Лу Няньнин узнал о страхе Ли Яня перед иголками довольно неожиданным образом.
Все началось с того, что Ли Яня поцарапал кот.
Это был тот самый кот, который пропал несколько дней назад. Внезапно, словно призрак, он появился в оранжерее.
Тощий кот свернулся клубочком в углу стойки с цветами и уютно дремал.
Ли Янь некоторое время наблюдал за ним и не смог устоять перед желанием погладить. Но как только он протянул руку, очень бдительное животное открыло глаза и угрожающе зашипело. Глядя на Ли Яня свирепым взглядом, кот когтями резанул тыльную сторону ладони мужчины.
Ли Янь почувствовал резкую боль в руке и быстро отдернул ее, заметив несколько кровавых царапин.
Он бросился в ванную, чтобы промыть раны водой, а кот, испугавшись, опрокинул два цветочных горшка. Дворецкий, думая, что с Ли Янем что-то случилось, вошел в оранжерею и увидел убегающего кота.
Животное поймали.
Когда дворецкий уточнил, не пострадал ли сам Ли Янь, бета сунул свою раненую руку в карман и покачал головой.
Дворецкий кивнул и сообщил Лу Няньнину, что Ли Яня поцарапал кот.
Ли Янь некоторое время смотрел на дворецкого широко раскрытыми глазами, после чего поджал губы и вернулся в дом.
Когда вечером Лу Няньнин вернулся домой, он пребывал в ярости и отругал всех — от охранников у ворот до высокооплачиваемых телохранителей, находящихся внутри.
С усмешкой, от которой у всех в комнате побежали мурашки, он саркастически спросил:
— Так это и есть так называемая непроницаемая защита? Та, через которую даже муха не смогла бы пролететь?
Все обменялись взглядами, и даже кот, который раньше вел себя агрессивно, теперь сидел в клетке и, прижав хвост, ни смел издать ни звука.
После того, как охранники принесли свои извинения Лу Няньнину, альфа яростно приказал им всем исчезнуть.
На следующий день все охранники, стоявшие у ворот и внутри особняка, были заменены.
Но Ли Янь этого не заметил. Он все время оставался в доме, поэтому никак не взаимодействовал с теми людьми.
Той ночью Лу Няньнин приказал сделать Ли Яню прививку.
Ли Янь, который выглядывал со второго этажа следя за котом, запертым в клетку, быстро отпрянул назад.
Если Ли Янь просто не хотел снова переживать предыдущий опыт, то для Лу Няньнина эта инъекция оказалась совершенно выматывающей.
Бета делал все возможное, чтобы избежать укола, и когда Лу Няньнин наконец вытащил его из-под стола в кабинете, он был в ярости:
— Ты хочешь умереть? Это бродячий кот! Если он заражен, а ты не сделаешь прививку, то можешь умереть!
Ли Янь только качал головой, отказываясь говорить.
Обычно он не хотел общаться с Лу Няньнином, а если возникала такая необходимость, то говорил не больше пары слов.
После возвращения из больницы, Лу Няньнин старался вести себя сдержанно. По словам Чжэн Чжи ситуация была довольно серьезная, а альфа не хотел слишком рано погубить Ли Яня. Каждый раз, когда Лу Няньнин смотрел на Ли Яня и ощущал проблеск жалости, он убеждал себя, что просто не хочет так легко его отпускать. Он должен сдерживать себя и хорошо заботиться о нем, чтобы мучить потом как можно дольше.
Но Лу Няньнин не мог видеть Ли Яня в таком состоянии, поэтому он крепко сжал его запястье, отказываясь отпускать, и со свирепым выражением лица попросил врача подойти и поставить укол.
В конце концов, Ли Яню было больше двадцати лет, и ему было неловко от столь подавляющего страха перед иглами.
Когда Ли Янь услышал, что Лу Няньнин зовет врача в кабинет, чтобы сделать ему укол, пока он прячется под столом, мужчина внезапно понял, насколько нелепо он будет выглядеть перед посторонним.
Ли Янь неохотно выполз. Лу Няньнин поднял его с пола и отнес в спальню.
Чжэн Чжи был искренне удивлен, увидев поведение Ли Яня. Сначала он не поверил словам Лу Няньнина, но теперь, когда увидел это сам, понял, что это правда.
Ли Янь практически лежал на руках Лу Няньнина. Когда Чжэн Чжи начал протирать его кожу спиртовой салфеткой, на руке мгновенно появились мурашки. Мужчина не смог сдержать дрожь и лицом уткнулся в грудь альфы.
— Ты взрослый человек! Почему ведешь себя, как ребенок? — тон Лу Няньнина был полон презрения. Он засучил рукав Ли Яня, чтобы Чжэн Чжи было удобнее делать укол.
Тон Чжэн Чжи бы гораздо мягче:
— Не нервничай. Чем больше ты напрягаешься, тем сложнее будет сделать укол, — доктор перевел взгляд на Лу Няньнина. — Кажется, это психологический барьер. Попробуй поговорить с ним о чем-нибудь, чтобы отвлечь.
Лу Няньнин нахмурился:
— Еще одна психологическая проблема?!
Лицо альфы исказилось, когда он вспомнил, как Ли Яню, запертому в той комнате, скованному по рукам и ногам, вводили инъекции. С завязанными глазами и кляпом во рту, Ли Янь, скорее всего, был в ужасе, но не мог даже молить о пощаде.
Немного смягчив тон, Лу Няньнин успокаивающе сказал Ли Яню:
— Не волнуйся. Как только тебе поставят укол, я отрежу когти этому чертовому коту!
После такого утешения, тело Ли Яня стало еще более напряженным, и он начал дрожать еще сильнее.
Чжэн Чжи беспомощно посмотрел на Лу Няньнина:
— Забудь об этом. Просто прижми его крепче и не давай шевелиться, иначе понадобится вторая инъекция.
***
Ли Янь не мог покидать особняк, но внутри Лу Няньнин не ограничивал его передвижения.
После стольких лет Ли Янь изучил каждый уголок этого дома. Вероятно, из-за жестоких слов Лу Няньнина о расправе над котом, мужчина решил пробраться в кладовую, чтобы спасти его.
Лу Няньнин внимательно за ним наблюдал через камеру видеонаблюдения. Ли Янь, в пижаме, которую одел этим утром, осторожно придерживал клетку с котом. Выражение его лица было встревоженным, и он трижды оглянулся, пока добирался до самой дальней комнаты на втором этаже. Это была никем не используемая аккуратно убранная спальня для гостей. Устроив кота внутри, Ли Янь вышел за дверь и пошел на кухню, чтобы принести животному воды и еды.
Ли Янь все провернул практически незаметно. Если бы Лу Няньнин не проверил камеры видеонаблюдения, он бы не обратил внимания на эти перемещения. Ли Янь просто вошел на кухню и даже прошел мимо двух слуг, но никто не заметил ничего необычного. Вот только еда в тарелке словно испарилась в воздухе.
После произошедшего Лу Няньнин пошел к Ли Яню и сказал, что кот пропал, после чего поинтересовался, не знает ли он что-то об этом.
Ли Янь посмотрел на альфу широко открытыми глазами и покачал головой.
Его глаза были такими же искренними, как и всегда, идеально отражая его образ. Словно самого невинного и искреннего человека внезапно подвергли допросу, несправедливо обвиняя.
Лу Няньнин взглянул на дворецкого, который принес кошачью клетку и поставил ее перед Ли Янем.
Выражение лица Ли Яня тут же изменилось. Кот внутри выглядел болезненным — клетка для него была слишком маленькой и не давала возможности передвигаться. Хотя Ли Янь тайно кормил его, кот находился не в очень хорошем состоянии.
Ли Янь потянулся, чтобы коснуться клетки, но Лу Няньнин перехватил его руку прямо в воздухе.
Альфа холодно приказал дворецкому:
— Иди и закопай его.
Когда дворецкий опустил голову, собираясь покинуть помещение, Ли Янь запаниковал. Он двинулся, чтобы преградить мужчине путь, но Лу Няньнин оттащил его назад.
— Нет… Не надо, — голос Ли Яня звучал хрипло и нерешительно.
— Что не надо? Ты уже забыл, о чем я тебе говорил? — Лу Няньнин схватил Ли Яня за запястье. — Почему ты продолжаешь лгать мне? Почему ты не можешь учиться на своих ошибках?
Ли Янь опустил голову, избегая взгляда Лу Няньнина, но альфа держал его за запястье так крепко, что оно начало пульсировать от боли.
— Ты хочешь оставить этого кота?
Ли Янь кивнул.
Лу Няньнин был недоволен и продолжал настаивать:
— Тогда что ты должен сказать?
Ли Янь говорил медленно и осторожно, а в его голосе слышались нотки страха:
— Лу Няньнин, мне жаль.
— Нет, неправильно, — Лу Няньнин оставался необычайно спокойным, даже терпеливым. Он четко проговаривал каждое слово. — Тебе следует сказать: Лу Няньнин, я хочу оставить себе этого кота.
Прошло много времени с тех пор, как Ли Янь общался с Лу Няньнином или говорил такими длинными предложениями, выражая свои желания.
Это казалось сложной задачей. Ли Янь сделал несколько глубоких вдохов, а затем поднял глаза, встретившись с пристальным взглядом Лу Няньнина, стоявшего перед ним:
— Я… я хочу оставить себе… этого кота.
— И?
— Лу Няньнин, — медленно добавил Ли Янь, но на этот раз уже не запинаясь.
— Это ведь не так уж и сложно, правда? — тон Лу Няньнина теперь был терпеливым и снисходительным, словно он был другим человеком. — Отныне, когда я буду с тобой разговаривать, ты должен мне отвечать.
Ли Янь кивнул.
Лу Няньнин продолжал смотреть на него, не двигаясь. Из клетки в руках дворецкого, стоявшего у двери, послышалось слабое мяуканье.
Поняв, чего от него ждут, Ли Янь ответил:
— Хорошо.
http://bllate.org/book/12833/1597202
