Лу Цзицюй выслушала эту «жалобу» и громко рассмеялась:
— Цзинъюй молодец! Тётушка Ван наверняка уже приглядела себе Ихэнга и специально послала Цзинъюя к тебе — разведать обстановку и заодно устроить небольшой переполох…
— Ты ещё смеёшься! — вздохнула Лу Цзицюй. — Ты ведь не знаешь, как он нас всех поставил в неловкое положение.
Цинь Цзинь слегка откашлялась и с деланным серьёзным видом поправила подругу:
— Вот тут я должна тебя отчитать. Вы же с Ихэнгом живёте вместе уже столько дней — как вам всё ещё может быть неловко? Давно пора бы уже целоваться и обниматься!
Днём Лу Цзицюй уже выслушала нотацию от Лу Цзинъюя, потом серьёзно поговорила с Лу Ихэнгом, а теперь ещё и Цинь Цзинь принялась её поучать. Она начала осознавать, насколько серьёзно дело.
Цинь Цзинь на другом конце провода сочувственно вздохнула:
— По-моему, Цзинъюй абсолютно прав. Вы же всё равно участвуете в программе… Да и ты сама говорила, что тебе нравится этот парень. Почему бы не попробовать встречаться? Такой прекрасный шанс!
Лу Цзицюй фыркнула и тихо возразила:
— Я тогда сказала, что мне немного нравится… Скорее, это восхищение!
— Ну и ладно, — невнятно пробормотала Цинь Цзинь. — Всё одно и то же. Просто начни с ним нормально встречаться, не думай так много. К тому же на вас же столько камер — ничего особенного ведь не случится…
Цинь Цзинь всё дальше и дальше уходила в сторону от темы.
Лу Цзицюй поспешила её перебить и перевела разговор:
— А скажи, как мне быть поактивнее?
— Это просто. Начни проявлять заботу во всём, что касается его, а в поведении покажи, что вы — пара: немного приласкайся, пожалейсь…
Лу Цзицюй потрогала горячие мочки ушей и почувствовала лёгкое сопротивление внутри.
— Приласкаться — это сложно… Есть что-нибудь ещё?
— Тогда просто повторяй за ним! Как он себя с тобой ведёт — так и ты с ним.
Этот совет прозвучал куда реалистичнее. Поболтав немного с Цинь Цзинь, Лу Цзицюй почувствовала, что хоть немного нашла направление.
— Кстати, завтра пойдёшь на выставку Цзинъюя? — спросила Цинь Цзинь. Это был настоящий вопрос, ради которого она сегодня и звонила.
— Конечно пойду, — ответила Лу Цзицюй, переворачиваясь на другой бок, — да и Лу Ихэнг тоже идёт.
— Значит, завтра я наконец увижу самого актёра-оскароносца? — Цинь Цзинь радостно захлопала в ладоши, но тут же сдержала смех и серьёзно добавила: — Жаль только, что сейчас моё сердце занято доктором Сюй. Нельзя быть такой переменчивой.
Лу Цзицюй покачала головой и с любопытством спросила:
— Ты правда за ним ухаживаешь?
— Какие «правда» или «неправда»? Пусть до успеха пока ещё далеко, но я уверена — он просто притворяется сдержанным. Рано или поздно он будет моим.
Услышав эти слова, Лу Цзицюй на мгновение задумалась.
Она и Цинь Цзинь — совершенно разные люди. Часто ей даже завидовалось: Цинь Цзинь всегда смела и решительна, говорит — и сразу действует.
А вот она сама… Прошла уже целую неделю по графику программы, а их «симулированные» отношения словно застряли на месте.
Поболтав ещё немного, Цинь Цзинь вдруг вскрикнула и, переходя на высокие ноты, закричала:
— Доктор Сюй ответил мне! Больше не могу с тобой разговаривать! Увидимся завтра, пока!
Глядя на экран, где высветилось «звонок завершён», Лу Цзицюй растянулась на кровати и задумалась… А не написать ли и ей Лу Ихэнгу сообщение?
Цинь Цзинь же сказала: нужно проявлять заботу во всём. Может, попробовать прямо сейчас?
Она достала телефон, выданный продюсерской группой, открыла чат с ним и осторожно начала набирать текст.
[Ты уже спишь?]
Нет, слишком нарочито. Удалила.
[Чем занимаешься?]
Тоже плохо — нет продолжения. Удалила.
[Завтра…]
Ах! Как же это бесит! Не буду писать!
Лу Цзицюй махнула рукой и спрятала телефон под подушку. Давно она не чувствовала себя такой растерянной и не понимала, что вообще делает. Просто глупо себя ведёт.
Внезапно телефон под подушкой завибрировал.
Лу Цзицюй замерла на секунду, затем быстро села и вытащила аппарат. На экране высветился его номер. От волнения она растерялась и не знала, что делать.
Неосознанно прочистила горло и только потом ответила:
— Ещё не спишь?
