— Я спрашиваю, разве я не обслуживаю тебя прямо сейчас?
— Как босс может быть хостом, ни в коем случае!
От одного этого заявления у него по спине побежали мурашки. Для него, простого официанта, относиться к боссу развлекательного заведения как к хосту? Разве это не смешно.
И Хиён подпрыгнул на месте, отрицая слова Ча Гёджина. Он просто ел, ведь это сам Гёджин налил ему алкоголь, так что было несправедливо загонять его в угол подобным образом.
— Я буду есть, но ты, босс, тоже должен выпить.
Возможно, из-за того, что он немного опьянел, И Хиён не скрывал своих чувств и надул губы, сердито смотря на Ча Гёджина.
Это был поступок человека, потерявшего всякий страх, но Ча Гёджин не разозлился. Наоборот, каждый раз, когда он встречался с ним глазами, он хихикал, словно видел перед собой что-то очень смешное.
Вдоволь посмеявшись так, что у него аж тряслись плечи, он стал с интересом наблюдать, как И Хиён пробует то одно блюдо, то другое. Когда он оперся локтями о стол и подпер подбородок, И Хиён, бросивший взгляд в его сторону, продолжил есть как ни в чем не бывало.
Сначала он робко пробовал по чуть-чуть, но уже после нескольких рюмок алкоголя начал смело орудовать палочками.
Его тело было худым, как у человека, который никогда нормально не ел, но было удивительно видеть, как он запихивает в себя горы юкхве. У И Хиёна, который выглядел тощим, был на удивление хороший аппетит.
Каждый раз, когда он брал два-три куска сашими и отправлял их в рот, его щеки, надуваясь как воздушный шар, двигались вверх-вниз. Он был как белка, у которой во рту был мешочек для хранения.
Наблюдая за ним, Ча Гёджин поймал себя на том, что бессознательно уставился на правую щеку И Хиёна.
Это было то самое место, которое покраснело и опухло после того, как И Совон ударил его в прошлый раз. К счастью, казалось, мазь помогла, так как кожа вернулась к своему первоначальному виду, не оставив синяков.
«Подожди, к счастью?..»
Ча Гёджин, который рассеянно размышлял, вдруг вздрогнул.
«В жопу это «к счастью».
Он намеренно отвел взгляд от И Хиёна. Но, не в силах понять причину, он продолжал смотреть в его сторону.
— …Ты хочешь что-то сказать? — наконец спросил И Хиён, не в силах больше выносить этот тяжелый взгляд.
«Какого черта он продолжает пялиться на меня?»
У всего есть предел, и у игнорирования тоже.
Хиён подумал, что если Ча Гёджин продолжит на него так пристально смотреть, то в нем появится дыра. Но Гёджин просто промолчал, не дав никакого конкретного ответа.
Хиён, пытавшийся понять причину, запоздало понял. Все это время ел только он один.
Это ведь Ча Гёджин заказал всю эту еду, но он даже не притронулся к своим палочкам. И Хиён подумал, насколько же он бестолковый, поэтому быстро положил немного юкхве на тарелку Ча Гёджина. Заодно он хотел разрядить обстановку.
— Босс, тебе тоже нужно поесть. Ты ведь не смог нормально поужинать, да?
Это был просто формальный вопрос, но Ча Гёджин отреагировал слишком бурно, как будто его что-то ударило.
— Ужин? Аха-ха, как забавно. Ты действительно решил играть роль моего мужа?
Это был совершенно неуместный ответ. Он раздраженно почесал себе грудь, говоря, что его голос щекочет. И Хиён был искренне удивлен.
«Если голос щекочет, то обычно ведь чистят уши. Почему он чешет грудь? И что это вообще было про «решил играть роль моего мужа»?»
Было трудно понять этот ответ, и было утомительно поддерживать разговор.
— Нет, когда я вообще?.. Я никогда не делал ничего подобного, босс.
Он пытался выразить свое недоумение, но Ча Гёджин, похоже, и не собирался его слушать, потому как фыркнул с крайне надменным выражением лица.
— Тогда почему ты спросил, ужинал ли я. Почему ты спрашиваешь то, о чем спрашивают только те, кто живут вместе и трахаются?
— Что? — И Хиён широко распахнул глаза. — Мы ведь живем вместе. То есть, мы не занимаемся сексом, но в любом случае… мы живем в одном доме. И я просто спросил из вежливости.
Ча Гёджин сказал, что у него нет слов, и резко откинулся на спинку дивана.
— Ха-ха-ха…
Громко засмеялся он.
— Вау, блядь. Почему ты не стал хостом? Твои реплики безумны. С таким невинным лицом, что ты говоришь… Мы, значит, живем вместе?
И Хиён не понимал, почему тот ведет себя так. Он раздраженно смотрел на Ча Гёджина, который выворачивал его слова, делая их двусмысленными. Он чувствовал, что если сейчас снова начнет отвечать, его только сильнее высмеют.
Поэтому он притянул к себе бутылку виски и доверху наполнил пустой стакан. И Хиён, не обращая внимания на Ча Гёджина, сунул в рот закуску и в одиночку выпил свой напиток.
Даже ужасно горький алкоголь со временем начал казаться сладким. Он словно впервые понял, что значит «хорошо пошел».
— Эй, ты меня теперь игнорируешь?
Ча Гёджин не разозлился даже от откровенно демонстративного игнора. Если бы он был не в настроении, он бы нахмурился, но сейчас на его лице в равной мере смешались игривость и смех.
Успокоившись, И Хиён действительно перестал обращать на него внимание и посмотрел на этикетку бутылки с виски. Точного названия он не помнил, но это был тот самый алкоголь, который время от времени заказывали клиенты, тратящие больше всех денег.
«Наверное, он вкусный, потому что дорогой…»
После еще одного стакана алкоголь начал действовать, и щеки И Хиёна порозовели. Он чувствовал, как его все больше бросает в жар, словно повышалась температура тела.
И Хиён, обмахиваясь рукой, пробормотал, что ему пора прекращать пить, и отодвинул бутылку. И тогда Ча Гёджин вмешался и пододвинул отодвинутую бутылку обратно.
— Почему ты вдруг решил перестать пить?
Разумеется, он прекратил, потому что начинал пьянеть, но Ча Гёджин вновь наполнил стакан.
И Хиён пустым взглядом наблюдая за тем, как мужчина это делает, а потом медленно покачал головой.
— Я пьянею. Мне кажется, я напьюсь. Так что если я выпью еще…
Услышав его отказ, Ча Гёджин почувствовал, как внутри у него что-то странно шевельнулось. Ему вдруг захотелось увидеть И Хиёна пьяным. Он сам не понял, почему возникло такое желание.
Не то чтобы у него были какие-то грязные мысли, просто ему вдруг стало любопытно, будет ли И Хиён таким же спокойным, когда напьется.
Ему просто интересно, будет ли он бормотать что-то мягким, убаюкивающим голосом, или рассердится, как в тот день, когда они впервые встретились.
Впервые в жизни ему было любопытно, каким бывает пьяный другой человек, и он сам был сбит с толку этим ощущением.
И Хиён, порывшись в сумке, достал и положил на стол учебный план.
— Босс, смотри. Чонхён сдавал тест…
— Забудь. Давай выпьем еще по одной.
— Что? Нет, я не могу. Я уже немного пьян…
— Ты не хочешь попробовать сливочную пасту с трюфелем? — перебил его Ча Гёджин, как раз в тот момент, когда Хиён собирался перейти к главному.
Он вдруг начал искушать его едой. И Хиён решительно покачал головой, но все равно сглотнул образовавшуюся слюну.
Чем сильнее он пьянел, тем острее чувствовал голод. А тут еще и трюфель. Он ел дешевые варианты юкхве или сашими, но сливочную пасту с трюфелем не пробовал ни разу в жизни.
Он уже не был ребенком, и ему стало неловко за себя из-за того, что он теряет самообладание всего лишь из-за еды. И Хиён вдруг вспомнил Чонхёна, который решал задачу и прыгал от радости из-за одного единственного желе. В плане умственного возраста он сейчас был ничем не лучше восьмилетнего Чонхёна.
Но чем вообще перед ним провинилась еда. К тому же Ча Гёджин сказал, что закажет ее для него, так что… по сути, и отказываться было глупо.
— Тогда… только это… — глубоко вздохнул И Хиён, пряча свое воодушевление.
Он надеялся, что это не будет заметно, но у Ча Гёджина была хорошая интуиция.
— Это и правда смешно…
Он усмехнулся так, будто увидел нечто по-настоящему забавное. Пока смущенный И Хиён теребил пальцы, Ча Гёджин прекратил его дразнить и позвал управляющего.
Вскоре в комнату номер восемь вошел управляющий, и Ча Гёджин приказал ему приготовить блюдо из меню, которое мог заказывать только босс.
— Иди и сделай одну пасту… с херовой тучей трюфеля.
— Да, босс, — ответил управляющий и перед уходом окинул взглядом И Хиёна, чье лицо покраснело.
В этом мимолетном взгляде смешались любопытство, недоумение и странное лукавство.
К счастью, И Хиён этого не заметил, а вот Ча Гёджин ясно уловил этот многозначительный взгляд управляющего. Именно тогда он, все это время сохранявший игривое выражение лица, впервые сжал губы и нахмурился.
Управляющий, который до этого нарочно двигался медленно, пытаясь прощупать атмосферу между ними, заметил, как изменилось лицо Ча Гёджина, и тут же осадил свое наглое любопытство.
— Прошу прощения. Я быстро распоряжусь сделать для вас.
Как и подобает человеку, который давно работал с Ча Гёджином, он действовал быстро и хитро. Управляющий поспешно извинился и тут же выскочил, чтобы не нарваться на ругань.
— Хитрожопый ублюдок, блядь.
«Если уж ты знал, что будешь извиняться, то, блядь, не надо было с самого начала пялиться на меня такими глазами».
Раздраженно думая об этом, Ча Гёджин наклонил голову, и вдруг у него внезапно возник вопрос.
«Что вообще было не так в той ситуации? Почему я разозлился, даже получив извинения?»
На самом деле смешным был не И Хиён, а сам Ча Гёджин.
Почувствовав, как внутри снова поднимается удушающее ощущение, он залпом осушил стакан. И Хиён, который до этого сидел молча, протянул свой стакан.
— Раз мы все равно заказали пасту, тогда я выпью еще немного. Я не думаю, что я так уж сильно пьян… Пожалуйста, налей мне тоже чуть-чуть.
«И снова этот щекочущий голос…»
Ча Гёджин цокнул языком и нахмурился.
— Да, давай выпьем. Надо выпить.
Стаканы обоих мужчин непрерывно наполнялись, опустошались и снова наполнялись.
http://bllate.org/book/12540/1116547
