В общежитии царила безупречная чистота — вещи Му Сюэ исчезли, и самой её там не было.
Гуаньгуань растерялась. Лишь спросив у участниц из соседней комнаты, она узнала, что продюсеры шоу внезапно изменили расселение: сёстрам Му велели жить вместе, а Янь Тянь предоставили отдельную комнату.
Гуаньгуань тревожно взглянула на маленькую красную точку за дверью:
— Неужели продюсеры всё-таки это заметили?
— О чём ты думаешь? — слегка усмехнулась Янь Тянь. — Это же вовсе не камера.
Обычный умный датчик дыма.
Хотя продюсерская группа действительно приходила снимать участниц в общежитии, они делали это выборочно и всегда заранее предупреждали. Все участницы — девушки, поэтому из соображений приватности в комнатах точно не могло быть круглосуточных камер.
Янь Тянь просто решила напугать Му Сюэ.
И та поверила.
Даже так испугалась.
С таким умом ещё пытается играть в интриги при дворе?
Типичная «петушок», который не доживёт и до первой серии.
Янь Тянь не хотела углубляться в причины поспешного переезда Му Сюэ: была ли это её собственная инициатива или скрытое вмешательство Фу Циншэня.
Раз Му Сюэ уехала — отлично. Теперь Янь Тянь живёт одна, свободно и независимо.
Наконец-то никто не мозолит глаза.
* * *
Рана заживала быстро. К четвергу порез на стопе Янь Тянь почти полностью затянулся.
Завтра начиналась запись первого раунда оценки. Каждая репетиционная студия была переполнена участницами, которые в поту оттачивали последние движения перед решающим моментом.
Как бы ни были они в конфликте, завтра им всё равно предстояло вместе исполнять балет. Сёстры Му пришли на несколько прогонов. В студии работали камеры, поэтому трио не осмеливалось выходить за рамки — разве что сохраняло ледяное молчание. В остальном всё прошло спокойно.
Поздней ночью сёстры Му, не выдержав физической нагрузки, первыми покинули студию.
Было уже действительно поздно. Все стремились лечь пораньше, чтобы кожа выглядела свежей и легко поддавалась гриму. Одна за другой участницы стали расходиться, и вскоре в огромной студии осталось лишь несколько человек.
Гуаньгуань вытерла пот:
— Янь Тянь, пойдём?
— Иди без меня, — покачала головой Янь Тянь. — Мне нужно ещё немного поработать над движениями. Несколько дней не могла тренироваться из-за ноги — сильно отстала.
Теперь, когда рана наконец зажила и можно без опаски прыгать и кружиться, она обязана наверстать упущенное.
Гуаньгуань сегодня целый день провела рядом с Янь Тянь, помогая ей в тренировках, и силы были совершенно на исходе. Убедив подругу тоже не засиживаться допоздна, она неохотно ушла, оглядываясь на каждом шагу.
Ещё немного спустя и остальные покинули студию. В огромном зале осталась только Янь Тянь, упорно отрабатывающая движения.
Дверь закрылась, но тут же снова скрипнула, открываясь. На неё упал пристальный, многозначительный взгляд.
Янь Тянь мгновенно почувствовала чужое присутствие и обернулась. У большого зеркала, прислонившись к нему, стояла Чэнь Икэ в короткой плиссированной юбке, демонстрируя белоснежные ноги, с высокомерным выражением лица.
— Вы с Циншэнем расстались? — прямо спросила Чэнь Икэ.
Янь Тянь бросила на неё один равнодушный взгляд и вернулась к тренировке.
— Молчишь? — насмешливо продолжила Чэнь Икэ. — Значит, тебя бросили? Стыдно признаваться?
— Здесь камеры, — холодно ответила Янь Тянь.
Она не собиралась терпеть эту истерику. Пускай Чэнь Икэ устраивает цирк перед всей съёмочной группой — ей-то не нужны такие зрелища.
Чэнь Икэ усмехнулась:
— Ах, вот о чём ты беспокоишься? Не волнуйся, я давно велела их отключить.
Она неторопливо подошла ближе:
— Боишься, что запишут и потом покажут в эфире? Переживаешь, что потеряешь подписчиков?
Янь Тянь остановилась и бросила на неё ледяной взгляд:
— Тебе-то, наверное, стоит больше всех переживать о потерях подписчиков?
— Сколько раз ты уже «случайно» попадала в новости вместе с Фу Циншэнем? Ещё не надоело? — с лёгкой жалостью усмехнулась Янь Тянь. — Без ваших совместных фанатов-парочников у тебя вообще остались бы хоть какие-то подписчики?
Чэнь Икэ сжала кулаки так, что костяшки побелели:
— Ты!
Янь Тянь говорила правду.
После фильма «Картина костей» Чэнь Икэ действительно получила награду, но популярность быстро сошла на нет. Преданных фанатов у неё было мало, и число подписчиков неуклонно падало. Если бы не регулярные «случайные» встречи с Фу Циншэнем, она вряд ли сохранила бы хотя бы видимость успеха.
Видя, как её аудитория тает, Чэнь Икэ срочно записалась на «Звёздную встречу», надеясь возродить карьеру.
— Ты разволновалась? — Янь Тянь пожала плечами. — Хочешь узнать, расстались мы с Фу Циншэнем или нет? Так спроси его сама. Ведь ты же постоянно называешь его «братиком». Наверное, вы очень близки? Неужели даже такой простой вопрос задать не посмеешь?
Чэнь Икэ онемела от злости.
— В следующий раз, когда придёшь вызывать на дуэль, — посоветовала Янь Тянь, — потренируйся сначала подбирать слова. Посоветую почитать пару книжек. Чтобы мозги появились и в голове что-то да поместилось. С таким слабым противником мне даже неинтересно побеждать.
Янь Тянь подхватила куртку и, не глядя на Чэнь Икэ, вышла из студии.
Та осталась на месте, сжимая кулаки так, что хруст стоял в тишине.
Вернувшись в комнату, Янь Тянь, всё ещё проговаривая хореографию, приложила карту к считывателю. Только когда потянулась включить свет, она вдруг замерла.
Свет уже горел!
В следующее мгновение чья-то рука схватила её за запястье и втащила внутрь.
Дверь захлопнулась.
Янь Тянь побледнела от испуга, но, оказавшись прижатой к двери и подняв глаза, увидела Фу Циншэня. Разозлилась ещё больше.
Его взгляд был тяжёлым и глубоким. Он наклонился ближе и тихо спросил:
— Испугалась?
Янь Тянь перевела дыхание и оттолкнула его:
— Как будто не очевидно.
— Здесь закрытая территория, у входа охрана. Обычному человеку сюда не попасть. Тут безопасно.
— Но это не даёт тебе права бесцеремонно врываться в мою комнату, — с яростной усмешкой сказала Янь Тянь. — Похоже, у тебя далеко идущие планы.
Фу Циншэнь промолчал.
Он действительно питал далеко идущие планы.
Особенно когда смотрел на неё.
От тренировок она одевалась легко. Её фигура с изгибами выглядела особенно соблазнительно. Щёки слегка порозовели от жара, а во взгляде играла томная искра.
Янь Тянь настороженно отступила на несколько шагов:
— Зачем ты пришёл?
Фу Циншэнь ответил вопросом на вопрос:
— Разве не нормально, что продюсер заглядывает к участницам?
— Тогда почему ты не навещаешь других?
— Кого бы ты хотела, чтобы я навестил?
Янь Тянь промолчала.
Ей становилось всё труднее находить с ним общий язык.
Она схватила полотенце:
— Говори быстрее, мне нужно принять душ.
— На столе тёплое молоко. Выпей перед сном, — сказал Фу Циншэнь, беря ключи от машины. Перед тем как выйти, он обернулся: — Я ухожу.
Янь Тянь безучастно проводила его взглядом.
Закрыв дверь, она тут же повернула замок, после чего подошла к журнальному столику.
Там, помимо молока, лежала целая куча вещей, которые принёс Фу Циншэнь: йогурты, низкокалорийные закуски, охлаждающие пластыри, домашние лекарства...
Янь Тянь осталась совершенно равнодушна.
Он думает, что достаточно прислать пару безделушек, и она тут же простит его?
Выбрасывать жалко. Янь Тянь собрала всё в охапку и пошла раздавать соседкам, у которых ещё горел свет.
Гуаньгуань жила по соседству. Она как раз вышла из душа, когда Янь Тянь постучала. Увидев подарки, её глаза загорелись. Она тут же распечатала пачку закусок и радостно воскликнула:
— Сладкая Тянь! Ты просто ангел! Откуда знала, что я умираю от голода?
Несколько других девушек, получив подарки, почувствовали неловкость и предложили перевести деньги.
Янь Тянь замахала руками:
— Да ладно вам, это же ничего не стоит!
Те смущённо приняли подарки.
Когда шум и суета улеглись и в коридоре снова воцарилась тишина, из тени, куда не доставал объектив камеры, вышел Фу Циншэнь. В пальцах он держал непотушенную сигарету, а лицо его было омрачено.
Он затушил сигарету и направился прочь.
«Это ничего не стоит», — сказала Янь Тянь.
Значит, нужно подарить что-нибудь посерьёзнее.
Тогда, возможно, она его простит.
В этот момент зазвонил телефон. Звонил Кино.
Фу Циншэнь ответил хрипловато:
— Что случилось?
Его голос звучал устало и раздражённо.
Кино испугался:
— Глубокоуважаемый братец, ты ведь просил меня узнать про тот колье со шпинелем... Будешь участвовать в аукционе?
— Не буду, — ответил Фу Циншэнь.
— А?! Почему?
Фу Циншэнь задумчиво протянул:
— Слишком дёшево.
Кино чуть не поперхнулся:
— Братец, да ты что?! Я бы и за всю свою жизнь не смог купить такое! Это же подлинник из царской коллекции, в мире существует только один экземпляр...
— Ладно, — перебил его Фу Циншэнь. — Ищи что-нибудь дороже.
Он редко добавлял что-то ещё, но перед тем как положить трубку, похвалил:
— Твой китайский становится всё лучше.
Кино смутился:
— Юньдочжу хорошо учит.
— Чтобы у нас было больше общих тем, я даже записался на разговорный курс, — похвастался Кино. — А то ведь быстро потеряет интерес, если мы будем как курица с уткой.
— Общие темы — мощное оружие для сохранения отношений, — продолжал он, увлёкшись и забыв про осторожность. — Глубокоуважаемый братец, тебя-то и бросили именно потому, что слишком мало общались с вашей феей...
Лицо Фу Циншэня потемнело. Он резко бросил трубку.
…Общие темы?
Фу Циншэнь задумался.
Из-за того что участниц было целых сто, первый раунд оценки занял много времени. Уже в восемь утра следующего дня началась запись. Девушки старались изо всех сил, каждая вкладывала душу в свой образ и наряд.
Декорации в студии явно стоили целое состояние.
Места для участниц были оформлены в виде пирамиды. Самое верхнее — «Звёздный трон» — выглядело особенно роскошно. Под мерцающим звёздным светом, сидящая там девушка словно парила в бескрайнем космосе, притягивая все взгляды.
Рядом со сценой, конечно же, расположились места наставников, украшенные золотом. Кола, отвечающий за рэп, сидел слева. Посередине — Фу Циншэнь и Ли Чжирани. Кино, как преданный младший брат, устроился рядом с Фу Циншэнем. Он пробежался глазами по расписанию и удивлённо воскликнул:
— Наша Yinxing выступает первой? С кем мы в паре? Посмотрим...
Продюсеры, конечно, старались создать максимальный драматизм.
По правилам первого раунда две группы выступали друг против друга. Поскольку Yinxing — крупная компания, её соперником тоже должна была стать не последняя студия.
На большом экране вспыхнули названия двух компаний:
【Yinxing VS Youyi】
— Yinxing и Youyi! Противостояние гигантов!
— О, как здорово!
— Наверняка будет битва богов!
— Разве Чэнь Икэ не из Youyi?
— Обожаю Чэнь Икэ!
— Но и девчонка из Yinxing тоже прекрасна!
...
Среди участниц поднялся настоящий шум.
Фу Циншэнь поправил микрофон. Его ленивый, но невероятно магнетический голос, даже в огромной студии, звучал так соблазнительно, что заставлял сердца биться чаще:
— Прошу на сцену участниц от Yinxing и Youyi.
Большинство девушек были фанатками Фу Циншэня. Даже один его взгляд заставлял их трепетать, не говоря уже о том, как он говорит — так близко, так соблазнительно! Едва он закончил фразу, зал взорвался восторженными криками. Пока шум ещё не утих, софиты скользнули по сцене, и из двух боковых дверей одновременно вышли соперницы.
Зрительский зал превратился в бурлящий океан эмоций. Девушки не могли сдержать возбуждения.
Среди общего гула Янь Тянь уверенно вышла вперёд и вежливо поклонилась залу.
Её образ был продуман до мелочей: волосы собраны в высокий узел, обнажая изящную шею; под глазами — мерцающий «слезинковый» макияж; на ней — светло-зелёное платье-колокол из прозрачной ткани. Она выглядела как лесная фея.
Фу Циншэнь смотрел на неё пристально и глубоко.
Чэнь Икэ, в коротком платье, вытянула ногу, демонстрируя, как ей казалось, идеальные пропорции. Но заметила, что большинство камер устремлены на участниц Yinxing, а зрительский зал ликует именно для Янь Тянь. Её лицо потемнело.
После коротких представлений началось выступление.
Согласно расписанию, первой должна была выступить Yinxing.
http://bllate.org/book/12201/1089470
Готово:
