Глава 1
— Горите вы синим пламенем! — кричала Лин Юю, и вся наша группа выживших смотрела на её ярость, затаив дыхание.
Я тем временем спокойно раскладывал добычу по кучкам, а Гу Сяожань сидел в стороне и зевал.
Ещё месяц назад я бы тоже ошалел от увиденного. Но теперь? Привык.
— Чего застыли? Живо собирайте кристаллы!
Только после этого остальные опомнились и кинулись за трофеями. Лин Юю даже не удостоила их взглядом: низкоуровневые кристаллы её не интересовали. Она сразу уселась в позу лотоса, достала из рукава чётки и принялась медитировать.
Словно той кровавой богини, что только что крушила врагов, и не существовало вовсе. Весь её облик теперь излучал умиротворённое, буддийское спокойствие.
Я только вздохнул и начал объяснять новичку, как правильно обращаться с кристаллами.
Он выслушал и серьёзно кивнул, но потом с искренним недоумением спросил:
— Почему капитан Лин в бою и в жизни — два разных человека?
— Потому что ей лень, — ответил я.
Новичок застыл с лицом, полным вопросов. Я похлопал его по плечу.
Понимаю, не каждому дано понять ход мыслей Лин Юю.
Когда начался апокалипсис, она решила просто "забить" на всё. Заболела — ну и ладно, полежу, авось сама оклемаюсь. А в итоге проснулась с огненной способностью. Общаться с людьми не любит — значит, воюет одна, без команды.
И так её способности шаг за шагом росли, пока не развились до пугающих масштабов.
Глава 2
— Вы же выросли вместе! Наверное, вы тоже крутой?
Что за вопросы? Неужели не понимает, что так говорить неприлично?
Видимо, новичок совсем не знает, что такое светские условности.
Я многозначительно покачал головой и отошёл подальше.
Поймёт ли кто-нибудь? Взрослый мужчина, а не пробудил никаких способностей, выживаю только благодаря огненной силе своей подруги детства.
Единственное утешение — мой университетский сосед Гу Сяожань, которого я в начале апокалипсиса застал за праздным времяпрепровождением, и с тех пор он так и тянется за мной.
С ним моё бесстыдство не так заметно.
Тогда мы оба, взрослых парня, униженно умоляли её о помощи — зрелище было поистине жалкое.
Сначала Лин Юю не хотела, но потом, вспомнив детскую дружбу, всё же разрешила нам остаться.
— Эх, если бы у тебя была водная стихия, можно было бы помыться.
— Тогда вчера не было бы у тебя жареной свинины.
— Свиной суп тоже неплохо!
Ещё не подойдя, я услышал их разговор.
Они общались очень непринуждённо, и я одно время серьёзно подозревал, что этот бабник Гу Сяожань хочет приударить за моей подругой детства.
В отряде некоторые болеют за эту пару, другие — за нас с Лин Юю, выросших вместе.
А кое-кто даже сочинил о нас любовный треугольник.
Мол, мы с Гу Сяожань соперничаем из-за девушки.
Вот только кто бы знал правду: мой "мнимый соперник" в последнее время тихо хлюпает носом... прямо у меня под одеялом.
Глава 3
— Слезь с моей кровати!
Гу Сяожань уставился на меня, пару раз жалобно моргнул, и весь его вид стал таким беззащитным, что от прежней его наглой расхлябанности не осталось и следа.
И честно сказать, понятно, почему у него было столько побед на любовном фронте: с такой мордашкой устоять почти невозможно.
— Не делай вид, что не слышишь! — я сдавленно выдохнул. — Я больше не могу терпеть, что ты каждый день спишь на моей постели!
— Ты брезгливый? — невинно уточнил он. — Не переживай, я очень чистоплотный.
У меня не было слов.
Дело-то вовсе не в чистоплотности... Проблема в том, что я гей.
А он, будь он в гей-круге, считался бы верхом совершенства. Я едва сдерживал естественные реакции, потому что стоило ему чуть прижаться или закапризничать, как он выглядел слишком уж соблазнительно.
Но в его взгляде, когда он смотрит на меня, сквозит что-то хищное. Наверное, это и называют "подобное отталкивает подобное".
— Раз не можешь отказаться, так расслабься и получай удовольствие. Я уже постель согрел.
После целого дня таскания с отрядом я был выжат досуха. Решил махнуть рукой и просто лечь спать.
Но не успел закрыть глаза, как он снова полез — и заключил меня в крепкие медвежьи объятия.
— Эй, не наглей!
Он ткнулся носом мне в шею и тихо, почти по-детски промурлыкал:
— Ты же знаешь, у меня сейчас период пробуждения способности. Ломка, температура... Ну потерпи немного, ладно?
Я выдохнул и с досадой качнул головой.
Да, это состояние обычно сопровождается жаром, слабостью и давящей пустотой внутри. В такие моменты человеку действительно легче, если рядом кто-то есть.
— Но у тебя этот "переходный период" что-то уж слишком долгий. Уже неделя прошла!
Он снова прижался ко мне, горячее дыхание скользнуло по коже:
— Зато температура не врёт.
Чёрт, и правда. Он горел весь, особенно ладонь, что лежала у меня на пояснице.
Я почувствовал, как кровь приливает к лицу. Господи... Такой парень — и если бы оказался "снизу", это было бы настоящей жалостью — растрачивать его выдающиеся данные...
А вот если "сверху"...
Ну, тогда ко мне это уже отношения не имеет.
Глава 4
Проспал я до самого утра. Надо признать: рядом моя бессонница куда-то испарилась — стоило коснуться подушки, как я уже отключался.
Неужели это одна из уловок ловеласа?
Я не удержался, ткнул его пальцем:
— Подъём. И заодно скажи, как тебе удаётся так усыплять людей?
В ответ он только крепче обнял меня за талию и, не открывая глаз, пробормотал:
— Дай ещё минутку... А про сон — может, просто потому что рядом со мной ты чувствуешь себя в безопасности.
Я залился краской. Господи, он вообще понимает, насколько это звучит двусмысленно?!
А ведь вид у него сейчас... в этой полной беззащитности, в мягком свете утра... длинные ресницы чуть дрожат, и солнце на них ложится так нежно, что сердце сжимается.
— Ли Циньюань, сегодня твоя очередь готовить завтрак...
Дверь приоткрылась, и в проёме появилась Лин Юю. Она встретилась со мной взглядом, потом перевела глаза на Гу Сяожаня, моргнула и... закрыла дверь.
А через мгновение из-за стены раздался гулкий стук деревянной рыбы — тук-тук-тук. Мерный, тягучий, такой, каким монахи сопровождают чтение сутр, чтобы отогнать лишние мысли и успокоить сердце.
Что за поворот такой?
Гу тоже, похоже, проснулся окончательно. Сел, взъерошенный, и выдохнул:
— Ну и что теперь делать?! Нас же застукали!
Я посмотрел на него, как на дурака:
— Паниковать-то зачем? Мы же оба мужики. К тому же это была моя подруга детства, неужели думаешь, что я в неё влюблён?
В его взгляде мелькнула настороженность. Я усмехнулся, хлопнул его по плечу:
— Не волнуйся, я не стану с тобой соперничать.
И, оставив его с квадратными глазами, вышел в коридор с самым невозмутимым видом.
Вот так-то. Настоящий мужик должен быть великодушным.
Хотя, конечно, дело не только в великодушии — чувств к Лин Юю у меня и правда нет.
Но горе гея — кто поймёт!
http://bllate.org/book/12876/1132901
