Хиёну придется есть и спать в этом доме, так что ему совершенно не было смысла становиться поперек горла боссу. И Хиён коротко извинился. В ту же секунду услышал у себя над головой его голос:
— Ты просишь прощения, блядь? — саркастически произнес он.
Похоже, он по-настоящему разозлился из-за его дерзкого поведения. При мысли о том, что его отругает Гёджин за то, что он вел себя неподобающе с Совоном, поэтому тот его и ударил, перед глазами Хиёна потемнело.
Хиён вспомнил случай недельной давности, когда Гёджин ворвался в заведение и размозжил голову проблемному клиенту. Разъяренный Гёджин был страшен. Особенно он был страшен, когда бездумно применял силу, и не было никакой гарантии, что он не сделает с ним то же самое.
Как он и ожидал, Гёджин опустил ладонь ему на голову. Напряжение в теле И Хиёна взвилось до предела, и он крепко зажмурился.
«Сейчас он впечатает мою голову в пол? Или ударит о стол?»
Он съежился, ожидая боли, представляя себе ужасную сцену.
Но вопреки его ожиданию, Гёджин приподнял голову И Хиёна, заставляя посмотреть ему в глаза.
И Хиён медленно поднял взгляд. Он напрягся, опасаясь получить пощечину, но по какой-то причине этого тоже не произошло.
Только теперь И Хиён толком посмотрел на лицо Гёджина и, встретив его спокойный взгляд, неожиданно почувствовал облегчение.
«Эм, кажется, я что-то неправильно понял».
В тех глазах, где обычно прятался яд, сейчас не было ни капли злобы, только спокойный, изучающий взгляд. И где-то в глубине сознания медленно поднялась мысль, что, наверное, он его не тронет.
До вчерашнего дня он считал его обычным гангстером, и теперь все это казалось странным, почти абсурдным.
— Ты постарайся не пересекаться с И Совоном, если можешь. Что бы он там ни нес, обходи его и уходи. Тебе просто надерут задницу, если ты свяжешься с таким ебанутым ублюдком.
— …
— У тебя разве не возникло ощущения сегодня, что у него с головой не все в порядке.
Гёджин вертел пальцем у виска, описывая И Совона максимально нелестно. Это было странно для человека, который вроде бы говорил о своем любовнике.
«Почему он меня не ругает?»
Как ни крути, но поведение Гёджина просто не укладывалось в его голове. Шокированный И Хиён только бездумно смотрел на него, раскрыв губы в форме буквы «о».
Гёджин посмотрел на приоткрытые губы Хиёна и нахмурился, словно его что-то не устраивало.
— Я тебе уже столько подсказал, так что думаю, этого достаточно, так чего ты на меня так пялишься? Ты же не хочешь, чтобы я за тебя его убил?
И Хиён не проронил ни слова, но тот уже сделал выводы.
— Дело не в этом… — заговорил ошарашенный И Хиён.
— Да что с тобой сегодня, блядь? — вновь перебил его Гёджин. — Перед кем ты пытаешься казаться милым?
И Хиён лишился дара речи. Ему нужно было поскорее сказать, что он не делал ничего подобного, но он не смог подобрать слова.
А когда он собрался с мыслями, момент уже был упущен. Гёджин отошел от него и начал рыться в ящике стола Ча Чонхёна. Спустя минуту он вернулся с наполовину использованной мазью, положив тюбик на ладонь И Хиёна.
— Я не босс, который забивает на то, как живут его сотрудники. Намажь пока этим, а если тебе нужно в больницу, скажи, я дам тебе свою карту.
— …Что?
— Ты меня раздражаешь. Щека, по которой тебя ударили. Я возьму на себя ответственность.
И Хиён все еще не привык к странно мягкому отношению Ча Гёджина. Он то вел себя как человек, лишенный здравого смысла, то снова был совершенно нормальным. Хиён запутался, не понимая, какая из этих сторон настоящая.
— Босс возьмет ответственность? Но почему?
— А, да, блядь. Ты хочешь со мной играть в словесные игры?
— Нет. Не в этом дело. Спасибо…
Прежде всего, раз уж он получил мазь, было правильно выразить благодарность. И Хиён низко склонил голову.
— Но, я думаю, мне не нужно идти в больницу. Со мной правда все нормально.
Внутренняя сторона щеки была порвана, но это все быстро заживет. Поэтому он отказался, считая, что больница, это уже перебор. Ча Гёджин вдруг протянул руку и схватил И Хиёна за подбородок. Он и впрямь был человеком с совершенно непредсказуемыми действиями.
Держа его подбородок, Гёджин поворачивал лицо то так, то эдак. Он проверил, насколько распухла щека, по которой ударили. Потом он убедился, что другая сторона не пострадала, и в итоге большим пальцем раздвинул его губы, чтобы посмотреть внутрь рта.
И Хиён чувствовал себя совершенно неловко. Не зная, куда деть взгляд, он смотрел куда-то за плечо Гёджина, смирившись с происходящим.
Надеясь, что осмотр скоро закончится, он широко открыл рот. Гёджин, разглядывая разорванную ткань внутри, дернул бровью.
— О, ты, оказывается, и смущаться можешь.
И Хиён не ответил, лишь беспомощно закатив глаза.
— Дай мне свой телефон.
Резко выпрямившись, Гёджин протянул руку перед И Хиёном. Он только что проверял его щеку, а теперь просит телефон?
— Зачем?
— Ай, блядь, раз я прошу, значит он мне нужен. Думаешь, я украду этот твой сраный телефон?
Хиён спросил только из любопытства, но услышав ненужные слова, ему стало неприятно. Он пользовался этим телефоном уже давно, и он работал вполне нормально. Вот уж кто смотрит на людей без денег свысока.
Надув губы, И Хиён достал телефон из кармана и протянул. Ча Гёджин, взяв чужой телефон как свой собственный, разблокировал экран, на котором даже не было пароля, и ввел одиннадцать цифр в набор.
Когда он позвонил, в кармане его пальто раздалась вибрация.
«Он вот так нагло обменялся номерами?»
— Что ты делаешь?
— Я даю тебе особую привилегию, потому что ты, кажется, близок с моим ребенком.
Хиён, получив телефон обратно, уставился на номер, оставшийся в журнале вызовов.
— Почему номер — это особая привилегия?
— А что еще? Если что-то случится, звони мне. Я все решу, если ты позвонишь.
—…
— Особенно если дело касается Ча Чонхёна. Это мелкий хулиган с бешеным характером, так что тебе будет нелегко с ним справляться. Если что-то случится, сразу звони мне, — ответил Ча Гёджин и с раздражением бросил еще раз взгляд на распухшую щеку И Хиёна. — И можешь ябедничать о чем угодно тоже.
Хоть тон у него был немного бандитский, все слова звучали по-своему заботливо. И Хиён снова подумал, что мог ошибаться насчет Гёджина.
Видя, как тот по-настоящему переживает из-за Чонхёна, он понял, что Гёджин не плохой человек, теперь он мог быть уверен в этом. Просто первое впечатление оказалось неприятным, но сам по себе он вряд ли был грубым мужчиной.
Хотя если спросить, хороший ли он человек, то это тоже было бы неправдой. Но разве не стоило хотя бы отбросить предубеждение и настороженность?
Чувствуя себя гораздо свободнее, И Хиён подошел к Гёджину.
— Босс, ты сказал, что у Чонхёна бешеный характер, но я не увидел ничего такого. Так что поводов звонить вряд ли будет много. Не переживай слишком.
— …
— Он может быть чуть более шкодливым, чем другие дети, но он понимает, как быть внимательным к окружающим, и в нем много привязанности. Я понял это даже за один день. Чонхён правда хороший ребенок.
Он хотел успокоить Гёджина, который так переживал за сына, что даже дал свой номер телефона. Слова Хиёна были абсолютно искренними.
И Хиён вспомнил прошедший день, который оказался удивительно счастливым только потому, что он провел его рядом с Чонхёном. Приятный день: смотреть телевизор, есть, читать сказки и засыпать в теплой, уютной комнате после разговора с ребенком. Все это было бы невозможно без Чонхёна.
— Мне нравится Чонхён. Я рад, что мне поручили заботиться о нем. Для меня это словно чудо.
Его глаза, полные неподдельной нежности к ребенку, ярко засияли, словно кто-то зачерпнул пригоршню Млечного Пути и вложил ее в карие глаза И Хиёна. Они мягко и очень красиво блестели.
На его светлом, почти молочном лице, словно припудренном, выступил легкий румянец, а на губах появилась теплая улыбка. В тот же миг круглые глаза изогнулись полумесяцем, и под длинными ресницами приподнялись пухлые эгё-саль.
И Хиён тихо выдохнул, продолжая мило улыбаться. Это был едва слышный звук, но Гёджин услышал его отчетливо.
Гёджин не мог отвести взгляд от И Хиёна, который улыбался так ярко, словно распустившийся цветок.
И Хиён буквально всем своим видом показывал, как сильно ему нравится Чонхён. Гёджин почувствовал трепет в груди, и ему стало невыносимо душно.
— Ты это серьезно говоришь?
Даже на этот настораживающий вопрос И Хиён ответил, не стирая улыбку с губ:
— Да, я серьезно…
И тут он заметил, что выражение Гёджина стало каким-то странным. И Хиён быстро поклонился, желая выразить благодарность.
— Я слышал, что устроиться сюда сложно. Спасибо тебе огромное за то, что дал мне эту возможность, босс.
Он думал, что сказал то, что тот хотел услышать, но, похоже, ошибся. Так как ответа от Гёджина не последовало. Прошли долгие несколько секунд, И Хиёну пришлось все это время оставаться согнутым.
Гёджин просто растерянно смотрел на макушку И Хиёна, задумчиво проводя рукой по подбородку.
«Почему он молчит?»
Озадаченный, И Хиён медленно выпрямился и поднял взгляд на Гёджина.
Их взгляды встретились. И Хиён моргнул широко раскрытыми, невинными глазами, а Гёджин вдруг резко отвернулся.
— …Босс? — тихо позвал его И Хиён.
Он двигал головой туда-сюда, стараясь поймать его взгляд, но Гёджин, ничего не говоря, развернулся.
Он просто вышел из комнаты.
Через мгновение дверь тихо открылась и закрылась.
Оставшись один, И Хиён был совершенно сбит с толку.
http://bllate.org/book/12540/1116543