Его голос в трубке был тихим и мягким, отчего Лу Цзицюй тоже стало спокойнее.
— Уже почти засыпаю.
Она поджала ноги и положила подбородок на колени, внимательно слушая его.
— После выставки завтра утром сходим вместе купить кое-что для кемпинга.
— Хорошо, — машинально согласилась она, но тут же удивилась: — Но разве продюсерская группа не предоставит всё необходимое?
На том конце повисло долгое молчание. Лу Цзицюй уже подумала, не оборвался ли звонок, когда вдруг снова послышался его голос:
— Я просто боялся, что если прямо приглашу тебя куда-нибудь, ты найдёшь повод отказаться.
После разговора Лу Цзицюй долго ворочалась в постели, не в силах уснуть.
Она натянула одеяло выше, почти до самых глаз. Неужели всё действительно так, как сказала Цинь Цзинь? Может, она и правда слишком много думает? С самого начала съёмок она ни разу не спала спокойно — голова постоянно занята им и тревогами о завтрашнем дне.
Лу Цзицюй не знала, что внизу, в своей комнате, Лу Ихэнг чувствует то же самое.
На следующий день, проснувшись, Лу Цзицюй сразу почувствовала, что стало теплее. Наконец-то наступила весна.
Лу Ихэнг как раз выходил из ванной, когда увидел, как она прыгая спустилась по лестнице.
Сегодня она надела белый свитер с высоким горлом и узкие джинсы, через руку была перекинута толстая серая вязаная кофта.
Лу Цзицюй думала, что встала рано, но оказалось, что он уже успел. Она замедлила шаг и тихо поздоровалась:
— Доброе утро.
— Утро доброе, — кивнул он, сдерживая улыбку, и добавил: — По прогнозу сегодня ветрено. Не забудь шарф.
— Хорошо, — тихо ответила она, подошла к дивану, повесила кофту на спинку и направилась в ванную.
После вчерашнего разговора между ними словно что-то изменилось. Или, возможно, перемены происходили внутри неё самой.
Сев в машину продюсерской группы, Лу Цзицюй взглянула на время — ровно девять тридцать.
Лю Тун, держа блокнот, проговаривала вслух:
— Приедем на выставку в десять. Постараемся не задерживаться надолго. А после того как Ихэнг сказал, что днём вы поедете в торговый центр «Наньфэн» за покупками для кемпинга… Обедать будем там же?
У Лу Цзицюй не было никаких предпочтений, и она машинально посмотрела на него, давая понять, что решение за ним.
— Там есть ресторан шанхайской кухни, — сказал Лу Ихэнг, поворачиваясь к ней. — Хочешь?
Она кивнула — значит, так и решили. Лю Тун тут же отвернулась, чтобы связаться с рестораном, и в машине снова воцарилась тишина.
Лу Цзицюй, прикусив губу, смотрела в окно. Их расписание на сегодня очень напоминало обычное свидание: сначала выставка, потом совместные покупки и, наконец, обед вдвоём.
Лу Ихэнг, сидевший рядом, заметил, как она задумчиво смотрит вдаль, и спросил:
— О чём думаешь?
Она инстинктивно повернулась к нему, на мгновение замялась, но правду говорить не стала.
— Я… я думала, что сегодня придёт одна подруга, — запнулась она и тут же добавила: — Моя подружка, девушка.
На самом деле, она и сама не понимала, зачем сказала это уточнение.
В этот момент машина остановилась у входа на выставку.
— Чтобы не мешать другим посетителям, внутрь мы возьмём только четырёх операторов. Но поблизости будут находиться сотрудники охраны в гражданском — можете быть спокойны, больше не повторится то, что случилось в прошлый раз, — ответственно сказала Лю Тун. Видимо, инцидент действительно оказал серьёзное влияние.
Лу Ихэнг первым вышел из машины. Лу Цзицюй, согнувшись, тоже выбралась наружу и увидела протянутую им руку. Она лишь на секунду замерла, а потом поспешно вложила в неё свою — боялась, что он решит, будто она недостаточно активна.
Сотрудники, выйдя из машины, сразу разошлись в разные стороны. За крупным планом следовал только Лянгэ, державшийся на расстоянии двух метров.
Было девять часов пятьдесят пять минут — до открытия выставки оставалось пять минут.
Лу Цзицюй шла рядом с ним, позволяя ему держать её за левую руку, а правой достала телефон, чтобы позвонить Цзинъюю.
Не успела набрать номер, как сзади раздался знакомый женский голос:
— Цзицюй!
Они оба обернулись. В десятке метров стояла девушка с длинными волосами в элегантном, «лесном» стиле.
Лу Цзицюй нахмурилась в недоумении. Голос точно был Цинь Цзинь, но где же она сама?
Лу Ихэнг, заметив, что та не отреагировала, спросил:
— Это твоя подруга?
— Нет…
Она не договорила — в этот момент «лесная фея» подошла ближе.
— Цинь Цзинь?! — удивлённо воскликнула Лу Цзицюй, глядя на подругу с длинными волосами. — Ты что, заболела? Почему так оделась?
Она потянулась, чтобы проверить, не горячий ли у неё лоб, но Цинь Цзинь отмахнулась.
— Как тебе мой образ? — спросила Цинь Цзинь, приглаживая парик и явно довольная собой. — Разве я не похожа на фею?
Лу Цзицюй едва сдержала смех, но, заметив стоявшего рядом Лу Ихэнга, поспешила представить:
— Это моя подруга Цинь Цзинь.
Затем повернулась к Цинь Цзинь:
— А это мой… парень, Лу Ихэнг.
Цинь Цзинь многозначительно приподняла бровь и театрально кивнула:
— Очень приятно! Давно слышала о вас! Рукопожатия, пожалуй, не будет — а то Цзицюй ревновать начнёт!
Лу Цзицюй покраснела. Она заранее знала, что Цинь Цзинь начнёт болтать всякую ерунду!
Подойдя ближе, она потрогала её парик и перевела тему:
— С чего вдруг такой образ? В такой одежде ты ведь не сможешь ездить на мотоцикле!
Цинь Цзинь пожала плечами и шепнула:
— Говорят, доктору Сюй нравятся именно такие. После выставки зайду в его клинику — проверю!
Конечно, всё ради доктора Сюй.
— Но он же уже тебя видел! — удивилась Лу Цзицюй.
— Эх, похоже, короткие волосы его не впечатлили. Попробую так — вдруг сработает! — Цинь Цзинь была совершенно спокойна на этот счёт.
Только она договорила, как Лу Цзицюй получила звонок от Цзинъюя.
— Мы уже здесь. Цинь Цзинь тоже с нами, — сказала она, глядя на вход в выставочный зал. — Восточный вход? Отлично, вижу.
После разговора они втроём направились к восточному входу.
Лу Цзицюй шла посередине: слева — он, справа — Цинь Цзинь. Её левая рука всё ещё оставалась в его руке.
Цинь Цзинь мельком взглянула на них и тихо вздохнула:
— Эх… Когда же доктор Сюй позволит мне хоть раз за руку его взять?
Лу Цзицюй мысленно нарисовала над головой чёрточки и слегка ущипнула подругу. Та замолчала.
У входа они нашли Лу Цзинъюя. Его тоже удивил новый образ Цинь Цзинь, но, привыкнув к её эксцентричности, он лишь пошутил и повёл всех внутрь.
— Заходим слева, выходим справа. Раньше это было круглое художественное пространство, — объяснил Лу Цзинъюй. Сегодня он был одет строго и официально, совсем не так, как вчера.
Пройдя немного вместе, его отозвали другие организаторы.
Цинь Цзинь чувствовала себя крайне неуютно в этой непривычной одежде, да и быть третьим лишним среди влюблённых ей совсем не хотелось.
— Смотрите спокойно, я вас не буду стеснять, — сказала она и ускорила шаг. Перед тем как скрыться из виду, обернулась к Лу Цзицюй: — Если что — звони! И хорошенько занимайся своими романтическими делами!
С этими словами она ушла искать Лу Цзинъюя.
Глядя ей вслед, Лу Цзицюй смутилась и, почесав ухо, тихо пояснила Лу Ихэнгу:
— Она такая… Не обращай внимания.
Лу Ихэнг посмотрел на неё сбоку и, чуть улыбаясь, спросил:
— А ты ревнуешь меня?
Лу Цзицюй на мгновение замерла, потом инстинктивно выдернула руку и потрогала кончик носа.
— Наверное… да.
Она никогда не задумывалась об этом, но теперь поняла — конечно, будет ревновать.
Повернувшись к нему спиной, она уставилась на необычную настольную лампу, сделанную из старого чайника, но мысли её уже были далеко.
Выставка длилась семь дней, сегодня был первый, да ещё и будний день — посетителей было немного.
Когда кто-то узнавал съёмочную группу, все вели себя тихо и уважительно: просто смотрели экспонаты, не пытаясь попасть в кадр или помешать работе.
Все двигались медленно и бесшумно, никто не разговаривал — от этого в зале царила особая умиротворяющая тишина.
Лу Цзицюй краем глаза наблюдала за ним. Он стоял в полутора метрах от неё, внимательно разглядывая экспонат, будто тот его сильно заинтересовал.
Она слегка прикусила губу, медленно подошла ближе — шаг, ещё шаг…
И незаметно взяла его за правую руку.
Лу Цзицюй почувствовала себя ребёнком, тайком съевшим конфету, опустила голову и, делая вид, что ничего не произошло, уставилась на странные предметы перед собой, не осмеливаясь поднять глаза.
http://bllate.org/book/12045/1077603
Готово:
