Лань Янь бросила взгляд на Си Чэньцзэ и, заметив, что тот совершенно равнодушен к столь откровенным кадрам, тоже приняла невозмутимый вид.
Время текло, а кадры фильма сменяли друг друга один за другим.
Когда фильм уже подходил к концу, у Лань Янь вдруг покраснели глаза, и по щеке скатилась прозрачная слеза. Тихая гостиная наполнилась её частыми, сдержанными всхлипами.
Си Чэньцзэ растерялся, но молча протянул ей салфетку.
Лань Янь громко высморкалась, потом вдруг вскочила на колени на диване и подползла прямо к лицу Си Чэньцзэ:
— Си Чэньцзэ, сегодня День святого Валентина. Будь моим парнем хоть на один день!
Он помолчал несколько секунд, выражение его лица едва изменилось, затем резко поднял руку и щёлкнул Лань Янь по лбу:
— От фильма мозги набекрень?
— Ууу… мне так трогательно! — всхлипывала она, вся её обычная дерзость куда-то исчезла. Сейчас она хмурила носик и говорила тихо и нежно, словно маленькая девочка. — Я тоже хочу почувствовать любовь, как у Ноа и Элли.
Си Чэньцзэ смотрел на неё. Такой трогательный образ Лань Янь был крайне редок. Он замер, оцепенев, и машинально выдавил:
— Ага.
Услышав это, Лань Янь обрадовалась, вытерла слёзы и вдруг без предупреждения выхватила у него телефон.
Си Чэньцзэ молча потянулся за ним, но Лань Янь откинулась на спинку дивана, подняла длинную ногу и уперлась белоснежной стопой ему в грудь:
— Я хочу установить нам парную мелодию звонка!
Си Чэньцзэ лишь молча смотрел на неё.
Через некоторое время Лань Янь возилась то с его телефоном, то со своим, пока наконец не бросила аппарат обратно Си Чэньцзэ.
Тот поймал его, лицо оставалось бесстрастным. В этот момент раздалась мелодия — «ля-ля-ля~» — элегантная фортепианная композиция из «Дневника памяти», которую играла Элли.
Его телефон вибрировал в руке. Он поднял глаза и увидел, как Лань Янь прижала свой телефон к уху и улыбается.
За окном всю ночь не смолкал дождь, но звучал он мягко, словно колыбельная, убаюкивая спящих.
К утру дождь стал затихать, и солнце наконец пробилось сквозь тучи, озаряя всё тёплым светом.
Первые лучи солнца запрыгали по кровати Лань Янь.
Проспав спокойно всю ночь, она открыла глаза навстречу мягкому утреннему свету; длинные ресницы отбрасывали на щёки лёгкие тени.
— Чирик-чирик! — раздался звонкий птичий щебет в тишине деревни.
Лань Янь потянулась, перекатилась по постели и потянулась за телефоном. В списке контактов она нашла «Тяньчжэ».
Всю ночь она думала, как бы назвать Си Чэньцзэ в телефоне. В итоге решила переименовать его в «Тяньчжэ». Ведь Си Чэньцзэ был для неё словно сахарный тростник: снаружи жёсткий и неприступный, но стоит только откусить кусочек — и во рту остаётся одна сладость.
Лань Янь улыбнулась и нажала «Отправить».
Она отправила Си Чэньцзэ сообщение: [Доброе утро. 【картинка】]
В соседней комнате Си Чэньцзэ уже проснулся, принял душ и теперь стоял перед зеркалом в ванной, голый по пояс. Свет играл на его теле, капли воды стекали по чётким мышечным линиям.
Он чистил зубы.
«Динь-донг~» — раздался звук нового сообщения.
Си Чэньцзэ выплюнул пену, вышел из ванной и подошёл к кровати, чтобы взять телефон с тумбочки. Нажал на значок с уведомлением. Последнее сообщение было от «Лань Янь», и в глазах его мелькнула радость.
Он ткнул в экран. Три слова — «Доброе утро» — согрели его сердце. Но когда он открыл картинку, тело его напряглось, горло сжалось.
На фото Лань Янь стояла на золотистом пляже в бикини, одной рукой легко опираясь на бедро в соблазнительной позе. Голова её была запрокинута, волосы мокрые, капли стекали по чистым плечам и шее, скользили по ключицам и исчезали в глубокой ложбинке между грудей.
Это фото было сделано месяц назад на съёмках рекламы прохладительного напитка. Лань Янь попросила Ли Ся сделать пару кадров для себя — просто ради красоты. Не ожидала, что получится настолько эффектно. С тех пор фотография хранилась в её телефоне. И вот сегодня она наконец пригодилась.
«Динь-донг~» — пришло ещё одно сообщение.
[Вчера видела твои фотки с мышцами, вот и решила ответным подарком поделиться!]
Си Чэньцзэ посмотрел на экран и фыркнул, мысленно ругаясь: «Наглая девчонка!»
Секунду спустя пришло ещё одно сообщение: [Уже встал?]
— Ага, что там? Кого ты рассматриваешь? — спросил помощник Сяо Шань, проснувшись и заглянув через плечо Си Чэньцзэ.
Из-за нехватки комнат ночью Сяо Шань делил номер с Си Чэньцзэ. В других комнатах вообще спали по четверо-пятеро на полу. Ведь среди участников съёмок были артисты, поэтому Лань Янь, Си Чэньцзэ и Сяо Сюн получили отдельные комнаты.
Сяо Шань наклонился ближе.
Си Чэньцзэ мгновенно выключил экран телефона, не дав тому разглядеть, кто на фото.
— Кто это? — снова спросил Сяо Шань, любопытствуя.
Си Чэньцзэ холодно взглянул на него, не ответив, но спросил:
— Что ты успел увидеть?
— Ну… ну… красавица, — запнулся Сяо Шань, но добавил: — Очень даже фигуристая.
Си Чэньцзэ сунул телефон в карман, сжал кулаки так, что хрустнули суставы.
— Эй, Цзэ-да-жэнь, ты чего?
— Выколю тебе глаза.
—
— Уууу… — Лань Янь потянулась и встала с постели. Взяла телефон, посмотрела — Си Чэньцзэ так и не ответил. Раздражённо швырнула аппарат на кровать, но через две секунды снова подняла.
Она вошла в ванную, быстро освежилась и теперь стояла перед зеркалом, завёрнутая в полотенце. Минуту она любовалась собой.
— Зеркальце, зеркальце, скажи, кто на свете всех милее? — прищурившись, она запрокинула голову и пальцем подняла свой изящный подбородок.
— … — зеркало, конечно, молчало.
Закончив издеваться над собой, Лань Янь несколько раз моргнула и пробормотала:
— Какая же я дура.
Затем сунула в рот одноразовую зубную щётку и продолжила ворчать:
— Лань Янь, ты точно сошла с ума после встречи с Си Чэньцзэ.
Глядя в зеркало, она вдруг заметила свою обнажённую грудь. После душа кожа была белоснежной с лёгким румянцем. В голове начали роиться мысли.
Как Си Чэньцзэ воспримет моё фото? Смутился ли? Покраснел?
А если… однажды я появлюсь перед ним именно в таком виде — не сойдёт ли он с ума от желания?
Думая об этом, она прикусила губу, подмигнула своему отражению, покачала бёдрами и даже слегка приподняла грудь, пока между краями полотенца не образовалась глубокая ложбинка. Только тогда остановилась.
Через несколько секунд она резко выпрямилась, осознав, что ведёт себя как сумасшедшая девчонка — глупо и нелепо.
Выбросив зубную щётку в корзину, она посмотрела на своё отражение и пробормотала:
— Полная дура.
Закончив утренний туалет, Лань Янь вышла из ванной, подбежала к кровати и схватила телефон. Си Чэньцзэ всё ещё не ответил. Раздражение нарастало. Она снова швырнула телефон на постель, но через две секунды подняла его.
Она села на кровать, одной рукой вытирая влажные волосы полотенцем, другой — не отрывая взгляда от экрана.
Она ждала ответа.
Прошла минута — тишина.
Пять минут — ни звука.
Десять минут — «динь-донг~».
Новое сообщение! Лань Янь мгновенно открыла его.
Это было…
10086!!!
— Чёрт! — выругалась она. Вернулась в чат с Си Чэньцзэ — ответа нет. Набрала новое сообщение:
[Ещё не проснулся?]
Секунда. Две. Три. Пришёл ответ:
[Уже встал. Доброе утро.]
Всего шесть слов, но Лань Янь расцвела. Она быстро переоделась в нарядную одежду и вышла из комнаты.
Было всего шесть тридцать утра. Многие сотрудники уже проснулись, но съёмки начнутся не скоро. Поэтому она решила прогуляться по деревенской дорожке.
Утренний воздух в деревне был свеж, особенно после вчерашнего дождя. Прохладный ветерок приятно обдувал лицо.
— Лин Фань? Ты правда здесь? — вдруг раздался женский голос, нарушая утреннюю тишину.
Выйдя из гостиницы и свернув за угол, Лань Янь увидела высокую стройную фигуру. Прищурившись, она разглядела Линь Цзыхань.
Линь Цзыхань подбежала к мужчине, который был почти на две головы выше неё.
Её голос был тихим, но вкрадчиво-ласковым.
— Лин Фань? Лин Фань? — повторила Лань Янь про себя, потом вдруг поняла: — Гу Лин Фань!
Гу Лин Фань — единственный сын Гу И, влиятельного человека из города А. Семья Гу владела огромным состоянием: основной доход шёл от недвижимости, затем — пищевая промышленность и, наконец, индустрия развлечений.
Агентство Лань Янь, Jingrui Media, также принадлежало семье Гу, а Гу Лин Фань был президентом компании, хотя ему было всего двадцать пять. Ходили слухи, что он занял этот пост лишь ради того, чтобы развлекаться с девушками из шоу-бизнеса.
И действительно, за два года управления компанией он сменил не меньше десяти подружек, и ни одну из них никогда официально не представлял публике.
Увидев Линь Цзыхань с Гу Лин Фанем и вспомнив все эти слухи, Лань Янь подумала, что та — настоящий мотылёк, летящий в огонь. Жалко, конечно, но… может, и не из любви? Возможно, они просто используют друг друга в своих интересах.
— Лин Фань, не надо так… Кто-нибудь увидит, — донёсся до неё томный голос Линь Цзыхань.
Лань Янь краем глаза увидела, как Гу Лин Фань прижал Линь Цзыхань к себе и без стеснения запустил руку под её рубашку.
Но в конце концов Линь Цзыхань оттолкнула его, и они направились к чёрному BMW.
— Уф… — Лань Янь глубоко вдохнула. От увиденного ей стало мерзко, будто глаза заболят.
Она энергично тряхнула головой, пытаясь выкинуть эту мерзость из памяти. Повернулась, чтобы уйти, но вдруг раздался звук: «скри-ик!» — она наступила на пустую банку из-под напитка.
Подняв голову, она встретилась взглядом с Гу Лин Фанем. Тот, прижимая к себе Линь Цзыхань, ухмыльнулся ей.
От этой ухмылки Лань Янь пробрала дрожь. Она быстро развернулась и ушла прочь.
—
— Лань Янь, доброе утро! — Сяо Сюн, живший напротив, выходил из своей комнаты, зевая. Он как раз столкнулся с вернувшейся Лань Янь.
Та всё ещё была взволнована увиденным. Услышав приветствие знакомого человека, она немного пришла в себя и, собравшись, улыбнулась:
— Сяо Сюн, доброе утро!
— Красивая одежда, — сказал Сяо Сюн, оглядывая её.
Лань Янь опустила глаза и улыбнулась:
— Спасибо. У тебя тоже отличный наряд.
— Щёлк! — в этот момент открылась дверь, и на пороге появился Си Чэньцзэ, засунув руки в карманы.
Его высокая фигура перед Лань Янь внушала чувство безопасности. Если бы не Сяо Сюн рядом, она бы, наверное, бросилась к нему в объятия.
— Доброе утро! — Си Чэньцзэ кивнул Сяо Сюну, потом перевёл взгляд на Лань Янь.
Сегодня на ней была простая белая футболка и свободные джинсы, подвёрнутые у щиколоток, обнажая белую кожу. Макияж тоже сильно отличался от вчерашнего: вчера тяжёлые тени и яркая помада подчёркивали её соблазнительную сущность, а сегодня — лёгкий макияж, розовый блеск делал губки похожими на желе, от которых хочется откусить.
Си Чэньцзэ, как обычно, был в белой футболке и чёрных спортивных штанах.
Их наряды удивительно сочетались — оба в белых футболках, будто пара.
Си Чэньцзэ невольно усмехнулся и направился к окну в конце коридора.
http://bllate.org/book/11885/1062434
Готово:
