Холодный пот выступил на спине Ван Кэ. Он спросил:
— Что теперь делать?
— Что еще можно делать! — воскликнул Сяо Вэйци. — Надо искать путь назад, разумеется! Или будем сидеть здесь и ждать смерти?
— Вернемся обратно? — сказал Ван Кэ. — Но мы только что попытались, и ничего не вышло...
— Давайте пойдем налево, — предложила Мэн Мэн. — Эти американские горки вызывают у меня мурашки по коже.
И правда, здесь только что погибли люди. Лучше было держаться подальше от этого места.
Сяо Вэйци сказал:
— Я помню, что недалеко отсюда есть карусель. Может, подождем там до рассвета?
Этот вариант действительно казался разумным, да и карусель была куда приятнее, чем эти злополучные горки. Компания двинулась вперед, надеясь добраться до указанного места. Однако, пройдя некоторое расстояние, они заметили, что вокруг поднялся густой туман, сильно ограничивающий видимость.
Мэн Мэн, шагавшая среди остальных, внезапно остановилась и дрожащим голосом произнесла:
— Кажется, мы идем не туда... Почему рельсы горок теперь у нас над головой?
Все в недоумении подняли глаза и действительно увидели над собой участок рельсов американских горок. Это место обычно служило для фотографий, а чуть дальше начиналась зона посадки. Очевидно, они снова заблудились и оказались еще ближе к горкам.
— У-у-у... — Самая младшая в компании Цзян Жоужоу, не выдержав жуткой атмосферы, разрыдалась. Ее парень Фань Цзыжун тихо успокаивал ее, говоря, что все будет хорошо и максимум, что с ними случилось — это наткнулись на призрачную стену*. Но эти слова только усилили ее рыдания.
П.п.: Китайский фольклорный термин, обозначающий ситуацию, когда человек или группа людей ходят по кругу, не находя выхода, будто окруженные невидимой стеной. Часто ассоциируется с воздействием потусторонних сил.
— Перестань плакать! Слышите, в динамиках что-то звучит! — вдруг крикнул Ван Кэ.
— Что? Ван Кэ, не пугай нас. — Мэн Мэн прижала руку к груди.
— Я не пугаю! Я правда слышу... — Ван Кэ широко раскрыл глаза. — Звук идет оттуда...
Он не успел договорить, как раздался гул ветра, и огромная тень с человеческими криками промчалась у них над головами.
С резким свистом тень пронеслась по рельсам и исчезла из виду. Все поняли — это были американские горки.
— Как горки могут работать?! — Кто-то закричал, почти срываясь. — Разве их не остановили? Что это? Почему на них кто-то кричит?!
Никто не мог ответить. Эти едва повзрослевшие подростки застыли на месте, словно окаменев.
Сяо Вэйци сглотнул, его голос стал хриплым:
— Если думать о хорошем... Может, в парке есть работники?
Ван Кэ бросил на него взгляд, но промолчал. Все отлично понимали, какие сейчас могли быть работники? В этом пустынном парке были только они семеро... и что-то еще, неизвестное.
— Слышите, динамик включился? — Нервы Мэн Мэн уже не выдерживали, но испытания не закончились.
Неподалеку от них громкоговоритель парка внезапно издал резкий звук. Обычно из него лились веселые мелодии, но теперь звук исказился, и, если прислушаться, казалось, что детский голос поет странную, жутковатую песенку.
Ван Кэ насторожил уши, но так и не разобрал слов. Зато Мэн Мэн услышала, и ее лицо окончательно побелело.
— Что? — спросил Ван Кэ.
— Вы не поняли? — спросила Мэн Мэн. — Она поет «Брось платок».
— А? — Ван Кэ опешил.
— Брось платочек... Положи его другу за спину, только незаметно~ Скорей, скорей поймай его~ Скорей, скорей поймай его~ — Мэн Мэн тихо напевала детскую считалочку, а на ее лице появилась странная гримаса, будто она вот-то заплачет или засмеется. — Сколько нас было, когда мы вошли?
— Семеро, семеро, — хрипло ответил Сяо Вэйци.
— Тогда посчитай, сколько нас сейчас, — сказала Мэн Мэн.
— Раз, два, три, четыре, пять, шесть, семь... восемь? — Сяо Вэйци указал на каждого, и когда из его рта вырвалось «восемь», все окончательно сломались.
— Как может быть восемь? — растерянно пробормотал Сяо Вэйци.
— Да, откуда восьмой? — спросила Мэн Мэн. — Но я всех знаю, всех помню... Как мог появиться лишний?
Никто не ответил. В испуганных глазах окружающих проскользнуло сомнение.
— Ха-ха, — засмеялся Ван Кэ, и в его смехе звучала безысходность. — Это розыгрыш… Должно быть, кто-то решил над нами пошутить…
Еще одни американские горки с ревом пронеслись у них над головами. Из динамиков раздался пронзительный детский смех, а затем прозвучали слова, которые Сяо Вэйци не забудет до конца своих дней:
— Игра началась.
* * *
Линь Банься спокойно проработал полмесяца. За это время нагрузка была небольшой, всего два-три выезда на место происшествия, а в остальные дни он в основном бездельничал в офисе. За это время он окончательно привык к сяо Ку. Тот совсем не походил на жуткий скелет, а скорее напоминал послушного питомца. Он не шалил, был очень ласковым и даже мог размять плечи или помассировать ноги, когда Линь Банься уставал на работе.
Как-то раз Линь Банься зашел к Цзи Лэшую и увидел, что тот вовсю эксплуатировал сяо Ку, устроившись на диване. Поскольку он жил по соседству, Цзи Лэшуй поставил в дом Сун Цинло телевизор. Установка прошла без проблем, если не считать того, что монтажник несколько раз переспросил, действительно ли Цзи Лэшуй еще жив, прежде чем, вытирая пот со лба, зашел внутрь.
По телевизору шла «Свинка Пеппа». В последнее время сяо Ку был от нее без ума. Пока телевизор работал, он мог спокойно сидеть на диване целый день, не шелохнувшись.
— Будем есть горячий горшок? — спросил Линь Банься у друга.
— Конечно! Ты готовишь? — ответил Цзи Лэшуй. — Только можно у босса поедим? Я все еще побаиваюсь ходить к тебе…
Хотя он уже не так боялся, но неприятные воспоминания давали о себе знать, поэтому он робко попросил остаться.
— Да без проблем. — Линь Банься было все равно, где есть.
Так что вечером втроем они весело принялись за горячий горшок. Все продукты Линь Банься купил в супермаркете. С тех пор, как он стал жить с Сун Цинло, уровень его жизни резко вырос. Он прикупил большую бутылку «напитка счастливых задротов» и даже свежие морепродукты. Цзи Лэшуй всерьез заподозрил, что Линь Банься выиграл в лотерею и просто не сказал ему.
Основу Сун Цинло приготовил сам, на крепком костном бульоне. Пока он варился, Линь Банься держал сяо Ку на руках, и тот наблюдал за процессом. Скелетик взглянул на кипящие в кастрюле кости, потом на свои тоненькие костяные ручки, отвернулся и больше не смотрел.
Линь Банься рассмеялся:
— Ничего, ты еще маленький. Подрастешь, тогда и будем варить из тебя бульон.
Сяо Ку промычал. Неясно, что он имел в виду, возможно, жаловался, что Линь Банься его пугает.
Бульон получился отменным, а продукты — освежающими. Линь Банься только что отправил в рот кусочек нежной говядины, как вдруг раздался стук в дверь. Цзи Лэшуй открыл и увидел Ли Су.
— Ужинаете? — Ли Су с улыбкой вошел внутрь и понюхал воздух. — Сун Цинло готовил?
Сун Цинло спросил:
— Есть дело?
— А просто так нельзя зайти? — Ли Су прошел в комнату, заметил сяо Ку, сидевшего на диване перед «Свинкой Пеппой», и на мгновение в его глазах мелькнуло удивление. Но он быстро взял себя в руки и снова заулыбался. — Зашел проведать Банься.
Линь Банься предложил:
— Ты уже ужинал? Добавить тебе приборы?
— С удовольствием. — Ли Су без лишних слов сел за стол и взял палочки.
— Зачем пришел? — Сун Цинло поднял глаза и холодно посмотрел на него.
Ли Су знал его характер и не обиделся. Он лишь усмехнулся, съел несколько кусочков мяса, удовлетворенно вздохнул и достал из кармана газету, положив ее на стол.
Линь Банься взял ее и увидел, что это был утренний выпуск. Пробежав глазами, он не нашел ничего необычного:
— В чем дело?
Сун Цинло сказал:
— Посмотри в конце.
Линь Банься перевернул страницу и в самом низу заметил несколько объявлений о пропавших. Бегло пробежав глазами, он увидел, что разыскивали семерых подростков из одной школы, исчезнувших в один день.
— Дети пропали? — удивился Линь Банься. — Камеры проверили?
— Конечно, проверили. — Ли Су попытался подцепить рыбную фрикадельку, но палочки никак не слушались. Он так увлекся, что почти уткнулся лицом в тарелку, пока Сун Цинло не шлепнул его по затылку.
Ли Су не обратил внимания и продолжил борьбу с фрикаделькой.
— Они исчезли в мертвой зоне камер. Известно только примерное направление, куда они пошли, но где именно отследить не смогли.
Наконец завладев добычей, Ли Су отправил ее в рот и удовлетворенно улыбнулся.
Линь Банься поспешно воскликнул:
— Погоди!..
Ли Су невнятно пробормотал: «Чего ждать?» и резко сжал зубы, раскусывая шарик. Тут же он понял, что внутри была обжигающе горячая сырная начинка. Его глаза моментально наполнились слезами, и он уже собирался выплюнуть кусок, как вдруг Сун Цинло ледяным тоном произнес:
— Если выплюнешь, засуну эту миску тебе в глотку.
Ли Су: «...»
Пришлось со слезами глотать. Дрожащим голосом он продолжил:
— В итоге, по некоторым намекам, предположили, что они, возможно, отправились в ближайший парк «Рай Цзяюэ».
Сун Цинло фыркнул, отхлебнул «счастливой газировки» с видом, будто это был 80-градусный самогон.
— «Рай Цзяюэ»? — Линь Банься тут же вспомнил: — Ты про тот парк развлечений, где в прошлом месяце произошла авария на американских горках?
— А, ты знаешь, — сказал Ли Су. — Да, именно тот.
Он языком потрогал обожженное место и продолжил накладывать еду.
— Похоже, эти дети пробрались внутрь.
— С парком что-то не так? — спросил Линь Банься. — Ты это имеешь в виду?
— Скорее всего, — ответил Ли Су. — Поэтому поступило задание. Вам с Сун Цинло нужно отправиться туда на проверку. Желательно ночью, так как дети исчезли ночью.
Под убийственным взглядом Сун Цинло он наконец отложил палочки:
— Вам также выделят нескольких новичков-регистраторов с высокой чувствительностью.
— Не надо, — вдруг резко отказался Сун Цинло.
— Эй, а почему не надо? — возразил Ли Су. — Вы же оба как пни. Даже если аномальный объект окажется прямо перед носом, вы его не заметите...
— Не нужны новички. — Сун Цинло явно не любил возиться с новобранцами.
— Это решение сверху, я тут бессилен, — сказал Ли Су. — Я знаю, о чем ты думаешь. Но иногда ничего не поделаешь. К тому же, если ты их не возьмешь, они отправятся в другое место, возможно, еще более опасное. По крайней мере, под твоим присмотром у них есть шанс.
Сун Цинло промолчал, снова поднял бутылку с газировкой и осушил ее залпом. Линь Банься молча подлил ему еще, размышляя, что даже «счастливую воду» босс пил с видом, будто это были три чашки* вина перед битвой.
П.п.: Отсылка к классическому китайскому роману «Речные заводи», где герой У Сун выпивает три чашки вина перед дракой, демонстрируя свою силу и бесстрашие.
Ли Су не стал давить, лишь предложил Сун Цинло хорошенько подумать. Линь Банься слушал, смутно понимая, из-за чего возник спор. Цзи Лэшуй и вовсе ничего не понял, с подозрением посмотрел на Ли Су и задумался, не являются ли эти странные термины кодовыми словами какой-нибудь финансовой пирамиды...
Закончив трапезу, Ли Су поднялся, чтобы уйти. Перед этим он потрогал круглый череп сяо Ку и сказал:
— Малыш, если долго смотреть телевизор, можно испортить зрение.
Сяо Ку хмыкнул, то ли в смысле «у меня нет глаз, какой там может быть зрение», то ли просто покорно согласился.
После ухода незваного гостя Цзи Лэшуй взялся за мытье посуды. Пока он возился у раковины, Линь Банься расспросил Сун Цинло о регистраторах.
— Чем выше чувствительность, тем легче разум подвергается загрязнению. Это и хорошо, и плохо, — спокойно объяснил Сун Цинло. — Представь источник вируса. При контакте люди со слабым иммунитетом быстрее заразятся, но и быстрее найдут его. Новички-регистраторы, как новорожденные без иммунитета. Они крайне уязвимы.
Линь Банься понял:
— Разве это не опасно?
— Поэтому мне это не нравится. Все зависит от обстоятельств. Если данные ясны, таких регистраторов обычно не отправляют. Но если ситуация неопределенная... тут уж как получится.
Линь Банься кивнул, теперь ему было понятно.
Цзи Лэшуй, закончив с посудой, высунул голову:
— Что за секретные переговоры? Линь Банься, ты что, втянулся в какую-то подозрительную пирамиду?
Линь Банься ответил:
— Не выдумывай. Я поддерживаю мир во всем мире.
— За поддержание мира еще и платят?
— Даже супергероям нужно есть горячий горшок, — ответил Линь Банься.
Цзи Лэшуй задумался и протянул руку:
— Тогда можно и мне? Я тоже хочу получать зарплату за спасение мира.
Линь Банься покачал головой:
— Нет, кричащая курица не может быть супергероем.
Цзи Лэшуй тут же возмутился. Что не так с кричащими курицами? У них тоже есть достоинство. Как можно так дискриминировать? Ведь курицы такие милые, как можно их отвергать?
— Подозреваю, что ты намекаешь на что-то неприличное, но доказательств нет.
— Хе-хе-хе.
http://bllate.org/book/11830/1055359
