Глава 50. Священная земля.
Гуйчжоу, долина Гету.
Гету на языке мяо* означает «священная земля».
* Язык мяо (или мяо-яо) — это группа языков, на которых говорят народы мяо (также известные как хмонги) и яо, проживающие в южных и юго-западных районах Китая, а также в странах Юго-Восточной Азии, таких как Лаос, Вьетнам, Таиланд и Мьянма. В Китае народ мяо официально признан одним из 56 этнических меньшинств, и их численность составляет несколько миллионов человек.
Смеркалось, и воздух был наполнен непрерывным стрекотанием насекомых. Все были одеты в брюки и рубашки с длинными рукавами и, собравшись у двери автодома, стояли в последних лучах уходящего дня.
Лян Муе держал в руках несколько листов формата А4. Перед ним стояла съёмочная группа из десяти человек, а в километре позади, скрытая в вечерних сумерках, возвышалась двухсотметровая стена CMDI.
— Ещё раз пройдёмся по плану. В шесть утра на первую позицию выходит Лао Ян. Твоя задача — снова проверить, правильно ли подключены микрофоны.
— Принято.
— На второй и третьей позициях дистанционно включаем питание для подвесных камер.
— Сегодня вечером перепроверим батареи. Что дальше?
— Тест дронов. Об этом не стоит упоминать — мы уже достаточно их тестировали.
— Четвёртая позиция, ручная камера. На втором верёвочном участке следи за тем, чтобы деревья не перекрывали вид. На четвёртом участке не снимаем прыжок dyno*. На пятом участке при горизонтальном перемещении обращай внимание на углы освещения. Пятая позиция, ручная камера — будь внимателен к рельефу скалы при подъёме, чтобы избежать помех...
* Dyno — это специальный термин в скалолазании, обозначающий динамический прыжок, когда скалолаз отталкивается от одной точки и прыгает к другой, обычно далеко расположенной.
Долина Гету находится в отдалённом месте, поэтому, для удобства координации тренировок и съёмок, они договорились с местным сельским комитетом о том, что на время подготовки к восхождению, весь съёмочный и вспомогательный персонал разместится на открытой равнине недалеко от природной скальной стены. Центральным элементом их лагеря стали машины Лян Муе и Чжэн Чэнлина, а вокруг них выстроились рядком десяток автодомов и палаток. Все их разговоры на протяжении двадцати четырёх часов в сутки касались только скалолазания и съёмок.
Рядом с автодомом Лян Муе висела тусклая лампа на солнечной батарее. Когда съёмочная группа собралась, вокруг света, как и вокруг людей, закружились насекомые, но никто из присутствующих не обратил на это внимания.
Завтра был день, который их съёмочная команда запланировала для восхождения Пань Игэ без страховки на стену CMDI в Гуйчжоу. Чтобы учесть все условия съёмки, они договорились начать восхождение в 8:30 утра. Если всё пойдёт гладко, он сможет достичь вершины за сорок минут. Если всё пойдёт гладко.
В съёмочной группе, включая Лян Муе, было меньше десяти человек, семь камер и три дрона.
Лао Ян был на первой позиции и использовал камеру BMD USDA с телеобъективом, направленную на стену CMDI, чтобы снять общий план и удалённые сцены. Его старые друзья Го Фань и Луань Цзиньсун занимали ключевые участки на стене для динамичных съёмок. Кроме того, чтобы минимизировать воздействие на выступление Пань Игэ, они установили камеры на двух фиксированных позициях на стене, которые управлялись дистанционно. Одним из операторов была Сяо Тан, ассистент из студии Сянвань — Тан Жаньтин. В группе, ответственной за дроны, было двое. Ещё один звукооператор — тоже был на месте.
Звукозапись в документальных фильмах о скалолазании всегда представляет собой большую техническую задачу. Если записать, например, дыхание спортсмена и звуки его движений на скале, это значительно усилит впечатление от фильма и добавит ему реалистичности. Лян Муе столкнулся с этой проблемой ещё десять лет назад. Обычные стационарные микрофоны часто смещаются после резких движений, или создают шум от трения о ткань. Когда он снимал документальный фильм «Жизнь как гора», посвящённый ледолазанию, ему удалось записать неплохой звук, благодаря внешнему микрофону и близкому расстоянию до Чжун Яньюня.
Прошло десять лет, технологии съёмки и звукозаписи продвинулись далеко вперёд, и Лян Муе не пожалел денег, наняв одного из лучших звукооператоров в отрасли для работы в долине Гету. После многочисленных настроек им удалось спрятать маленький провод и миниатюрный микрофон в спортивной футболке Пань Игэ.
Листы бумаги, которые держал Лян Муе, представляли собой трёхстраничный план съёмок, который он так часто перелистывал, что они уже изрядно истрепались, но план шаг за шагом запомнился ему до последней детали. Завершив все указания, он скомкал и отбросил эти листы.
— Ну вот, отлично. Сохраняйте этот настрой до завтрашнего дня. И, кстати, давайте обсудим план Б.
Так называемый план Б был всего лишь эвфемизмом для провала.
Восхождение без страховки — это крайность среди экстремальных видов спорта. Малейшая ошибка может стоить жизни. Для такого опытного скалолаза, как Пань Игэ, маршрут 5.11 не представляет особой сложности, но шесть последовательных 5.11, без права на ошибку, существенно снижают шансы на успех. И такие подвиги не подчиняются законам вероятности. Здесь возможен только один результат: успех или неудача. Жизнь или смерть.
Чжэн Чэнлин, продюсер проекта, первым нарушил тишину.
— На прошлой неделе я уведомил полицию о наших планах на случай... на случай, если... — Он не осмелился закончить мысль. — В общем, если что-то пойдёт не так, мы должны сразу связаться с ними.
Лян Муе кивнул.
— Если произойдёт несчастный случай, — озвучил он за Чжэн Чэнлина.
Это была вполне реальная возможность, которой они не могли избежать и которую следовало тщательно обдумать.
— Телефонные номера семьи Игэ кто-нибудь уточнял? — спросил Лян Муе.
— Он давал нам их раньше. Я могу ещё раз проверить, — предложила Тан Жаньтин.
В конце прошлого года она сама подошла к Лян Муе и выразила желание поехать в Гету, чтобы изучить документальную съёмку. Это было её истинное призвание. Сначала Лян Муе не хотел соглашаться. Тан Жаньтин была доверенным сотрудником Ли Сянвань, а Лян Муе сам отсутствовал в студии на тот момент уже два-три месяца, занимаясь личным проектом вместо работы. Ли Сянвань и так была достаточно терпима, и Лян Муе не хотел уводить её сотрудника в свой проект.
Но Тан Жаньтин написала ему письмо на тысячу слов, проявив свою настойчивость. Она начала усиленно учиться техникам альпинизма и даже заранее заручилась поддержкой Ли Сянвань. В итоге, Лян Муе тронула её искренность. Тан Жаньтин буквально в последний момент успела присоединиться к команде. За три месяца в Гету она стала незаменимым членом коллектива.
— Спасибо. Это — на тебе, — кивнув, сказал ей Лян Муе.
В глазах всех присутствующих читались усталость и напряжение. После месяцев подготовки настал решающий день. Но каждый из них сам выбрал этот путь, выбрал взять на себя эту ответственность, включая Лян Муе.
— Расходимся, — сказал Лян Муе. — Сегодня ночью нужно выспаться.
Сказав это, он взял камеру и направился к автодому Пань Игэ, чтобы провести последнее перед восхождением короткое интервью. Когда Пань Игэ был сосредоточен, он часто замыкался в себе и мало разговаривал. За последние два месяца Лян Муе постарался сделать это частью их вечерней рутины — они каждый вечер обменивались парой слов о прошедшей тренировке. Постепенно Пань Игэ привык к его присутствию и к объективу камеры.
— Завтра день восхождения. Как ты сейчас себя чувствуешь?
— Нервничаю, волнуюсь, это точно, но не так сильно, как ты думаешь. Мне кажется, я всё-таки спокоен. Это... спокойное ожидание. Так можно сказать?
— Мгм. А что дальше, после стены CMDI? Что будет после завтрашнего дня?
***
В конце концов, Лян Муе принял приглашение Чжэн Чэнлина принять участие в создании документального фильма о восхождении без страховки. После съёмок в Сквомише он вернулся в Пекин. Спустя три месяца, в разгар летней жары, он внезапно позвонил Чжэн Чэнлину и сказал:
— Я всё обдумал. Я хочу снять этот документальный фильм вместе с тобой и Summit. Название я уже придумал — в этот раз не будем использовать что-то вроде «Жизнь как гора», пусть это будет просто «Восхождение».
Среди гор и лесов, полагаясь только на свои руки, восхождение без страховки — это самый первозданный смысл этого спорта, который ближе всего к душе. Испытание одиночества и мужества. И, как оказалось, это ещё и полностью созвучно с фамилией Пань Игэ*.
* У Пань Игэ фамилия записывается иероглифом 潘, и читается она первым тоном — Pān. Слово «Восхождение» в китайском записывается другим иероглифом — 攀, но читается точно так же первым тоном — Pān. Таким образом, хоть иероглифы и разные, но они полностью созвучны.
Чжэн Чэнлин был в восторге, но не удержался от любопытства.
— Что заставило тебя передумать? Кто тебя убедил? — спросил он. — Может, мне стоит угостить Лао Чжуна выпивкой?
— Это не Чжун Яньюнь, — сразу ответил Лян Муе. — Он вообще ко мне не подходил. Я просто всё обдумал.
Чжэн Чэнлин не стал больше расспрашивать, опасаясь, что Лян Муе может передумать.
Но Лян Муе не передумал. Он тут же обратился к Ли Сянвань с просьбой освободить его на три месяца следующей весной, пообещав наверстать работу в студии позже. Ли Сянвань и так не удерживала его на рабочем месте; для неё было достаточно того, что он будет работать с основными клиентами.
Теперь, год спустя, наступил сезон съёмок. Всё шло точно по плану, как и было задумано в его подробном расписании съёмок, составленном на трёх листах бумаги.
Вдалеке, в автодоме Пань Игэ, тени замерли — Лян Муе знал, что тот закончил перед сном свою последнюю серию упражнений на силовом тренажёре для пальцев. За последние три месяца Лян Муе хорошо изучил привычки каждого члена команды. Пань Игэ никогда не пропускал эти пятнадцать упражнений, выполняя их каждый вечер.
Огни в автодомах вокруг гасли один за другим: сначала у Пань Игэ, затем у съёмочной группы, и, наконец, у Чжэн Чэнлина.
Остался только он один.
Лян Муе глубоко вздохнул, не в силах избавиться от мыслей о том, что произошло год назад.
В тесном, тускло освещённом домике в Сквомише Чи Юй прямо смотрел ему в глаза.
— Снимешь ты это или нет, он всё равно пойдёт, — сказал он тогда. — Потому что если бы это был я, я бы тоже пошёл.
Последний свет погас, и долина Гету погрузилась в густую влажную тьму.
Лян Муе очень хотел закурить. Ещё больше ему хотелось, чтобы тот человек повторил ему эти слова прямо в лицо.
Он с досадой протянул руку и выключил свет в своём автодоме.
Лян Муе не спал почти всю ночь, списывая это на внезапно нахлынувшее желание закурить. Только после четырёх утра ему удалось немного задремать.
Но утром, в половине шестого, когда на улице всё ещё было темно, его вдруг разбудил громкий стук в дверь.
Чжэн Чэнлин, не заботясь о том, спит он или нет, яростно стучал в дверь его автодома так, что та едва не слетела с петель.
— Муе, случилось кое-что серьёзное. Быстрее выходи!
http://bllate.org/book/12440/1107814
