Всю дорогу Чон Бом Джу разговаривал по телефону. Он то и дело повышал голос, будто был в ярости, а однажды даже пнул спинку переднего сиденья так, что раздался глухой удар. Ёхан сжался, затаив дыхание, - ему казалось, что если он хоть чем-то вызовет недовольство, следующей мишенью для удара может стать он сам.
- И что? Ты просто стоял и смотрел?
Молчание.
- Если бы он собирался отдавать деньги, то сделал бы это раньше. Пока ему не отрезали язык.
Когда он произнёс это, его взгляд на мгновение скользнул в сторону Ёхана. Каждый раз, когда его голос становился резким и угрожающим, плечи Ёхана вздрагивали. От него ещё пахло больницей, а он уже ехал в сторону блока.
Машина мчалась по неровной грунтовой дороге, подпрыгивая на ухабах. Скорость увеличилась, и от резких толчков Бом Джу нахмурился ещё сильнее.
- Эй, блядь, ты вообще можешь нормально ехать?
Ёхан не знал, с кем тот говорил, но тон и манера не оставляли сомнений – Бом Джу не собирался никого щадить. Водитель дёрнулся, нервно сжимая руль.
- П-простите. Я просто пытался успеть к назначенному времени…
- Эй.
Голос Бом Джу стал ледяным. Хотя слова явно предназначались не ему, Ёхана пробрала дрожь. Бом Джу на секунду отодвинул телефон от уха, наклонив голову. Его взгляд, полный ярости, устремился на водителя.
- Я тебя спрашивал, почему ты едешь, как говно?
Молчание.
- Кто вообще просил тебя оправдываться?
Соксу, сидевший на переднем сиденье, молча дал понять водителю, чтобы тот заткнулся. Тот заёрзал, покрываясь потом. Хотя это была не его ссора, Ёхан дрожал, будто ругали именно его, и старался дышать как можно тише.
Он сжал кулаки, но его левый мизинец сгибался не до конца - старый перелом, который он так и не разработал как следует. Палец оставался жёстким, неестественно торчащим, совсем как сам Ёнхан - неловкий, лишний, не вписывающийся в эту машину, в эту ситуацию.
- Нет… Простите…
Машина поехала чуть плавнее. Конечно, разница была незначительной, но по крайней мере теперь не тошнило.
Чон Бом Джу продолжал разговор по телефону. Он явно был зол, но на этот раз не сыпал ругательствами и не срывался. Ёхан осмелился предположить, что собеседник и так уже достаточно напуган - ему не нужно было кричать.
- Если не уложится в срок, сразу тащи в бейтинг-блок. Мне плевать, есть у него дела или нет.
Машина медленно остановилась, и Соксу первым выскочил наружу. Затем он широко распахнул дверь, чтобы Бом Джу мог выйти, не прилагая ни малейших усилий. Тот вышел, даже не пошевелив пальцем.
- Эй, ты тоже вылезай.
Соксу жестом указал Ёхану на открытую дверь и тут же последовал за ним. Он с трудом выбрался наружу, каждое движение отзывалось болью в избитом теле. У входа их уже ждали знакомые здоровяки, и на запястье Ёхана снова защелкнули резиновый браслет.
«NH 11»
Так здесь звали Юн Ёхана.
Едва они прибыли в бейтинг-блок, его тут же потащили за собой, не давая опомниться. С него сорвали верхнюю одежду, отодрали едва зажившие повязки, обнажив пеструю карту синяков и ран. Особенно выделялись огромные синие гематомы на боках и животе - там удары пришлись чаще всего.
Но этим парням не было никакого дела до его состояния. Они лишь поливали его из душа, чтобы кожа стала влажной - так удары будут звучать сочнее. Капли воды с ресниц и мокрой челки капали вниз, размывая и без того жалкое зрение.
Оказалось, в запланированном бою просто заменили бойца, и теперь нужно было спешить, чтобы успеть к сроку. В другой раз они бы проверили, совпадает ли имя на табличке с именем на браслете, сверили бы сумму долга. Но сегодня Ёхана сразу повели ко входу в блок.
Мужчина, стоявший рядом, выглядел чуть старше, но его облик был куда более грубым. Он явно был из той же породы, что и те, кто управлял этим местом. Сто процентов, Ёхан проиграет.
- Интересный был бой… И вот в последний момент меняют?
- Ну да. Полный отстой.
Ёхан невольно опустил голову, услышав ворчание здоровяков.
Тук-тук.
Из блока доносилась устаревшая айдол-песня. Ёхан отлично помнил её - она вышла как раз тогда, когда он только поступил в университет. «Если бы я остался снаружи… Если бы жил, как раньше… Каким бы я был сейчас?» Вряд ли сильно другим - его жизнь всегда была чередой ударов и унижений.
Хотя прошло всего три месяца с тех пор, как он попал в бейтинг-блок, это время казалось бесконечно далёким - словно целая жизнь.
- Чего встал? Идёшь или нет?
Резкий окрик встряхнул его. Когда Ёхан поднял голову, мужчина рядом с ним уже направлялся к блоку. Его будто подтолкнули невидимые руки - он зашагал вперёд, переступая через длинные полосы пластиковой плёнки, разложенные на полу.
Его появление встретили насмешками. Большинство здесь были завсегдатаями. Они ставили почти на каждый бой и наверняка знали: если в игре участвует Нонхён 11, зрелища ждать не стоит.
- Да ладно, хватит! Не гнобите шавку, разве вы не видите - для вас уже готов следующий бой!
Неясно, было ли это частью сценария, но за кулисами явно засуетились.
- Так-так! С этой стороны - Нонхён 11, а с этой - Силлим 07!
С самого представления «бойцов» разница в реакции была очевидна.
- Ставки открываются! Поехали!
Громкая музыка заиграла снова, с самого начала. Тук. Тук-тук. В прозрачные вёдра посыпались деньги. Даже не глядя было ясно - ставки шли в одну сторону.
Ёхан медленно поднял взгляд. На диване сидел Чон Бом Джу. Он всё ещё говорил по телефону, и его настроение явно не улучшилось. Сунув руку в пакет, который ему протянул лысый мужчина сзади, он вытащил несколько пачек купюр. Тук. Деньги, брошенные Бом Джу, одиноко лежали в пустом ведре, предназначенном для Ёхана.
- Все решились быстро, я смотрю? Ну что ж, раз ставки закрыты, начинааааем!
Голос ведущего стал гораздо более хриплым, чем в первый раз, когда Ёхан оказался здесь. Но тот всё равно выжимал из себя всё, чтобы его рёв долетал до самых дальних углов бейтинг-блока.
- Старт!
Он стоял лицом к лицу с мужчиной, на чьём запястье был такой же браслет. Силлим 07 смотрел на него без тени улыбки - холодно, оценивающе. В воздухе повисло напряжение, будто тот мог наброситься в любой момент. Ёхан сжал кулаки. Недостаточно согнутый мизинец дрожал, а между пальцев сочилась липкая влага.
Молчание.
«Ты проиграешь.»
«Тебя привели сюда не для победы.»
Слова Чон Бом Джу не выходили у него из головы. Он всё ещё был одержим поисками отца и брата, и единственный способ отвлечь его внимание - зарабатывать деньги в бейтинг-блоке. «Чем чаще я проигрываю, тем усерднее он ищет. Я должен выиграть им время, чтобы они успели раздобыть деньги. Это и будет моей благодарностью семье, которая меня приютила... и единственным способом выбраться отсюда.»
Они не были особенно близки, но именно эта семья спасла маленького Ёхана от голода и холода. Он был благодарен уже за то, что они не бросили его, несмотря на его вечные травмы и болезни.
Поэтому он безропотно выполнял всю грязную работу за старшим братом, никогда не жалуясь, как бы с ним ни обращались. И сейчас он просто должен выдержать. Тогда, возможно, ему снова позволят войти под крышу этой семьи.
Сжав дрожащие кулаки, он сделал шаг вперёд. Раньше он уже пытался наносить удары первым, но ни один из них не был по-настоящему значимым. В ответ он получал лишь ещё более жестокие побои. Но на этот раз его кулак точно встретился с щекой противника.
- О-о!
Силлим 07 слегка пошатнулся. Ёхан тут же повернул голову, пытаясь поймать взгляд Бом Джу.
- Разве не правда, что даже мышь укусит кошку, если ее загнать в угол?
Ведущий, облокотившийся на цепи, хихикнул. Те, кто поставил на Силлим 07, тоже оживились, явно удивлённые. Но сам Бом Джу, похоже, вообще не обратил на это внимания.
Молчание.
Его интересовало не победа или поражение, а лишь то, чтобы Ёхан не умер слишком быстро, а продолжал страдать как можно дольше.
- Тварь!
Силлим 07, взбешённый от одного пропущенного удара, ринулся вперёд всем телом. Бам! Ёхан отлетел, споткнулся и тяжело рухнул на спину.
И тогда началось избиение. Этот противник был слабее предыдущего, но гораздо быстрее. Голова гудела, но Ёхан всё равно пытался бить. Из трёх ударов хотя бы один достигал цели.
- О-о-о, ну и разница в статистике!
В ушах звенели насмешки. В темноте сверкали глаза тех, кто поставил на Силлим 07. Казалось, десятки взглядов впиваются в него одновременно.
Вжик, вжик. Движения Ёхана, ещё недавно разрезавшие воздух, теперь замедлились. Он не мог даже толком защищаться, безропотно принимая удар за ударом.
- Кх… кхе-кхе…
Лишь когда сопротивление Ёхана было полностью сломлено, Чон Бом Джу наконец оторвался от телефона и взглянул на блок. Словно только этого и ждал - чтобы того избивали именно так. Развалившись на подлокотнике дивана, закинув ногу на ногу и лениво покачивая ею, он наблюдал с видом человека, которому предоставили занимательное зрелище.
«Жалко капельницу, которую только что ставили в больнице… жалко мази на раны…» Но сам Бом Джу, оплативший это, казалось, не видел в этом ничего особенного. Впрочем, если бы его это волновало, он бы вообще не отправил его в больницу.
Стиснув зубы, Ёхан терпел град ударов, прикрывая голову руками. Сгорбиться и напрячься - это был максимум, что он мог сделать для защиты. Из носа и разбитых губ струилась кровь, смешиваясь со слюной и стекая липкими потоками. Он даже не мог как следует сглотнуть - так болели бока.
- Ну что, всем понятно, кто проиграл?
Убедившись, что Ёхан больше не пытается сопротивляться, ведущий поднял цепь и вошёл в блок.
- Давайте на счёт!
Мужчина крикнул, глядя на двух «бойцов», слипшихся в кровавом клубке.
- Раз… два… три…
Медленный отсчёт сопровождался рёвом толпы.
Ёхан не знал, сколько поставил на него Бом Джу, но его деньги теперь распределятся среди всей этой шумной толпы. А Силлим 07 получит свои жалкие пять процентов. В этой игре проиграл только Бом Джу, а пострадал - лишь Ёхан. Как всегда, это была бессмысленная бойня.
Шумные возгласы постепенно стихли, и ведущий с игроками направились к вёдрам с деньгами. Истекающий кровью Юн Ёхан остался лежать, тяжело дыша.
- Хх… м-м…
То ли из-за крови, то ли из-за слёз, его зрение затуманилось, и он с трудом различал чёрные силуэты вокруг. Один из них приближался. Ёхан выдохнул, пытаясь сфокусироваться. Когда он перевёл взгляд, слеза, скопившаяся в уголке глаза, скатилась по виску.
- Юн Ёхан.
- …
- Сколько ещё таких поражений - и ты сравняешься со мной по возрасту?
Веки дрогнули. В туманном сознании мелькнула мысль: «Между нами больше, чем двенадцать лет разницы…»
Грубая рука шлепнула его по щеке, но Ёхан лишь молча моргнул. Чон Бом Джу, согнувшись в коленях, смотрел на него сверху вниз. Его взгляд, холодный и острый, сверкал даже сквозь пелену сигаретного дыма.
Бом Джу щёлкнул языком и приоткрыл губы.
- И чего глаза такие дерзкие?
Молчание.
- Ты проиграл - это я виноват?
Он глубоко затянулся, а затем выдохнул дым прямо в лицо Ёхану. Едкий табачный дым смешивался с неожиданно цветочным ароматом - тем самым, что всегда исходил от Бом Джу. Ёхан содрогнулся и подавился сухим кашлем.
- Боль… ни… ца…
- Что?
С каждым движением губ во рту распространялся привкус крови. Он уже не мог понять, что заполняет рот - слюна или кровь.
- Боль… ница…
На согласной «б» из уголков его губ брызнула алая жидкость.
- Не хочу… в больницу…
- …
Голос его был безнадёжно сломан. То ли от того, что он уже не понимал, реальность это или нет, то ли оттого, что губы больше не слушались. Страх, который он пытался скрыть изо всех сил, вырывался наружу.
- Пусть… так и будет…
Возможно, это была его истинная мысль с самого момента, когда его впервые притащили в блок. Сколько ещё ждать отца и брата, которые обещали вернуться с деньгами, но исчезли? Сколько ещё можно скрывать отцовские тайны? А вдруг от побоев его мозг повредится навсегда, и он станет пустым, как выеденное яйцо?
На самом деле он боялся. После больницы раны заживали чуть быстрее - а значит, его только чаще таскали в блок. И в этом не было ничего хорошего.
Цепляясь за ускользающее сознание, Ёхан повторял одно и то же: «Не хочу в больницу. Оставьте меня в клетке».
- Ну и нытик.
Его низкий голос, пробивающийся сквозь шум, липким шёпотом осел в ушах. Грубая рука Бом Джу провела по мокрым от слёз глазам. Ёхан медленно открыл веки, чувствуя, как дрожат тяжёлые от слёз ресницы.
- …
Его лицо, очерченное резким светом за спиной, постепенно проступало из тумана. Даже адская боль от разбитой щеки не могла сравниться с мукой видеть, как Бом Джу смотрит на него сверху вниз - и улыбается.
- В тепличных условиях растил, вот и результат? Даже плакать не научился по-человечески.
Бом Джу рассмеялся, дёрнув плечом, и небрежно похлопал Ёхана по распухшей щеке. Пепел с сигареты, зажатой между пальцами, осыпался от движения.
Затем он без колебаний развернулся и ушёл.
- Соксу.
- Да, босс.
Он что-то приказал Соксу.
- Хх… м-м…
Последние слёзы растаяли в воздухе. Как только Бом Джу покинул блок, Соксу шагнул вперёд. Наверное, ему приказали снова везти Ёхана в больницу.
Всё это было до тошноты знакомо, но поделать он ничего не мог. Ведь в бейтинг-блоке его воля не значила ровным счётом ничего, а слушать его просьбы никто не был обязан.
http://bllate.org/book/12829/1131553
