Цэнь Мо говорила быстро, и Ма Сяони не разобрала толком, что именно она сказала. Однако все остальные выглядели так, будто прекрасно поняли, и Ма Сяони не осмелилась переспрашивать. Она лишь натянуто улыбнулась:
— Перед нами шепчетесь? Да вы, видать, очень дружны.
Только вряд ли он ей «любимый братец»…
— Мы всегда отлично ладили, — неожиданно отозвался Янь Цзинь.
Ма Сяони опешила: при чём тут это?
— А чем занимается твой старший брат? — вклинился в разговор Цинь Чжэнфэн, не желая оставаться в стороне. — Выглядит не совсем как обычный человек.
— Он… — глаза Цэнь Мо, словно стеклянные шарики, блеснули, и только потом она ответила: — Простой грубиян. Всё время мешки таскает, подчинённых обучает, да ещё часто в командировки уезжает. Иногда неделями не увидишься.
Она не знала, можно ли раскрывать истинную должность Янь Цзиня, поэтому предпочла остаться в тумане и игриво взглянула на мужчину рядом.
Янь Цзинь прищурился. Хотя сказано было и не совсем неверно, он всё же уловил в её словах лёгкую обиду. И тут же пожалел, что позволил остальным присоединиться к их столику. Ведь сейчас они могли бы спокойно болтать вдвоём и даже за руки держаться без стеснения.
Остальные за столом тоже почувствовали странное напряжение в воздухе. Почему-то им казалось, что они чего-то не понимают. Неужели у них проблемы с интеллектом или восприятием?
— Кстати, Цэнь Мо, — Ма Сяони перевела взгляд через Янь Цзиня на девушку, — как ты вообще познакомилась с Цинь-шиге? Вы только что закончили учебные сборы, а ты ещё и на больничный ушла. Откуда у вас время было встретиться? Может, вы раньше уже знали друг друга?
Неужели правда, что Цэнь Мо из особого рода?
Не дожидаясь ответа Цэнь Мо, Цинь Чжэнфэн весело вмешался:
— Мы познакомились ещё до начала занятий. Я видел её на собеседовании, а потом случайно встретил возле университета. Верно ведь?
Взгляд Янь Цзиня тут же упал на Цэнь Мо. Когда это она успела познакомиться с парнем, о котором он даже не знал?
Под его ледяным, пронизывающим взглядом Цэнь Мо кивнула всем за столом, а под столом незаметно сжала его ладонь. Просто одногруппник! Зачем устраивать сцену ревности, будто она ему изменяет?
…Мужчины и правда трудно угодить.
После этого Ма Сяони временно иссякли темы для разговора, да и вскоре начали подавать блюда. Любопытство к Янь Цзиню постепенно угасло.
Скоро принесли пиво, и вся компания принялась требовать налить полные бокалы. Бутылка быстро добралась до Цэнь Мо. Цинь Чжэнфэн ещё не начал наливать, как чья-то рука уже закрыла горлышко её бокала.
— Она не пьёт, — спокойно произнёс Янь Цзинь, подняв веки.
— Цэнь Мо, да тебя что, дома строго держат? Ты же уже не ребёнок, — усмехнулся Цинь Чжэнфэн, бросив взгляд на Янь Цзиня, но не собирался отступать. — Даже если не будешь пить, всё равно налей, иначе скучно получится.
Цэнь Мо опустила руку Янь Цзиня и знаками велела ему не упрямиться:
— Я только что выздоровела, алкоголь мне сейчас противопоказан. Если нальёшь — просто прольётся зря.
— Да ладно, всего один бокал, — сказал Цинь Чжэнфэн и всё же наполнил бокалы всех присутствующих, включая Янь Цзиня.
За ужином все болтали обо всём подряд. Цэнь Мо и Янь Цзинь, не обращая внимания на окружающих, то и дело подкладывали друг другу еду. Так как они почти не разговаривали, внимание компании не было приковано к ним, кроме одного Цинь Чжэнфэна, который случайно заметил эту картину.
Атмосфера между ними явно выходила за рамки обычной дружбы или родственных отношений. Он пристально посмотрел на них, но тут же отвёл глаза, не заметив, как Янь Цзинь поднял на него взгляд.
— Давайте выпьем! — предложил Цинь Чжэнфэн, когда все уже наелись, подняв свой бокал и краем глаза глядя на Цэнь Мо. Увидев, что она даже не притронулась к своему бокалу, он чуть заметно опустил уголки губ и осушил содержимое одним глотком.
— Цэнь Мо, ты совсем не товарищ! Выпей хоть глоточек, ничего страшного же не случится, — подхватила Ма Сяони, снова улучив момент, чтобы поддеть её.
Янь Цзинь молча взял бокал Цэнь Мо и выпил всё до капли. Его холодные глаза скользнули по Ма Сяони:
— Хочешь, я с тобой выпью?
От его взгляда Ма Сяони поежилась, невольно отодвинувшись и втянув голову в плечи. Она пробормотала себе под нос:
— Ну ладно, не хочешь — не пей…
Цэнь Мо нахмурилась. Если бы не то, что они уже почти поели, она бы прямо сейчас попросила официанта пересадить их за другой стол.
Когда ужин закончился, Цинь Чжэнфэн предложил прогуляться неподалёку, чтобы переварить пищу, и спросил, пойдёт ли Цэнь Мо с ними. Она, конечно, отказалась — такие встречи ей никогда не нравились, да и среди этой компании мало кто был ей по душе.
Цэнь Мо осталась сидеть на месте, явно не собираясь никуда идти, и холодно, но вежливо отказалась:
— У меня с братом ещё дела. Мы не пойдём с вами.
— Тогда до вечера в общежитии, — Тан Сян притворно тепло помахала ей рукой, мысленно вздохнув с облегчением: слава богу, Цэнь Мо не стала упоминать тот случай в столовой, иначе бы ей пришлось краснеть.
Она вышла из ресторана вместе со всеми, чувствуя себя неловко, и сразу услышала, как остальные заговорили о Янь Цзине.
— По-моему, старший брат Цэнь Мо очень даже ничего.
— И я так думаю. Сначала показался страшноватым, но приглядевшись — не хуже наших студентов, да ещё и мужественный какой!
— А вы заметили, как он смотрит на Цэнь Мо? Не могу объяснить, но совсем иначе, чем на остальных.
— Он вообще, кажется, ни на кого больше не смотрел. Всё время следил за ней, подкладывал еду, наливал суп — самой ей ничего делать не надо было. Так заботился!
— Ах, как завидую! Хоть бы мне такого брата…
— Нет брата — найди парня! Например, меня!
— Да ты совсем совесть потерял!
— Именно! Даже если нам и нужен парень, точно не ты!
…
Слушая, как они судачат за спиной у других, Тан Сян надула губы. Раньше она сама так же болтала? Почему теперь всё это кажется таким мерзким?
*
За столом Янь Цзинь взял руку Цэнь Мо и стал мягко перебирать её пальцы.
— Я уже договорился с владельцем ресторана. Пусть тебе здесь готовят специальные блюда. После занятий приходи сюда — я буду ждать.
— А тебе не слишком утомительно будет каждый день приезжать? — Цэнь Мо не хотела, чтобы он так уставал: ведь отсюда до их общежития не два шага. — Я сама смогу прийти.
Какая там усталость? Янь Цзинь ласково провёл рукой по её волосам:
— Сейчас у меня подведение итогов, должно быть потише. Я буду приходить к тебе на ужины, хорошо?
Он боялся, что после выкидыша она плохо восстановится и в будущем будут осложнения. Раз Цэнь Мо хочет учиться — он будет рядом. Через некоторое время обязательно сведёт её в больницу на полное обследование, чтобы убедиться: со здоровьем всё в порядке.
Раз он решил для неё что-то сделать, Цэнь Мо не стала отказываться, но и не хотела злоупотреблять:
— Приходи, когда будет время. Если не сможешь — просто заранее позвони владельцу, пусть передаст мне. Мне всё равно.
— Хорошо.
Они вышли из Цзюйшаньтаня, когда уже почти стемнело. Янь Цзинь, заботясь о её состоянии, сразу повёл её обратно в общежитие.
— С этими людьми лучше поменьше общаться, — внезапно сказал он по дороге.
— Да мы и не общаемся, — равнодушно ответила Цэнь Мо. — Но не волнуйся, они же студенты. Максимум — детские шалости.
Хотя она сама тоже студентка…
Янь Цзинь усмехнулся:
— Если в университете что-то случится — сразу звони мне.
— Знаю.
Они поднялись в комнату с вещами, но внутри никого не оказалось. Цэнь Мо догадалась: Тан Сян ушла с Цинь Чжэнфэном, Лю Инъэр, как обычно, исчезла неведомо куда, а Чжун Хуэйжу — беспокойная натура, наверняка где-то шатается.
Пока никого нет, Цэнь Мо потянула Янь Цзиня за руку и усадила его на кровать:
— Вот так гораздо свободнее.
Янь Цзинь приподнял её подбородок, и их носы легко соприкоснулись. Дыхание переплелось, и вскоре их губы нашли друг друга.
После нескольких поцелуев Янь Цзинь обхватил её талию и, приподняв, усадил на край стола, чтобы их губы слились ещё плотнее. Цэнь Мо невольно обвила ногами его поясницу.
— Ммм…
Через некоторое время из её уст вырвался тихий стон. Её алые губы блестели от влаги, а глаза, полные томления, смотрели на мужчину — так соблазнительно, что сердце замирало.
Если бы не железная воля и здравый смысл, напоминающий о последствиях, Янь Цзинь давно бы не сдержался. Он уже так долго терпел! Цэнь Мо постоянно испытывала его самообладание. Лучше бы совсем не трогала, чем давала пощупать, но не позволяла дальше… Это было мучительнее, чем полное воздержание.
*
Янь Цзинь нежно целовал её щёки, и его голос звучал соблазнительно:
— Может, переехать домой? Я буду отвозить тебя на занятия.
Раз уж у него появилось немного свободного времени, он хотел провести с ней несколько дней, хотя бы ночевать в одной постели.
Цэнь Мо понимала: с тех пор как они поженились, у неё то месячные, то выкидыш — она редко удовлетворяла его потребности. Но сейчас не время для капризов.
— Ты не устаёшь, а мне уже сил нет, — мягко толкнула она его в грудь.
Янь Цзинь не только не отстранился, но, наоборот, ещё крепче прижал её к себе, упираясь лбом в её лоб:
— А насчёт ребёнка… правда не стоит сообщать родителям?
— Не нужно специально упоминать. Всё равно уже прошло. Как-нибудь в другой раз скажем, чтобы не тревожить их понапрасну.
Цэнь Мо с наслаждением прижалась к его груди, но тут же отстранилась:
— Лучше уходи. Скоро вернутся остальные.
Янь Цзинь крепко обнял её за талию и, как наказание, прикусил мочку уха:
— Гонишь меня?
— Да.
Это хоть и её комната, но и общее пространство трёх других девушек. Если они увидят здесь мужчину, им будет неловко.
Янь Цзинь глубоко вдохнул. В женском общежитии ему и правда не место надолго. Он ещё раз поцеловал Цэнь Мо и неохотно погладил её по щеке:
— До завтра.
— До завтра.
Янь Цзинь ушёл, и вскоре вернулась Чжун Хуэйжу. Увидев Цэнь Мо, она бросилась к ней, сначала расспросив, чем болела и поправилась ли, а затем с воодушевлением принялась рассказывать о сборах. Только тогда Цэнь Мо узнала, что их группа заняла последнее место из-за Лю Инъэр, и преподаватель Го, похоже, получил выговор от руководства — теперь он совсем не такой весёлый, как раньше.
Что до Лю Инъэр — даже вызвав всеобщее недовольство, она продолжала поступать по-своему, не обращая внимания на чужое мнение. У неё просто было право игнорировать всех: она не боялась никого обидеть и не нуждалась в дружбе простых людей.
Цэнь Мо не особенно завидовала, но иногда думала: вот что значит родиться богатой — сразу на финишной прямой, а всё остальное — просто фон…
В остальном жизнь постепенно налаживалась. После инцидента на сборах и в Цзюйшаньтане Тан Сян стала гораздо вежливее с Цэнь Мо и перестала колкости. Ма Сяони всё ещё косо на неё смотрела, но учеба отнимала столько сил, а у Цэнь Мо не было никаких замечаний — так что Ма Сяони могла только злиться втихую.
Жизнь первокурсников была относительно простой: каждый день по одному и тому же маршруту, расписание занятий плотное. Кроме базовых предметов и факультативов, больше всего времени уходило на групповые репетиции. Актёрское мастерство требовало не только умения играть, но и самостоятельности: нужно было не только разбирать чужие сценарии, но и писать свои, а затем участвовать в групповых конкурсах.
http://bllate.org/book/11864/1058924
Готово:
