— Угх... — с хриплым, сиплым стоном Лянь Хуа с трудом приоткрыл тяжёлые веки. Всё тело ныло так, будто его только что пустили под пресс. Он даже не знал, сколько костей у него осталось целыми. Пошевелил пальцем — и боль тут же пронзила его так, что он едва не потерял сознание снова.
— Лянь Юй... Лянь Юй... Малыш Юй... — Лянь Хуа попытался мысленно позвать своего зверька. Ноль реакции.
С трудом оглядевшись, он понял, что находится в какой-то хлипкой хижине. Под ним — охапка сухой соломы, сверху — омерзительно вонючее, влажное одеяло с затхлым запахом. Лянь Хуа застонал: теперь ему стало ещё хуже.
Снаружи раздался раздражённый мужской голос:
— Малышка Юй, ты и правда собираешься продолжать ухаживать за этим полуживым мужиком? Уже три дня прошло, а он всё не приходит в себя. Точно не жилец. Брось ты это дело.
— Чжао Сяолун! Не неси ерунды! Старший брат точно очнётся. Он обязательно поправится! — девчачий голос прозвучал возмущённо и с нотками отчаяния.
— Да очнётся он, как же! Когда вы его тащили сюда, у него все кости были переломаны! С такими травмами он уже тогда должен был умереть. Ты зря себя обнадёживаешь, малышка Юй.
— Ничего подобного! Старший брат точно не обычный человек. Он наверняка — могущественный носитель способностей! Он не может просто так умереть! — девочка говорила с такой уверенностью, что на мгновение даже у Лянь Хуа дрогнуло сердце.
— Да ты меня с ума сведёшь! Ты и твой брат последние дни пахали, добывая чистую воду и еду — и всё это влили в этого живого трупа! А он как лежал, так и лежит!
— Это наши ресурсы! Хотим — делимся! Убирайся, я тебя видеть не хочу!
— Ты!.. Да чтоб тебя! Делай, что хочешь. Пойду найду твоего брата!
Послышались удаляющиеся шаги, а затем дверь хижины скрипнула, приоткрывшись.
Лянь Хуа увидел, как в помещение осторожно вошла девочка лет двенадцати с грязными лохматыми волосами, почти скрывавшими лицо. На ней была выцветшая, не по размеру одежда, а в руках она аккуратно держала наполовину полную пластиковую бутылку воды. Завидев, что он открыл глаза и смотрит на неё, девочка радостно вспыхнула:
— Старший брат, ты проснулся?!
Она подбежала к нему и с тревогой заглянула в лицо. Лянь Хуа попытался что-то сказать, но из горла не вырвалось ни звука.
Девочка тут же поняла:
— Не волнуйся! Сначала выпей водички! — она бережно открутила крышку бутылки и поднесла её к его губам.
Он действительно умирал от жажды, поэтому без колебаний сделал большой глоток, а затем, покачав головой, жестом дал понять, что больше не надо.
Девочка аккуратно закрыла бутылку и спрятала её. Потом села рядом и, подперев щёки руками, уставилась на него, как на диковинку.
Лянь Хуа почувствовал, как облегчение постепенно разливается по телу. Он закрыл глаза и попытался сосредоточиться на внутренних ощущениях.
Три сломанных ребра, перелом правой ноги, десятки мелких и не очень ран по всему телу, и — что хуже всего — полное отсутствие энергии. Ни капли. Похоже, тело потратило всю его силу на попытку самовосстановления.
Он горько усмехнулся. Какой же он невезучий. Неужели каждый, кто приближается к главгерою, автоматически попадает под его чудовищную способность притягивать все беды и монстров в округе?
Но ведь у Лянь Хуа нет ни силы, ни священного ореола, чтобы справляться с такими ситуациями. Он тяжело вздохнул.
Да что же это за жизнь такая...
С тех пор как Лянь Хуа впервые успешно втерся в доверие к главгерою, он не собирался останавливаться. В течение следующего месяца он каждый день изобретал новые способы, чтобы угодить Ся Чжи. С утра до вечера торчал у тётушки Ли, учась готовить. Конечно, сперва всё, что он готовил, кроме блюд с грибами, вызывало у Ся Чжи только отвращение — и доставалось в итоге Ай Вэню, который каждый день увязывался за Лянь Хуа, как хвост. А ведь добавка и замена ингредиентов в этих условиях — дело дорогое: всё покупается за кристаллы.
Но вскоре у Лянь Хуа начало получаться. Сперва Ся Чжи пробовал только по паре кусочков. Потом ел всё. Чтобы добиться этого, Лянь Хуа понадобился месяц. Впрочем, за это время ему досталось немало: Ся Чжи то смотрел на него мрачно, то вел себя непредсказуемо, а пару раз даже врезал ему — просто потому, что Лянь Хуа его раздражал. Тогда Лянь Хуа молча исчезал на время, пережидал — и возвращался. И каждый раз после перерыва Ся Чжи становился мягче.
Лянь Хуа активно пользовался тем, что Ся Чжи сам назначил его личным слугой, и с этой "должностью" в кармане бегал к нему в комнату чуть ли не каждый день. За всё время, что они двигались вперёд, он ни разу не спал отдельно. Лянь Хуа твёрдо верил: если быть достаточно настойчивым, открытым и честным — даже если Ся Чжи сейчас его не любит, он всё равно однажды растает.
С начала "ухаживаний" Лянь Хуа раздражал Цзян Сыюй всё больше. Она ежедневно отпускала ядовитые шуточки в его адрес. Лянь Хуа тоже не питал к ней симпатии и старался держаться подальше. Но Цзян Сыюй, не видя цели своих насмешек, начала открыто распускать слухи: мол, он — мальчик на побегушках, продаёт задницу, бесстыжий, бесхребетный.
На публике она вела себя как образец стойкой, трудолюбивой девушки, чем и снискала уважение многих. Поклонников у неё было пруд пруди — но никого она не выбирала, всех держала "на крючке". Эти самые "поклонники" возненавидели Лянь Хуа: раз богиня его презирает — значит, он точно мерзавец! В результате ему то и дело устраивали подлянки.
Так и жил Лянь Хуа: с одной стороны — боролся с кавалерами Цзян Сыюй, с другой — лебезил перед Ся Чжи, учился бытовым навыкам и заодно прокачивал отношения с Пушечным Мясом Анем. В итоге он окончательно устал — и решил натравить на Цзян Сыюй её же сестру, Цзян Сыя. Та была дурочка, и Лянь Хуа всего парой фраз довёл её до белого каления. Сыя тут же пошла разбираться с сестрой.
Ань был слишком занят битвами и добычей ресурсов, чтобы заниматься её конфликтами. Когда он, наконец, узнал, что между сёстрами пробежала кошка — было уже поздно. Разборки отгремели, пыль улеглась. Оставалось только развести руками.
Бай И всё ещё держался поблизости от команды Ся Чжи, но не вмешивался, лишь следил. Его люди спокойно контактировали с людьми Ся Чжи, пока сам он держался подальше.
Когда две сестрицы сцепились, Лянь Хуа в сторонке с удовольствием наблюдал за спектаклем. Ему уже смертельно надоели поклонники Цзян Сыюй, и просто так это оставить он не собирался.
А тем временем отношения между Лянь Хуа и Ся Чжи немного потеплели: главгерой изредка даже улыбался ему. Пушечное Мясо Ань тоже начал воспринимать его почти как товарища.
И вот тут-то Лянь Хуа и накрыло бедой... хотя в тот момент он даже не осознал, насколько это серьёзно.
В тот день их отряд проходил через маленькую деревушку. Разведка показала: она полностью захвачена мутировавшими зверьми. Ся Чжи решил её зачистить. В таких деревнях обычно хранились большие запасы еды — крестьяне привыкли всё откладывать впрок.
На разведку пошли Лянь Хуа и Ань Цзыци — оба были третьего уровня. Лянь Хуа уже раньше объяснил Аню, как использовать древесную энергию, чтобы скрывать своё присутствие. Тот быстро освоился, и хоть техника у него пока была нестабильной, её хватало, чтобы тихо прошмыгнуть в деревню и оценить расстановку мутантов и зомби.
Они разделились: Ань Цзыци пошёл влево, Лянь Хуа — направо. Оказалось, что мутанты в деревне — это в основном бывшая домашняя живность: куры, утки, свиньи, собаки. Самое сильное существо — петух третьего уровня. Остальные — максимум первого-второго.
Лянь Хуа решил, что если убить главного, остальные уже не проблема — команда Ся Чжи с ними легко справится.
Бродя по деревне, он наткнулся на тайный погреб, полный неочищенного риса. Радости не было предела! Он сразу решил: никому не скажу, особенно братцу с соседней базы. Только Ся Чжи. Он точно обрадуется.
Когда сражение закончилось и мутанты были побеждены, Лянь Хуа с восторгом потянул Ся Чжи к погребу. Но когда они открыли его — всё было пусто.
До последнего зёрнышка.
Судя по объёму, без пространственной способности всё было бы невозможно утащить. А в команде Ся Чжи два пространственника находились под охраной и постоянным наблюдением. У Бай И таких не было.
Лянь Хуа стоял, как громом поражённый.
И даже не представлял, что это была только разминка...
В конце концов Лянь Хуа заметил: когда все сражались с мутантами, Цзян Сыюй куда-то исчезала. И это заставило его задуматься. Несколько дней подряд он следил за ней, заодно успев поймать на себе парочку "полных любви" взглядов Ся Чжи — тех самых, где во взгляде читается: "Ты совсем с ума сошёл, идиот?"
И вот наконец, спустя несколько дней, Лянь Хуа начал понимать — тут что-то не так.
Во-первых, одежда. В условиях, когда каждый в команде имел в лучшем случае две-три смены одежды (и то — бережно стираемые, подлатанные и экономно носимые), у Цзян Сыюй будто был собственный гардероб. Причём её наряды всегда были чистыми и целыми, даже если она носила одно и то же. В мире, где ткань рвётся от когтя мутанта, а стирка — роскошь, это выглядело подозрительно. Сам Лянь Хуа недавно получил от мутанта царапину прямо по брюкам!
Во-вторых, еда. Цзян Сыюй всё ещё соперничала с Лянь Хуа в попытках кормить Ся Чжи — но её блюда часто содержали редкие сейчас приправы, овощи, а порой даже немутировавшее свиное мясо! В условиях, когда найти не мутировавшую свинью сложнее, чем победить монстра четвёртого уровня, это было слишком уж странным совпадением.
В-третьих, раны. После недавнего боя у сестёр Цзян были одинаковые порезы, но у Сыюй кожа уже снова была гладкой, как у варёного яйца, а у Сыя — всё ещё зиял свежий шрам. Хотя обе — водные способные второго уровня.
Всё это могло бы сойти за случайность... если бы не слишком частое везение. Лянь Хуа решил проверить догадку и попросил Лянь Юя проследить. Тот, обладая отличной способностью к маскировке, справился идеально — и доложил: по ночам Цзян Сыюй не спит в палатке. Она просто исчезает.
— Вот тебе и на, — выругался Лянь Хуа. — Да у неё, мать её, пространственная способность!
Лянь Юй также заметил у неё на руке нефритовый браслет — скорее всего, тот самый артефакт, который и служит вместилищем её "карманного мира". Всё стало на свои места.
— Ах вот оно что... — протянул Лянь Хуа. — Да она не просто "водная", а та самая "перерождённая героиня с пространством", женская версия главгероя! Неудивительно, что она так цепляется за Ся Чжи, прям до смерти не отпустит...
На следующий день он вызвал её на откровенный разговор, увёл подальше от всех и шепнул: мол, я знаю твой секрет. Лучше держись от меня подальше — если не хочешь, чтобы всё всплыло наружу. Он считал, что этого будет достаточно, чтобы Цзян Сыюй отвязалась.
И правда, её поклонники перестали устраивать Лянь Хуа подлянки, и жизнь вроде бы наладилась. Он не собирался забирать у неё пространство, да и не интересовался этим сокровищем. Он не знал, что это была его ошибка.
Для Сыюй её пространственный артефакт был гарантией выживания. И тот, кто знал о нём — становился угрозой. А угрозу надо устранить.
Через пару дней их караван остановился у переправы, чтобы подготовиться к переходу через реку. Цзян Сыюй тайно расплескала рядом "воду из духовного источника" — жидкость, которая, подобно святой наживке, привлекала зомби и мутантов. Что круче — её вода или та, что у Ся Чжи, никто не знал. Но то, что она сработала — факт.
На отряд обрушилась волна мутантов и зомби, и в ней оказалась четвёртого уровня мутировавшая анаконда.
Пока все сражались с мелкими монстрами, Лянь Хуа бросился помогать Ся Чжи. Тот был самым сильным — уже достиг четвёртого уровня. У Лянь Хуа был третий. В отряде третьих уровней вообще было мало, и справляться с такой тварью в одиночку было почти невозможно.
Ся Чжи, как всегда, рвался в бой, и Лянь Хуа пытался как мог помогать: водой сбивал прицел змее, лозами путал движения. Но сил у него было мало, по сравнению с чудовищем. В итоге Ся Чжи пошёл вразмен — получил ранение, но почти прикончил тварь.
И вот в тот самый момент, когда победа была на носу, Цзян Сыюй выплеснула на Лянь Хуа полное ведро той самой приманки — воды из источника. Анаконда взвилась в бешенстве — и ударом хвоста швырнула его прямиком в бурную реку.
Он ничего не помнил после этого — только как всё внутри перекрутилось. Его не сожрали мутировавшие рыбы — значит, его вытащил Лянь Юй.
Сейчас с Лянь Юем связи нет, тело Лянь Хуа полностью разбито, двигаться невозможно. Но, раз его спасли — он просто будет пациентом, который честно лечится. А когда встанет на ноги — обязательно отблагодарит того брата и сестру, что его выходили.
Лянь Хуа закрыл глаза и спокойно погрузился в медитацию, надеясь восстановиться как можно скорее.
http://bllate.org/book/12875/1132835
