Там стояли две девочки, изо всех сил занятые делом и уже вспотевшие. Одна из них сказала:
— Приём ведётся по одному! Всем по очереди!
Другая добавила:
— Мы принимаем не больше ста человек…
Она не успела договорить, как очередь, только что начавшая приходить в порядок, снова взорвалась хаосом. Все наперебой протягивали свои заявки, боясь, что их не примут в этот клуб.
Лю Июнь мгновенно рванула вперёд. За ней устремились и другие одноклассники — даже Гу Жунжун, которая до этого презрительно относилась ко всем клубам, кроме академического.
Яцин осталась одна и не могла не покачать головой. Это был самый популярный клуб за всё время её пути. Чу Вэньлань действительно оказался отличной «живой рекламой».
Как раз в этот момент выступление Чу Вэньланя закончилось, и он направился прямо к Яцин. Те, кто стоял в очереди, частично продолжали толкаться, но большинство не могло удержаться и краем глаза следило за ним. Увидев, что он уходит с площадки, они чуть не сошли с ума от тревоги, но не смели отойти — ведь случайная встреча и ежедневное общение — это две большие разницы, и даже подростки понимали, какой выбор выгоднее.
Так все и остались стоять на месте, завистливо наблюдая, как он направляется к тем немногим, кто так и не подошёл записываться.
Яцин почувствовала на себе эти волчьи взгляды и прекрасно представляла, чем обернётся для неё разговор с Чу Вэньланем при всех. Она ведь не настоящая семиклассница: не любит привлекать внимание и избегает лишних хлопот. Поэтому она быстро подмигнула ему, давая понять, что нужно поговорить наедине, и сама направилась прочь.
Учитель Хуань в этот момент не вмешивался. Его задача была просто сопроводить учеников и дать им возможность ознакомиться с клубами, а дети явно не хотели, чтобы он вёл себя как нянька, постоянно вмешиваясь и ограничивая их.
Яцин поднялась на третий этаж учебного корпуса, где находилась школьная библиотека. Здесь было тихо и почти никого не было.
— Цинцин, — обиженно произнёс Чу Вэньлань.
Он, очевидно, ещё не осознавал всю мощь своего влияния. В прошлом году школа только открылась, и количество учеников составляло не более трети нынешнего. Тогда он был всего лишь красивым парнем с хорошими оценками, без ярких достижений и поклонников, которые сейчас буквально сходили с ума от него.
— Не переживай, — улыбнулась Яцин. — Если все узнают, что я с тобой знакома, меня засыпят вопросами о тебе. А то и начнут просить передавать тебе всякие вещицы…
Она хитро прищурилась:
— Например, любовные записки?
Только сейчас, глядя на Лю Июнь, она поняла, что Чу Вэньланю уже пора задумываться о первой любви.
Щёки Чу Вэньланя сразу же покраснели.
— Что ты такое говоришь?!
— А?! — оживилась Яцин. — Значит, тебе уже писали записки?
Чу Вэньлань старался выглядеть серьёзным и важным, и даже голос его стал строгим:
— Я всем им сказал, что сейчас главное — учёба. До окончания школы нельзя заводить романы.
— М-м-м… — протянула Яцин с особенным ударением, ловко выхватывая ключевое слово. — «Им»…
Чу Вэньлань невольно смутился и поспешно сменил тему:
— Ты хочешь вступить в Дверь Журавля? Я глава клуба и могу принять тебя напрямую. Большинство здесь — новички, а твои боевые навыки явно выше их уровня.
Разговор мгновенно переключился с романтической школьной драмы на атмосферу героического подполья.
— Так ты хочешь назначить меня своим защитником? — пошутила Яцин, не ожидая, что Чу Вэньлань серьёзно кивнёт:
— Да.
Яцин, которая только что собиралась вступить в клуб, тут же передумала:
— Пожалуй, пока не буду. Я хочу сосредоточиться на игре на гучжэне и хорошо учиться — боюсь, времени не хватит.
Губы Чу Вэньланя надулись, и разочарование было написано у него на лице:
— Мы целый год не виделись… А в школе будем встречаться ещё реже…
Яцин почувствовала лёгкое угрызение совести:
— Ладно… Если понадобится размяться или потренироваться — обязательно приду. Может, просто повешу своё имя в списке? Только никаких должностей! Буду иногда заходить на тренировки. Так пойдёт?
Разочарование на лице Чу Вэньланя мгновенно исчезло. Его глаза и уголки губ радостно изогнулись, и он кивнул.
Яцин смотрела на это сияющее лицо и думала: «Ну и простодушный же он».
Но тут он добавил:
— В этом году я в девятом классе и тоже должен сосредоточиться на учёбе. В следующем году я перейду в старшую школу, а клубы для средней и старшей школы разделены. Так что в этом году ты можешь отдыхать. А в следующем, когда я уйду в старшую школу, всё это достанется тебе.
Яцин мысленно перевела его слова в эпический стиль:
— То есть… в следующем году я должна стать главой Двери Журавля для средней школы?!
«Можно ли отозвать только что сказанное?» — подумала она.
Конечно, было уже поздно. Увидев хитрую искорку в глазах Чу Вэньланя, она поняла: этот мальчишка только что притворился обиженным!
Её догадку подтвердил его весёлый смех и пара маленьких клыков:
— Ну же, Летучая Кошка! Слово дано — назад дороги нет!
— Какого чёрта «назад дороги нет»! — возмутилась Яцин, не ожидая, что он научился расставлять ловушки. Она тут же пнула его ногой, но Чу Вэньлань, быстро отскочив, увернулся. На мгновение им обоим показалось, что они снова вернулись в те дни, когда каждый день после обеда тренировались вместе. Им стало весело, и они начали обмениваться ударами.
— А-а-а! Чу Вэньлань?!
Из читального зала вышел мальчик лет двенадцати — как раз в том возрасте, когда особенно увлекаешься боевиками. Увидев их эффектные движения, он взволнованно закричал:
— Ого! Настоящие мастера боевых искусств сражаются!
Этот крик поднял весь этаж. Двери всех читален распахнулись, и Чу Вэньлань, схватив Яцин за руку, потащил её вниз по лестнице. Первый крикун даже побежал за ними, выкрикивая:
— Они убегают!
«Блин, да с чего вдруг?! Только что ты был фанатом, а теперь уже гонишься за нами, как за преступниками», — подумала Яцин.
«Ладно, с подростками в эпохе подросткового максимализма не поспоришь», — махнула она рукой. К счастью, Чу Вэньлань уже год учился в этой школе и знал все коридоры. Он быстро вывел её через заднюю дверь учебного корпуса к административному зданию, куда почти никто не заходил.
Даже отсюда Яцин слышала шум и суматоху, доносившиеся из учебного корпуса. Она рассмеялась:
— Летучий Кот, похоже, тебе предстоит нелёгкая жизнь.
И правда, с тех пор по всей средней школе пошли легенды о Чу Вэньлане. Вскоре у него появилась огромная армия поклонников и поклонниц.
Стали известны даже мельчайшие детали: какой у него пенал, ручка, тетради… Но самым громким слухом стала история о том, как на церемонии открытия учебного года Чу Вэньлань сразился в бою с девушкой, после чего они помирились и… сбежали вместе.
Для юных сердец «побег» звучал очень романтично и круто. Вместе с мечтами о героях у подростков начинали зарождаться и мечты о чистой, белоснежной любви.
Сначала все гадали, кто же эта загадочная девушка — ведь сражаться в школе могла только ученица. Но долго гадать не пришлось: Чжао Юаньюань из девятого «Б» сама объявила, что именно она та самая девушка, с которой «сбежал» Чу Вэньлань.
Лю Июнь, будучи ярой поклонницей Чу Вэньланя, не могла этого стерпеть. Ведь Чу Вэньлань даже не взглянул на неё, а эта Чжао Юаньюань — низенькая, полноватая и совершенно некрасивая — как она вообще посмела?
— Эта деревенщина осмелилась запятнать Чу Вэньланя! — взревела «сестра Юнь». — Яцин! После уроков идём в девятый «Б»!
Надо признать, Чжао Юаньюань действительно не отличалась красотой. Её семья баловала дочь, поэтому та немного страдала от избытка веса. В одежде она носила сплошь бренды, но по меркам Лю Июнь, чья семья разбогатела совсем недавно, это всё равно выглядело как «деревенский стиль».
Яцин вздохнула:
— Не нужно идти в девятый «Б». Просто подожди её после занятий у боевого клуба. Все всё равно туда идут, и ты сможешь вызвать её на поединок. А то получится драка, и тебе дадут взыскание.
Глаза Лю Июнь загорелись:
— Точно! Ты гений!
Она хлопнула Яцин по плечу:
— С сегодняшнего дня ты мой стратег!
Яцин закрыла лицо руками. «Неужели я никогда не выберусь из этой сети подросткового максимализма?» — подумала она с отчаянием.
На второй неделе обучения в школе Цзинжуй Лю Июнь решительно бросила вызов Чжао Юаньюань из девятого класса.
