорил мягко, но даже тогда его голос казался Аджин отталкивающим.
Но теперь, когда Ён Хваун говорил с ней спокойно и нежно, это звучало как голос человека, который ласков от природы.
Забыв о своём правиле никогда не смотреть в глаза хозяину, Аджин подняла голову и посмотрела на Ён Хвауна. Ёнбин сделал страдальческое лицо и прищелкнул языком, затем взял мягкий платок, который она отложила для украшения одежды, и протянул его Аджин.
— Перестань плакать сейчас же и приготовься. Разве ты не говорила, что его величество придёт?
— Ах!.. Да, ваше высочество. Да!
Аджин бессознательно протянула руки и поднялась, держа протянутый ей платок. Когда Ёнбин упал в пруд и потерял сознание, она надеялась, что он долго не проснётся, потому что боялась, что он сделает с ними, когда проснётся. Но хозяин, разочаровавший её тем, что проснулся через день, продолжал вести себя как другой человек, что только усугубляло ее переживания.
— Сначала я займусь вашими волосами, ваше высочество.
Но может ли характер одного человека так легко измениться? Даже если он сейчас не в себе из-за шока, вызванного тем, что он чуть не умер, Аджин была уверена, что прежний Ён Хваун вернётся через несколько дней. Так что не стоит позволять этим добрым словам усыпить ее бдительность. Аджин решила не терять самообладания и принялась тщательно расчёсывать волосы Ёнбин.
В любом случае было ясно, что ситуация ухудшится, как только придёт его величество.
http://bllate.org/book/12952/1137778
