Фан Иньнянь впервые пережил ужасную травлю в сети и впервые осознал, насколько непросто быть публичным человеком. Будь у него чуть менее устойчивая психика, его бы точно эмоционально сломала вся эта ситуация.
К счастью, их было пятеро. Пятерых ругать вместе было лучше, чем поодиночке, ведь атаку можно было распределить между всеми.
Официальное предупреждение студии «FTM» не полностью остановило распространение слухов. Злоба, расползшаяся по сети, продолжала накапливаться.
Те люди, прикрываясь масками различных «случайных прохожих», создавали бесчисленное количество фейковых аккаунтов на таких платформах, как Xiaohongshu, Douyin, Weibo и других, беспрепятственно распространяя так называемые «железные доказательства» травли Мо Сюня, плагиата Тань Цзюньвэня и так далее.
Площадка «FTM» на Weibo полностью пала. Несколько команд наняли черных пиарщиков, и вся тема была заполнена черными материалами на пятерых участников.
Даже появились различные отфотошопленные черные картинки с преувеличенными выражениями их лиц.
Эти новогодние праздники сделали «FTM» бельмом на глазу у фанатов всех мужских айдол-групп. Фанаты других групп, увидев черные материалы на «FTM», ринулись пнуть их при возможности, желая втоптать их в грязь.
Эта атака была настолько яростной, что весь шоу-бизнес был шокирован.
Хэштег #Первая_сплетня_нового_года долго висел в горячих темах.
Работники индустрии развлечений, связанные с музыкой, кино, модой и так далее, также ели дыню*, следя за развитием событий.
П.п.: Следили за сплетнями.
Фан Иньнянь и Мо Сюнь не спали всю ночь.
Из Цзянчжоу в Бангкок было три рейса в день. Сяо Чэнь забронировала им самый ранний: вылет в 6 утра, прибытие через 4 часа.
На международные рейсы нужно было приезжать в аэропорт заранее для прохождения контроля и таможни. Они планировали выехать в 3 часа ночи, и так как в это время было неудобно беспокоить водителя Цзяна, они просто вызвали такси.
Глубокой ночью два парня вместе собирали вещи. На короткую поездку не нужно брать много одежды, достаточно отправиться налегке.
Цзянчжоу находился на юге, поэтому зимой здесь не нужно было носить пуховик.
Мо Сюнь предложил:
— Можно надеть внутри футболку, а сверху толстую куртку. В Таиланде просто снимем верхнюю одежду. Давай просто возьмем с собой два комплекта летней одежды на смену.
Фан Иньнянь кивнул, открыв чемодан Мо Сюня.
У них была привычка брать в поездки этот маленький ручной чемодан и класть вещи пополам. Один укладывал слева, другой справа. Они собрались быстро и слаженно.
Фан Иньнянь осмотрел спальню, тщательно обдумывая, что еще нужно взять. Немного подумав, он достал из шкафа две шапки, одну протянул Мо Сюню и сказал:
— Ночью на улице слишком холодно. Надень эту шапку, будет теплее, и еще прикроешь прическу, чтобы тебя не узнали.
Мо Сюнь посмотрел вниз. Это была красная вязаная шапка, похожая по ручной вязке на синюю, которую Фан Иньнянь носил несколько дней назад.
Он улыбнулся и спросил:
— Это тоже бабушка тебе связала?
— Мм. Моя бабушка очень умелая, с детства вязала мне свитера, шапки и тому подобное.
Маленький Фан Иньнянь в детстве выглядел очень милым в свитере. Мо Сюнь видел его детское фото. Та маленькая одежда тоже была связана бабушкой.
Наверняка бабушка очень сильно любила Иньняня.
Мо Сюнь надел шапку перед зеркалом, оглядел себя со всех сторон и сказал:
— Я никогда не носил такие мохнатые шапки, какое-то странное ощущение.
Фан Иньнянь сказал:
— Их очень тепло носить зимой. В твоей кепке наверняка затылок продувает.
Мо Сюнь тихо рассмеялся и убрал шапку:
— Ладно, слушаюсь, надену эту.
Фан Иньнянь спросил:
— Что еще нужно взять?
Мо Сюнь вдруг кое-что вспомнил и вышел за дверь. Через мгновение он вернулся с картонной коробкой, вскрыл ее канцелярским ножом и достал оттуда два пластиковых компрессионных пакета.
Фан Иньнянь с недоумением приблизился рассмотреть:
— Что это?
Мо Сюнь вскрыл один из них и сказал:
— Подушка для шеи, разве ты не любишь спать в самолете? Я в интернете увидел, что многие хвалят подушки этой марки. Говорят, на них очень удобно спать, не болит шея и плечи, вот и купил пару.
Фан Иньнянь на мгновение замер, прежде чем сообразить:
— Купил для меня?
Мо Сюнь сказал:
— Конечно.
Он аккуратно надел U-образную подушку на шею Фан Иньняня:
— Попробуй.
Шея Фан Иньняня была окружена мягкой пеной, и в душе у него тоже возникло чувство тепла:
— Спасибо, я никогда таким не пользовался.
Мо Сюнь протянул ему другую:
— Обе тебе.
Одна подушка была светло-синего цвета, а другая светло-красного. На них были изображены милые животные.
Фан Иньнянь сказал:
— Тебе лучше тоже использовать подушку. Полет в Таиланд займет 4 часа, ты тоже должен немного поспать.
Мо Сюнь подумал, прежде чем ответить:
— Хорошо, тогда возьмем обе.
Время подошло к половине второго ночи. Они собрали вещи, спать совсем не хотелось, поэтому они просто открыли ноутбук и начали смотреть видео.
Сегодня было слишком много негатива, и голова раскалывалась. Мо Сюнь нашел комедийный фильм прошлого лета с хорошими отзывами, чтобы скоротать время.
В три часа ночи они отправились в путь. Шапки, солнцезащитные очки, маски — на них была полная экипировка.
Улицы оказались достаточно пустынными, так что они быстро добрались до терминала T3 международного аэропорта. В это время пассажиров в аэропорту было немного. Мо Сюнь, будучи уроженцем Цзянчжоу, часто летал за границу в последние годы и хорошо знал аэропорт.
Он провел Фан Иньняня через контроль безопасности и таможню в зал ожидания, где они немного отдохнули в VIP-зале.
Всю дорогу они были плотно закутаны. Лишь при прохождении контроля безопасности и таможни, когда потребовалось проверить данные удостоверений личности, они ненадолго сняли шапки и маски, показав свои настоящие лица на десяток секунд.
В шесть утра самолет вовремя взлетел.
Мо Сюнь и Фан Иньнянь быстро нашли свои места, взяли по подушке и устроились спать.
Они не знали, что один из пассажиров при посадке достал телефон, сфотографировал их и выложил фото на Weibo, упомянув в супертеме «FTM».
[Блогерша: Ранним утром летела в Таиланд и случайно встретила недавно ставших популярными Мо Сюня и Фан Иньняня!]
Вскоре последовал ответ:
[Они так хорошо замаскированы, как ты их узнала?]
[Блогерша: Во время таможни они сняли маски и шапки. Я шла впереди и видела очень ясно, это точно они. На таможне фотографировать нельзя.]
[Они рано утром летят в Таиланд?]
[А-а-а-а, это правда брат Мо и Иньнянь?]
[Это правда они? Ты не ошиблась?]
[Блогерша: Я летела с семьей на отдых в Таиланд и случайно встретила их. Не знаю, зачем они летят. Других участников я не видела.]
[Блогерша: Самолет скоро взлетит, хе-хе, впервые лечу с знаменитостями, так волнуюсь!]
Эта блогерша не была частью фандомов и не гналась за звездами. Она узнала о «FTM» благодаря конкурсу каверов и новогоднему концерту и не знала о недавних событиях в горячих новостях.
Не все каждый день сидели в интернете и следили за сплетнями.
Поэтому она не питала неприязни к участникам «FTM», а просто была рада встрече со знаменитостями в самолете и поделилась фотографиями.
После взлета самолета она отключилась от сети и больше не отвечала.
Неожиданно этот пост на Weibo стал вирусным, комментарии быстро превысили тысячу.
Фанаты «FTM», страдающие от влияния черного пиара, надеялись увидеть опровержение от Мо Сюня, и на следующий день случайный прохожий встретил Мо Сюня, летящего в Таиланд.
[Зачем Мо Сюнь отправился в Таиланд? Почему Иньнянь тоже с ним?]
[Завтра в Бангкоке проводится Asian Music Festival. Кажется, BNC приглашены выступить. Может, это связано с этим?]
[Надеюсь, капитан Мо едет развеять слухи, пусть все пройдет хорошо!]
[В такое время полет в Таиланд — это неспроста. А-а-а, жду результатов!]
В то же время шипперы, увидев несколько фотографий, присланных блогершей, загорелись.
