Гу Мин сидела в классе и, услышав школьное объявление по громкой связи, взглянула на часы — до конца занятий оставался ещё один урок.
Тан Хэпин после краткого представления сразу ушёл. Ученики десятого класса зашептались:
— Почему вдруг сменили классного руководителя?
— Не случилось ли чего с госпожой Хуан?
— Может, ушла в длительный отпуск? Неужели вышла замуж или родила? Но ведь у неё даже парня нет!
— А этот новый учитель такой симпатичный! — промурлыкала одна из девочек, явно радуясь переменам. По её виду было ясно: ей совсем не волнительно, где ночевать сегодня.
Гу Мин сообщила старосте, что будет жить дома, а затем, следуя инструкциям по радио, достала тетрадь, перечислила все утраченные вещи, приблизительно подсчитала сумму ущерба и передала список старосте.
Закончив это дело, она раскрыла учебник физики и погрузилась в повторение и решение задач. Время пролетело незаметно, и вскоре прозвенел звонок на окончание занятий.
Девочки начали собираться: кто-то отправлялся домой, остальные — на стадион, где школа организовывала временное размещение. Мальчикам же предстояло вечером сидеть на дополнительных занятиях, и они горестно стенали.
Многие тем временем бежали к обрушившемуся корпусу общежития — хотели понять, что же всё-таки произошло и почему рухнуло здание женского общежития. Ведь это же новостройка! Неужели использовали некачественные материалы?
Гу Мин направилась к месту, где раньше находилось общежитие. Когда она вернулась в класс, чёрный котёнок остался там — скорее всего, спрятался. Неизвестно, успел ли он вернуться к Чэнь Сюаньцзи.
Котёнок уже выздоровел, так что Гу Мин не особенно беспокоилась за него.
Она обошла всё вокруг, но котёнка нигде не было. Тогда она решила не искать дальше и отправилась к Чэнь Сюаньцзи. Тело Син Ху было защищено нефритовой подвеской — семь дней оно точно пролежит без изменений.
Гу Мин достала Бесписьменную Небесную Книгу и выпустила из неё души Чжан Цзиня и Син Ху. Затем рассказала Чэнь Сюаньцзи о происшествии в общежитии и добавила:
— У нас новый классный руководитель. Кстати, завтра экзамен, не забудь прийти.
Чэнь Сюаньцзи был потрясён:
— Как так — общежитие рухнуло?!
Гу Мин кратко объяснила ситуацию. Благодаря постоянному контакту с Чжан Цзинем и Син Ху восприятие Чэнь Сюаньцзи стало куда шире, но происшествие его лично не касалось — просто послушал да и ладно.
Когда Гу Мин закончила рассказ, он вдруг широко улыбнулся:
— Сегодня ты встретила старого друга!
С этими словами он поднёс чёрного котёнка к глазам и позволил тому лизнуть ему веки — теперь он мог видеть души Чжан Цзиня и Син Ху.
— Угадайте, кого я сегодня увидел! — радостно воскликнул он.
Чжан Цзинь и Син Ху лениво возлежали на диване и без энтузиазма отозвались:
— Кого?
Син Ху расстроился, как только вспомнил своё «тело», а Чжан Цзиню было ещё хуже — он вообще не мог видеть собственное тело. Им было не до болтовни.
Но Чэнь Сюаньцзи, весь в восторге, почти закричал:
— Я видел Вэй! Помните её? Та, с кем мы вместе росли? Её потом удочерила семья по фамилии Чэн — теперь её зовут Чэн Вэй!
Син Ху обрадовался:
— Она тоже в Хуаши?
И тут же принялся ворчать на Чэнь Сюаньцзи:
— Почему ты её не задержал?
Тот бросил на него презрительный взгляд:
— Задержать? Чтобы она смотрела на твоё окоченевшее тело?
Произнеся это, Чэнь Сюаньцзи вдруг вспомнил кое-что важное и схватил Гу Мин за руку:
— Подожди! Разве нефритовая подвеска, защищающая тело Син Ху, должна предотвращать разложение? А сегодня днём я чётко уловил запах трупного разложения! Неужели подвеска перестала работать?
Гу Мин взглянула на котёнка:
— Проверь сам.
Чёрный котёнок спрыгнул с плеча Чэнь Сюаньцзи и прыгнул на тело Син Ху. Он внимательно принюхался, потом поднял голову и заявил:
— Никакого запаха нет. Всё в порядке. Эта подвеска — настоящая ценность.
Чэнь Сюаньцзи почесал нос и пробормотал себе под нос:
— Тогда странно...
Ему и в голову не приходило связывать это с Чэн Вэй.
Котёнок посмотрел на него и, немного подумав, напомнил:
— Ты ничего не замечаешь?
Чэнь Сюаньцзи искренне удивился:
— Что ты имеешь в виду?
Котёнок посмотрел на него так, будто тот полный идиот:
— Я ведь не лизал тебе веки.
Чэнь Сюаньцзи замер.
— Да и вообще, — продолжил котёнок, — ты только что разговаривал с Чжан Цзинем и Син Ху, даже не попросив Гу Мин перевести. Вы общались напрямую.
Чэнь Сюаньцзи наконец осознал. Его первой реакцией было посмотреть под ноги — вдруг у него нет тени? Неужели он уже мёртв?!
Гу Мин этого не заметила, но теперь тоже сообразила. Она внимательно посмотрела на Чэнь Сюаньцзи, затем отошла в сторону, достала Бесписьменную Небесную Книгу и начала листать.
Имени Чэнь Сюаньцзи в ней не было.
Только тогда Гу Мин успокоилась.
Лицо Чэнь Сюаньцзи, и без того бледное, стало совсем белым. Он начал тревожно допытываться:
— Только не пугай меня! Неужели я одержим? Гадалка говорила, что с детства у меня сильная инь-ци... А теперь ещё это...
Он бросил взгляд на души Чжан Цзиня и Син Ху, потом на «тело» Син Ху, лежащее в гостиной. Чёрт возьми! Мёртвое тело и две души — конечно, инь-ци здесь хоть отбавляй!
У него мурашки побежали по коже.
Гу Мин посмотрела на его очки и предложила:
— Может, снимешь очки? Если плохо видишь вдаль, тебе и страшно не будет.
Котёнок добавил:
— Мне с вчерашнего дня казалось странным. У тебя действительно сильная инь-ци. В первый раз, когда я тебя увидел, за тобой следовали два водяных духа. Но стоило мне появиться — они сразу испугались и исчезли. То есть раньше ты их вообще не замечал. А теперь, всего за два дня, ты не только видишь духов, но и слышишь их. Прогресс впечатляющий! Видимо, у тебя настоящий талант к этому.
Чэнь Сюаньцзи совершенно не хотел такого «таланта»!
Особенно когда услышал, что раньше за ним водились два водяных духа. От этих слов у него волосы дыбом встали!
Котёнок перевёл взгляд на Гу Мин:
— Ты сильно истощила свою духовную силу, используя ту... Бесписьменную Небесную Книгу. Обязательно хорошо отдохни сегодня. Твоё Духовное Око почти пробудилось, но ему не хватает последнего толчка. Давай завтра сходим на антикварную улицу — поищем ещё одну такую нефритовую подвеску.
Он имел в виду именно ту подвеску, что защищала тело Син Ху. Большая часть её энергии уже была поглощена котёнком, а остатка явно не хватит для Гу Мин.
Гу Мин кивнула:
— Хорошо. Давай завтра. Я сдам экзамен пораньше, и у нас будет время съездить туда в обеденный перерыв.
Она действительно чувствовала усталость. После того как Бесписьменная Небесная Книга поглотила чёрную воронку, ей требовалось время на усвоение. Однако воронка вела себя беспокойно, и Книге приходилось тратить часть своей силы на её усмирение — всё это шло за счёт духовной энергии Гу Мин.
Она слишком недавно столкнулась со всем этим.
В этот момент зазвонил телефон Гу Мин. На экране высветилось имя матери. Она быстро ответила:
— Мам?
Голос матери прозвучал холодно:
— Где ты? Фэй сказала, что ваше общежитие рухнуло, и все вещи пропали. В школе объявили, что занятий не будет. Уже столько времени, где ты?
По тону матери Гу Мин сразу поняла: Гу Фэй снова втихомолку пожаловалась.
Гу Мин невозмутимо ответила:
— В дороге. Пробки. Сейчас приеду. Кстати, мам, до школы далеко, а завтра экзамен. Я помню, у Фэй есть маленькая вилла рядом со школой. Может, я поживу у неё? Как сдам экзамены, мы с ней сходим в управление недвижимости и оформим моё имя в документах.
— Понятно, — тон матери стал мягче. — У меня ведь есть ключ от виллы. Ладно, живи там.
Гу Мин добавила:
— Мне всё равно нужно заехать домой, собрать вещи. У Фэй одежда мне не подойдёт.
Мать кивнула:
— Хорошо. Возвращайся скорее. Кстати, раз ты в пробке, мы без тебя поужинаем.
«Без меня?»
Да, с тех пор как Гу Мин пошла в старшую школу, семья никогда не ждала её к ужину. Но если опаздывала Гу Фэй — время ужина всегда переносили.
Гу Мин горько усмехнулась, покачала головой и сказала Чэнь Сюаньцзи:
— Поздно уже, мне пора. Будь осторожен. Кстати, видел чёрные нити на Чжан Цзине и Син Ху? Если боишься — сними их. Они связывают духов.
Она сказала это между прочим, но Чэнь Сюаньцзи всерьёз подошёл к делу. Он аккуратно снял обе чёрные нити и намотал их себе на запястье, затем прижал к себе чёрного котёнка, включил все лампы в комнате и телевизор.
Стало очень светло.
Так ему было не так страшно!
Если бы не разница полов, он бы с радостью попросил Гу Мин остаться.
Гу Мин ушла. Через полчаса она прибыла в старый особняк семьи Гу. Отец, мать и Гу Фэй сидели в гостиной и весело болтали. Увидев Гу Мин, они на мгновение замолкли.
Отец кивнул ей:
— Пришла.
Гу Мин коротко ответила:
— Да.
Мать нахмурилась:
— Почему такая грязная? Что ты делала?
В этот момент живот Гу Мин громко заурчал.
Мать удивилась:
— Ты не ела? Почему не купила что-нибудь по дороге? Мы думали, ты поела, и не оставили тебе ужин.
Гу Фэй мило улыбнулась:
— Сестрёнка, почему не позвонила? Остатки мы отдали Дабаю — он так наелся!
Дабай — сэмойский пёс семьи Гу.
Фраза Гу Фэй была явной насмешкой: «Ты достойна только собачьей еды».
Обиды дневного происшествия она ещё не забыла!
Гу Мин невозмутимо ответила:
— Ничего страшного. Я пришла только за одеждой. Потом сразу уеду. Кстати, мам, завтра пробный экзамен, а до школы от нас далеко. Фэй, наверное, тоже не будет ночевать дома? Раз я всё равно собираюсь жить в её вилле, может, поедем вместе? Уже поздно, вдвоём безопаснее.
Мать, подумав о завтрашнем экзамене, согласилась:
— Хорошо. Быстро собирай вещи. Потом я пришлю водителя. И купите по дороге что-нибудь поесть.
Она взглянула на фигуру Гу Мин и добавила:
— Если хочешь похудеть, подожди хотя бы до окончания выпускного класса. Не повторяй прошлого — когда не ела ужин и чуть не упала в обморок. Красота важна, но здоровье важнее. Особенно в выпускном классе, когда нагрузка такая большая. Фэй, присмотри за сестрой, не дай ей глупостей наделать.
Гу Фэй сладко отозвалась:
— Хорошо, мамочка.
Гу Мин серьёзно сказала:
— Я знаю меру, не буду ничего делать. Мам, я пойду собирать вещи.
Она поднялась наверх. По привычке направилась в комнату, где жила в прошлой жизни — лучшую на втором этаже, с южной стороны, большим балконом и отличным освещением.
Но у двери внезапно остановилась. Вспомнила: теперь эта комната принадлежит Гу Фэй, а не ей.
Она обернулась и посмотрела вниз, в гостиную. Гу Фэй пристально следила за ней, и в её глазах почти переливалась злоба. Однако, заметив, что Гу Мин смотрит на неё, она тут же изобразила тёплую улыбку. Перед семьёй она всегда играла роль идеальной дочери.
Гу Мин повернула и пошла в свою нынешнюю комнату — самую дальнюю на втором этаже. Её выбрала прежняя Гу Мин, потому что она находилась дальше всего от комнаты Гу Фэй и была самой тихой.
За десять минут она собрала вещи, взяла небольшой чемоданчик и спустилась вниз.
Отец, мать и Гу Фэй сидели на диване, смеялись над чем-то в телефонах. Создавалось ощущение, что она чужая в этой «семье». Иронично: ведь именно она — родная дочь матери!
Мать удивилась:
— Так быстро?
Гу Мин ответила:
— Хочу вечером ещё немного позаниматься, не хочу терять время.
Мать с довольным видом кивнула:
— Наконец-то одумалась.
Потом обратилась к Гу Фэй:
— Ладно, Фэй, вставай, поезжай с сестрой. Почитайте ещё перед сном. И ложитесь пораньше, чтобы завтра быть в форме.
Гу Фэй грациозно встала и даже сделала вид, что хочет помочь:
— Сестрёнка, твой чемодан тяжёлый? Дай я понесу.
Перед родителями она всегда была такой заботливой и внимательной.
Гу Мин вежливо улыбнулась:
— Не надо. Ты же такая хрупкая. Я старшая, у меня сил больше. Я сама понесу.
http://bllate.org/book/11855/1058116
Готово:
