Глава 14. Улика.
Из-за того, что бумага много дней пролежала в воде, надписи на ней почти невозможно было разобрать. К тому же напор воды оказался слишком сильным, и часть фрагментов потерялась в канализации, что серьёзно осложнило восстановление. Чжан Хаожань всю ночь просидел как на иголках у дверей технического отдела, нервно ожидая, пока криминалисты начнут собирать этот «пазл», но так и не дождался результата. Когда документ всё-таки удалось кое-как свести воедино, уже наступило утро следующего дня.
Чэн Чжо пришёл на работу на полчаса раньше обычного и уже успел созвониться с техническим отделом, а когда часы пробили девять, увидел, как Фу Тинсяо вошёл через главный вход.
Ровно девять. Ни секундой раньше, ни секундой позже.
«Он что, робот? — мелькнуло у Чэн Чжо. — Как можно так точно рассчитать время?»
— Командир Чэн, командир Фу, результаты готовы, копии здесь! — Тан Инин, зная вспыльчивый характер своего начальника, не смела тянуть ни секунды и тут же быстро подбежала к ним. — Мы использовали всё, что можно. До такого состояния удалось восстановить только потому, что весь отдел выложился по максимуму.
— Спасибо за вашу работу, — кивнул ей Чэн Чжо. — Я купил вам завтрак, он стоит на столе в холле.
— Живой бодхисаттва… — Тан Инин, не спавшая всю ночь, сейчас была не в настроении разделять с уголовным розыском радость победы. С растрёпанными волосами она отправилась восполнять потраченные калории.
Несколько человек из уголовного розыска тут же столпились рядом. Чжан Хаожань, подняв копию на свет, внимательно вчитывался в расплывшиеся строки:
— «Завещатели Фань Юцзюнь, Ли Минь…» Номер удостоверения личности не разобрать… Наставник, да это же завещание погибших!
Чэн Чжо посмотрел на лист. Чернила расплылись от воды, различить удавалось лишь отдельные фрагменты.
— «Совместное… находящееся в законной собственности имущество… денежные средства в размере 1 243 548 юаней 05 фэней», — он нахмурился, с трудом разбирая слова. — «Это наши законные сбережения, накопленные за долгие годы. В случае нашей смерти все эти средства переходят единственному наследнику — нашему родному сыну Фань Цишуню. Иные лица… не имеют права на него претендовать».
Дальше шли стандартные формулировки вроде «в здравом уме», «по собственной воле», а в конце стояли подписи и смутно различимая дата.
Фу Тинсяо сразу уловил связь.
— Похоже, это и есть та последняя капля, что переполнила чашу терпения Цзоу Чэнсиня. В автобусе он назвал сумму в 1 243 548 юаней 05 фэней. Тогда я ещё подумал, что сумма вроде обычная, но почему такая точная?
— Цзоу Чэнсинь знал, что супруги Фань оставили всё наследство родному сыну. Он столько лет страдал из-за этой семьи и в итоге не получил ни гроша, — Чэн Чжо потер подбородок, чувствуя, как одно из звеньев логической цепочки наконец сходится. — Поэтому во время ссоры он в ярости разорвал завещание, а затем убил их.
И всё же что-то не давало ему покоя.
— Если так смотреть, у Цзоу Чэнсиня был и мотив убийства, и мотив захвата автобуса ради мести. Но остаётся ещё один вопрос. Почему супруги Фань, зная, что этот приёмный сын после освобождения из тюрьмы крайне опасен, всё равно чувствовали себя уверенно и ничего не боялись? Почему не переехали и не попытались скрыться? Неужели они вовсе не считали себя виноватыми?
Это был последний неразрешённый вопрос, и в кабинете тут же воцарилась тишина.
В этот момент вошёл Фэн Личжун.
— Ну что, есть результаты?
Он взял копию, пробежал по ней глазами и тут же расплылся в улыбке. От вчерашнего напряжения, когда он был словно перед лицом врага, не осталось и следа. Фэн Личжун хлопнул Чэн Чжо по плечу.
— Молодец! Я так и знал, что, вернувшись на место, вы обязательно найдёте новую зацепку и логическая цепочка станет полной!
Несколько дней назад Чэн Чжо остановил автобус, протаранив его полицейской машиной, и немного потянул плечо из-за отдачи, и теперь, когда его так приложили, он поморщился от боли.
— Командир Фэн, вы что, хотите, чтобы я больше не вёл это дело? Тогда, может, сразу просто прихлопнуть меня?
Сотрудники городского управления были воодушевлены этой уликой, и никто не заметил, что Фу Тинсяо из-за слов Чэн Чжо мельком посмотрел на него.
Дальнейший разговор происходил уже в кабинете.
— Это серьёзная находка, она полностью объясняет мотив Цзоу Чэнсиня. Я уже доложил начальнику управления, в провинции тоже скоро узнают. Думаю, историю с вашим превышением полномочий и самовольными действиями на мосту Хайган больше поднимать не будут. — Фэн Личжун говорил с нескрываемой гордостью, и было видно, что он всё больше был доволен своим командиром и его заместителем. — Я ведь говорил, что вы лучшие бойцы городского управления, разве у провинции могут быть ещё какие-то претензии?
— Ладно, не надо так расхваливать, — отмахнулся Чэн Чжо. — И ещё… насчёт этого заместителя…
Едва он успел заговорить об этом, как Фэн Личжун сразу понял, к чему всё идёт. Его глаза тут же расширились, а улыбка мгновенно исчезла с лица.
— Я решил его оставить. Чэн Чжо, ты что, всё ещё хочешь, чтобы его отправили обратно в хуэйаньское отделение?
— Я не это имел в виду, — с некоторой беспомощностью объяснил Чэн Чжо.
Таких, как Чжоу Вэнь, настоящих безмозглых мажоров, которые в городском управлении просто отсиживались, он ещё мог терпеть. Если они не совершают ошибок и делают всё в пределах своих возможностей, он не станет с ними связываться. Но вот способности Фу Тинсяо все видели собственными глазами. Если и дальше настаивать, чтобы его убрали, это будет означать, что проблема уже в нём самом.
Просто…
— Оставить-то его можно. Но нам не обязательно быть напарниками. Мы можем вести разные дела.
— Ты считаешь, что у него нет способностей? — спросил Фэн Личжун. — Или думаешь, что он не подчиняется приказам? Я слышал, о чём вы спорили по делу со школьным автобусом.
— Вы, я смотрю, держите ухо востро, — криво усмехнулся Чэн Чжо.
— Не язви, — отрезал Фэн Личжун. — А ты вообще знаешь, какого он происхождения?
Чэн Чжо покачал головой. В прошлый раз Чжан Хаожань что-то говорил, что у Фу Тинсяо непростая семья и есть деньги, но он тогда пропустил это мимо ушей. Какие-то компании, какие-то богатые родители… Если речь идёт о работе, да хоть сын министра и что с того?
— Он сын Фу Лянпина, председателя правления компании «Хунтай», — сказал Фэн Личжун. — Про «Хунтай Люйшэн» слышал?
Это была давно существующая компания по охране окружающей среды, основанная в Пинхае больше десяти лет назад. В последние годы экология стала одной из важных проблем развития городов, поэтому дела у фирмы шли неплохо, реклама попадалась на глаза довольно часто. Чэн Чжо, разумеется, о ней знал.
— Семья богатая, а он всё равно пришёл к нам в городское управление, — продолжил Фэн Личжун. — Уголовный розыск, работа на передовой, выезды на место — и чем ты недоволен? А в хуэйаньском отделении у него вообще…
— Самый высокий показатель раскрываемости во всём отделе, — Чэн Чжо даже с закрытыми глазами мог бы угадать что именно командир Фэн скажет дальше. — Я знаю. Только вот почему у них во втором полугодии так резко улучшилась статистика? По всему городу они были последними, тащились в самом хвосте, а потом за последние три месяца вдруг закрыли дело с гибелью десяти человек. Разве такие вещи даются так легко?
Чэн Чжо говорил о той самой аварии, что произошла в туристической бухте Жиюэвань. Десять человек арендовали скоростной катер и ночью вышли в море ради скорости, адреналина и возможности увидеть светящихся в воде медуз. Это было популярное развлечение у местных туристов.
Но из-за ошибки капитана судно перевернулось в море. Ветер, волны и темнота не оставили шанса ни одному человеку. Эта авария стала крупным инцидентом, потрясшим всю страну. Как только о ней написали в прессе, директор управления по туризму подал в отставку, глава района не раз публично приносил извинения, а заместитель начальника хуэйаньского управления, отвечающий за уголовные расследования, прямо перед национальными СМИ публично пообещал, что за три дня будет получен результат, за семь — дело будет закрыто. А так же будут предоставлены объяснения семьям погибших и всему обществу.
Фэн Личжун поднял папку в руке и легонько стукнул ею Чэн Чжо по плечу.
— Я вообще не об этом. Ты же знаешь подведомственную территорию хуэйаньского отделения — глушь, деревни в черте города, много не местных. Тяжких преступлений там хватает. Опыта у них не меньше, чем у тебя, а то и больше.
Но Чэн Чжо уцепился именно за это и переспросил.
— Дело с катером в Жиюэвань, это Фу Тинсяо его закрыл? Закрыл, красиво оформили статистику и сразу перевели в городское управление?
Фэн Личжун на мгновение замолчал, затем тяжело вздохнул.
— Парень, ты что, действительно хочешь, чтобы я за спиной о делах районного управления говорил?
— В каком смысле? — Чэн Чжо на секунду опешил. — Там что, за этим делом действительно скрываются какие-то тайные обстоятельства?
Ранее у Чэн Чжо уже был конфликт в порту Жиюэвань с заместителем командира отряда хуэйаньского подразделения, и непосредственно после того как этот инцидент попал в СМИ, его отстранили от службы. Разумеется, это дело он запомнил очень хорошо. Он также прекрасно помнил, что обнаруженный труп мужчины, перехваченный им тогда в порту, был последней жертвой этой аварии.
— Я же говорил: их начальник тогда публично пообещал, что если не закроют дело, он уйдёт в отставку, — фыркнул Фэн Личжун. — Но такие дела разве легко закрываются? Ночь, полно людей, волны бешеные, вот все следы и смыло, а тело так и не удалось найти. Так называемое «закрытие» было всего лишь отчётом для начальства. И вообще, Фу Тинсяо тогда был против закрытия дела, из-за этого перессорился с руководством своего подразделения, какое-то время вообще сидел без работы. А потом у нас освободилось место заместителя командира отряда, вот его и перевели. А так посиди он в Хуэйане ещё пару лет и спокойно мог бы дорасти до заместителя начальника.
— Он же всё равно в городском управлении. Разве это не лучше, чем сидеть в Хуэйане? — отмахнулся Чэн Чжо.
— Парень, у тебя в голове только раскрытие дел, что ли? — Фэн Личжун без церемоний шлёпнул его по голове свернутыми бумагами. — Командир отряда в районном управлении — это уровень начальника отдела. Ты думаешь, здесь у него сейчас тот же статус? Не все же такие, как ты. Хоть бы о чужом будущем иногда подумал!
Чэн Чжо прекрасно понимал, что причина этой аварии, хоть и была очевидна, однако из-за специфики морских происшествий, взаимных перекладываний ответственности между надзорными ведомствами, колоссального общественного резонанса и того, что часть объективных доказательств ушла на дно и стала недоступной для изъятия, завершить весь процесс расследования и закрыть дело в течение сорока восьми часов было абсолютно невозможно. Максимум они могли сделать предварительный отчёт об аварии, временно приостановить деятельность причастной компании и возбудить уголовное дело.
Чтобы выстроить полноценную цепочку доказательств, определить ответственность и привлечь причастных, в лучшем случае требовалось от семи до десяти дней, в худшем — месяц-другой. И он также отлично знал характер Фу Тинсяо, если тот считал задачу невыполнимой, он ни за что не стал бы за неё браться. Так что да, врагов он себе тогда наверняка нажил немало.
Фэн Личжун внезапно сменил тон, вздохнул и сказал:
— Я тебе всё уже разъяснил. Давай так. Вы сначала займётесь этим делом, а если уж совсем не сработаетесь и у тебя будут другие соображения, оформляй их письменно и подавай.
Чэн Чжо вышел из кабинета командира подразделения со смешанными чувствами. Потянутое плечо снова начало ныть. Он-то рассчитывал, что само пройдёт, наклеил себе пластырь, но в итоге только заработал аллергическую реакцию, а боль так и не ослабла. Пришлось смириться и свернуть в медпункт.
Зайдя внутрь, он обнаружил там Фу Тинсяо. Тот стоял с папкой в руках, сосредоточенно читал материалы дела и даже не заметил, как кто-то вошёл.
— Что с тобой? — подошёл Чэн Чжо. — Где-то болит?
Фу Тинсяо поднял голову и показал правую руку. Вся область от основания большого пальца до указательного была опухшей, синяк расползся тёмно-фиолетовым пятном. Но кожа сухая, сразу видно, что ничем не мазали.
Чэн Чжо опешил и машинально спросил:
— Когда ты успел получить травму?
И тут же сообразил: наверняка тоже в тот момент, когда он сам протаранил автобус, пытаясь его остановить.
— Ты это… только что пришёл обработать? Может, тебе в больницу сходить?
— Ничего серьёзного, кости целы, — Фу Тинсяо сжал и разжал пальцы, показывая, что всё в порядке, и тут же спросил: — А ты?
Чэн Чжо не ожидал, что этот похожий на робота заместитель командира вообще способен проявить заботу по отношению к нему.
— Да ерунда, просто небольшое растяжение, — ответил он и вдруг почувствовал неловкость.
Только что у командира подразделения он говорил, что не хочет работать с Фу Тинсяо в паре, а теперь вот стоит здесь, как ни в чём не бывало, и принимает его заботу. Чэн Чжо редко испытывал угрызения совести, но в этот раз ему стало немного не по себе.
Он подошёл к двери смотровой, заглянул в окно и увидел пожилого полицейского, которому делали массаж. Судя по всему, до них очередь дойдёт не скоро, поэтому Чэн Чжо без лишних церемоний открыл аптечный шкаф у входа и достал оттуда обычное средство от ушибов.
— Давай я помогу тебе нанести мазь.
Сказал он это главным образом из чувства вины перед Фу Тинсяо, а так же потому, что подумал, что скорее всего, это вообще единственный такой случай, и в будущем возможностей вместе выезжать на дела и вместе получать травмы будет уже не так много.
Фу Тинсяо не ожидал такого поворота событий, и прежде чем успел среагировать, Чэн Чжо уже сел напротив и закатал ему рукав рубашки.
— Ты чего уворачиваешься? — Заметив, что тот пытается отдёрнуть руку, Чэн Чжо тут же крепко её удержал и заодно сердито глянул на него. — Лекарство холодное, кожа целая, больно не будет. Ты что, как ребёнок? В детстве тоже уколов боялся?
— Нет.
Сопротивляться было бесполезно, и Фу Тинсяо положил свою ладонь ему в руку. Он несколько секунд смотрел на сосредоточенное выражение лица Чэн Чжо, склонившего голову и наносившего лекарство, а затем неловко отвернулся к окну и негромко сказал:
— Мне никогда не делали уколов.
— Правда? Родители тебя не водили в больницу? — между делом спросил Чэн Чжо. — Здоровый, значит.
Он говорил, не поднимая головы, и не заметил, как на лице Фу Тинсяо на миг что-то изменилось.
Когда мазь была нанесена, Чэн Чжо даже не успел взять бинт, как Фу Тинсяо тут же отдёрнул руку. Помолчав несколько секунд, он сказал:
— Спасибо.
Это прозвучало так неохотно, что Чэн Чжо невольно нахмурился. В голове мелькнуло: вот ведь, пришёл, работу мою отобрал, а теперь ещё и нос воротит?
Фу Тинсяо, как раз посмотрев на него в этот момент, увидел недовольное выражение лица и растерянно замер.
Именно в этот момент, когда атмосфера в медпункте стала немного странной и неловкой, дверь распахнулась, и Чжан Хаожань буквально влетел внутрь.
— Наставник! Фань Цишунь пришёл в сознание!
http://bllate.org/book/12532/1355540
