Ответственный сотрудник слегка раздражённо бросил:
— Распределение идёт по результатам. С такими высокими баллами как можно отправить в класс F? Это же полный абсурд!
Но, взглянув на Хо Минчжу, он тут же смягчился:
— Хо Минчжу, иди скорее оформляться. Как раз освободилось место после ухода Хо Цзинцзинь — можешь сесть на её парту. Возможно, тебе сначала будет непривычно, но тебе ведь уже пятнадцать лет — пора привыкать к новому окружению.
Хо Минчжу заметила, как её брат Хо Янь нервничает, и потянула его за рукав:
— Брат, ничего страшного. Мы же вместе ходим в школу и обратно!
Увидев, что сестра не расстроена, Хо Янь лишь кивнул и повёл её в класс А, указывая на место Хо Цзинцзинь.
Когда Хо Янь подвёл незнакомую девочку к их ряду, многие ученики класса А начали перешёптываться и коситься в их сторону. Однако, бросив несколько любопытных взглядов, все снова уткнулись в книги, даже не поприветствовав новенькую.
Хо Янь тихо прошептал ей:
— Вот поэтому мне и не нравится класс А…
Хо Минчжу, напротив, успокоила брата:
— Со мной всё в порядке. Иди скорее, а то опоздаешь! Ты же сам говорил, что ваш классный руководитель очень строгий и за опоздание ставит в угол!
Хо Янь вспомнил суровое лицо своего учителя, поежился и, быстро дав сестре несколько наставлений, побежал обратно.
Хо Минчжу села на место Хо Цзинцзинь и только начала раскладывать учебники, как вдруг услышала ледяной голос рядом:
— Кто разрешил тебе здесь сидеть?
Она обернулась и увидела юношу в белой рубашке, сидевшего у парты Хо Цзинцзинь. У него был высокий переносица и глубокие, тёмные глаза, но и выражение лица, и тон голоса были пронизаны холодом.
Хо Минчжу растерянно ответила:
— Других мест нет.
Юноша резко бросил:
— Тогда переходи в другой класс. Убирайся.
Лицо Хо Минчжу вспыхнуло:
— Так нельзя говорить! Это невежливо. — Она решительно добавила: — Это место Цзинцзинь-цзе. Она обязательно разрешила бы мне здесь сидеть!
Выражение лица юноши стало ещё мрачнее, будто надвигалась гроза.
Хо Минчжу, думая, что всё уладилось, спокойно продолжила аккуратно расставлять книги на парте.
Едва она дошла до половины, в класс вошёл пожилой мужчина с пачкой экзаменационных листов под мышкой.
Он окинул взглядом аудиторию, и в классе сразу воцарилась тишина. С доброжелательной улыбкой он сказал:
— В этом семестре к нам присоединились два новых ученика. Вы уже познакомились с ними?
Никто особо не отреагировал.
Мужчина посмотрел на Хо Минчжу:
— Ты, видимо, одна из новеньких? Подойди, представься.
Хо Минчжу кивнула и подошла к нему:
— Здравствуйте, меня зовут Хо Минчжу.
Раздались редкие, вялые хлопки, которые тут же затихли.
Хо Минчжу почувствовала тревогу. Похоже, будущие одноклассники её совсем не ждали.
Преподаватель, по-видимому, тоже это заметил, и, позволив ей вернуться на место, не стал вызывать второго новичка, а сразу начал раздавать контрольные работы.
Хо Минчжу сосредоточенно принялась за задания.
Когда она уже выполнила примерно половину, вдруг заметила, что сосед мирно спит, а на его листе написано лишь имя.
Она старалась не вмешиваться, повторяя себе, что это не её дело, но, прорешав ещё немного, не выдержала и толкнула его:
— Эй, скоро конец экзамена. Проснись, пора решать! Тебе плохо? Может, сходить к медсестре?
Прошептав это, она вдруг увидела, как юноша резко открыл глаза и сердито бросил:
— Заткнись уже!
Он швырнул лист вперёд, вытащил из кармана чёрный «кирпич» — старый мобильник — и набрал номер:
— Сегодня не хочу учиться. Приезжай, забери меня.
Вскоре у двери появился человек в костюме, похожий на телохранителя. Остальные ученики даже не подняли глаз — видимо, привыкли. Хо Минчжу же никогда не видела ничего подобного и в изумлении наблюдала, как охранник опустился на одно колено перед юношей, позволяя тому вскарабкаться к себе на спину.
Только тогда она заметила, что ноги юноши выглядят странно — будто он вообще не может ими двигать.
Поймав её взгляд, он обернулся и язвительно процедил:
— Чего уставилась? Никогда не видела хромого?
Слово «хромой», сказанное собственными устами, прозвучало особенно горько и злобно.
Хо Минчжу так и не пришла в себя, пока охранник уносил юношу прочь.
