- Цзе, я всего-то иду поесть, ни к чему такой парад, - проговорила Сун Юйхан, когда увидела, что Цзи Цзинсин взяла бритву для бровей и прижала к ее лбу.
- Айя, это же не обычное свидание, а его день рождения. Наверняка там будут и его друзья. Тебе стоит хоть немного принарядиться.
Почувствовав, как лезвие скребет ее кожу, Сун Юйхан вспомнила анекдот: «Подходит полицейский к воришке и говорит: «Тронут?»
Не осмеливаясь ни вздохнуть, ни пошевелиться, она сейчас чувствовала примерно то же самое.
Матушка Сун вышла из кухни со сковородой.
- Твоя цзе верно говорит: не веди себя как мужик, замуж как выйдешь? Ладно хоть Линь Гэ мириться с этим и хорошо к тебе относится.
Цзи Цзинсин еще не знала, что Линь Янь - младшая сестра Линь Гэ. Она вспомнила про ту записку и улыбка ее померкла.
- Цзе, та записка, что я дала тебе тогда...
- Ах, эта.
Цзи Цзинсин опустила глаза и, не останавливаясь, припудрила ее веснушки.
- Я так крепко ее держала, но когда вышла, она почему-то пропала. Я долго-долго ее искала, а зайти к тебе и спросить еще раз побоялась... - с жалобным видом она прикусила губу. - Прости, Сун Юйхан, я подвела тебя. С той твоей коллегой все в порядке?
Сун Юйхан расслабилась. Убежденность в чужой искренности не давала ей задумываться над этим. Возможно, и правда потерялась.
- В порядке, она уже нашлась.
Цзи Цзинсин с облегчением улыбнулась:
- Вот и славно, а то бы я умерла от чувства вины.
Они сидели в углу гостиной и занимались макияжем. Сяо Вэй отбросила пульт, подбежала к ним и обняла Цзи Цзинсин за ногу:
- Мама, мама, я тоже хочу накраситься!
Цзи Цзинсин не удержалась от смеха.
- Нет, детям нельзя краситься, - покачала она пудрой перед ее носом. - Вот вырастешь, тогда будет можно.
Сун Юйхан обняла ее и посадила к себе на колени. Потом взяла помаду, поставила на ее лобик красную точку и дала ей зеркало посмотреться.
- Смотри, наша сяо Вэй станет настоящей красавицей, когда вырастет.
Засмущавшаяся от похвалы девочка обхватила ее лицо ладошками и оглядела его со всех сторон.
- Тетя тоже красивая, очень красивая.
Цзи Цзинсин чуть не лопнула от смеха.
- По-моему, ты с сяо Вэй куда ближе, она никогда не говорила, что я красивая.
Сун Юйхан погладила сяо Вэй по голове и с улыбкой спросила:
- Мама ревнует, как нам поступить?
Сяо Вэй слезла с колен и потянула Цзи Цзинсин за одежду.
- Мама, мама, присядь.
Без малейшего представления о том, чего от нее хотят, Цзи Цзинсин присела и тут же ее смачно чмокнули в щеку. Растаявшая Цзи Цзинсин подхватила дочурку на руки и стала гладить и целовать ее.
- Все, пора за стол. Мойте руки. Юйхан, тоже поешь немного - нехорошо пить на голодный желудок, - матушка Сун вытерла руки о фартук и поставила последнее блюдо на стол.
Сун Юйхан глянула на часы: половина восьмого.
- Нет, уже не успеваю. Я сказала Линь Гэ, что сама доеду, так что выхожу пораньше.
С этими словами она забежала в свою комнату, достала из выдвижного ящика стола красиво упакованную коробку и сунула ее в сумку. Она уже собиралась выходить, когда ее снова остановили.
- Эй, подожди, ты же губы еще не накрасила!
Сун Юйхан чуть не расплакалась, глядя на этот ярко-алый цвет помады, которым ее намеревались намалевать.
- Ладно-ладно, только я сама.
Не глядя в зеркало, она быстро мазнула помадой, пожамкала губами, выдернула салфетку, запихнула в рот поджаристый кусок мяса со стола, приготовленного мамой, и толкнула дверь.
- Мама, цзе, сяо Вэй, я ушла.
- Разве этот ребенок не говорил, что не будет есть?
Когда матушка Сун вышла с приборами из кухни, «этого ребенка» и след простыл.
- Цзинсин, сяо Вэй, идемте кушать. Сяо Вэй, садись сюда с бабушкой, хорошо?
Спустившись вниз и прожевав мясо, Сун Юйхан вытерла рот салфеткой вместе с остатками помады. Выбросила ее в мусорку и только после этого направилась в гараж.
***
Она всегда была пунктуальным человеком: сказано в восемь, значит в восемь. Она подумала, что Линь Янь еще сердится и, скорее всего, не придет, но та уже во всю отплясывала вокруг шеста на сцене под зажигательную музыку. Народ смотрел на нее во все глаза. Какой-то мужчина с косичками запрыгнул на сцену и принялся выплясывать перед ней.
Это правда так... такое, чему она не могла подобрать описания. Пока она стояла, разинув рот, подоспел Линь Гэ.
- Пришла? Располагайся, где тебе удобнее. Ты еще не ела? Буфет там.
Проследив за его пальцем, она заметила у бара парочку знакомых лиц. Чжэн Чэнжуй запихивал в рот куриную ножку, а у застывшего с тарелкой в руках Дуань Чэна глаза разбегались от такого изобилия и текли слюни.
- Вот это да! А это что? Выглядит аппетитно.
Фан Синь с бокалом красного вина бросила на него колкий взгляд:
- Это фуа гра...
- А это?
- Сашими из красного морского карася.
- А вон то? А это? - выспрашивал Дуань Чэн, указывая на тот или другой морской деликатес.
Фан Синь взорвалась:
- Заткнись и ешь уже давай!
Линь Гэ с улыбкой пояснил:
- Я побоялся, что ты будешь чувствовать себя не в своей тарелке, поэтому взял на себя смелость пригласить нескольких твоих коллег.
Все же они не были парой, и она не была знакома ни с его деловыми партнерами, ни с кем-то из клиники. Линь Гэ боялся, что она заскучает, или того хуже, почувствует себя неловко.
Сун Юйхан была потрясена.
- Да ладно...
Не успела она закончить фразу, как заметившая ее Фан Синь подскочила и замахала рукой:
- Командир Сун, сюда!
Напротив, именно эта его внимательность и забота заставили почувствовать ее неловко.
- Я подойду на минутку.
И как нельзя кстати, к Линь Гэ подошли его приятели с бокалами в руках.
- О, кто это? Ах ты негодник, ничегошеньки нам не рассказывал, так нечестно.
Линь Гэ улыбнулся и, приобняв друга за плечи, чокнулся с ним бокалами.
- А что рассказывать? Просто подруга, мама нас познакомила...
Голос его все отдалялся и вскоре стал вовсе неразличим. Сун Юйхан подошла и села рядом с Фан Синь и остальными.
- Что будет пить сяоцзе? - подошел принять заказ бармен.
Поводив пальцем по меню, Сун Юйхан выбрала:
- Лимонад, пожалуйста.
- Ты насилу вырвалась расслабиться, почему бы не выпить, а? - спросила Фан Синь.
- Я за рулем, к тому же пить не умею - не хочу ударить в грязь лицом.
Пока они разговаривали, со стороны сцены донеслись крики.
- Поцелуйчик! Поцелуйчик! - присвистывал и подзадоривал кто-то.
Наплясавшись, разрумянившаяся и запыхавшаяся Линь Янь повисла в объятиях мужчины, который танцевал вместе с ней. Его рука скользнула по ее изгибам, затянутым в кожу, и приподняла подбородок.
Дуань Чэн ревниво пробурчал:
- Слухи не врали: судмедэксперт Линь и правда обольщает всех подряд.
Чжэн Чэнжуй насмешливо толкнул его в бок:
- Ага, и тут еще один такой товарищ, обольшенный до потери сознания.
- Еще хватает наглости, мне такое говорить? А кто ей постоянно завтраки таскает, услужливый ты наш?
Сун Юйхан молча повертела в руках стакан и опустила взгляд.
Краем глаза заметив, что она даже не смотрит сюда, Линь Янь улыбнулась еще соблазнительнее. Она схватила мужчину за шею и приблизила губы, однако в момент, когда тот наклонился, опьяненный, она скользнула мимо и выдохнула ему в ухо, дернув за галстук:
- Проваливай.
Мужчина разом изменился в лице. Его оттолкнули и он свалился со сцены. Он попытался было взобраться обратно, но его приятели держали крепко, указывая на столик.
Линь Гэ вел увлеченную беседу со своими приятелями.
- Я считаю, что твоя младшая сестра невероятно крута. В Цзянчэне так много желающих ее мужчин, но твоя сестра прошла сквозь десять тысяч цветов, не задев и лепестка.
Линь Гэ чокнулся с ним.
- Чем любит заниматься Яньянь и кто ей нравится - это ее дело. Я, Линь Гэ, вмешиваться не собираюсь. Но если кто замыслит против нее недоброе, я определенно не останусь в стороне.
В его слова был вложен следующий посыл: на выбор спутника Линь Янь он влиять не желает, да и не имеет такой возможности, так что пытаться сблизиться с Линь Янь через него - пустая затея, но если кто-то посмеет навредить ей, он выроет этому человеку могилу и заставит умереть мучительной смертью. Пусть он и не являлся наследником семьи Линь, но также принадлежал к числу богатых и влиятельных. Спустя годы обучения за рубежом он вернулся в Китай и основал собственную процветающую клинику. Тут и без слов все ясно.
Приятель улыбнулся, поднял бокал и больше не заговаривал о Линь Янь.
С того радиуса, где сидела Сун Юйхан, поцелуй выглядел настоящим. Она опустила стакан на стол и ровным голосом произнесла:
- Схожу в туалет.
- Эй, командир Сун, туалет там, - окликнула ее Фан Синь и указала на светящееся обозначение.
Сун Юйхан опомнилась и повернула в нужную сторону.
- О, спасибо.
Как только она выскользнула в уборную, по танцполу прокатилось волнение. Линь Янь сгребла в объятия девочку лет четырнадцати, одетую в форму официантки, а напротив нее стоял все тот же мужчина, с которым она танцевала.
- Эй, у наследницы Линь что, изменились вкусы? Ей нравится не зеленый лист, а аленький цветочек?
- Я говорю, тебе не стыдно? Сколько лет этой девочке? Ты в отцы ей годишься, как смеешь приставать к ней? Мерзкий извращенец!
Пользуясь хмельным состоянием, Линь Янь схватила с подноса бокал и плеснула в него.
- Бля, даже если ослепну, мне не понравится такой, как ты. Зеленый лист? Тьфу, тут в лучшем случае солома*!
*п/п: сухой (сено, солома) щетинник сизый, или по-китайски «собачий хвост»
Лицо мужчины побагровело, но не успел он занести руку, как его схватили.
- Ты кто...
Незнакомка с короткими волосами.
Сун Юйхан распахнула куртку, показав краешек удостоверения.
- Полиция.
Лицо мужчины то зеленело, то бледнело. Обходя Сун Юйхан, он тыкнул в Линь Янь пальцем:
- Ладно-ладно, еще дождешься у меня, Линь Янь!
Не успел он договорить, как Сун Юйхан встала перед ним, закрывая собой Линь Янь. На голову ниже ее мужчина вдруг оказался накрытым тенью. В мелькающих лучах разноцветных огней от нее повеяло холодом и мощью руководителя уголовного розыска. Мужчина поджал хвост и убрался восвояси.
Линь Гэ пошел его провожать с доброжелательной улыбкой на лице. Как только гость вышел за дверь, лицо Линь Гэ презрительно скривилось.
- Вот же тварь.
Бизнес есть бизнес, но о дружбе тут и речи быть не может. Он уже было подошел к Линь Янь, чтобы извиниться, но тут увидел как она сложилась пополам в рвотных позывах, поддерживаемая девочкой, за которую только что вступилась.
-Цзецзе, ты в порядке?
http://bllate.org/book/12673/1122807
