Что тревожило Чжана Сюйчжуна, так это не то, красива она или нет, а то, что он никогда прежде не встречал столь «странной» и «неуклюжей» личности.
Госпожа Рейтон вовсе не была некрасива, её одежда — из дорогих тканей, но она умудрялась собрать всё вместе так, что получалась полная дисгармония.
Когда он смотрел на неё, его охватывало то же тревожное чувство, что и у истинного девственника, увидевшего пост в соцсети с восемью картинками вместо девяти.
Он про себя подумал: «Боже мой, откуда у неё эти чёрные очки в толстой оправе? В современных оптиках вообще ещё продают такие? Или она заходит и прямо говорит продавцу: „Дайте мне самые безвкусные очки, какие у вас есть“? Фу!»
А вот её волосы — гладкие, блестящие, тёмно-каштановые — почему-то собраны в идеально аккуратный пучок, прижатый к самому затылку. Ага! Теперь я понял, почему она напоминает мне миссис Томас — именно из-за этой причёски.
Госпожа Рейтон — старушка, запертая в теле молодой женщины…
Напротив Чжана Сюйчжуна, по диагонали, Вэй Цзяхэн по-прежнему говорил без умолку, разглагольствуя о своём видении эпохи больших данных и интеллектуальных технологий, а Линь Ишань, к удивлению всех, слушал его с живым интересом.
Чжан Сюйчжун взглянул на госпожу Рейтон и понял, что она, как и он сам, совершенно не впечатлена речью Вэя. Вдруг ему пришла в голову озаряющая мысль: «А что, если существует иное объяснение? Может быть, загадочная госпожа Рейтон, у которой нет ни следов в соцсетях, ни цифрового следа, ни малейшего намёка на жизненные увлечения, на самом деле — наёмный убийца? Каждый раз, когда её босс ведёт переговоры с клиентами, он занимается болтовнёй, а она стоит рядом, молча ждёт условного сигнала — и тогда достаёт пистолет из-под пиджака: бах-бах-бах!»
При этой мысли он невольно улыбнулся, глядя на бесстрастную госпожу Рейтон. Но тут она повернула голову и прямо посмотрела ему в глаза:
— Мистер Чжан, у вас есть ко мне вопросы?
Чжан Сюйчжун, улыбаясь, провёл рукой по подбородку:
— Нет, вопросов нет.
(На самом деле он подумал: «Ого, ты говоришь по-китайски даже лучше, чем Вэй Цзяхэн. Ах да, чуть не забыл — у тебя ведь есть и китайское имя. Как оно там… А, точно — Ли Вэйань».)
Вэй Цзяхэн спросил:
— Вы уверены? Не стесняйтесь.
Чжан Сюйчжун бросил взгляд на Линь Ишаня, убедился, что тот не против, и мягко улыбнулся:
— Мистер Вэй, вы рассказали множество теорий, концепций, использовали немало метафор. Хотел бы попросить вас привести конкретный пример.
Он наклонил голову и, обращаясь к Ли Вэйань, добавил:
— Я знаю, что вы сотрудничали со многими голливудскими звёздами и продюсерами, предоставляя им услуги в области анализа общественного мнения, пиар-стратегий, консультирования по размеру гонораров, участия в инвестициях и прочему. Главное — у вас есть мощная математическая модель для прогнозирования кассовых сборов. Все ваши услуги строятся именно на этой модели или алгоритме. Мне интересно: насколько точна ваша модель в условиях, когда данные ограничены? Например, когда вы сталкиваетесь с незнакомой медийной средой или знаменитостью, о которой у вас почти нет информации?
— Twitter и Weibo, Baidu и Google, YouTube и iQiyi, Youku, Bilibili… Плюс более строгая цензура, интернет-тролли, маркетинговые аккаунты, разные фан-культуры… Иногда создаётся впечатление, что за «великим файерволом» и за его пределами находятся два разных мира — и дело тут не только в культурных различиях. Ваша модель, ваш алгоритм… (я, как дилетант, даже не знаю, как правильно это назвать) — будет ли он работать по ту сторону стены?
С этими словами он достал телефон, нашёл в интернете фотографию и чуть вызывающе поднёс экран к Ли Вэйань:
— Знаете, кто это?
Ли Вэйань сохранила прежнее бесстрастное выражение лица:
— Нет.
— Её зовут Ван Цзяцзя. Хотя она никогда не играла в настоящих фильмах, а поёт так, будто кошка упала в ванну и воет от ужаса, у неё более двадцати миллионов подписчиков, — с лёгкой усмешкой сказал Чжан Сюйчжун, обращаясь к Линь Ишаню. — Видите? Она совершенно ничего не знает о китайской киноиндустрии.
Ли Вэйань подняла глаза и взглянула на Чжана Сюйчжуна:
— Действительно, я почти не знаю нынешних китайских звёзд. Но это никак не влияет на точность моего алгоритма.
Вэй Цзяхэн пояснил:
— Наша модель и алгоритм не требуют, чтобы мы тратили время на изучение конкретной звезды или смотрели целые выходные её реалити-шоу. Ведь машинное обучение…
Чжан Сюйчжун прервал его:
— Простите, Арчер, я не очень разбираюсь в теории вычислительной сложности и теории аппроксимации — хотя понимаю, что без них не обойтись при обсуждении машинного обучения. Не могли бы вы объяснить проще?
Вэй Цзяхэн холодно посмотрел на него:
— Хорошо. Объясню проще. Представьте себе соковыжималку. Бросаете туда яблоко — получаете яблочный сок. Бросаете апельсин — получаете апельсиновый. Вам нужно ли волноваться о том, что происходило с фруктом до того, как он попал в соковыжималку? Наш алгоритм — это и есть соковыжималка.
Чжан Сюйчжун улыбнулся:
— Теперь ясно. Спасибо, Арчер.
Он повернулся к Ли Вэйань:
— Примерно две недели назад команда этой незнакомой вам звезды пустила слух, что она снимется в новом фильме режиссёра Ван Мо. Хотел бы проверить: сможете ли вы с помощью своего алгоритма сказать, насколько правдоподобен этот слух?
И он протянул ей телефон:
— Ну что ж, бросьте её в свою соковыжималку!
Авторская заметка:
Новое произведение, пока лишь росток. Прошу щедро поливать!
Ли Вэйань взяла телефон Чжана Сюйчжуна и слегка приподняла уголки губ.
Вэй Цзяхэн сжал губы и бросил на Чжана Сюйчжуна взгляд, полный предупреждения: «Ты ещё пожалеешь об этом».
Чжан Сюйчжун недоумённо посмотрел сначала на Вэя, потом на Линь Ишаня.
Линь Ишань слегка нахмурился, ничего не сказал и тоже перевёл взгляд на Ли Вэйань.
Ли Вэйань безэмоционально вернула телефон Чжану, открыла сумку, стоявшую у её стула, достала ноутбук и застучала по клавишам.
Чжан Сюйчжун думал, что она поработает несколько минут, но она вскоре остановилась и сказала Вэю Цзяхэну:
— Арчер, включи проектор.
Вэй Цзяхэн нажал кнопку на пульте, задёрнул шторы, и в тот момент, когда Ли Вэйань нажала клавишу Enter, на стене появились быстро сменяющие друг друга изображения. Сначала — свежее селфи Ван Цзяцзя, опубликованное час назад в её официальном аккаунте Weibo, затем — фото пользователей, которые взаимно подписаны на неё или просто следят за ней. Большинство из них Чжан Сюйчжун не узнал, кроме нескольких «пластиковых подружек» Ван Цзяцзя. Затем начали мелькать их фотографии, селфи, комментарии под постами — всё это мелькало перед глазами, как хаотично смонтированная видеозапись.
Линь Ишань чуть приподнял голову. Вэй Цзяхэн тихо пояснил:
— Сейчас программа автоматически собирает информацию, которую алгоритм считает «полезной». Скоро радиус поиска расширится.
Линь Ишань и сам понимал, что происходит автоматический сбор данных, но как именно алгоритм отличает полезную информацию от дезинформации и как интегрирует, классифицирует и анализирует её — он был уверен, что Вэй Цзяхэн ему не расскажет.
Едва Вэй закончил фразу, на экране начали появляться страницы других сайтов: Baidu Tieba, группа «Бацзу» на Douban, форум «Туцюй», сайт фотографов, стриминговая платформа «Госянчжибо»… Скорость сбора данных была настолько высока, что Линь Ишань успел узнать лишь знакомые ему площадки. Он моргнул — и скорость стала ещё выше, до головокружения.
Вэй Цзяхэн пояснил:
— После сбора соответствующих данных они фильтруются, анализируются, а результаты визуализируются. Вэйань, замедли процесс и объясни, что происходит.
Мелькающие изображения на мгновение остановились и превратились в группу портретов, соединённых цветными линиями.
Голос Ли Вэйань был таким же лишённым эмоций, как и её лицо:
— Эти люди — команда Ван Цзяцзя. Те, кто в красных рамках, — её пиар-агентство. Они работают не только с ней, но и с несколькими другими артистами.
На стене появились фото этих артистов, их менеджеров и компаний, в которых они состоят.
Изображения уменьшились и переместились в левый нижний угол, а на их месте возникла другая группа людей с новой схемой связей.
— Это команда Ван Мо и их связи. Да, они действительно контактировали с компанией Ван Цзяцзя и её пиар-агентством. Но, как я уже сказала, это агентство работает не только с ней.
На стене красная стрелка указала на полную женщину средних лет из команды Ван Мо:
— Ван Кайлун. В титрах фильмов Ван Мо она значится как «ассистентка режиссёра», но на самом деле именно она отвечает за первичный кастинг. В прошлый четверг она действительно посетила компанию Ван Цзяцзя и встретилась с её менеджером. Именно в тот день и пошёл слух о сотрудничестве. Однако в последующие дни Ван Кайлун дважды встречалась с другой актрисой — а именно с Чжэн Сяоюань и её менеджером.
Чжан Сюйчжун покачал головой:
— Это лишь показывает, что команда Ван Мо встречалась с Чжэн Сяоюань. Но ведь они также встречались и с Ван Цзяцзя! Неужели этого достаточно, чтобы утверждать, что Ван Мо хочет работать именно с Чжэн Сяоюань, а не с Ван Цзяцзя?
(«Неужели ей сделали столько ботокса, что лицо совсем не двигается?» — подумал он про себя.)
Ли Вэйань снова нажала клавишу, и изображения на стене сменились. Теперь там были только четыре человека: Чжэн Сяоюань, её ассистентка и две женщины.
— Эти две — бывшие балерины. Они открыли школу балета в городе Б. Ровно неделю назад Чжэн Сяоюань снова встретилась с Ван Кайлун. На следующий день её второстепенный аккаунт подписался на этих преподавательниц балета. После этого каждый день с четырёх до восьми часов вечера ассистентка Чжэн Сяоюань появлялась в их балетной школе.
— Конечно, нельзя исключать, что именно ассистентка с прошлой недели начала ходить на балетные занятия после работы. Но возможно и то, что на занятия ходит сама Чжэн Сяоюань.
На стене появились снятые фанатами фото: ассистентка Чжэн Сяоюань стоит в очереди за кофе, геолокация — рядом с балетной школой. Почти в то же время основной аккаунт Чжэн Сяоюань опубликовал пост с фото бумажного стаканчика кофе с милым мультяшным мышонком. Далее — два снимка с улицы и вывески этого кафе, а затем — карта Baidu с отметками местоположения школы и кафе. Расстояние между ними — менее пятисот метров.
Чжан Сюйчжун и Линь Ишань переглянулись и сразу стали серьёзными.
Новый фильм Ван Мо — психологический триллер о двух балеринах, сражающихся за место примы в театре.
Ли Вэйань снова нажала клавишу:
— Теперь посмотрим на Ван Цзяцзя. Вот её график.
На экране появился не её официальный аккаунт, а профиль с аватаркой в виде милой собачки, который подписан только на аккаунт с аватаркой розовой мультяшной свинки.
Этот пользователь, судя по всему, любит фотографировать, но никогда не показывает лицо. За неделю он сделал столько снимков, что они полностью покрыли стену.
Ли Вэйань выбрала несколько фотографий, увеличила их, и программа вновь запустила автоматический анализ, выявляя по мельчайшим деталям, где и когда были сделаны эти снимки.
Узор на посуде в ресторане, вышивка на халате в спа-салоне, интерьер элитного торгового центра, пейзаж за окном высотки, один и тот же пейзаж в разную погоду и в разное время суток… Все эти детали были найдены, увеличены, сопоставлены с другими фото из сети и в итоге позволили точно определить место съёмки каждого кадра.
В итоге был составлен подробный график Ван Цзяцзя за прошлую неделю: после встречи с Ван Кайлун она летала между городами S и G, наслаждаясь массажами, шопингом, фитнесом и спа-процедурами, а также посетила несколько коммерческих мероприятий.
Ли Вэйань подвела итог:
— После контакта с командой Ван Мо Чжэн Сяоюань начала заниматься балетом, а Ван Цзяцзя — наслаждаться жизнью. Кто из них — кандидат на главную роль, по крайней мере сейчас, должно быть очевидно.
— Я не стану приводить доказательства того, что этот аккаунт принадлежит Ван Цзяцзя, — сказала Ли Вэйань, повернувшись к Чжану Сюйчжуну. — Мистер Чжан, вы, вероятно, знаете её расписание лучше всех. Ведь второй аккаунт — ваш. На прошлой неделе вы были с ней постоянно.
http://bllate.org/book/11936/1067003
Готово:
