Елена лениво зевнула, увидела сидящего у костра Сергея с землистым лицом, моргнула и со смехом сказала:
— Добрый вечер, Сергей.
— Добрый вечер, — прозвучал его собственный голос, какой-то нечеткий, не такой звонкий, как обычно. Он изо всех сил старался вести себя как всегда, но мышцы лица не слушались и оставались скованными. — Как спалось?
— Неплохо, — ответила девушка. — Теперь твоя очередь.
— Ты... тебя ничего не беспокоит? — тихо спросил Сергей.
— Беспокоит? Нет. — Елена и не думала, что с ней что-то не так. Она приподнялась с рюкзака. — У меня все хорошо, спи давай.
Сергей неохотно пробормотал:
— Ладно.
Но разве мог он уснуть, даже если говорил так? Лежа на земле и прикрыв глаза, он украдкой наблюдал за Еленой, начавшей ночную вахту. Та посидела у костра, потом повернулась к нему спиной, и после шороха, словно от раскрываемого рюкзака, Сергей снова услышал тот самый звук, разбудивший его прошлой ночью.
Теперь он был совершенно уверен. Это было по-настоящему жуткое чавканье, будто кто-то жевал сырое мясо, временами даже срывая куски. Вспомнив увиденный днем блокнот, Сергея пробрала дрожь. Он уставился на девушку, словно на чудовище, исказившее человеческий облик, не смея ни на секунду ослабить бдительность.
Елена ела всю ночь до самого рассвета. Сергею хотелось вскочить и потребовать ответа, что она такое, но сомнения и страх удерживали его. А вдруг это не Елена? Если он сорвет маску, не обернется ли это чем-то еще более ужасным?
Да и понять он не мог: то ли Елену заразили, то ли ее с самого начала подменили.
Под этот душераздирающий хруст Сергей наконец дождался утра. Он поклялся, что никогда еще так не ждал рассвета.
Елена собрала рюкзак и снова стала обычной бодрой спутницей, шагающей за ним. На этот раз Сергей намеренно держался от нее подальше, но та, казалось, ничего не замечала и шла следом, не видя разницы в его отношении.
Так они провели три невыносимых дня. Когда лишенный сна Сергей был уже на грани, его ждало новое потрясение... Он заметил, что у Елены вырос живот.
Всего за несколько ночей ее прежде плоский живот раздулся, как шар. Она привычно поглаживала его, а на лице светилась теплая, материнская улыбка.
— Елена, ты в порядке? — Сергей и сам не помнил, сколько раз уже задавал этот вопрос. Он снова и снова спрашивал, будто пытался не столько получить ответ, сколько обмануть самого себя.
Но ее ответ не изменился:
— Все хорошо, Сергей. Не переживай.
— Но твой живот... он стал очень большим...
— Я же говорила, что беременна, — рассмеялась Елена. — Разве не нормально, что у беременных растет живот?
Она потрогала его, и ее тон был настолько естественным, будто это Сергей задавал странные вопросы.
«Как это может быть нормально?» — оцепенев, подумал он. — «Или, может, в этом ненормальном мире ненормальна как раз она... а я и вовсе сошел с ума?»
Едва мелькнув, эта мысль была подавлена. Он понимал, насколько это было опасно. Стоило поддаться, и он мог стать следующей Еленой.
По карте до реки оставалось недалеко, но с таким медленным темпом он не мог сказать, сколько еще идти. И что, если с Еленой произойдут новые перемены?
Несколько ночей без сна быстро подорвали его силы, но он держался, даже причиняя себе боль, чтобы не отключиться. Единственное облегчение приносило то, что кроме растущего живота, с Еленой ничего не происходило.
Всего за несколько дней ее живот стал будто на восьмом месяце. Худые руки и ноги с этим огромным пузом выглядели жутко неестественно. Сергей видел когда-то умерших от голода. Их животы тоже были раздуты, говорят, из-за земли, которую они ели.
Елена все больше походила на них.
В очередную тихую ночь Сергей, измученный усталостью, ненадолго провалился в сон и резко проснулся. Оглядевшись, он с ужасом обнаружил, что Елена, которая должна была сидеть у костра, отсутствовала.
— Елена? Елена?! — Хотя он уже не считал ее нормальной, он все же позвал. Ее огромный розовый рюкзак остался на месте.
Взгляд Сергея задержался на нем.