Остальные ученики усердно писали работу, и ей пришлось заглушить все вопросы внутри себя. Когда учитель отвернулся, она незаметно взглянула на лист соседа и увидела, как крупными, размашистыми буквами написано: Кэ Ян.
Как только прозвенел звонок, Хо Янь уже ждал сестру у дверей.
Хо Минчжу, хоть и расстроилась, что никто не заговорил с ней, радостно бросилась к брату:
— Брат, ты так быстро пришёл!
— Да ладно, всё равно не знал, как решать, сдал работу заранее и пришёл ждать тебя, — ответил Хо Янь.
Они пошли домой, держась за руки.
По дороге Хо Минчжу спросила:
— Брат, ты знаешь Кэ Яна? — и рассказала всё, что случилось. — Я, наверное, опять глупость сделал?
Хо Янь погладил её по голове:
— Нет, ты поступила правильно. Странный не ты, а этот Кэ Ян. Говорят, раньше у него был ужасный характер — постоянно доводил девочек до слёз. Держись от него подальше.
— А что с его ногами? — поинтересовалась она.
— Раньше он увлекался гонками. Однажды участвовал в соревновании и попал в аварию — обе ноги оказались парализованы.
— Как же это печально! — воскликнула Хо Минчжу.
— Сам виноват, — возразил Хо Янь. — Ему ведь даже прав ещё не было, а он уже за руль сел. Теперь вот расплачивается. — Он понизил голос и добавил: — К тому же в его семье случилась беда: родители развелись, отец женился на женщине, с которой давно жил на стороне, и признал сына от неё.
В те времена разводы были редкостью, и Хо Минчжу широко раскрыла глаза:
— Правда такое бывает?
— Да таких историй полно, — ответил Хо Янь. — Просто держись от него подальше. Боюсь, он способен на что-то безрассудное.
Хо Минчжу задумалась и послушно кивнула.
Брат и сестра подошли к дому и снова увидели знакомую фигуру — дворецкого семьи Гуань.
Хо Минчжу замерла, потом с трудом выдавила улыбку:
— Дядя Гу.
Дворецкий, заметив её натянутое выражение, внутренне поморщился. После отъезда Хо Минчжу в доме Гуань всем стало как-то неуютно. В прошлый раз её прислал Гуань И, а сегодня — мать Гуань И. Ясно, что они оба скучают по ней! А она, получается, уехала и даже не хочет возвращаться.
Раздосадованный, дядя Гу резко сказал:
— Госпожа велела передать тебе вещи, которые ты оставила дома.
Хо Минчжу удивилась:
— Я ничего не забывала…
— Кухонная техника, духовка, одежда, — ответил он недовольно. — Ты ведь часто ночевала у нас, и господин Гуань И купил тебе много всего. Последние дни госпоже это всё только на нервы действует, поэтому она велела привезти сюда.
Хо Минчжу нахмурилась:
— Но ведь всё это покупал Гуань И.
— Всё это куплено для тебя. Если не хочешь забирать — кому оставлять? Госпоже и так тяжело смотреть на эти вещи.
— …Понятно, — тихо сказала она и поблагодарила: — Спасибо, что специально приехали. В следующий раз, если будет неудобно, просто пришлите кого-нибудь. Я… я заплачу за доставку.
Дядя Гу, глядя на её наивное лицо, только злился сильнее и молча начал командовать своим помощником, чтобы тот выгружал вещи.
Хо Янь терпеть не мог, как дядя Гу обращался с сестрой. Увидев, что она молча стоит в стороне, он не выдержал:
— Если вам мешает — выбрасывайте! Не нужно специально привозить. Нам всё это не нужно!
Дядя Гу повернулся к Хо Яню, потом холодно посмотрел на Хо Минчжу:
— Ты тоже так считаешь? Передам госпоже.
— Нет! — воскликнула она.
Пусть госпожа Гуань и казалась холодной, на самом деле она всегда была добра к ней — как вторая мама. Даже если теперь госпожа Гуань не принимает её из-за того, что она не родная дочь Хо, Хо Минчжу всё равно не хотела, чтобы та услышала такие слова.
Она тихо произнесла:
— Я знаю, госпожа Гуань боится, что мне будет некомфортно здесь, поэтому и прислала вещи. Иначе бы она просто велела всё выбросить.
Опустив голову, она добавила:
— Дядя Гу, скажите госпоже Гуань, что со мной всё хорошо и ей не стоит волноваться.
Дядя Гу, увидев, что она вот-вот расплачется, смягчился и сухо ответил:
— Передавать сообщения не буду. — Он взглянул на часы. — Скоро придут установить вам телефон. За него уже заплатили. Если действительно хочешь показать заботу — позвони госпоже сама.
Хо Минчжу замерла, кусая губу, и промолчала.
Хо Янь крепко сжал её руку и сказал дяде Гу:
— Если бы нам понадобился телефон, мы сами бы установили. Но раз уж вы уже заказали — не будем отказываться. Скажите, сколько стоит установка? Вернём деньги!
Дядя Гу даже не поднял глаз:
— Пять тысяч пятьсот.
Хо Янь: «…»
Это больше чем в сто раз превышало месячную зарплату Хо Динго!
Увидев, как Хо Янь словно задохнулся от суммы и не может вымолвить ни слова, дядя Гу перевёл взгляд на Хо Минчжу:
— Госпоже не нужны эти деньги. Но если эта сумма поможет услышать то, что она хочет услышать — она будет довольна.
Хо Минчжу крепко сжала руку брата, её ладони стали влажными от пота. Глаза её покраснели:
— Я обязательно позвоню госпоже Гуань.
— Вот и хорошо, — кивнул дядя Гу и продолжил распоряжаться.
Хо Минчжу постояла немного, но не выдержала и убежала в свою комнату, где спряталась под одеялом и тихо заплакала.
Хо Янь некоторое время стоял у двери, потом тихо закрыл её и вышел.
Дядя Гу как раз закончил расставлять вещи.
Он повернулся к Хо Яню и сказал:
— Мальчик, когда ничего не знаешь — лучше не кричи попусту.
Хо Янь покраснел от злости:
— Разве не вы… не вы отказались от Минчжу?
— Она первой навлекла на себя беду! — вспыхнул дядя Гу. — Последние два месяца господин и господин Гуань И не спали спокойно — пытались уладить ту заваруху, которую она устроила! Ей уже пятнадцать — пора отвечать за свои поступки! Неужели после всего этого она ещё обижается на господина Гуань И?
Дверь в комнату Хо Минчжу резко распахнулась.
На лице девочки ещё блестели слёзы, но она с недоверием спросила:
— Это… настолько серьёзно?
Дядя Гу фыркнул и решил больше ничего не скрывать:
— Речь идёт о семье Нин! Та самая семья Нин, которая десятилетиями правила столицей. Если бы не крайняя необходимость, разве господин пошёл бы против них? Из-за Минчжу он поссорился с семьёй Нин! А она спокойно убежала, будто ничего не произошло. Неужели думаешь, что ты одна страдаешь? Господин Гуань И поступил так, потому что иначе было нельзя! Если бы он не привёз Хо Цзинцзинь обратно в семью Хо, та бы стала пешкой в руках семьи Нин!
Хо Минчжу всё ещё не понимала:
— Но я ведь ничего такого не делала…
Дядя Гу запнулся.
Действительно, Хо Минчжу не совершала ничего ужасного. Просто младшая дочь семьи Нин с детства была влюблена в Гуань И и поэтому невзлюбила Хо Минчжу. Их ссоры обычно ограничивались девичьими перепалками. Самым серьёзным инцидентом стала ссора на уроке плавания, когда дочь Нин случайно упала в бассейн.
Объективно говоря, в этом не было вины Хо Минчжу — она просто увернулась от толчка. Кто мог предположить, что та потеряет равновесие и упадёт в воду!
Хуже всего было то, что Хо Минчжу… радостно захлопала в ладоши, наблюдая за происходящим.
Конфликт между ними был лишь поводом. На самом деле семья Нин давно искала предлог, чтобы напасть на клан Хо.
Семья Нин уже давно теряла влияние, и, поглотив Хо, надеялась продлить своё господство. Кроме того, их дочь росла вместе с Гуань И, и, раз уж Гуань И, похоже, не слишком привязан к Хо Минчжу, почему бы не породниться с семьёй Гуань? Это устроило бы всех!
Семья Нин быстро решила действовать.
Их истинные намерения вскоре проявились — они хотели поглотить корпорацию Хо.
Как раз в это время Хо Цзинцзинь прославилась на всероссийской олимпиаде, и многие обратили внимание на её поразительное сходство с членами семьи Хо.
Гуань И немного подумал и решил воспользоваться моментом, вернув Хо Цзинцзинь в семью Хо.
Теперь, когда у семьи Хо случилась такая «трагедия», семья Нин ещё и воспользовалась этим — какое же это бессовестное поведение! Поэтому семья Гуань не задумываясь объединилась с «союзниками» для решительного ответного удара.
Почему именно семья Гуань? Потому что они были связаны помолвкой с семьёй Хо. Пока обручение не расторгнуто, они остаются одной командой.
Ответный удар семьи Гуань был мощным, но семья Нин тоже не была простой.
Как говорится: «Стоногий червь мёртв, но не гниёт». Хотя семья Нин и приходила в упадок, её основа оставалась прочной, и она выстояла — правда, ценой полной потери влияния в столице. Несколько дней назад они даже упрямо направили последнее предложение семье Гуань: если Хо Минчжу лично извинится, всё забудется, и каждая сторона займётся своими делами, не мешая друг другу.
http://bllate.org/book/12095/1081361
Готово:
