Готовый перевод Sympathy Love / Любовь, рожденная жалостью[❤️]: Глава 15

— Я… немного устала.

— Ох, да. Ты, должно быть, утомилась. Прости…

Квон Джихо неловко поднялся со своего места и поклонился сиделке. Он навещал Квон Хиён всего на несколько минут пару раз в неделю. Все остальное время она находилась под присмотром сиделки, чья помощь стала решающей для восстановления его сестры. Он понимал, что эта женщина заботилась о Хиён куда внимательнее, чем он сам, ее единственный родственник.

— Спасибо. Спасибо, что так хорошо заботитесь о Хиён.

— Ой, да бросьте, пустяки. Это вам, Джихо, пришлось несладко. Совсем один бегал, оплачивая больничные счета своей донсэн. Но теперь ведь все позади, да? Ваши мучения закончились. Не так ли?

— Да. Теперь уже точно…

— Вы через многое прошли, Джихо. Это нелегко. Я видела такое много раз. Хиён, наверное, еще не до конца все осознала, она в растерянности, но скоро она поймет, как сильно вы за нее боролись.

Джихо горько улыбнулся на эти заботливые слова утешения. Если бы он не поехал в аэропорт в тот день, ничего бы этого не случилось. Его родители были бы живы, а Хиён не провела бы три года в коме. Ему было стыдно принимать похвалу за свои старания. Он чувствовал, что не заслуживает таких слов.

— Джихо.

— …Спасибо.

— К счастью, результаты обследования Хиён отличные. Может быть, дело в том, что вы постоянно разминали ей руки и ноги, пока она была без сознания, но врачи говорят, что с реабилитацией она быстро поправится. Скоро ей станет лучше. Джихо, не переживайте так сильно.

Услышав слова сиделки, Хиён пошевелилась. Джихо неловко перевел на нее взгляд. Его глаза были полны нежности, когда он украдкой поглядывал на нее, хотя лицо сестры и было искажено раздражением.

— Тебя что-то беспокоит? Что-то болит?

— Не знаю. Я просто… ничего не чувствую. Совсем никакой чувствительности.

— Тебе скоро станет лучше. Скоро все будет хорошо.

То, что результаты тщательного осмотра, проведенного сразу после ее пробуждения, оказались хорошими, принесло облегчение. Хотя ее мышцы и пищеварение ослабли, доктор заверил, что при правильном питании и реабилитации все восстановится.

— Какое облегчение.

Чем больше Хиён слышала мягкий голос Джихо, тем сильнее путались ее мысли. Она злилась на брата, но в то же время ей было жаль его, когда она думала о том, через что ему пришлось пройти за эти три года. Даже если она не знала всех тонкостей жизни, счета за больницу и услуги сиделки должны были быть огромными. Неужели он нес это бремя в одиночку?

Взгляд Джихо, задержавшийся на ее руках, спрятанных под одеялом, вызывал у нее дискомфорт и раздражение, смешанное с чувством вины. На душе было скверно. Хиён вздохнула, не зная, как ей вести себя с братом. В этот момент плотно закрытая дверь палаты распахнулась, отчего и сиделка, и Джихо выпрямились.

— Это обход?

Джихо повернул голову, услышав вопрос сиделки. Легкий ветерок донес до него знакомый запах.

— Я пришел, потому что ты слишком долго. Решил, что у вас тут трогательное воссоединение.

До Ёнджэ окинул комнату резким взглядом. Атмосфера была странной. Джихо ссутулился, словно виноватый преступник, в то время как в открытых глазах Хиён читалась целая смесь эмоций, направленных на брата.

—…

«Он, должно быть, злится. Кто вообще тот человек, что упрямо поддерживал в ней жизнь, когда надежды на пробуждение не было? Как неблагодарно».

Джихо не мог не заметить эмоции, которые были очевидны даже постороннему. Понимая, что Ёнджэ смотрит на Хиён, Джихо попытался заслонить ее своим худым телом, но это было бесполезно.

— …Кто это?

От тихого голоса Хиён Джихо тяжело сглотнул. Его взгляд, прикованный к Ёнджэ, дрогнул.

— Не собираешься меня представить? — усмехнулся До Ёнджэ, пожав плечами.

— …Ну, он… он мне очень помог. И до сих пор помогает.

Ёнджэ лишь фыркнул, услышав, как сбивчиво, запинаясь, говорит Джихо. Он сделал широкий шаг вперед и остановился практически рядом с кроватью. Несмотря на дистанцию, из-за высокого роста казалось, что он стоит вплотную. Он слегка наклонился, встречаясь взглядом с Хиён.

— Вы совсем не похожи.

— …Прошу прощения?

Хиён нахмурилась от такого неожиданного замечания. Как он может быть таким грубым, если якобы «столько помогал»?

Наблюдая за неприкрытым недовольством на ее юном лице, Ёнджэ на мгновение задумался, как бы ей объяснить, что кредитор и должник стали сексуальными партнерами.

— Твой хён выплачивает мне долг, — произнес он.

— …

— В этом наши отношения. Я многое ему дал, так что ему есть что возвращать.

— О чем это он?..

Хиён в замешательстве наклоняла голову. Джихо посмотрел на нее, выдавливая из себя улыбку.

— Отдыхай…

— У господина Квон Джихо есть работа.

— …

— Он не может просто пропускать ее только потому, что его донсэн пришла в себя, — низким голосом произнес Ёнджэ.

Джихо понял, что этим хотел сказать Ёнджэ. С обеспокоенным видом он кивнул Хиён, а она пристально посмотрела на Ёнджэ.

— Работа? Какая… работа?

— Эм… я расскажу тебе позже. Сейчас…

— Ты его начальник? А фортепияно… он все еще играет? Играет ведь, да?..

Если он начальник, значит, это его работодатель. Можно ли вообще эту работу считать занятостью?

Джихо запоздало кивнул на вопрос Хиён о фортепияно. Он все еще играл в академии, так что, технически, он его не бросал.

— Тогда, может, господин Квон Джихо отправится на работу?

— Я вернусь вечером.

— …Все нормально. Тебе не обязательно… возвращаться.

— Мне прийти завтра?

Когда Джихо спросил, в какое время лучше прийти, чувствуя ее раздражение и усталость, Хиён пробормотала, чтобы он приходил вечером. Ёнджэ цокнул языком и отвернулся. Он не произнес ни слова пожелания выздоровления. Встревоженный тем, как стремительно уходит Ёнджэ, Джихо помахал Хиён рукой.

— Отдыхай.

— …Иди.

Сердце Джихо упало, когда Хиён крепко зажмурилась, но, заметив ободряющий кивок сиделки, он все же развернулся и вышел.

Как только он переступил порог палаты, Ёнджэ схватил его и потащил за собой. Он грубо толкнул дверь пожарного выхода, и их губы столкнулись в поцелуе. Джихо ударился головой о стену, и по всему его телу пробежала острая боль. Сбитый с толку внезапностью происходящего, он мог только тихо стонать, открыв рот.

Массивный язык Ёнджэ ворвался глубоко внутрь, отчего Джихо запрокинул голову. Он скользил языком по небу, проходился по зубам и сплетался с языком Джихо.

— Ха-а…

Раздались влажные звуки. Джихо обхватил Ёнджэ за спину. Когда он начал отвечать, посасывая язык Ёнджэ, грубые движения того постепенно смягчились.

— …Генеральный директор.

— Кажется, Квон Хиён тебя ненавидит.

— …

— Я вижу эту обиду. Неужели ты все равно счастлив, что твоя донсэн очнулась, несмотря на это?

На заданный Ёнджэ вопрос, когда он ненадолго оторвался от поцелуя, Джихо приподнялся на цыпочки и прикусил его влажную губу. Он слегка кивнул, шепча, что счастлив. Ёнджэ снова почувствовал прилив необъяснимого раздражения. Затянувшийся поцелуй прервался лишь тогда, когда ранее треснувшие уголки губ закровоточили.

— Почему я чувствую себя так паршиво, господин Квон Джихо?

— …Что? — переспросил Джихо, ошеломленно смотря на Ёнджэ, который казался не менее голодным, несмотря на долгий поцелуй.

Ёнджэ пристально посмотрел на невинное лицо Джихо, прежде чем отвернуться.

— Блядь! — сквозь зубы выругался он и первым вошел обратно.

♬⋆˚♬⋆˚♬⋆˚

Вернувшись в академию после недельного отсутствия, Квон Джихо столкнулся с чередой неловких ситуаций. Дети не могли оставить без внимания то, что он носил одежду с длинными рукавами и маску в удушающую летнюю жару, когда температура перевалила за 38 градусов.

— Учитель! Сейчас же лето!

— …Учитель простудился. Кхе-кхе…

— Вы брали отгул, потому что болели, учитель?

— Эм… Да.

Ынсоль, державшая ладонь Джихо своей маленькой ручкой, удивленно распахнула глаза, почувствовав под пальцами шершавые корки.

— Учитель, вы поранились? Посмотрите на это!

Ынсоль задрала его рукав, обнажая кисть, и позвала друзей. Дети сгрудились вокруг, серьезно рассматривая следы от укусов, покрывающие его руки и пальцы. Удивленные, они начали гадать, что за животное это сделало.

— Вас кошка укусила?

— Нет, собака.

— Хомяк?

— Глупый! У хомяков всего два зуба, а тут много. Это точно собака была.

Наблюдая за их спорами, Джихо убрал руку.

— …Мне не больно. Все в порядке. Уже почти зажило. Спасибо вам всем.

— Вас ведь собака укусила? Это была собака, да?

— Что? Эм… Ну…

http://bllate.org/book/12553/1329133