Сюй Хан попытался освободиться от его хватки, но безуспешно. Боясь, что в борьбе одежда порвётся, он ответил: — Мисс Гу пригласила меня послушать оперу.
Дуань Елин прищурился, вспомнив их последнюю встречу в театре «Сто цветов», и недовольно пробурчал: — Почему не сказал мне?
— Ты не спрашивал. Зачем было говорить?
Это в Сюй Хане больше всего раздражало Дуань Елиня — он никогда ничего не объяснял, заставляя другого догадываться. Угадаешь — твоё счастье.
Но Дуань Елин не мог просто ткнуть пальцем в Сюй Хана и приказать ему отчитываться в каждом пустяке. Будь он так прямолинеен, Сюй Хан, со свойственным ему характером, начал бы докладывать даже о том, сколько шагов сделал или сколько ложек съел, доводя его до белого каления.
Впрочем, у Дуань Елиня тоже были свои методы.
— Я не запрещаю тебе приходить, — сказал он. — Но я мог бы сопровождать тебя. Если бы сегодня меня не было, тебе пришлось бы несладко.
— Он не стоит того, чтобы из-за него злиться.
— Но я злюсь. — Дуань Елин провёл пальцем по щеке Сюй Хана. — Он знает слишком много. В своё время я не заткнул ему рот как следует, теперь придётся потрудиться.
Только сейчас Сюй Хан посмотрел на него прямо: — Ты убьёшь его?
Дуань Елин усмехнулся: — В твоих глазах я настолько кровожаден? Сейчас он работает в иностранном представительстве, его просто так не прикончишь. Не волнуйся, я позабочусь, чтобы он держал язык за зубами.
Сюй Хан замолчал. Его глаза опустились, скрывая мысли.
Заметив пылинку в волосах Сюй Хана, Дуань Елин стряхнул её. Затем его пальцы потянулись к мочке уха, и голос стал низким, хрипловатым: — Но сейчас... больше всего мне хочется заткнуть твой рот.
Не дав Сюй Хану опомниться, он приподнял его и впился губами в его губы.
Он был значительно выше, и Сюй Хану пришлось запрокинуть голову, что было неудобно. Рот его оставался приоткрытым, слюна стекала от глубокого проникновения языка, и он не мог сдержать глотательных движений.
Естественно, это заставило его сопротивляться.
Дуань Елин был одержим такой грубой силой. Он прижал ладонь к затылку Сюй Хана, углубляя поцелуй. Ему нравилось, как язык Сюй Хана отстранялся, словно у испуганной белки, а он, как голодный волк, неизменно вытягивал его обратно и пожирал.
В конце он с силой прижался губами к его губам, затем тыльной стороной ладони вытер слюну с уголка рта Сюй Хана. Только тогда он удовлетворился.
Чёрт, если бы он продолжил, то не удержался бы и уволок его обратно.
— Кхм... Здесь есть вода, умойся. Я жду тебя в главном зале.
С этими словами Дуань Елин вышел, оставив Сюй Хана с пылающими щеками.
Сюй Хан огляделся. Это была кладовая, где хранились уже готовые блюда. У очага стоял чан с водой. Он подошёл, посмотрел на своё отражение в воде, затем зачерпнул ковш и трижды прополоскал рот. После этого принялся отчищать грязь с подола одежды.
Пока он сушил ткань у очага, снаружи послышались голоса служанок.
— Эй, Дун Син, ты видела командующего Дуаня? Какой видный!
— Ся Мэй, ты что, мечтаешь стать женой командующего? Очнись!
— Тьфу, тьфу, дрянная девчонка! Сейчас я заткну твой рот! Давай быстрее неси губернатору винный кувшин! Тот, что с двумя ручками, белый фарфоровый.
Дун Син вошла в кладовую и направилась к вину, как вдруг почувствовала сквозняк.
Подняв глаза, она нахмурила изящные брови и ворчливо пробормотала: — Вот нерадивые кухонные девки! Окно не закрыли, вино остыло!
С досадой захлопнув окно, она взяла кувшин. Краем глаза заметила грязные пятна у очага.
Не придав этому значения, она провела пальцем, вытерла грубой тканью то место и вышла с кувшином.
http://bllate.org/book/12447/1108082