Ученики девятых классов были сильно загружены: у них на один урок больше, чем у остальных, и вечером ещё и дополнительные занятия. Поэтому у них оставалось свободное время только с половины шестого до семи вечера. Сам Чу Вэньлань первые два дня приходил, но потом появлялся не регулярно — ведь он не только глава Двери Журавля, но и председатель студенческого совета средней школы, и у него было много обязанностей.
Но для учеников других классов это место было единственным шансом встретиться с Чу Вэньланем. Кроме того, почти все подростки мечтали стать мастерами боевых искусств, и даже если бы не было Чу Вэньланя, они всё равно с удовольствием приходили бы учиться. Поэтому в клубе всегда было полно желающих.
Чжао Юаньюань, конечно, была среди них. Теперь она не только надеялась увидеть Чу Вэньланя, но и наслаждалась завистливыми взглядами окружающих. Поэтому сразу после ужина она спешила в боевой клуб. Ей уже было тесно в девятом «Б» — здесь собирались все поклонники Чу Вэньланя.
Лю Июнь и Яцин вошли в зал и сразу увидели Чжао Юаньюань. Та гордо вскинула подбородок, и на её круглом личике словно было написано: слева — «Я знаю Чу Вэньланя», справа — «Я сбежала с Чу Вэньланем», а на лбу — «Завидуйте мне!».
Такая самоуверенность вызывала желание немедленно дать ей пощёчину, и даже Яцин почувствовала, как у неё засвербело в зубах. Хотя она понимала подростковые амбиции, обманывать и использовать чужую репутацию ради славы было просто подло.
Лю Июнь была прямолинейной и решительной. Подойдя к Чжао Юаньюань, она спросила:
— Говорят, ты тоже мастер боевых искусств?!
Ростом они были почти одинаковы, но Лю Июнь, несмотря на то что была младше на два года, держалась так уверенно, будто была старше.
— Нет, — скромно ответила Чжао Юаньюань. Но за последние дни её так расхваливали, что она начала верить в собственную значимость — видимо, унаследовала эту черту от У Саньни. Она уже считала себя равной Чу Вэньланю и говорила с высокомерной снисходительностью:
— Просто немного умею.
Лю Июнь привыкла смотреть на других сверху вниз и не собиралась терпеть, когда кто-то смотрит на неё свысока. Она эффектно сделала приглашающий жест:
— Как же «немного», если ты сражалась с самим Чу Вэньланем? Давай проверим твои навыки!
Все помнили не только про «побег», но и обязательное условие — «бой мастеров». Этого никто не забыл.
Подростки в этом возрасте легко воспламеняются и любят зрелища. Все тут же закричали от восторга — не из злорадства, а просто чтобы увидеть настоящий поединок.
Чжао Юаньюань оказалась в ловушке. Раз она сама признала, что была той самой девушкой, значит, должна была подтвердить и свой статус «мастера боевых искусств». Её подруги подначивали:
— Юаньюань, вперёд! Покажи ей, на что ты способна!
Девичье тщеславие и чувство собственного достоинства не позволили ей отступить.
Чжао Юаньюань медленно вышла вперёд и приняла боевую стойку.
Фантазировать — привилегия юности. Даже не имея никаких навыков, подростки верят, что стоит им сделать первый выпад — и противник тут же будет повержен.
Чжао Юаньюань уже продумала свою тактику: сначала ударить по шее правой рукой, затем левой ногой нанести удар в грудь, и тогда противница точно не сможет сопротивляться.
Но фантазии всегда разбиваются о суровую реальность. Она даже не успела начать своё воображаемое выступление, как Лю Июнь, обладательница зелёного пояса по тхэквондо, уже врезала ей ногой в живот. Чжао Юаньюань не сразу поняла, что произошло, но боль заставила её согнуться пополам. Только через несколько секунд она смогла издать стон.
Лю Июнь и окружающие замерли в шоке. Где же «мастер боевых искусств»? Неужели она настолько слаба?
Лю Июнь, хоть и не была профессионалом, но чувствовала разницу между тренированным телом и обычным. Она сразу поняла: перед ней обычная девочка без малейших навыков. Значит, её обманули!
— Ты всех обманула! — закричала Лю Июнь, становясь всё злее. Уродливая, бездарная и ещё и лгунья! Как она посмела осквернить её кумира? Непростительно!
Она действовала быстро и явно имела опыт: пока никто не успел опомниться, она уже нанесла несколько ударов ногами.
— Получай за ложь! Лгунья! Уродина! Гадость!
Яцин бросилась её останавливать и, наклонившись к уху, прошептала:
— Хватит! Ты уже разоблачила её — теперь она унижена. Если изобьёшь до полусмерти, все начнут её жалеть. Разве тебе этого хочется?
http://bllate.org/book/11732/1046970
Готово:
