После того как дети вдоволь наплескались в ванной, Цзян Мочэнь ополоснул их чистой водой, тщательно вытер пухлые тельца полотенцами и помог надеть мягкие пижамки.
Цици, уставший от водных процедур, сразу потянулся к кроватке. Боянь же захотел пить, но в детской комнате не оказалось минеральной воды, поэтому он осторожно спустился по лестнице.
Янь Цинчи перед сном решил полакомиться апельсинами. Заглянув в мини-холодильник в спальне, он обнаружил, что фруктов осталось совсем немного. Цзян Мочэнь в это время всё ещё наводил порядок в ванной - после бурных игр двух мальчишек там было настоящее наводнение. Оставлять всё как есть было нельзя: завтра кто-то мог поскользнуться на мокром полу.
Спустившись в гостиную, Янь Цинчи устроился на диване и принялся чистить цитрусовые. Заметив Бояня, он предложил:
— Хочешь дольку?
Мальчик покачал головой:
— Я уже почистил зубы.
Не желая подавать дурной пример, Янь Цинчи убрал фрукты:
— Тогда положу их вам с Цици в ланч-боксы на завтра. Съедите в школе.
Боянь знал, что родители Цици всегда кладут ему с собой что-нибудь вкусненькое - фрукты, печенье, орешки. И Цици неизменно щедро делился с одноклассниками. Глядя на это, Боянь иногда думал: вот бы и его папа когда-нибудь положил ему в рюкзак что-то особенное...
Мальчик задумчиво посмотрел на Янь Цинчи, подошёл ближе и тихо спросил:
— Дядя, а вы... настоящий папа Цици?
Вопрос застал Янь Цинчи врасплох. Он отодвинулся, похлопал по дивану и пригласил:
— Садись, поговорим.
Боянь устроился рядом, не отрывая любопытного взгляда.
— А почему ты спрашиваешь? — мягко поинтересовался Янь Цинчи.
Мальчик задумался, слегка поджав губы. Он не был уверен, уместен ли такой вопрос, но ему очень хотелось узнать: будет ли Янь Цинчи любить Цици, даже если он не его родной отец? Ведь его собственный папа собирался жениться на той тёте, с которой Боянь почти не знаком. При встречах она лишь смеялась, болтала с ним и гладила по голове, но симпатии у мальчика это не вызывало.
Он хотел спросить у Янь Цинчи: если бы та тётя не была его родной матерью, стала бы она хорошо к нему относиться? Но, смущаясь, так и не решился задать этот вопрос незнакомому взрослому.
Янь Цинчи заметил его смущение, наклонился и спросил:
— Что-то случилось? Может, я могу чем-то помочь? Я ведь взрослый.
Боянь поднял глаза. Улыбка Янь Цинчи была такой тёплой, что мальчик набрался смелости и прошептал:
— Дядя, вы... вы не собираетесь ссориться с дядей Цзяном и разводиться?
Янь Цинчи опешил от такого вопроса.
Не дожидаясь ответа, Боянь продолжил ещё тише:
— Цици не любит разводы. Он не хочет с вами расставаться... Вы можете всегда оставаться такими же хорошими, как сейчас?
Сердце Янь Цинчи сжалось. Этот малыш, опустивший перед ним голову, несмотря на юный возраст, явно переживал куда больше, чем беззаботный Цици. Родители Бояня постоянно ссорились и в итоге развелись. Теперь он, как настоящий друг, беспокоился, чтобы с Цици не случилось того же.
Янь Цинчи обнял мальчика:
— Не волнуйся. Мы с дядей Цзяном не будем ссориться и не разведёмся. Вместе мы будем растить Цици.
Боянь почувствовал лёгкую зависть, но кивнул:
— Спасибо, дядя.
Янь Цинчи погладил его по голове:
— Янь-янь, ты такой умный и добрый. Даже если твои мама и папа развелись, это не значит, что они тебя не любят. Ты для них самый дорогой человек на свете, и они всегда будут о тебе заботиться.
— Правда?
— Конечно, — твёрдо сказал Янь Цинчи. — Развод — это решение взрослых. К тебе это не имеет никакого отношения. Ты остаёшься их любимым сыном.
Но Боянь всё равно выглядел подавленным:
— Я не знал...
— Ты замечательный мальчик, — искренне сказал Янь Цинчи. — Я уверен, твои родители любят тебя всем сердцем.
Боянь молча уставился на свои колени, затем встал:
— Дядя, пожалуйста, никому не рассказывайте о нашем разговоре. Даже Цици. Хорошо?
Янь Цинчи кивнул:
— Договорились.
Мальчик протянул мизинец. Янь Цинчи скрепил обещание детским «рукопожатием». Боянь выпил воды, пожелал спокойной ночи и отправился наверх.
Янь Цинчи вздохнул. Ему хотелось расспросить мальчика подробнее, но он понимал — ребёнку и так было нелегко. Он посмотрел на свой живот. Каждый малыш приходит в этот мир, окружённый любовью и надеждами. Их жизнь должна быть счастливой... Но реальность часто оказывается иной. Янь Цинчи мог гарантировать счастье только своим детям.
Тем временем Цзян Мочэнь, уложив Цици спать и рассказав ему сказку, вернулся в спальню. Не найдя там Янь Цинчи, он спустился в гостиную и увидел супруга за поеданием апельсинов.
— Будешь? — предложил Янь Цинчи, заметив его.
Цзян Мочэню показалось забавным, что тот выглядел почти как ребёнок, пойманный за запретным занятием. Он подошёл, почистил пару апельсинов и убрал остальные:
— Хватит. Потом сам будешь жаловаться, что переел.
Янь Цинчи, удовлетворив внезапную тягу к цитрусовым, покорно кивнул:
— Тут Боянь приходил попить воды. Мы немного поговорили.
— О чём? — поинтересовался Цзян Мочэнь.
— Мы поклялись на мизинцах, — улыбнулся Янь Цинчи. — Дело чести — секрет.
Он посмотрел на мужа:
— Этот мальчик не по годам развит. И от этого ещё грустнее.
Цзян Мочэнь не стал допытываться. В конце концов, Боянь был всего лишь ребёнком — вряд ли их разговор был о чём-то серьёзном.
Он обнял Янь Цинчи:
— Развод родителей — всегда травма для детей. Но это не наша забота.
— Просто... мне его жаль.
— Значит, мы должны сделать выводы, — сказал Цзян Мочэнь.
— Какие именно? — приподнял бровь Янь Цинчи.
— Никогда не разводиться?
Янь Цинчи рассмеялся:
— После долгого разговора ты сам всё понял.
— Разве нет? Если мы разведёмся, Цици наверняка тоже сбежит из дома.
Янь Цинчи представил Цици с чемоданчиком и аквариумом в руках. Зрелище вышло забавным, но...
— Тогда сначала купим ему собаку. Чтобы левой рукой он нёс чемодан, а правой — пса. Будет самым стильным беглецом в истории.
Цзян Мочэнь фыркнул:
— А я куплю орла. Чтобы у него был верный друг.
— Что, прям как у Эрланга? — рассмеялся Янь Цинчи.
П.п.: Эрланг Шэнь — китайский бог с третьим глазом во лбу, часто изображаемый с собакой и орлом. Забавно, что одно из его имён — Янь Цзянь — сочетание их имён.
Он встал:
— Пойдём, Эрланг, спать.
Цзян Мочэнь потрогал его живот:
— Хорошо, папа Нечжи.
На следующее утро Янь Цинчи отвёз мальчиков в школу. Боянь вежливо поблагодарил, а Янь Цинчи пригласил его в гости в ответ.
После обеда супруги вместе поехали за Цици. Сидя в машине, Янь Цинчи тронул Цзян Мочэня за руку — неподалёку шёл Чжоу Исин.
— Ну что, я же говорил, — усмехнулся Янь Цинчи.
Цзян Мочэнь прищурился:
— Тогда сам с ним и разбирайся.
Вскоре Чжоу Исин постучал в окно со стороны Цзян Мочэня. Тот опустил стекло.
— Давно не виделись, — сухо сказал Цзян Мочэнь.
— И правда, — ответил Чжоу Исин, заглядывая в салон. Увидев Янь Цинчи, он удивился: — Я думал, ошибся машиной. Но раз ты здесь, значит, всё в порядке.
Янь Цинчи понял его игру — стоя перед Цзян Мочэнем и намеренно дразня его.
Цзян Мочэнь нахмурился:
— Чжоу Исин, даже если ты необразован и неумел, твоя семья должна была тебе рассказать. Раз уж ты Чжоу, то новости о моей женитьбе в прошлом году должны были до тебя дойти. Или твоя семья так опустилась, что больше не в курсе дел?
Чжоу Исин скривился:
— Я был за границей и вернулся только в конце прошлого года.
— Значит, за эти месяцы ты ни разу не зашёл в интернет? Ничего не слышал?
— Меня не интересуют новости о тебе, — огрызнулся Чжоу Исин.
— Теперь ты в курсе, — холодно сказал Цзян Мочэнь. — Надеюсь, это прояснит некоторые вещи.
— Какие именно? — усмехнулся Чжоу Исин. — Что я должен держаться подальше от Янь Цинчи?
— Именно.
— Какой ты старомодный. Разве он, женившись на тебе, не может иметь друзей?
— Друзей? — Цзян Мочэнь повернулся к Янь Цинчи. — Он твой друг?
Янь Цинчи покачал головой:
— Мы едва знакомы.
Чжоу Исин опешил:
— Цинчи, как ты можешь?
— Мы действительно не близки.
— Но я же тебя спас!
— За что я тебя поблагодарил.
— И это всё?
— А что ещё ты хотел? — спросил Янь Цинчи. — Если честно, я бы и сам справился в тот день. Ты немного помог — спасибо. Но чего ты ждёшь теперь?
Чжоу Исин растерялся.
— Запомни его слова, — предупредил Цзян Мочэнь. — Иначе тебе не понравятся последствия. Мы приезжаем сюда за нашим ребёнком, а не чтобы видеть твоё лицо.
Чжоу Исин был раздавлен.
— Я не ожидал, что ты... что вы будете такими, — пробормотал он.
Янь Цинчи улыбнулся:
— Знаешь, что твой бывший... или нынешний?.. парень Юань Миньсюй сказал обо мне? «Бессердечный, хладнокровный, жестокий и бесчеловечный — в общем, нехороший человек». Думаю, он был прав.
Чжоу Исин молчал.
— Мы закончили, — сказал Цзян Мочэнь. — Больше не появляйся. Если не поймёшь сам, твой отец тебе объяснит.
— Не смей втягивать моего отца!
— Тогда уходи. Наш брак одобрен старейшинами обеих семей. Если бы твой отец знал, чем ты занимаешься, думаешь, ты бы сейчас здесь стоял? Ему давно следовало поговорить с тобой о Чжоу Цяне.
Чжоу Исин стиснул зубы.
— Ты ещё здесь? — холодно спросил Цзян Мочэнь. — Ждёшь, когда мы втроём вместе уедем?
Не сказав больше ни слова, Чжоу Исин развернулся и ушёл.
— И всё? — удивился Янь Цинчи.
Цзян Мочэнь поднял стекло:
— Чжоу Исин не проблема. Его сдерживает семья. Он не посмеет переступить определённые границы. Всё это представление с «я тебя не знаю» — просто попытка оправдаться перед роднёй.
— Значит, он ещё появится?
— На всякий случай я позвоню его брату, — сказал Цзян Мочэнь, набирая номер. — В отличие от брата Вэй Сюня, брат Чжоу Исина явно мечтал бы о таком младшем брате.
http://bllate.org/book/12941/1135881
