Полиция давно уже знала Му Жулан — председателя студенческого совета академии Люйсылань, обладавшую немалым влиянием, — и потому без колебаний сообщила ей:
— Бай Сюйцин подозревается в причастности к убийству. Нам необходимо доставить её для допроса. Если кто-то из вас знает, где она находится, немедленно сообщите.
Убийство?!
Студенты переглянулись с широко раскрытыми глазами, не веря своим ушам.
Сама Му Жулан тоже явно была ошеломлена:
— Неужели это какая-то ошибка? Цинцин не могла…
— Ошибку или нет — установим по результатам расследования. Если вы узнаете, где она, незамедлительно сообщите. Просим вас сотрудничать с полицией.
Дело было не только в том, что Бай Сюйцин якобы совершила убийство. Просто она так или иначе связана с этим делом. Люй Мянь уже отправила глазное яблоко на экспертизу и подтвердила: это действительно глаз того трупа, которого извлекли из стены. Тело пролежало в кладке три года, а глаза его оказались в игрушке, которую Бай Сюйцин подарила Люй Мянь. Было ли это зловещей шуткой или чем-то более серьёзным — предстояло выяснить. Но ясно одно: Бай Сюйцин может стать ключевым звеном в раскрытии этого дела!
Полицейские обыскали столовую, но так и не нашли подозреваемую. Вскоре они ушли, оставив после себя лишь растерянных студентов. Те некоторое время молча переглядывались, а затем снова склонились над тарелками, продолжая обедать. Лишь в их взглядах читалось разочарование: «Как же так? Такая невинная и чистая Бай Сюйцин — и вдруг замешана в убийстве? Вот уж поистине мир полон неожиданностей!»
Му Жулан опустила голову и спокойно продолжила есть, но в глубине её глаз мелькнула лёгкая усмешка.
«Начинается, моя дорогая сестрёнка… Игра в бегство началась. Сможешь ли ты вырваться из нитей, которыми тебя держат? Но ведь кукла без нитей — всего лишь мёртвый хлам. Удачи тебе… ха-ха-ха.»
К тому времени, когда Бай Сюйцин и Му Чжэньян закончили своё занятие, девушка была совершенно измотана. Она лежала на полу, чувствуя острую боль во всём теле, особенно внизу живота. В этот момент в её одежде, брошенной на пол, зазвонил телефон.
Му Чжэньян, довольный и самодовольный, надел брюки и подошёл к телефону. Даже не взглянув на экран, он ответил:
— Алло? Говорит её отец и любовник. Кто это?
Бай Сюйцин при этих словах чуть не задохнулась от ярости. Кто там на другом конце провода?! Как он вообще посмел?!
Тем временем раздался хрипловатый женский голос:
— Мне нужна Бай Сюйцин. Срочно! Передай ей трубку!
Му Чжэньян слегка опешил. Подумав о своей карьере и будущем, он всё же протянул телефон девушке. Та поспешно схватила его и, даже не удосужившись посмотреть, кто звонит, торопливо пояснила:
— Только что говоривший — он… он немного не в себе. Не обращайте внимания!
Му Чжэньян вспыхнул от гнева и со всей силы пнул её в живот.
— Сука! — прошипел он. — Ты сама меня соблазнила, заставила всё бросить, а теперь хочешь наслаждаться роскошью и отречься от меня?! Да как ты смеешь говорить, что я псих?! Подожди, как-нибудь в плохом настроении я просто выложу всё в сеть — обо всех наших делах! Пусть тогда все узнают правду! Лучше уж погибнем вместе!
Бай Сюйцин стиснула зубы от боли, но внутри её кипела ещё большая ненависть к этому человеку. Однако слова собеседницы на другом конце провода заставили её побледнеть.
— Мне всё равно, кто там был! Бай Сюйцин, ты в серьёзной беде! Кто-то подставил тебя под убийство, и улик достаточно, чтобы тебя осудили. Полиция уже ищет тебя в академии Люйсылань. Если тебя заберут — назад пути не будет.
— Что?! — воскликнула Бай Сюйцин, резко садясь и широко раскрывая глаза. — Вы ошибаетесь! Это розыгрыш, да?!
— Верь или нет — решать тебе. Но учти: полиция уже просматривает записи камер наблюдения, чтобы найти тебя. Если не хочешь сесть в тюрьму — беги, пока не поздно.
— Подождите! Кто вы? Вы с людьми моего брата?! Кто меня подставил?!
Бай Сюйцин почувствовала, что здесь что-то не так. Но никто не стал бы шутить на такую тему — слишком легко разоблачить ложь. Значит, всё правда!
— Я сказала всё, что должна была. Дальше — сама. Если не сумеешь выкрутиться, ты никому не будешь нужна.
С этими словами собеседница резко положила трубку.
Бай Сюйцин в панике стала перезванивать, но номер больше не отвечал. Он был незнакомый. Кто это мог быть? Её новый номер знали немногие… Неужели правда люди её брата? Но если это так, значит, её действительно подставили — и улики неопровержимы!
Лицо Бай Сюйцин стало мертвенно-бледным. Она повернулась к Му Чжэньяну и прошипела:
— Быстро проверь, нет ли снаружи полиции!
Несмотря на всю свою хитрость, Бай Сюйцин была ещё слишком молода. Столкнувшись с такой угрозой, она растерялась. Она никогда не думала, что окажется перед лицом тюрьмы. Она хотела убивать — но не попадать за решётку. Это казалось невозможным для неё одной. Поэтому сейчас в её голове крутилась лишь одна мысль: бежать! Во что бы то ни стало — бежать! Только так можно спастись. Если сбежать, она сможет обратиться за помощью к брату или к компании TMT. Но если её поймают — она станет беззащитной жертвой, которую будут резать, как кусок мяса на разделочной доске.
«Беги, беги подальше… Посмотри, сможешь ли вырваться из нитей. Или разобьёшься вдребезги…»
Му Жулан, игриво вертя в пальцах недавно купленную сим-карту, улыбалась. Её глаза сияли чистотой прозрачного ручья, в котором видны плывущие рыбки. Внезапно в её взгляде мелькнуло недоумение.
«Брат? У Бай Сюйцин есть брат? Это странно… Ведь Бай Сюэ — её мать — всегда говорила, что дочь у неё одна. Да и в прошлой жизни, когда Цинцин жила у них, никакого брата не упоминалось… Может, это ребёнок от первого брака или внебрачный сын мужа Бай Сюэ?.. Ах, как интересно! В этом мире столько интриг! Как же прекрасна эта жизнь — совсем не скучно! Очень жду встречи с тобой, милый братец моей сестрёнки Цинцин… Я уже чувствую запах заговора!»
...
Полицейские, не найдя Бай Сюйцин в академии, запросили записи с камер безопасности. На видео они увидели, как девушка крадётся прочь из Люйсыланя. Лица офицеров помрачнели. Ранее они не считали её главной подозреваемой — слишком юный возраст: трёхлетней давности исчезновение произошло, когда Бай Сюйцин было всего двенадцать лет. Что могла сделать двенадцатилетняя девочка? Но теперь, увидев, как она бежит, словно преступница, у которой совесть нечиста, у них не осталось сомнений — надо копать глубже.
Выбравшись на улицу, Бай Сюйцин сразу же стала звонить Янь Цзинь, но никто не отвечал. Она звонила снова и снова — безрезультатно. Вскоре её охватил страх: а вдруг её номер уже отслеживают? Она быстро выключила телефон и больше ничего не осмеливалась делать.
Надев тёмные очки, она остановила такси и велела ехать куда подальше, не имея чёткого плана. Ей казалось, что за ней гонится целый отряд полицейских, повсюду засады, и она должна прорваться сквозь все ловушки и обмануть всех преследователей.
Её мозг лихорадочно работал: кто мог так подставить её? Кто обладает достаточными ресурсами, чтобы собрать «неопровержимые» улики? Кому выгодно её падение?
Неужели Му Жулан? Нет, та глупая и наивная — она даже не знала, что Цинцин вернётся в город К.
Тогда кто?
Внезапно в глазах Бай Сюйцин вспыхнула догадка.
Чжоу Яя!
Да, это точно она! Эта сука до сих пор помнит, как Бай Сюйцин устроила ей групповое изнасилование. Бай Сюйцин думала, что Чжоу Яя слишком глупа, чтобы мстить, и даже рассматривала её как возможного союзника. Но, похоже, та решила отомстить самым жестоким способом!
«Подожди, Чжоу Яя! Раз ты начала — готовься умереть!»
Бай Сюйцин не знала, что всё это время в городе Г она была полностью оторвана от новостей К. Она не знала, что мэр Чжоу уже пал, что дом Чжоу разорён, что компания Хуа Фан поглощена конкурентами, и что саму Чжоу Яя вот-вот отправят в исправительное учреждение для несовершеннолетних с ограниченными возможностями. Кто мог знать? Ведь даже самые громкие новости со временем уходят в забвение под натиском новых событий.
...
Прошёл ещё один день — внешне спокойный и напряжённый одновременно.
Наступила ночь. Первая звезда на небе едва успела взойти — и уже начала клониться к закату.
Кэ Ваньцина ворвалась в офис корпорации Лань, едва сдерживая ярость. После долгих препирательств с секретарём, которая специально затягивала время, чтобы вывести её из себя, госпожу Му наконец допустили в кабинет президента.
В просторном и роскошном кабинете, за массивным столом из тёмного дерева, в очках и с лёгкой насмешливой улыбкой на лице, сидел Лань Бинлинь в форме старшеклассника Цзыюаня.
Кэ Ваньцина дрожала от гнева. Подойдя к столу, она швырнула папку с документами прямо на него, рассыпав бумаги.
— У вас, видимо, очень горячий нрав, госпожа Му, — произнёс Лань Бинлинь, откидываясь на спинку кресла. — Но ваша матушка, вероятно, всё же учила вас хорошим манерам?
— С такими мерзавцами, как ты, вежливость — пустая трата времени! — выкрикнула Кэ Ваньцина, и её глаза наполнились слезами ярости.
— Что вы имеете в виду? — спросил Лань Бинлинь с наигранной невинностью.
Кэ Ваньцина дрожащим пальцем указала на документы:
— Это контракт, подписанный нами больше месяца назад! В нём чёрным по белому сказано: компании Хуа и Цзинь покупаются совместно семьями Му и Лань! А теперь ты присвоил себе все акции, которые я передала тебе для покупки, и единолично захватил обе фирмы! Объясни, что это значит?!
Именно это и вывело её из себя. Семья Му находилась на грани краха, а сделка с Хуа и Цзинь сулила огромную прибыль. Но у Кэ Ваньцины не хватало капитала, поэтому, положившись на договор, она перевела ему спасительные средства своей компании. И вот теперь — обе фирмы принадлежат только семье Лань, а она даже не получила обратно своих вложений!
— Ты, щенок, посмел меня обмануть?!
— Отлично, — холодно ответил Лань Бинлинь. — Встретимся в суде.
Кэ Ваньцина на мгновение замерла.
— Что?.. Ты сказал «в суде»? Как ты смеешь?..
— Я хоть и молод, но не лишён достоинства, чтобы позволять старшим в бизнесе так меня унижать! — резко парировал Лань Бинлинь.
— Что ты имеешь в виду?! — Кэ Ваньцина почувствовала, как под ногами у неё земля уходит. Она словно попала в ловушку, но не понимала, как именно.
— Вы сами сказали: всё чёрным по белому прописано в договоре. Все стороны внимательно читали текст перед подписанием. Если вы сами нарушили условия соглашения, не пытайтесь теперь обвинять меня в нечестности! Для бизнесмена это величайшее оскорбление! Я даже могу подать на вас за клевету!
Лань Бинлинь говорил так убедительно, будто действительно был жертвой несправедливости.
Кэ Ваньцина с трудом верила своим ушам. Она схватила контракт и лихорадочно начала перечитывать каждую строчку. «Неужели я упустила какой-то подвох? Ловушку в формулировках? Но как такое возможно? Я же с детства училась у деда, одного из лучших финансистов своего времени!»
Лань Бинлинь спокойно наблюдал за ней, покручивая в руках ручку. Его взгляд скользнул за окно — на тёмное небо и мерцающие огни города. Сердце его билось быстрее. Он обожал это чувство — быть наверху, смотреть свысока на тех, кто раньше смотрел на него с презрением. Скоро все забудут, что он — сын наложницы. Они будут ползать у его ног, трепетать перед каждым его словом! Ха-ха-ха!
Прочитав контракт дважды и так и не найдя ничего подозрительного, Кэ Ваньцина подняла на него пронзительный взгляд:
— Ты просто пытаешься меня обмануть?
— Как обидно! — Лань Бинлинь выпрямился. — Посмотрите на пункт 18 третьей страницы.
Пункт 18 гласил: «Все действия по приобретению акций осуществляются семьёй Лань. Семья Му передаёт средства семье Лань, которая выступает в качестве доверенного лица. После завершения сделки соответствующая доля акций передаётся семье Му...»
http://bllate.org/book/11714/1045274
Готово:
