Су Цэнь проследил глазами за фигурой работника и посмотрел на верх. Верхний этаж предназначался для личных комнат, и молодой мужчина вошел в небольшую комнату возле перил. Тонкая вуаль висела в дверном проеме, и хотя сквозь неё было трудно что-либо разобрать, но смутный силуэт за занавеской предполагал, что внутри кто-то был. Су Цэнь почувствовал, как из-за вуали на него смотрела чъя-то пара глаз.
– Второй молодой господин... – осторожно позвал А Фу.
Но второй молодой господин ни на секунду не сводил глаз с... кхм, распутного молодого человека. Могло ли это означать, что...
Видя, как зациклен второй молодой господин, А Фу опасался, что шансы успешно сдать императорский экзамен в этом году у него невелики. А если он ко всему прочему начнет содержать в Чанъане ещё и проститутку...
Когда старый господин узнает, А Фу придется начать копить деньги на свой гроб.
– Что ты о нем думаешь? – спросил Су Цэнь, улыбнувшись и отводя взгляд от второго этажа.
– ?!
Как А Фу и полагал!
Тяжело сглотнув, А Фу с трудом выдавил из себя:
– Второй молодой господин, если я каким-либо образом пренебрег вами во время нашего путешествия, пожалуйста, вы можете ударить меня или отругать, делайте всё что сочтете нужным. Я служу семье Су с десяти лет и никогда не осмеливался расслабляться. Я обещаю в будущем служить вам всем сердцем. Пожалуйста, сохраните мне жизнь, второй молодой господин!
К концу этой речи из глаз А Фу уже во всю бежали слезы.
Су Цэнь:
– ...
О чем он вообще говорит?
Внезапно сверху раздался грохот, и на пол первого этажа упала чашка. Су Цэнь, мгновенно обернувшись, увидел, как работник чайного дома был выкинут с верхнего этажа. Толпа внизу ахнула, когда парень полетел вниз, но ровно в тот момент, когда он должен был удариться о пол, он изогнулся всем телом и грациозно приземлился на ноги.
Сразу после этого сверху спрыгнул мужчина и направился прямо к нему.
Работник отступил в сторону, едва успев избежать мощного удара, а затем скользнул нападавшему за спину. Но преследователь был весьма искусен в драке, и в мгновение ока выхватил свой клинок. Сделав резкое движение рукой назад, он с силой ударил рукоятью меча в живот парню.
Тот скривился от боли, но быстро отреагировал, отступив ровно в тот момент, когда лезвие метнулось к его шее. Поняв, что он не ровня своему противнику, работник огляделся и метнулся за спину Су Цэню.
В следующее мгновение Су Цэнь, до этого сосредоточенно потягивающий чай, почувствовал, как холодное лезвие уперлось в шею уже ему.
Су Цэнь:
– ...
– Отойди! – холодно приказал мужчина с мечом.
Конечно, Су Цэнь хотел бы отойти в сторону, если бы не кинжал, упирающийся ему в спину.
Он пожалел, что не проверил календарь перед тем, как сегодня выйти из дома. Если бы он это сделал, то, вероятно, остался бы дома, постясь, вознося молитвы и раскуривая благовония.
Молодой работник, всё ещё находящийся позади Су Цэня, произнес жалобным голосом:
– Пожалуйста, мой господин, спасите меня!
Су Цэнь взглянул на лезвие у своей шеи и кончиком пальца осторожно отодвинул его на несколько сантиметров. Он только сейчас смог хорошо разглядел человека, стоящего перед ним: высокий, не менее восьми футов, со светло-янтарными глазами, одетый в одежду охранника, он источал суровую ауру, которая заставила Су Цэня нервно сглотнуть.
– Мой глубокоуважаемый друг, если вам есть что сказать, давайте обсудим это. Нет нужды причинять вред невинным прохожим, –осторожно сказал он.
А Фу, наконец оправившийся от шока, сделал шаг вперед, намереваясь вмешаться, но был остановлен грозным взглядом охранника.
– Этот человек пытался убить моего хозяина. Отдайте его мне, – холодно ответил мечник.
Работник чайного дома выглянул из-за спины Су Цэня и возразил:
– Явно, это твой хозяин пытался воспользоваться мной средь бела дня. А когда я оказал сопротивление, он разозлился и попытался убить меня, чтобы заставить молчать. Судите сами! Осталась ли еще хоть капля справедливости в Чанъане?
Учитывая, что работник устроил внизу настоящее представленте, его приятная внешность и фигура были очевидны всем. Посетители чайного дома, хоть и не осмеливались громко говорить, начали шептаться между собой, поглядывая на мечника.
Молодой работник чайного дома слегка выглянул из-за спины Су Цэня, приподнял бровь и кокетливо улыбнулся мечнику, но в ответ получил лишь холодный взгляд.
Улучив момент, Су Цэнь вновь взглянул наверх. Фигура человека, скрывающегося за вуалью, оставалась неподвижной. Мужчина, держащий в руках чашку чая, казался невозмутимым. Хотя Су Цэнь не мог его ясно видеть, но у него складывалось отчетливое впечатление, что человек наблюдает за ним. Он даже мог различить легкую улыбку, застывшую на его лице.
Необъяснимый гнев вскипел в сердце Су Цэня. Поначалу он хотел только выпутаться из глупой ситуации, но внезапно он выпрямился и, сделав шаг вперед, произнес:
– Ты утверждаешь, что он пытался убить твоего хозяина, а он утверждает, что твой хозяин попытался воспользоваться им. Пока правда не станет ясна, я не отдам его тебе.
Работник чайного дома на мгновение опешил и тихо убрал зажатый в руке кинжал.
А Фу, услышав эти слова молодого хозяина, внутренне запаниковал. Район Восточного рынка находился недалеко от «Трех Великих Дворцов» императорского города. Большинство жителей этого района являлись высокопоставленными чиновниками. Даже отвалившаяся с крыши черепица могла ударить сразу нескольких из них, не говоря уже об этом человеке, который явно не был обычным чиновником. Более того, человек, скрывающийся за вуалью наверху, явно, был кем-то очень важным. А Фу быстро понял это и потянул Су Цэня за рукав, но тот тут же отмахнулся от него.
– Ты сказал, что он попытался убить твоего хозяина, – продолжил говорить Су Цэнь. – Какую обиду он затаил на твоего хозяина? Как он попытался его упить? Это был яд или прямое нападение? Где оружие? У тебя есть какие-нибудь доказательства своих слов?
– Оружием была стальная игла, около дюйма длиной*. Она застряла в крыше, а после бесследно исчезла. Что касается обиды, – прищурился мечник и продолжил говорить. – Мы узнаем это после того, как арестуем его и допросим.
*один дюйм равен 2,54 см
– Таким образом, у вас нет никаких доказательств, – с легкой улыбкой развёл руки Су Цэнь. – Если я позволю вам забрать его, откуда мне знать, что вы не выбъете из него признание пытками? К кому в этом случае ему обращаться, если с ним поступят несправедливо?
После этих слов, посетители чайного дома одобрительно загудели, а молодой работник быстро закивал, всё ещё прячась за спиной Су Цэня.
Холодный взгляд мечника скользнул по всем присутствующим, мгновенно заставив их замолчать.
– Должно быть, у него, все еще есть устройство, с помощью которого он выстрелил иглой. Разденьте его, и мы всё тщательно осмотрим, – вкрадчивым голосом предложил охранник.
Су Цэнь опешил от этих слов и повернулся, чтобы посмотреть на работника, который теперь выглядел жалким и вытирал рукавом несуществующие слезы.
– Уважаемые господа, вы только полюбуйтесь на него! Этот человек пытается раздеть меня средь бела дня. Я, может, и не девственник, но подобного оскорбления в свой адрес допустить не могу!
– Или разденьте его, или я заберу его с собой, – мечник оставался непреклонен.
Работник чайного дома умоляюще посмотрел на Су Цэня.
Су Цэнь про себя вздохнул. Несомненно, у этого работника, оружие всё еще было при себе. Если бы его сейчас нашли, то у парня возникли бы серьезные неприятности. Понимая, что он уже слишком глубоко вляпался, Су Цэнь нехотя повернулся и сказал:
– Я ранее уже проверил его. У него при себе ничего нет, – затем он оглядел толпу и продолжил. – Если вы мне не доверяете, многие здесь могут это подтвердить. Те, кто раньше трогал его, пожалуйста, скажите нам, почувствовали ли вы что-нибудь подозрительное?
Несколько человек закивали головами, но, поняв, что признание в подобном может выставить их не в самом благоприятном свете, быстро остановились.
Однако тех немногих, кто уже высказался, было достаточно, чтобы Су Цэнь улыбнулся и сказал:
– Видишь? Мы все утверждаем, что на нем ничего подозрительного нет. Если ты все еще будешь настаивать на том, чтобы раздеть его, люди могут начать думать, что ты просто хочешь унизить его потому, что твой хозяин ранее не добился своего.
– Как ты смеешь! – брови мечника сошлись к переносице.
– Ци Линь! – словно в темную ночь вылился кувшин выдержанного вина, раздался со второго этажа глубокий голос.
Су Цэнь поднял глаза на звук голоса и увидел человека с заложенными за спину руками, который спускался по лестнице. Он был одет в парчовый халат с изысканными тёмными узорами, которые мерцали на свету. Его шаги были уверенными, а фигура источала убийственную ауру. Неудивительно, что даже скрытый вуалью, он привлек внимание Су Цэня.
Почтительно склонившись перед хозяином, охранник тут же отступил назад.
Су Цэнь почувствовал, как его шея напряглась, а сердце внезапно забилось быстрее. Психологическое давление, которое он ранее почувствовал от мечника, было ничем по сравнению с давлением, которое исходило от этого человека. Мужчина произнёс всего два слова, и все гости чайного дома затихли. Аура этого человека была настолько устрашающей, что у Су Цэнь почувствовал, как у него пересохло в горле, и он не смог произнести ни слова.
К счастью, мужчина лишь мельком взглянул на Су Цэня.
– Идем, – произнёс он, обращаясь к мечнику, прежде чем развернуться и уйти, оставив ошеломленную толпу смотреть себе в спину.
Су Цэнь быстро повернулся, чтобы лучше рассмотреть мужчину, и успел заметить, как тот ненадолго остановился в дверном проеме, бросив на него быстрый взгляд. Глаза этого человека были удивительно темными и загадочными, но Су Цэнь успел уловить в них намек на насмешку. Это была презрительная усмешка, которую можно было бы дать лягушке, сидящей на краю колодца и высокомерно хвастающейся своими знаниями.
Су Цэнь на мгновение замер, прежде чем прийти в себя. Внезапно он почувствовал необъяснимое раздражение.
Схватив со стола чашку с уже остывшим чаем и осушив её одним глотком, он бросил на стол несколько медных монет и повернулся, чтобы тоже покинуть чайный дом. А Фу поспешил за ним. И только после того, как они прошли с дюжину шагов, Су Цэнь заметил, что молодой работник тоже вышел за ними.
– Почему ты идешь за мной? – останавливаясь, спросил Су Цэнь.
– Вы спасли мне жизнь, разве я не должен отблагодарить вас? – многозначительно улыбнувшись, произнёс парень.
– Я не помогал тебе, мне просто не понравился тот человек, – продолжая идти, ответил Су Цэнь.
– Правда? – изогнув бровь, переспросил работник.
– Этот тип мне просто не понравился. Прийти в чайный дом, чтобы выпить чай и взять отдельную комнату наверху. Если он хотел тишины и покоя, почему бы ему не остаться дома? Судя по его одежде, он не похож на человека, которому не хватает нескольких таэлей* чая.
*Таэль или лян – одна из нескольких мер веса в Восточной Азии. В Китае было много различных стандартов таэля в зависимости от региона или типа торговли. В общем использовании серебряный таэль весил около 40 грамм.
Кроме того, взгляд этого человека был таким глубоким и пронзительным, и скрыться от него не представлялось возможным. Су Цэнь просто хотел немного позлить его. Но проиграл в этом противостоянии.
– Вы знаете, кто он?
– Не знаю, – ответил Су Цэнь и внезапно прищурился. – Но я знаю, что ты пытался убить его.
Молодой работник чайного дома был ошеломлён.
– На самом деле ты не являешься работником чайного дома. Если бы ты им был, то когда я сказал, что чайный дом выдает чай минцянь лунцзин за чай юцянь лунцзин, ты бы не остался равнодушным. Более того, это действительно был чай минцянь лунцзин. Если бы ты был настоящим работником, ты бы не преминул защитить свое заведение. Это только доказывает, что ты был в чайном доме с другой целью. Кроме того, когда ты был внизу, хотя и флиртовал с посетителями, ты намеренно избегали использовать правую руку, и держал чайник в левой. Я подозреваю, что механизм для иглы спрятан на твоей правой руке.
Молодой человек неосознанно коснулся правого рукава, где действительно был спрятан наручный арбалет, способный стрелять стальными иглами. Его взгляд стал более заинтригованным.
– Тогда почему вы все равно помогли мне?
– Я же сказал, не помогал тебе. Мне просто не понравилось как вёл себя этот человек, – одна только мысль об этом глубоком взгляде снова вызвала у Су Цэня необъяснимое раздражение. Он ускорил шаг, но затем повернулся и сказал. – Советую перестать преследовать меня. То, что он не поймал тебя в чайном доме, не значит, что он тебя отпустит. Тебе следует использовать это время, чтобы сбежать.
– Если он не смог поймать меня в чайном доме, то он никогда не поймает меня, – усмехнулся парень. – Меня зовут Цюй Линъэр. Несмотря ни на что, я все равно благодарен вам за помощь, и еще кое-что...
Цюй Линъэр внезапно наклонилась к Су Цэню и прошептал ему на ухо:
– Этому человеку действительно нравятся мужчины.
Су Цэнь на мгновение остолбенел. А когда он пришёл в себя, Цюй Линъэр бесследно растворился в вечерних сумерках. Су Цэнь коснулся своего уха, ощущение чужого дыхания вызвало лёгкое покалывание кожи. Не могла же последняя фраза быть... слуховой галлюцинацией?
http://bllate.org/book/12633/1120605
