Затем она бросила взгляд и сказала, что не знает. Однако Се Чаоцы каждый раз писал правильный ответ, причём ход его рассуждений полностью совпадал с тем, что она держала в голове.
Ведь у задачи было множество способов решения.
К тому же она была абсолютно уверена: при его интеллекте он никак не мог прийти к тому же выводу, что и она.
Она категорически не верила ни в какую чепуху про «единение сердец».
Разве что…
В голове возникла дерзкая мысль.
Чтобы проверить своё предположение, когда они дошли до физической задачи, Руань Мянь, как только Се Чаоцы спросил её, нарочно даже не глянула на условие:
— Не знаю.
На самом деле, стоило ей взглянуть — решение и ответ тут же всплывали в сознании, будто по инерции.
Се Чаоцы удивлённо поднял бровь:
— Ты даже не прочитала условие, а уже говоришь, что не знаешь?
Руань Мянь внимательно следила за его выражением лица, мельком глянула на задачу, но на этот раз подавила привычку мгновенно решать и намеренно допустила ошибку в одном из шагов, из-за чего окончательный ответ получить не удалось.
И точно — Се Чаоцы тут же записал тот же самый неверный ход рассуждений, который только что промелькнул у неё в голове.
Руань Мянь прищурилась. Сердце её тяжело ухнуло.
— Я схожу в туалет, — сказала она Се Чаоцы.
Телепатия.
Какое жуткое явление.
Она даже не стала отмахиваться от этой мысли как от абсурда: если уж ей довелось перенестись в роман, то наличие у Се Чаоцы телепатии — это совсем не странно.
Главное сейчас — когда именно он обрёл эту способность?
И сколько он уже знает о ней?
Руань Мянь тут же сообразила и связала всё с Цзян Синъянем.
Это явно станет огромным препятствием для выполнения её задания.
На миг её охватила паника, но, плеснув на лицо холодной водой и сжав пальцы в кулаки, она быстро взяла себя в руки.
Судя по всему, Се Чаоцы пока знает немного. Вспомнив его поведение во время испытаний, она поняла: он лишь осторожно проверял свои догадки шаг за шагом.
Значит, он только что узнал, что она умеет решать такие задачи.
Цзян Синъянь ничего не изменил в своём поведении — пока неясно, обладает ли он телепатией.
Что до Лу Хэли — они вообще ещё не встречались.
«В счастье таится беда, в беде — удача», — подумала она.
Если у них действительно есть телепатия, возможно, это даже поможет ей быстрее завершить задание.
Теперь главное — выяснить, может ли она контролировать, что слышит Се Чаоцы.
Руань Мянь успокоилась, очистила разум и вернулась на площадку. Се Чаоцы всё ещё не мог найти ошибку в решении и застрял на последнем шаге, не получая окончательного ответа.
Увидев её, он положил лист перед ней и указал на черновик:
— Посмотри, где тут ошибка? Я запутался.
Его взгляд пристально следил за Руань Мянь, в нём читалась лёгкая настороженность.
Она бегло глянула:
— Не знаю.
А в мыслях нарочно прокрутила другой способ решения.
[Мне кажется, надо сделать так-то и так-то, потом вот эдак, и в итоге получится ускорение, равное трём...]
Се Чаоцы фыркнул, но руки предательски последовали её методу. Однако в конце снова получилось без решения.
— Может, ещё раз взглянешь?
Руань Мянь снова посмотрела.
[Ладно, если и это не выходит, тогда делаем так-то, эдак, и ещё вот так...]
Се Чаоцы повторил расчёт по услышанному — опять безрезультатно.
[Ах да! На самом деле задача решается вот так: блаблабла... и в итоге ускорение равно икс!]
Мысли Руань Мянь внезапно стали словно горячими угольками — она быстро пробормотала что-то невнятное.
Се Чаоцы: «...»
После трёх попыток, с тремя исписанными страницами черновика и невероятно запутанными вычислениями, у него начало болеть в висках.
— Руань Мянь! Ты вообще умеешь решать эту задачу?!
Она еле заметно улыбнулась и невинно ответила:
— Я же с самого начала сказала, что не умею.
[Неужели этот придурок отравился и теперь не соображает? Ясно же сказал — не знаю, а он всё равно не понимает?]
Лицо Се Чаоцы потемнело, дыхание перехватило от злости.
Руань Мянь внутренне ликовала.
Как артистке, ей нельзя было ругаться прилюдно. Раньше она позволяла себе только мысленно выругаться, но теперь, зная, что её мысли слышны, а ответить ей не могут, она чувствовала особое наслаждение.