Обычно Елена ни за что не позволяла ему прикасаться к рюкзаку, но сейчас ее не было. Лучшего момента не подобрать. Рюкзак манил, как ящик Пандоры, испытывая его и без того расшатанные нервы.
Он облизнул губы, не выдержал, подошел и медленно потянул за молнию...
Скрипнув, она расстегнулась, открыв темную щель.
Запахло кровью. Сергей, плохо видя, раздвинул рюкзак шире, пытаясь разглядеть содержимое.
При мерцающем свете костра он наконец достиг своей цели и увидел, что лежит внутри. В тот миг, когда содержимое стало ясно, Сергей невольно отпрянул, и его тут же вырвало. Слезы хлынули из глаз, и он не мог сдержать физиологическую реакцию.
Там лежал труп. Неизвестно, сколько времени прошло с момента смерти, но кости уже обнажились из-за обглоданной плоти. Однако не это заставило Сергея блевать. Лицо тела осталось нетронутым, и это лицо принадлежало Елене, которая днем шла рядом с ним.
— Буэ-э... буэ-э... — Сергей подкосился и опустился на колени, будто пытаясь вывернуть желудок наизнанку. Он не мог осмыслить, почему Елена оказалась в рюкзаке. Вся логика рухнула, а психика сдала настолько, что, когда он, шатаясь, поднялся, окружающий мир исказился перед глазами.
Не в силах смотреть на рюкзак, Сергей развернулся и, спотыкаясь, побрел в темный лес. Он не знал, куда идет, лишь бы подальше от этого места, от ужасного розового рюкзака.
В полубессознательном состоянии он нырнул в чащу, а когда пришел в себя, костер уже остался далеко позади. Тошнота не проходила, но рвать было нечем. Слезы текли по его щекам, а в тихих всхлипах слышался не только страх, но и горе.
Сомнений не оставалось, Елена была мертва. Все эти дни с ним шло нечто иное. Почему чудовище ело ее тело, но не тронуло его? Сергей, прислонившись к дереву, из последних сил пытался думать. Он молча вытирал слезы, но рыдания не прекращались.
Неизвестно, сколько времени понадобилось, чтобы хоть немного прийти в себя. Сергей хотел вернуться к костру, но на обратном пути услышал плач и крики Елены. Он замер, глядя в сторону звука. Там, во тьме, ничего не было видно.
Это плакала Елена? Почему? Разве она не мертва? Сергей растерялся. Лучшим выбором было бы тихо вернуться к костру и сделать вид, что ничего не случилось. Но чувство вины за смерть Елены заставило его двинуться на плач.
Звуки становились громче. В тусклом лунном свете Сергей наконец увидел источник: беременная женщина лежала на земле, рыдая в отчаянии и держась за живот, будто ребенок вот-вот должен был родиться.
— Малыш, мой малыш... — Голос Елены звучал жалобно и безнадежно. Сергей не видел ее лица, но знал, что оно должно быть залито слезами.
— Мой малыш, мы обязательно выберемся. Обязательно... — Ее крик превратился в вопль, словно чудовище, заточенное в человеческой оболочке, вырывалось наружу. — Но я так голодна, голодна, голодна... Хочу есть, хочу есть!..
Голос становился все более неестественным, переходя в рев, от которого у Сергея похолодело внутри.
Но самое страшное только начиналось. Сквозь плач он услышал звук рвущейся ткани и мгновенно понял, что это.
Живот Елены разорвался изнутри. Сначала показались кисти, затем локти, потом туловище... Из живота вылезла голова с длинными волосами. Она извивалась, будто рождаясь, и с трудом вытащила себя наружу. Это была женщина с лицом Елены, с ее выражением. В момент ее «рождения» беременная Елена замолчала, словно умерла.
А новорожденная радостно засмеялась. На ней сразу же была точно такая же одежда... Нет, она и была Еленой. Уставившись на бездыханное тело, свою копию, она восторженно прошептала:
— Как хорошо, есть еда! Как хорошо, есть еда!..
Она нежно погладила свой живот и ласково добавила:
— Дорогой малыш, мы не умрем. Все будет хорошо. Я рожу тебя, у нас теперь много-много еды...
Сергей, наблюдавший за этим, окаменел. Сколько бы он ни пытался, он не мог пошевелиться.
Прошло неведомо сколько времени, прежде чем Елена, пожиравшая собственное тело, наконец насытилась. С довольным видом она принялась за следующее действие. Сергей, не смея ни звука издать, смотрел, как она поднимает изуродованный труп и тащит его к костру. Тело должно быть тяжелым, но она двигалась легко, с блаженной улыбкой волоча его за собой.
Конечно, Елена заметила, что Сергея нет на месте, но не придала этому значения. Она расстегнула розовый рюкзак и, изогнувшись немыслимым образом, впихнула туда труп. При свете пламени ее лицо было отчетливо видно, довольное и умиротворенное. Эта улыбка, контрастирующая с происходящим, выглядела чудовищно.
Елена подбросила в костер дров, чтобы пламя разгорелось сильнее. Ее удовлетворение не исчезало. Но вся эта жуть наконец завершилась.
Сергей грубо провел рукой по лицу, заставляя себя сохранять ясность мысли. Но его била дрожь, а ноги подкашивались при ходьбе.
Ночь вернула спокойствие. Елена снова стала той милой девушкой, не жаловалась на голод, а живот не выпирал, будто ничего и не было.
Но Сергей больше не мог обманывать себя.
Он вышел из кустов, взял ружье и взвел курок.
— Сергей? — Елена увидела его, но ее улыбка даже не дрогнула.
Сергей тихо позвал ее по имени:
— Елена.
— В чем дело? — Она склонила голову, сохраняя невинное выражение. — Почему ты так смотришь?
— Нет, ты не Елена, что ты за существо? — Сергей поднял ружье и закричал как безумный. — Говори! Что ты за тварь?!
— Я — Елена. — Девушка встала, испуганно глядя на Сергея.
Ее испуганное выражение лица было настолько естественным, что никто не усомнился бы в ее человечности. Если бы Сергей не видел все своими глазами, он бы тоже не поверил.
— Ты не Елена, — деревянно произнес он. — Елена... уже мертва.
Как только он произнес эти слова, раздался оглушительный выстрел. Елена с выражением недоверия посмотрела на свою грудь, где зияла огромная дыра. Но крови не было, лишь черная жидкость, издавая пронзительный визг, хлынула из ее тела. Ее плоть начала таять, словно свеча, и в мгновение ока превратилась в черную жижу, впитавшуюся в землю под ногами Сергея.
От момента выстрела до исчезновения выражение лица Елены постепенно становилось спокойным. В ее глазах появилась печаль. Сергей ожидал, что она что-то скажет, но до самого исчезновения она не произнесла ни слова.
Руки Сергея ослабли, и ружье упало на землю. Он опустился на колени и зарыдал, словно ребенок, будто хотел выплакать все слезы, что у него были.
Когда он наконец перестал плакать, уже рассвело. Костер погас, и казалось, что все, произошедшее прошлой ночью, было лишь страшным сном.
Сергей поднялся с земли и снова расстегнул молнию розового рюкзака. Внутри он увидел тело Елены.
Тело с безмятежным выражением лица. Сергей протер глаза и, используя ружье как лопату, выкопал небольшую могилу в рыхлой земле. Затем он аккуратно похоронил Елену и сделал отметку. Ему предстояло идти дальше, и, возможно, он скоро погибнет от какой-нибудь жуткой причины. Но если у него будет шанс вернуться сюда, он обязательно заберет Елену с собой, даже если от нее останутся лишь кости.
Закончив, Сергей снова отправился в путь. К вечеру он услышал журчание воды, которое немного успокоило его почти сломленный разум. Он побежал, развив максимальную в своей жизни скорость, и вскоре оказался у реки.
Увидев чистую воду, Сергей сдавленно всхлипнул. Не раздумывая, он зачерпнул ладонями воду и принялся яростно умывать свое онемевшее лицо.
Он глубоко выдохнул и, почти без сил, опустился на берег, безучастно глядя на бегущий поток. Внутри него наконец воцарился покой, которого не было уже очень давно.
Этой ночью Сергей решил остаться у реки.
Выбрав место для лагеря, он отправился за хворостом. Но не успел он далеко уйти, как вдалеке, у берега, заметил яркий огонь — признаки человеческого присутствия. Раньше он бы, наверное, радостно бросился туда, но после случившегося с Еленой он не решился подойти сразу и стал осторожно наблюдать.
Яркий огонь оказался только что разведенным костром. Возле него ходили двое людей. Сергей разглядел, что это были азиаты: один из их группы, а второй — незнакомец. Они сидели у костра и, судя по всему, что-то ели. Аромат был насыщенным, похоже, это было мясо. При одной мысли о мясе Сергей почувствовал тошноту.
Линь Банься действительно ел мясо, но самое обычное, только что пойманное в реке. Он и Ли Су уже три дня ждали у реки других участников группы, но так никого и не дождались. От нечего делать они наловили рыбы, чтобы разнообразить рацион.
Рыбу ловил Линь Банься. Он вырос у воды, хорошо плавал и с детства любил рыбачить. Единственное, что его беспокоило — можно ли здесь есть рыбу.
— Должно быть, можно, — рассуждал Ли Су. — У нас почти не осталось провизии. Нужно искать другие источники еды, иначе умрем с голоду. Лучше уж сойти с ума, чем так жалко погибнуть.
Линь Банься согласился. Возможно, из-за голодного детства он ненавидел чувство пустого желудка. Они обсудили это, и вскоре он уже лез в воду, быстро выловив несколько жирных рыб.
Ли Су вызвался приготовить их и, к удивлению, достал из рюкзака приправы. Обработав рыбу, он нанизал ее на палочки и принялся жарить, пока та не покрылась аппетитной корочкой.
Линь Банься, высушивая у костра одежду, удивленно спросил:
— Ты еще и приправы с собой носишь?
Хотя он и шутил, что отправился в путешествие, он не думал, что кто-то действительно так расслабится.
— Опыт, — вздохнул Ли Су.
С наступлением темноты он снял маску и очки. Отблески огня падали на его неестественно бледную кожу, делая ее почти сияющей. Он улыбнулся:
— Места здесь дикие. Неизвестно, на сколько хватит провизии. Если закончится, придется есть что-то другое. Даже если копать коренья, с солью будет вкуснее.
Линь Банься подумал, что в этом есть смысл.
— Вот эту большую — тебе, — сказал Ли Су. — Я мало ем, мне хватит этой.
Линь Банься хотел было вежливо отказаться, но вдруг, разглядев узор на чешуе рыбы, почувствовал сильную тошноту. Он прикрыл рот и бросился в лес, где его начало неистово рвать.
— Эй! Линь Банься! Ты в порядке? — испугался Ли Су. — Что случилось? Тебе плохо?
Линь Банься немного пришел в себя и ответил:
— Вид рыбы... меня от него тошнит...
— А? Тошнит?
Ли Су посмотрел на свою жареную рыбу. Та была как раз готова, с золотистой корочкой, посыпанная солью и специями, распространяя аппетитный аромат. По сравнению с тем, что они ели последние дни, это было настоящим пиршеством. Он не понимал, что тут могло вызвать отвращение.
Линь Банься, опираясь на дерево, с трудом произнес:
— Нет... я вспомнил, как в прошлом месяце в деревне видел в воде аллигаторовую щуку...
Он снова подавился:
— И гнилое мясо под ним…
Ли Су молчал довольно долго, его лицо выражало сложные эмоции. Наконец он подошел и протянул Линь Банься бутылку воды, жестом предложив прополоскать рот:
— Ты действительно создан для этой работы.
Линь Банься вырвал со слезами на глазах, шмыгнул носом и сказал:
— Ты можешь сам съесть всю рыбу, я несколько дней не хочу даже видеть ее.
— Ладно, ладно, но это ты сам отказался, так что не жалуйся Сун Цинло, что я тебя обижал.
Линь Банься ответил, что не будет.
В итоге получилось так, что Ли Су с удовольствием уплетал жареную рыбу, а Линь Банься рядом мучительно жевал печенье.
Они мирно ужинали, когда Ли Су вдруг замер и резко обернулся к лесу за спиной.
— Что такое? — Линь Банься сразу насторожился, увидев его выражение лица.
— Кажется, в лесу кто-то есть, — сказал Ли Су.
Линь Банься опешил и уже собирался встать, но Ли Су остановил его, тихо прошептав:
— Не двигайся. Посмотрим, что он будет делать.
Он достал из кармана пистолет и бесшумно передернул затвор.
Прошло несколько напряженных минут, прежде чем из леса донеслись шорохи шагов. Линь Банься обернулся и увидел знакомое лицо, одного из потерявшихся русских по имени Сергей.
— Знакомый? — Ли Су взглянул на Линь Банься.
— Знакомый, — честно ответил молодой человек, — но не уверен, что настоящий.
— Вы не близко знакомы? — спросил Ли Су.
— Нет, — сказал Линь Банься, — даже не разговаривали толком.
— Судя по его виду, похож на настоящего, — пробормотал Ли Су, словно взвешивая что-то, затем встал и крикнул что-то по-русски.
Линь Банься переживал, что они не смогут объясниться, но не ожидал, что Ли Су знает русский.
Сергей шел вперед, уже приняв решение. Он понимал, что в одиночку отсюда не выбраться. Лучший вариант — найти наблюдателя, чтобы гарантировать свою безопасность. Поэтому, тщательно все обдумав, он все же направился к костру, крепко сжимая ружье и мысленно решив, что при первой же опасности сразу откроет огонь.
Неожиданно человек рядом с Линем заговорил по-русски, спросив, не потерявшийся ли он.
— Да, я отстал, — ответил Сергей, взглянув на Линь Банься. Молодой человек выглядел совершенно растерянным, явно не понимая ни слова. Это вызвало у Сергея тревогу.
— Можешь звать меня Ли, — сказал Ли Су. — Стой на месте, мне нужно подтвердить твою личность.
Сергей замер.
— Откуда ты идешь? Что встретил по пути? — спросил Ли Су. — Ты знаешь, как его зовут?
Сергей ответил на все вопросы, но умолчал о жутких событиях с Еленой. Возможно, подсознание, защищая его рассудок, намеренно размыло эти воспоминания. Он лишь упомянул, что встретил кого-то, выглядевшего как его бывший напарник, и после убийства тот превратился в черную жижу.
Ли Су задумался:
— Мы собираемся перейти реку. Ты пойдешь с нами?
Сергей горько усмехнулся:
— Я не смогу вернуться один... Даже через болото не пройти в одиночку.
— Верно, — сказал Ли Су, откусывая рыбу и неспешно пережевывая. — Можешь идти с нами, но сначала отдай ружье.
Сергей заколебался, это ружье было его единственным средством защиты, и отдавать его малознакомым людям... очень рискованно.
Ли Су не торопил, спокойно ожидая.
Наконец Сергей принял решение. Он глубоко вздохнул и швырнул ружье в сторону Ли Су. Тот кивнул Линь Банься, и молодой человек подобрал оружие.
— Ладно, ты прошел. Иди, поешь, — сказал Ли Су. — И дай мне свой блокнот.
Сергей с горькой усмешкой согласился.
Ли Су протянул ему рыбу и взял черный блокнот. Сергей машинально жевал теплое мясо, чувствуя, как его вкус наполняет рот. Такая вкусная еда должна была приносить радость, но он не мог даже улыбнуться.
Записи в блокноте были на русском. Ли Су быстро просмотрел их, а затем похлопал Сергея по плечу:
— Ты прошел через ад.
Сергей молча продолжал есть.
Ли Су перевел содержание записей на китайский, сказав, что, скорее всего, этот человек настоящий, и пока в его истории не было явных нестыковок. Затем он кратко пересказал историю Елены. Хотя Сергей не хотел говорить об этом, он все же подробно описал все в блокноте.
Выслушав, Линь Банься тоже проникся сочувствием к несчастному русскому.
Закончив есть, Сергей выслушал план на завтра: перейти реку и двигаться к центру равнины.
Он не стал задавать вопросов и просто кивнул.
Таким образом, группа снова увеличилась, но уже до трех человек. Ли Су велел Сергею как следует отдохнуть, а сам с Линь Банься остался дежурить.
После ужина Сергей, казалось, полностью расслабился, нашел ровное место и сразу уснул. Видимо, он не спал очень давно.
Линь Банься заступил на дежурство под утро, когда ночное небо было прекраснее всего.
Он видел такие ночи много раз, но их красота по-прежнему трогала его. Такого не увидеть в городе, залитом световым загрязнением. Треск костра неожиданно подарил ему невиданное прежде спокойствие.
Так они провели мирную ночь и встретили рассвет.
Автору есть что сказать:
Ли Су: Есть что-то, что трогает тебя больше, чем золото?
Линь Банься: Конечно! Сун Цинло в золоте!
Сун Цинло: «…»
Ли Су: Пф-ф-ф.
http://bllate.org/book/11830/1055333
