— Хорошо, не переживай.
—…
— В любом случае, у нас не будет детей, — спокойно ответил Квон Саён, посмотрев на часы. — Пора идти, родители ждут.
Казалось, он закончил разговор, но Сон Ёну, похоже, хотел сказать еще что-то.
— Квон Саён…
Сон Ёну сжал кулаки, словно сдерживал какие-то эмоции. Квон Саён, уже собравшийся уходить, удивленно обернулся.
— …Вы не должны спать вместе.
На лице Сон Ёну явно читалась ревность, которую он больше не мог скрывать.
— Ха-а… — громко выдохнул Квон Саён, будто считал его слова абсурдными.
— …С парнем, который даже не омега?
— …Кто знает? Вы же будете жить вместе.
— Он же совсем еще ребенок. Он ведь ровесник Сабина?
— …Ему уже двадцать.
— Сон Ёну, ты забавный… Ты правда ревнуешь к такому ребенку?
Квон Саёна, похоже, позабавила эта реакция. Он элегантно улыбнулся и с интересом посмотрел на Сон Ёну. Тот надул губы и обиженно пробормотал:
— Это так смешно? Тебе весело?
— Очень. Ты редко показываешь такое выражение лица.
— …Не над чем смеяться.
— Не переживай.
Он подошел к встревоженному Сон Ёну и легонько поцеловал его в губы.
— У меня нет никакого интереса к этому ребенку, — спокойно произнес он.
В этот момент Хаджин, что все это время прикрывал рот Квон Сабина, вдруг беспомощно опустил руку. Смотря на помрачневшее лицо Хаджина, Квон Сабин нахмурился, снова переведя взгляд между людьми, стоявшими за колонной, и Хаджином. Он словно пытался оценить, как развивается ситуация.
Очевидным было лишь одно: эта пара уверенно преодолеет предстоящие трудности, в то время как сам Хаджин, которому предстояло выйти замуж, выглядел поистине жалко.
— Эй…
Когда Квон Саён и Сон Ёну скрылись из виду, Квон Сабин окликнул Хаджина, собиравшегося тихо уйти. Он искоса взглянул на него, но ответа так и не последовало. Квон Сабин неотступно следовал за Хаджином.
— Эй, ты меня вообще слышишь? — вновь заговорил он.
Услышав его раздраженные слова, молча шагавший Хаджин вдруг остановился. Увидев, что он замер, Квон Сабин тоже прекратил движение.
— Что? — обернулся Хаджин. Голос его звучал ровно.
Его лицо было спокойным и бесстрастным. Похоже, мрачная атмосфера была всего лишь недоразумением, и выражение его лица оставалось таким же отстраненным, как всегда.
— Что «что»?
—…
— Ты правда хочешь выйти замуж за человека, который не испытывает к тебе ни малейшего интереса?
«Неужели он действительно задал этот вопрос?»
Хаджин беззвучно вздохнул перед бестактным поведением Квон Сабина и снова развернулся, чтобы продолжить путь.
— Эй, да или нет…
Когда Хаджин снова зашагал, Квон Сабин последовал за ним, продолжая задавать вопросы, на которые не получал ответа. То ли из-за злости на игнорирование, то ли из детского упрямства, но он неотступно преследовал Хаджина.
— По всему видно, что они не расстанутся.
—…
— В конце концов, что вообще происходит? Почему бы им просто не пожениться? Зачем деду заставлять тебя выходить за него?
Казалось, Квон Сабин горел от любопытства и не мог остановиться, чтобы не задавать вопросов. Но Хаджин не давал ответов, не потому что не хотел, а просто потому что не знал, что сказать. Его мнение, его существование, его достоинство… ничего этого не учитывалось. Если он сам ничего не понимал, то как мог ответить? К тому же, слова Квон Саёна продолжали звучать в его голове:
«Председатель… он не проживет долго».
Дедушка вел себя нехарактерно, но услышав слова Квон Саёна, Хаджин совсем запутался. Новость о скорой смерти дедушки его очень печалила, но нынешняя ситуация вызывала не только грусть. Хаджин чувствовал себя все более подавленным. Да и как верно заметил Квон Сабин, Квон Саён и Сон Ёну не собирались расставаться. Но несмотря на это, их брак с Квон Саёном все равно состоится.
— Эй, паршивец… а ну отвечай! После школы ты стал слишком заносчивым. В школе ты никогда и слова не смел сказать против.
Несмотря на то, что Хаджин изначально заблудился, неожиданно он все же вышел к выходу. Ворота, величественные как дворцовые, были открыты, и Квон Саён, опираясь о черный седан, ожидал кого-то.
— Почему так долго? — он стоял у открытой задней двери, пристально глядя на Хаджина. — Садись.
Легонько кивнул он в сторону салона.
— Почему ты едешь с ним? — удивленно спросил Квон Сабин у своего хёна.
— Какое тебе дело? Я провожаю своего жениха, разве не очевидно?
— Какого еще жениха? Только что Сон Ёну…
Хаджин схватил его за запястье, предупреждая тем самым его замолчать. Квон Сабин нахмурился.
— Ты совсем распоясался? Ты вот так запросто меня хватаешь? До этого без стеснения трогал мое лицо, а теперь хватаешь за руку…
На лице Квон Сабина читалось удивление от такой дерзости Хаджина.
Перед этой детской реакцией Хаджин тихо вздохнул и отпустил его руку.
— Если вам больше нечего сказать друг другу, то садись в машину. У меня плотный график, и времени в обрез.
Квон Саён еще раз взглянул на часы, не скрывая раздражения.
— Сабин, мама ждет тебя, так что иди к ней.
Квон Сабин переводил взгляд между Хаджином и своим хёном, а потом раздраженно цокнул языком.
— Мы еще поговорим с тобой, запомни.
Бросив Хаджину эту угрозу, он наконец ушел, направляясь к ряду припаркованных иномарок.
Когда они остались только вдвоем, Квон Саён снова кивнул в сторону открытой задней двери. Сам он обошел машину, сев с противоположной стороны. Дверь оставалась открытой для Хаджина.
Небольшой жест вежливости. Квон Саён всегда делал такие вещи совершенно естественно. Базовая учтивость, которую Хаджин никогда в жизни не получал.
Хаджину тоже было что сказать, поэтому он сел в ожидавшую его машину. Устроившись в просторном салоне, он закрыл дверь, и автомобиль тут же тронулся. Когда личный водитель плавно нажал на газ, мужчина положил рядом планшет.
— Кажется, вы с Сабином довольно близки?
Вероятно, их неожиданная фамильярность удивила его.
— Нет, — тут же ответил Хаджин.
Услышав такой категоричный ответ, Квон Саён удивленно изогнул бровь. Они разговаривали довольно непринужденно, и со стороны это было заметно. Больше всего Саёна поразило поведение младшего брата. Квон Сабин, обычно равнодушный ко всем, выглядел достаточно эмоциональным, и выражение его лица менялось практически каждую секунду. Хотя сам Хаджин оставался равнодушным.
— Вы вроде бы учились в одной школе.
Он бросил взгляд на Хаджина, сидевшего с прямой спиной и смотрящего вперед.
— Да.
— Хотя наши семьи часто общаются, вы не особо близки?
На самом деле заданный вопрос не представлял для Саёна никакого реального интереса. Ему было плевать как на Хаджина, так и на собственного брата.
Квон Сабин не умел заводить друзей. Он считал окружающих либо прихлебателями, либо знакомыми для поддержания связей, но не тем типом людей, к которым испытывал бы искреннее уважение или душевную привязанность. Поэтому неудивительно, что он не считал Хаджина, сына любовницы и обычного бету, а не доминантного альфу, своим другом.
— Зачем ты меня провожаешь?
Вместо того чтобы перейти к сути, Квон Саён задавал ненужные вопросы, поэтому Хаджин задал встречный вопрос, избегая прямого ответа на его вопрос, заданный ранее. То, что они остались наедине, было необычно, поэтому наверняка для этого имелась причина. Хотя догадаться о ней было нетрудно.
— Почему? Ты же все сам слышал за обедом.
Его пронзительный взгляд устремился на Хаджина, и от этого взгляда у него по коже пробежали мурашки. Это был его характерный взгляд: острый, глубокий, холодный, но при этом откровенно алчный. Каждый раз, встречаясь с этими бездонными глазами и надменным взглядом, Хаджину казалось, что его видят насквозь.
— …Я не думал, что ты согласишься на предложение дедушки, — произнес как можно спокойнее Хаджин, сдерживая нахлынувшие эмоции.
— Ты говорил, что отговоришь старика, но, похоже, даже не пытался.
Хаджин вздрогнул и искоса взглянул на него. Он отчетливо помнил свои слова, сказанные в больничном коридоре у палаты дедушки. Он обещал, что постарается убедить его передумать, и просил Квон Саёна не волноваться.
— …У меня не вышло. Прости.
— А может, ты вовсе и не собирался этого делать?
— …Что? — удивился Хаджин, широко раскрыв глаза.
— Я слышал от Ёну.
—…
— Что ты в меня влюблен. Это правда?
Хаджин вспомнил, как недавно Сон Ёну заявил об этом по телефону Квон Саёну прямо у него на глазах. Хотя Хаджин пытался тактично помешать Ёну говорить об этом, Квон Саён все равно это узнал. Все в семье Сон думали, что он строит козни, а теперь так считал даже сам объект его симпатии. И все из-за его чувств.
Хаджин на мгновение заколебался с ответом. Отрицать это было слишком утомительно. Даже если бы он стал отрицать, никто не поверил бы ему. У него не было другого выбора, кроме как смириться с тем, что уже произошло. Хотя он не строил козней, его тайная влюбленность была правдой, и отрицание выглядело бы лицемерием. Он действительно совершил неправильный проступок, влюбившись в человека, который уже был занят другим. Хуже всего было, что этим другим был его сводный брат.
— Теперь ничего не поделаешь…
—…
— Но я не собираюсь расставаться с Ёну, — равнодушно ответил Квон Саён.
В отличие от Хаджина, его слова были просты и ясны.
http://bllate.org/book/12558/1117221