Похоже, она действительно может контролировать, что слышит Се Чаоцы.
Стало интересно.
Се Чаоцы уже не стал насмехаться над Руань Мянь. Эта нахалка научилась быть «мёртвой свиньёй, которой не страшен кипяток» — её толстая кожа полностью иммунизировала её от сарказма.
Видимо, в прошлый раз она просто случайно угадала несколько задач — возможно, недавно решала похожие при подготовке к соревнованию. Это вполне объяснимо.
Он с облегчением выдохнул — ложная тревога.
Се Чаоцы убедил себя в этом более-менее приемлемом объяснении и упорно отказывался верить, что Руань Мянь действительно умеет решать такие задачи.
Раз уж он здесь, нужно проявить спортивный дух.
В конце концов, цель этого соревнования — не пройти все этапы, а просто преодолеть столько, сколько получится.
Маленький Се решил использовать право на подсказку прямо на этом этапе. Он достал телефон, чтобы позвонить Се Чаоцы, но вдруг передумал и вместо этого набрал видеозвонок другому человеку из списка, специально направив камеру на Руань Мянь.
На экране появилось яркое, красивое лицо. В чертах девушки чувствовалась особая мягкость, присущая женщинам с юга реки Янцзы, а голос звучал нежно:
— Чаоцы, почему ты мне звонишь прямо сейчас?
Режиссёр-наблюдатель сразу оживился. Как опытный профессионал, он мгновенно учуял запах хайпа и тут же направил камеру на Се Чаоцы, зафиксировав также и выражение лица Руань Мянь, которое резко потемнело.
Вот это драма!
Се Чаоцы, обычно дерзкий и наглый, как школьный хулиган, вдруг превратился в застенчивого подростка:
— Сестра... В общем, сейчас я снимаюсь в программе IN.SHINE, и тут задача, которую не могу решить. Хотел спросить совета.
Линь Чанцзин улыбнулась:
— Ты слишком много думаешь обо мне. Задачи в IN.SHINE такие сложные — откуда мне знать?
— Сначала просто посмотри условие, — настаивал Се Чаоцы, в глазах которого светилось благоговейное восхищение ученика перед гением. — Ведь ты же прошла на Олимпиаду по физике и поступила в университет Ф без экзаменов.
— Это было так давно, я всё забыла, — скромно ответила Линь Чанцзин, но тут же заботливо добавила: — У вас же ограничение по времени? Не теряй его. Давай условие.
Она подошла к своему кабинету, села за стол, расположила камеру напротив себя, аккуратно записала задачу и сосредоточенно начала решать.
На ней была серая рубашка, волосы аккуратно зачёсаны за уши, открывая изящный профиль. Похоже, она была без макияжа, но уголки губ трогала тёплая улыбка. Даже холодные тона кабинета казались мягче рядом с ней — создавалось ощущение покоя и гармонии.
Се Чаоцы почти заворожённо смотрел на экран, а затем вызывающе поднял бровь в сторону Руань Мянь.
Руань Мянь лишь слегка улыбнулась в ответ.
[Пускай Линь Чанцзин и появилась на экране — с моим-то присутствием ты думаешь, ей удастся вернуться в шоу-бизнес?]
Се Чаоцы фыркнул. Действительно, злая ведьма.
— Наконец-то получилось! — облегчённо выдохнула Линь Чанцзин и в течение десяти минут подробно объяснила ход решения.
Глаза Се Чаоцы загорелись:
— Как ты вообще додумалась до такого метода? Ты просто гений!
Линь Чанцзин смущённо улыбнулась:
— Когда готовилась к олимпиаде, решала такие задачи сотни раз.
Се Чаоцы вздохнул с восхищением:
— Мир гениев — не для таких, как я.
Руань Мянь презрительно фыркнула.
[Такой способ решения — облететь вокруг Земли, и к тому времени уже и цветы завянут.]
Се Чаоцы поморщился, но упрямо не сдавался.
— Чанцзин, поздоровайся с зрителями в эфире. Ты ведь не ведёшь микроблог, а твои фанаты постоянно спрашивают меня, как ты.
Се Чаоцы явно действовал с расчётом.
Линь Чанцзин, казалось, ничуть не заподозрила подвоха. Она растерялась перед камерой, мягко покачала головой и с лёгкой укоризной сказала:
— Чаоцы, ты мог бы предупредить заранее. Перед зрителями в таком виде — это же невежливо.
— Ну... Привет всем! Давно не виделись. Я — Линь Чанцзин. Со мной всё хорошо, не переживайте. Хотя мечта стать актрисой больше не сбудется, я поняла: жизнь — это не одна дорога. За время вне индустрии я осознала, что, возможно, мой характер действительно не подходит для сцены. Теперь я собираюсь продолжить обучение за границей.
— Мне очень нравится моя нынешняя спокойная жизнь. Я снова нашла смысл и почувствовала настоящее удовлетворение. И за это я хочу поблагодарить старшую сестру Руань Мянь — именно она помогла мне найти верный путь.
Се Чаоцы немедленно перевёл камеру на Руань Мянь.
Линь Чанцзин улыбнулась:
— Давно не виделись.
— Действительно давно, — Руань Мянь играла ручкой, отвечая крайне сухо. — Не стоит благодарности. Вижу, тебе сейчас хорошо — и мне от этого радостно. Ещё один человек спасён.
Улыбка Линь Чанцзин дрогнула.
Се Чаоцы закипел. Такой наглой рожи он ещё не встречал.
— Желаю тебе больших успехов в науке и вклада в процветание родины. И я тоже тебе благодарна, — сказала Руань Мянь с двусмысленной интонацией.
Се Чаоцы тут же оборвал звонок, готовый в ярости раскрошить голову Руань Мянь.
— За зло рано или поздно придётся платить, — предупредил он.
В кабинете Линь Чанцзин тихо фыркнула. Руань Мянь, как всегда, глупа — думает только о том, чтобы колоть языком, совершенно не задумываясь о последствиях.
За эти годы она своими словами нажила в индустрии столько врагов...
«Маленькие муравьи разрушают плотину».
Пусть Руань Мянь продолжает самоуничтожаться. Даже если за ней кто-то стоит, в итоге она всё равно провалится.
Тем временем Се Чаоцы, следуя методу Линь Чанцзин, снова пытался решить задачу, но способ оказался слишком сложным — малейшая ошибка на любом этапе приводила к совершенно неверному результату.
После нескольких неудачных попыток его вновь накрыло знакомое чувство безысходности, будто в старших классах школы.
«Я же объяснил уже несколько раз — почему ты всё ещё не понимаешь?»
«В твоей голове что, навоз?»
«Посмотри на своего брата — он может объяснить задачу целому классу, а ты даже такое решить не можешь. Вы точно из одной семьи?»
Болезненные воспоминания хлынули потоком. Се Чаоцы с раздражением схватил лист, готовый разорвать его в клочья.
[Ага! Вспомнила! Есть же простой способ: сначала делаем так-то, потом эдак... и в итоге ускорение равно икс!]
Его рука, уже сжавшаяся в кулак, замерла. Помучившись ещё немного, он всё же последовал мыслям Руань Мянь — и вдруг всё встало на свои места, будто после долгой тьмы вдруг открылся новый путь.
Напряжение в груди мгновенно ушло.
[О, парень, неплохо! Мы с тобой думаем одинаково!]
Взгляд Се Чаоцы на миг стал виноватым.
[Метод Линь Большой Акулы — нормальный человек так никогда не решит. С таким учителем — просто беда.]
Се Чаоцы с недоумением посмотрел на Руань Мянь, которая сидела рядом, будто ничего не произошло.
Неужели дело действительно в учителе?
Или он сам настолько глуп?
Как Руань Мянь удаётся находить такие простые и эффективные решения, если даже сестра Чанцзин потратила столько времени?
В голове у Се Чаоцы крутились десятки вопросов. Он сдал работу и вышел в туалет, чтобы успокоиться.
Руань Мянь, увидев в системе стобалльный результат, вспомнила реакцию Се Чаоцы и тихо улыбнулась.
Все в индустрии знали: у семьи Се два сына. Один — гений бизнеса, который в юном возрасте вывел семью из ничтожества и закрепил её в Пекине. Другой — бунтарь, безнадёжный неудачник, «грязь на стену не лепится».
Се Чаоцы с детства жил в тени Се Чаогэ. Его постоянно унижали родители и учителя, особенно в учёбе.
Хотя он часто называл себя «двоечником», он никогда не говорил прямо, насколько плохо у него с предметами. Но в глубине души он тайно восхищался гениями и отличниками.
Сначала Руань Мянь хотела просто замять историю со своими знаниями, но теперь передумала.
Что, если дать ему попробовать вкус славы гения, которого все восхищённо боготворят?
Она взяла ручку, нажала на красную кнопку и чётко написала на титульном листе: «100».
В этот момент вернулся Се Чаоцы:
— Что ты делаешь?
Руань Мянь развернула лист и улыбнулась:
— Сто баллов.
http://bllate.org/book/12049/1077907
Готово:
