Болезненные стоны, вырывающиеся из меня, царапали связки. В то же время грубый, хриплый голос продолжал терзать мои уши и не утихал. Цокнув языком, Пэк Сынмин схватил меня за талию и рывком приподнял. Связанные руки натянулись, а моё тело приняло унизительную позу с задранной вверх задницей. Его пальцы, обтянутые презервативом, бесцеремонно сгибались внутри меня. Когда он надавил куда-то вглубь, я не смог сдержаться и закричал.
— Ха-а… Ах! А!
— Нихрена себе, ты и правда намокаешь…
[Прим.: Пэк Сынмин перешёл на неформальную речь. В течение главы он будет чередовать её с формальной.]
Дыхание перехватило, и я смог издать лишь невнятный звук. Моя голова безвольно откинулась назад. Я ощутил слабость в спине и дрожь в ногах. Из приоткрытого рта вырвался стон, вызванный болью.
— Н-не надо… Не хочу… Ост-остановись, ах!
— Даже девушки так сильно не текут… Ох, блядь… У всех мужчин так или только у тебя, сонбэ?
— Хва… Хватит, угх! Ха-а, ах!
Пэк Сынмин был непреклонен. С каждым грубым толчком перед глазами вспыхивали не просто искры, а ослепительные взрывы света. Всё моё тело содрогалось, будто плавясь под ними. Давящая боль сменилась жгучей волной удовольствия. Из моего затвердевшего члена начала выделяться смазка. Он усмехнулся, растирая её между кончиков пальцев.
— Только глянь, как тебя это заводит.
— Блядь, сучёныш. Ты ведь с самого начала планировал это сделать…
— А какая разница? Всё равно уже до этого дошло.
— Я это, блядь, так просто не оставлю…
— Соси.
Влажный палец проник мне в рот, оставляя на языке горько-кислый привкус. Несмотря на мои слёзы и мольбы остановиться, он продолжал скользить по слизистой, оставляя после себя мерзкое послевкусие. Я попытался сомкнуть губы, но Сынмин насильно разжал мою челюсть. Мотнув головой, я уткнулся лбом в его предплечье. Перед глазами мелькнул чёрный ремень, привязанный к натянутому куску ткани.
— Ну как на вкус?
— Хмг… Угх…
Из уголков широко открытого рта стекала слюна. Он резко повернул моё лицо в сторону.
— Ты пиздец какой милый, когда плачешь. Хочется заставлять тебя плакать ещё больше.
— Н-не надо… Ха-а!
Когда он надавил на мои жевательные мышцы, не позволяя мне закрыть рот, и начал активнее толкаться пальцем, я больше не смог терпеть. Пришлось тщательно вылизать его, как того хотел Сынмин. Ощущение заполненности спереди и сзади приводило в экстаз. Вскоре он вытащил пальцы и, отбросив в сторону использованный презерватив, прижался ко мне влажным членом.
Пэк Сынмин дразняще водил головкой по сжатому отверстию, то собираясь вставить, то передумывая. Затем обхватил член и несколько раз шлёпнул им между ягодиц.
— Лучше расслабься, если не хочешь, чтобы я тебя порвал.
Услышав это «любезное» предупреждение, я растерянно моргнул.
— Ха-агх… А-а, ах!..
В раскрытое отверстие проник чудовищный член. Растягивая внутренние стенки, он протискивался всё глубже. Каждый раз казалось, что предел уже достигнут, но это никак не заканчивалось. Тяжело дыша, Пэк Сынмин резким движением всадил его до самого основания.
— Агх!
Он грубо входил в меня. Звук шлепков бёдер о ягодицы оглушительно отдавался в ушах. Рыдая, я уткнулся лбом в простынь. Резкая боль от глубокого проникновения члена и давление в нижней части живота казались невыносимыми. Сам того не замечая, я вцепился в изголовье кровати. Мои ногти скребли по нему, издавая неприятный скрип.
— А, а, ах!
Когда я застонал и непроизвольно сжался, из Сынмина вырвался горловой стон.
— Блядь, хватит сжиматься. Ты мне такими темпами член оторвёшь.
— Б-больно… Ах… Хва… Хватит! П-помогите… Хнг!
— Больно? В каком месте? Здесь?
Пэк Сынмин провёл рукой по моему животу, а затем резко надавил на него.
— Агх!
— Человеческое тело и впрямь невероятно. Я чувствую, как он двигается внутри.
— Ах, н-не дави. Хнг, ах!
— Ладно-ладно, только прекрати кричать!
Из-за того, что я был слишком напряжён, Пэк Сынмин никак не мог войти до конца. Неожиданно приподняв меня за подмышки и притянув к себе, он резко толкнулся бёдрами.
— Ха-ах! Ах, а!
— Ах, блядь. Как же это охуенно…
Он прильнул губами к моей шее и начал слегка покусывать её. Я задрожал, не в силах ответить на его действия. Когда Сынмин снова и снова медленно отводил бёдра и толкался в меня, я чувствовал, что вот-вот порвусь.
Плоть, которая и так находилась глубоко внутри, проталкивалась сквозь сжатые стенки ещё дальше. С каждым новым толчком моё тело вздрагивало. Когда он надавил на мои плечи, прижав меня к матрасу с такой силой, будто хотел вдавить в него, мой разум помутился.
— Ах! Слиш-слишком… Ах! Слишком глубоко… Хнг!
— Сонбэ, ну и как вам член вашего хубэ?
— Ах, не надо… Угх!
— Сколько ещё членов здесь побывало? Блядь, так жадно сжимаешь. Я ведь не первый?
— Ах, нет! Перестань!
Я стиснул зубы, больше не желая реагировать на его слова. Но он лишь сильнее разозлился и с ещё большим напором начал грубо толкаться в меня. Податливое отверстие легко принимало его. Казалось, ещё немного, и его член вырвется через моё горло. Я запрокидывал голову и стонал, пока он безжалостно терзал меня изнутри.
— А-агх! П-первый… Это мой первый раз! А… Ах! Пр-правда…
— Не смеши меня. Первый раз? Блядь, тогда почему ты так хорошо принимаешь меня, будто всю жизнь этим занимался, м?
— Сука! Ты в к… в курсе, что это насилие, ах?!
— Ты прав, я тебя насилую.
Усмехнувшись, Пэк Сынмин качнул бёдрами. С каждым движением члена мой покрасневший и растянутый вход тёрся о его жёсткие лобковые волосы. Вздыхая, я отчётливо чувствовал, как он подёргивается во мне. Набухшая плоть с вздувшимися венами методично раздвигала мои внутренние стенки, и я не мог унять дрожь.
Ах, это сводит с ума. Почему он так хорош? Как я вообще мог думать, что это его первый раз? У этого парня явно большой опыт. Не то чтобы меня это волновало, но после такого мысли сами полезли в голову.
— Ха-а… Ах!
Однако сейчас было не до размышлений. Голова раскалывалась. Казалось, его горячий член вывернет меня наизнанку. Сколький от всевозможных жидкостей, он свободно двигался внутри, овладевая мной. Всё тело била дрожь. Звук ударов плоти о плоть то затихал, то становился громче.
— Да хватит сжиматься!
Пэк Сынмин с силой шлёпнул меня по ягодицам. От неожиданности я сжался, после чего мне вновь было велено расслабиться. Он медленно повёл бёдрами, и глубоко введённый член задвигался внутри, словно живой.
— А-а-а! Ах, нет, нет! Перестань! Остановись, агх!
Перед глазами промелькнули искры. Чувствуя, что уже нахожусь на пределе, я напрягся внизу. В тот же момент Сынмин издал короткий стон. Твёрдый, налитый кровью член вошёл до основания. Возникло ощущение, будто мне в живот засунули камень. Было безумно приятно. Внутренние стенки плотно обхватывали его член, словно не желая отпускать. Пэк Сынмин неожиданно отстранился и в следующую секунду резко подался вперёд, безжалостно вбиваясь в самое чувствительное место.
Наслаждение, прорвавшееся сквозь боль, поглотило всё вокруг. С треском вспыхнув, оно спутало мои мысли и в конце концов подтолкнуло меня к Сынмину. Я плакал, подчиняясь его движениям. Всё, что мне оставалось, – это смириться с чувством беспомощности и полной потери контроля над собственным телом.
— Ах.
Пэк Сынмин, чьё внимание было сосредоточенно на проникновении, резко вышел из меня и развернул. Верёвка перекрутилась, сильнее стягивая мои запястья.
— Вы же говорили, что ничего не видите без очков?
Наклонившись, он поднял что-то с тумбочки и поднёс к моему лицу. В ту же секунду моё зрение прояснилось, и передо мной возникло ухмыляющееся лицо Сынмина.
— Хорошенько меня рассмотрите.
Немного придя в себя, я испуганно уставился на него. Он широко улыбнулся, схватил меня за лодыжки и развёл мои ноги в стороны.
— Ха-а… Ах!
Во взгляде Сынмина, вновь вводящего в меня свой член, отражалось абсолютное доминирование. Взяв силой и доведя до исступления сонбэ, с которым только познакомился, он теперь с удовлетворением наблюдал за моим заплаканным от стыда лицом.
— Ымгх… Хык, ты… Ты же тот парень… Угх, а!
— Чха Укён-сонбэ, ах… Я сразу запомнил твоё имя. С первого раза. А ты…
— Нет, хватит, я больше не могу… Ах!
С каждым взмахом натянутых в воздухе рук я беспомощно дёргался. Я даже не заметил, как кожа в уголках глаз начала раздражаться от непрекращающихся слёз.
Твёрдый член внутри меня становился всё больше. Из-за того, что он настойчиво вбивался в одну и ту же точку, удовольствие превысило порог и сменилось болью. Сынмин схватил меня за левую лодыжку, положил её себе на плечо, а затем поцеловал. Дрожа всем телом, я снова начал умолять его:
— Ах, остановись… Не надо, хватит…
— До сих пор не узнаёшь меня?
— Хы-ым, ах… Пэк… Пэк Сынмин…
Словно с трудом вспомнив его имя, я посмотрел на Сынмина умоляющим взглядом. В очках я выглядел уродливо, однако другого выбора не было. Он вдруг впился зубами в мою лодыжку и ухмыльнулся.
— Да, вот так надо просить.
После этого он пробормотал: «По крайней мере, ты должен знать, кто я. Ведь если решишь кому-то растрепать о случившемся, то и мою жизнь угробишь» и мягко толкнулся во мне.
— Ты хорошо запомнил, кто перед тобой? М?
— Ха-а, ах!
Его движения стали напористее, и вскоре из-за грубых толчков перед глазами всё поплыло. Я никак не поспевал за его ритмом и, пытаясь приспособиться, выгнул поясницу. Пэк Сынмин раздвинул мои дрожащие бёдра ещё шире. Невыносимая боль, словно мой таз вот-вот разорвётся на части, и удовольствие, которое я прежде никогда не испытывал, накрыли меня одновременно.
— Открой глаза. Открой и смотри внимательно. Тебя трахаю именно я – запомни это.
Пэк Сынмин, который двигался с бешеной скоростью, вдруг резко замер, и я почувствовал, как по моим внутренним стенкам стекает что-то липкое.
— Ха-а!
Вероятно, его сперма была просто тёплой, но я чувствовал, что она обжигает меня. Внизу всё болело и пульсировало от сильного трения. Мысли окончательно перемешались. Уже кончив, Сынмин всё равно продолжал двигать бёдрами, толкаясь в ту самую точку. Из отверстия, удерживающего его член, стала вытекать сперма, и на меня обрушилась ещё одна волна наслаждения. Столкнувшись с этим ураганом ощущений, я взмолился:
— Хнгх теперь хв-хватит… Всё ведь закончилось?.. Ах, пожалуйста…
— Скажи, что тебе тоже понравилось.
Он схватил меня за подбородок, заставив посмотреть ему в глаза.
— Хн, нет… не нра…
— Понравилось. Скажи, что тебе тоже такое нравится.
— Блядь, я… Ха-а… Ах!
Не дождавшись желаемого ответа, Пэк Сынмин усмехнулся и, схватив мой ещё не успокоившийся после оргазма член, грубо потёр головку.
— Ай, ах!
Это было не просто больно – казалось, с моего члена слезет кожа. Удовольствие вышло за пределы возможного и вернулось ко мне болью, пронзив, словно стрела. В конце концов я стиснул зубы и начал рыдать:
— М-м-м, ах… Хорошо…
— Будь очаровательнее. Попроси ещё.
Слёзы катились по моим щекам. Я продолжал плакать и умолять:
— Ах, хорошо… Так хорошо, м! Отпусти меня… Заканчивай уже, хы-ыгх!
Как только я закричал, Сынмин довольно улыбнулся и ослабил хватку на моём члене.
— Жаль, что ты не вёл себя так мило с самого начала.
Ощутив, как его пальцы разжались, я вздрогнул и задрожал. Из-за напряжения мне даже не удавалось расправить поджатые ступни. Когда он наконец отпустил мою головку, из неё потекла сдерживаемая до этого сперма. Было до ужаса больно. Пэк Сынмин, на чьи руки тоже попала сперма, размазал её по моим бёдрам и паху. Ощущение густой жидкости на гладкой, лишённой волос коже было отвратительно.
Из-за жара, исходившего от кожи, очки, сползшие с влажной переносицы, запотели. Перед глазами всё плыло. Лицо стало мокрым от слёз, а голова раскалывалась. Когда яркое пламя наконец погасло, после него остался только пепел и грязь. Обессилев, я закрыл глаза.
— Открой глаза, — надменным тоном приказал Пэк Сынмин и, схватив меня за подбородок, заставил запрокинуть голову.
Подняв на него дрожащий взгляд, я увидел радость на его лице. Мои веки сомкнулись, и наступила темнота. Не могу сказать, как долго находился в таком состоянии. Я полностью растворился в своих ощущениях и предавался этому разрушительному удовольствию.
— Чха Укён, открой глаза.
Прекрати звать меня. Мне сейчас так хорошо.
— Чха Укён!
Раздался шлепок, и мою щёку пронзила резкая боль. Я медленно моргнул, а Сын Мин уже отпрянул в сторону и тяжело вздохнул. Нервно дёрнув пальцами, будто ища сигарету, он тихо произнёс:
— Мне не за что перед тобой извиняться. Ты первый начал ко мне приставать.
— Когда это я…
В этот момент он точно подметил:
— Чха Укён, ты ведь первый обнял меня.
— Блядь, ты… Я правда тебя не оставлю. Уёбок, если ты сейчас же не уйдёшь, я вызову полицию!
Разумеется, я не собирался звонить ни в какую полицию. Последнее, чего мне хотелось, – это тащиться в участок и позориться, рассказывая, как другой мужик изнасиловал меня и кончил мне в задницу.
По-видимому, Пэк Сынмин тоже не воспринял мои слова всерьёз. Он схватил меня за плечи, толкнул на кровать и переплёл свои ноги с моими. Вставив пальцы в распухший анус, он широко развёл их в стороны. Сперма, которая находилась внутри, тут же вытекла. Липкая жидкость потекла по моей коже и пропитала простынь. Я вздрогнул от неприятного ощущения.
— Не надо! Скотина, остановись! Ах!
— Твоё мнение разве кто-то спрашивал? — Пэк Сынмин холодно ухмыльнулся и прижал руку к моему кадыку, словно собираясь меня задушить.
— Наш милый сонбэ всё ещё не улавливает атмосферу? — затем он потянулся за новым презервативом и, улыбнувшись, открыл упаковку. — Сонбэ, я с самого начала хотел тебя вот так трахнуть.
— Эй, сука!
— Вот бы твой рот был таким же послушным, как дырка.
Возможно, в силу своего возраста, Сынмин вёл себя грубо. Он вновь надел презерватив и толкнулся в расслабленное отверстие. Я смирился и, откинувшись на спину, предоставил ему своё тело. Чувствуя, как под нами покачивается матрас, я сглотнул сладкий комок в горле.
Внизу всё горело, мои глаза слипались, а голова раскалывалась. Но, даже находясь на грани обморока, я был по-настоящему доволен и удовлетворён. Мой первый секс, которого я так долго ждал, оказался потрясающим.
http://bllate.org/book/12823/1131470