[Красная и синяя шапки, так гармонично~]
[Их U-образные подушки — это парные модели коллаборации бренда PIC, а-а-а-а!]
[Вау, парные подушки? Черт возьми, «Кубика Рубика» настоящие!]
[Такие милые, пушистые!]
[Я серьезно думаю, что шапка брата Мо — подарок от Иньняня. Он не из тех, кто любит носить такие шапки, ха-ха-ха!]
[Жалуюсь на Мо Сюня за показ любви! Раньше в аэропорту он всегда носил кепки и выглядел круто. Почему он сегодня в таком же стиле, как Иньнянь?]
[Мо Сюнь: Иньнянь велел надеть, я и надел.]
Неудивительно, что шипперы снова нашли повод для радости.
Шапка Мо Сюня сегодня была совершенно не в его стиле. Раньше он всегда придерживался крутого и стильного образа, носил модные бейсболки с крупными логотипами.
А сегодня ночью в аэропорту он вдруг стал милым, надев связанную бабушкой Фан Иньняня пушистую шапку. С его высоким ростом 188 см такая шапка действительно выделялась в толпе.
Их шапки оказались снова в знакомой расцветке: красной и синей.
В руках они держали парные подушки из коллаборации с брендом. На самом деле Мо Сюнь не обратил внимания на то, что они парные. При покупке он увидел акцию — две со скидкой 20%, вот и купил их. В любом случае они обе предназначались для Иньняня.
Шипперы, наслаждаясь сладостью, обсуждали, зачем Мо Сюнь и Иньнянь поехали в Таиланд, а фанаты группы «FTM» также внимательно следили за блогершей.
Через 4 часа самолет благополучно приземлился.
Блогерша подключила телефон к сети, зашла на Weibo и испугалась. Появились тысячи комментариев. Она подумала, что на нее обрушилась травля!
Дрожащими пальцами девушка открыла и увидела, что это были фанаты «FTM», желавшие, чтобы она поделилась информацией об этих двоих.
Блогерша ответила: [Их забрала заранее заказанная машина. Я не знаю, куда они поехали.]
[Блогерша: Я просто случайно встретила их в аэропорту! Они оба выглядели очень уставшими, спали всю дорогу, и мне было неудобно их беспокоить.]
Эти слова ранили сердца многих фанатов.
Уставшие? Неужели Мо Сюнь и Фан Иньнянь не спали всю ночь? Лететь ранним рейсом в 6 утра в Таиланд наверняка было тяжело.
Бедняжки, вчера точно все пятеро плохо спали.
Все молча молились, чтобы Мо Сюнь смог разрешить этот кризис в общественном мнении.
В это время Мо Сюнь и Фан Иньнянь уже прибыли в лобби пятизвездочного отеля в Бангкоке и зарегистрировались на ресепшене.
Этот отель был именно тем, где остановились «BNC».
«BNC» прилетели прошлой ночью рейсом из Сеула. Сегодня днем они поедут на площадку Asian Music Festival для репетиции, завтра утром у них запланировано интервью, а вечером — официальное выступление.
Поэтому только в этот относительно свободный период времени — сегодня утром/днем — у них была возможность встретиться с Мо Сюнем.
Мо Сюнь сначала оставил багаж в камере хранения отеля, позвонил менеджеру «BNC» и сказал несколько фраз на корейском.
Фан Иньнянь не понимал, что он говорит, но по слегка нахмуренному лицу Мо Сюня было видно, что дела шли не очень гладко.
После звонка Мо Сюнь сказал:
— Они на улице снимают промо-фото и не знают, когда вернутся. Нам велели сначала подождать.
Фан Иньнянь сказал:
— Ничего, подождем.
«BNC» как топовая мужская айдол-группа имела плотный график. Они приехали к ним внезапно, и хотя Сюй Байчуань связался с корейским отделом по связям с общественностью, невозможно было ожидать, что их будут специально ждать.
На этот раз Мо Сюнь просил об одолжении. Негативный шум был направлен только на него и не повлиял бы на «BNC». Они могли оставаться в стороне и даже использовать возможность, чтобы вызвать сочувствие к Ча Чансу.
Можно было только надеяться, что бывшие друзья Мо Сюня сохранили хоть немного порядочности и совести и согласятся предоставить оригинальное видео.
Они сидели в лобби и ждали.
Время шло. Они прождали с 10:30 до 12:30, но так и не увидели никого из «BNC».
Фан Иньнянь был рад, что на этот раз поехал с Мо Сюнем.
Иначе Мо Сюнь один в чужой стране, будучи так проигнорированным, сидя в одиночестве и ожидая, наверное, чувствовал бы себя очень плохо?
А так они хотя бы могли пообщаться.
Фан Иньнянь сказал:
— Может, они после промо-съемок пошли поесть и вернутся в отель только после еды?
Мо Сюнь сказал:
— Возможно. Подождем еще.
Они сидели вместе и смотрели видео на планшете, чтобы скоротать время.
Однако они прождали до половины третьего, но так и не увидели ни малейших признаков возвращения «BNC».
Мо Сюнь взял телефон и снова позвонил.
Корейскую речь на том конце Фан Иньнянь плохо понимал, но он мог уловить пренебрежительный и нетерпеливый тон.
Мо Сюнь положил трубку и, крепко сжав телефон, сказал:
— После еды они поехали сниматься на море, после съемок поедут на репетицию. Мне сказали, что они вернутся очень поздно, и велели не ждать.
Фан Иньнянь: «…»
Они прождали здесь целых 4 часа.
Возможно, в глазах «топов» было неважно, сколько ждали такие незаметные, как они?
Мо Сюнь с извиняющимся видом посмотрел на Фан Иньняня:
— Прости, что заставил ждать со мной так долго. Тебе лучше сначала вернуться и отдохнуть…
Фан Иньнянь взял Мо Сюня за руку:
— Зачем мне эти вежливые слова? Я поспал в самолете и сейчас полон сил. Подождем так подождем. Сначала пойдем поедим, наедимся и снова будем ждать.
Мо Сюнь почувствовал теплоту в сердце. Иньнянь был самым внимательным человеком из всех, кого он встречал, и всегда мог мгновенно успокоить его настроение.
Они не были знакомы с этим местом, поэтому по навигатору нашли торговый центр и зашли в заведение, чтобы поесть, а затем вернулись в отель.
Пройдя некоторое расстояние, они внезапно услышали, как сзади кто-то тихо обсуждает их, и звук фотографирования на телефон.
— Разве это не Мо Сюнь и Фан Иньнянь?
— Неужели это правда они!
— Боже, что они делают в Таиланде?
— Мо Сюнь, этот хулиган, просто отвратительный…
— Он что, приехал в Таиланд, чтобы без стыда искать встречи с «BNC»?
Эти разговоры как раз долетели до ушей Фан Иньняня. Неизвестно, намеренно ли эти люди говорили так громко, чтобы их услышали.
В Таиланде погода была очень жаркая. По прибытии в отель они сняли верхнюю одежду, шапки и солнцезащитные очки, оставив только маски.
Неожиданно на улицах Таиланда оказалось много фанатов из Китая. Вероятно, это были фанаты корейской эстрады, приехавшие посмотреть выступление «BNC».
Фан Иньнянь с беспокойством посмотрел на Мо Сюня.
Мо Сюнь сделал вид, что не слышит, и вместе с Фан Иньнянем вернулся в отель.
Фан Иньнянь спросил:
— Ты можешь связаться только с их менеджером, не можешь дозвониться до них самих, да?
— Мм. Когда они на выезде, телефоны передаются менеджеру. Даже если я позвоню, ответит менеджер.
Фан Иньнянь слегка нахмурился. Ему всегда казалось, что тон менеджера только что был очень нетерпеливым по отношению к Мо Сюню. Возможно, менеджер даже не сообщил участникам «BNC», что Мо Сюнь ищет встречи.
Фан Иньнянь спросил:
— Когда ты был стажером в Корее, у тебя были особенно близкие друзья, которым ты доверял?
Мо Сюнь подумал и сказал:
— Чон Тхэмин, лидер «BNC», он старше меня на год. Когда я только пришел в компанию стажером, то был чужим. Мой корейский тоже был не очень хорош, он очень меня поддерживал.
Фан Иньнянь верил, что с прямым и открытым характером Мо Сюня, за время обучения в Корее он наверняка завел несколько хороших друзей.
Даже если «BNC» сейчас были очень популярны, дружба, сложившаяся за несколько лет совместной жизни и тренировок, не могла полностью исчезнуть. И не все любили пресмыкаться перед сильными и унижать слабых, угодничать и подхалимничать.
Кроме того, «BNC» были ориентированы на корейский рынок, а «FTM» не собирались развиваться в Корее, так что между ними не было конкуренции.
Вполне вероятно, что их менеджеру было лень иметь дело с Мо Сюнем, и он считал, что это дело не касалось «BNC».
http://bllate.org/book/11871/1060462
