— Я знаю, что всё это тебе не поручал Чжан Хуэй — он и в мыслях не держал столько деталей. Ты отлично справилась, и мои соображения почти совпадают с твоими. Однако решение об этом я не могу принимать в одиночку. На заводе много консерваторов, и такие новшества, как осушитель, они пока не готовы принять. Поэтому съезди ещё раз в Бо Чэн и проведи для меня исследование по этому оборудованию.
— Хорошо, когда выезжать? — удивилась я. А как же недавнее распоряжение, что девушкам нельзя ездить в командировки с ночёвкой?
— Ты только что вернулась из поездки и, наверняка, устала. Иди домой, отдохни. Через несколько дней я тебя вызову, — сказал Мэн Тяньли, уже направляясь к выходу и прихватив мои документы.
— Э-э… — я неловко окликнула его и показала пальцем на бумаги в его руках.
Мэн Тяньли поднял папку:
— Я их забираю. Ничего не говори Чжан Хуэю. В следующий раз я не стану обращаться к тебе напрямую, а сделаю это через него. Не переживай.
— Спасибо, заместитель директора Мэн, — искренне поблагодарила я. Мэн Тяньли оказался очень внимательным человеком. Ведь я, минуя своего непосредственного начальника, напрямую связалась с руководством более высокого уровня — это всегда чревато. Легко можно нарваться на «подставу».
В таком крупном заводе, как наш, директоров обычно присылают сверху. Они делают лишь показные проекты, чтобы хоть как-то соответствовать государственной политике, и рассматривают предприятие исключительно как трамплин: поработают пару лет — и уходят в политику на повышение.
А вот заместитель директора действительно заботится о производстве и решает реальные задачи. До этого случая я почти не общалась с Мэн Тяньли. На большинство заводских совещаний мне попросту не хватало ранга. Лишь когда речь заходила о вопросах, касающихся производственного отдела, или когда он лично инспектировал цеха, я видела его мельком. Он, наверное, просто запомнил моё лицо.
Теперь же я фактически стала человеком заместителя директора. Хорошо это или плохо — ещё неизвестно.
Вернувшись домой вечером, я застала Лун Юйлинь в возбуждённом состоянии:
— Наконец-то вернулся старший брат Ту! Когда он приехал, я как раз была у них дома!
— Правда? И как он?
— Кажется, немного расстроен, но выглядит хорошо. У него, похоже, были какие-то дела с мамой, поэтому я сразу ушла.
— А удалось узнать, почему он бросил учёбу?
Лицо Юйлинь сразу потускнело.
— Узнала. И опять всё из-за Ло Юншу.
— Ло Юншу? Разве он ещё в университете?
— Брат говорит, что в академических кругах все друг друга знают. Теперь у старшего брата Ту новый научный руководитель — Ли Му, но раньше он сам был студентом Ло Юншу. Хотя Ло Юншу совершил проступок, слухи пошли именно о том, будто бы брат и Ту Юйхуай сговорились, чтобы оклеветать наставника и заполучить проект себе. А недавно Ту Юйхуай получил травму, и именно в этот момент Ли Му назначил выездную практику. Ту Юйхуай не смог поехать, и преподаватель сразу решил завалить его по предмету. Брат подчеркнул: на первом курсе магистратуры вообще не должно быть никаких выездных практик!
С таким прямолинейным характером Ту Юйхуай, конечно, чувствует и гнев, и разочарование.
— Пусть бросает! Под таким руководителем всё равно ничему хорошему не научишься!
— Но мама точно не разрешит. Она ведь так гордилась, что её сын — магистрант Университета Мо Чэна.
— Значит, ей плевать на чувства собственного сына! — вздохнула я, не зная, что ещё сказать. По сути, дело не такое уж страшное, но внутри всё кипит. Сдаваться — невозможно, а сил для открытого противостояния у нас нет.
— Линьлинь, а ты рассказала об этом маме Ту?
— Рассказала.
— И как она отреагировала?
— Не знаю, как раз в этот момент пришёл старший брат Ту.
— Ах! — Я чуть не подпрыгнула от досады, но не могла прямо сказать, чтобы Юйлинь не корила себя.
— Что случилось?
— Жди, завтра она обязательно нагрянет к нам.
Жди.
На следующий день, едва собравшись на работу, я увидела, как во двор въехала машина Хань Цайюнь и полностью перекрыла проезд.
— Тётя, вы так рано приехали, что-то случилось? — Юйлинь, уже успевшая с ней сдружиться, подошла и взяла её под руку.
Хань Цайюнь резко отмахнулась и пронзительно закричала:
— Не надо тут изображать добрых людей! Пусть выйдет Лун Юйцинь!
Звать было не нужно — от такого визга собрался весь двор, не говоря уже о старшем брате.
— Тётя, давайте зайдём в дом, там и поговорим, — предложила Юйлинь, неловко протянув руку, чтобы снова поддержать её, но не решаясь прикоснуться.
— Ни-ни! Не трогайте меня! Говорить будем здесь, при всех! Раз мой сын не может учиться, вы тоже не будете спокойно работать! Это всё ваша семья подговорила его на эту глупость!
Старший брат понял, что Хань Цайюнь уже знает правду, и виновато опустил голову:
— Простите меня, тётя. Это я виноват перед Юйхуаем. Не волнуйтесь, сегодня же пойду в университет и поговорю с Ли Му. Даже если придётся извиняться, я сделаю всё, чтобы сохранить Юйхуаю место в магистратуре.
Лицо Хань Цайюнь смягчилось — именно такой ответ она и хотела услышать. Но…
— Старший брат, разве Ли Му послушает простого исследователя без учёной степени? Перед кем ты собираешься извиняться — перед Ли Му или перед Ло Юншу? Подумай: Ли Му преследует тебя или Ту Юйхуая?
— Я… Яньцзы!
Хань Цайюнь снова напряглась. Старший брат рассердился: он лишь хотел немного успокоить её, а потом уже решать, что делать дальше. Но я раскрыла карты, и теперь её не обмануть.
Юйлинь тоже почувствовала неладное и незаметно дёрнула меня за рукав, чтобы я замолчала.
— Тётя Хань, я знаю, что вы меня не любите, и я вас особо не жалую. Но ради вашего сына и ради моего старшего брата давайте попробуем встать на место друг друга. Если мы сейчас начнём выяснять, кто виноват больше, разве это заставит Ло Юншу и его приспешников согласиться с нашим решением?
Хань Цайюнь оказалась не просто истеричной женщиной. Услышав мои слова, она затихла.
— Вы считаете, что ваш сын поступил глупо, сообщив о проступке Ло Юншу? А почему бы вам не сказать ему, что он — честный и благородный человек?
— Благородный? Честный? Девочка, вы издеваетесь? Из-за этой благородности и честности мой сын может остаться без образования! Вы хоть представляете, как трудно поступить в магистратуру Университета Мо Чэна? И всё это — ради ваших красивых слов?
— А каково мнение самого Ту Юйхуая?
— Он?! Его просто околдовали вы! Я просила его сходить в университет, извиниться перед преподавателем, помягче поговорить. Но он упрямится: мол, не сделал ничего плохого и предпочитает бросить учёбу!
— Это всё Ло Юншу подстроил! Я найду его! — воскликнул старший брат, не выдержав.
Я быстро схватила его за руку:
— Подожди, старший брат! Подумай ещё раз. Ты ведь был самым любимым учеником Ло Юншу, а он так с тобой поступил. Как ты думаешь, насколько крепки узы между ним и Ли Му?
— Ли Му!.. — Старший брат задумался и тут же всё понял. Он просто слишком волновался, чтобы сразу сообразить. — Конечно! Этот проект теперь числится за мной, и многие на него позарились. Раньше, пока им руководил Ло Юншу, никто не возражал. Но как только он ушёл, меня назначили ответственным за группу. Хотя есть куча людей с более высоким званием и лучшими научными достижениями — естественно, многие недовольны.
Он повернулся к Хань Цайюнь и глубоко поклонился:
— Простите, тётя. Боюсь, я действительно не смогу помочь Юйхуаю. Если я пойду извиняться, это будет означать, что я признаю свою вину в клевете на Ло Юншу.
Хань Цайюнь, пережившая уже и радость, и отчаяние, чуть не сошла с ума. Она схватила старшего брата за воротник:
— Значит, ради своей репутации и проекта ты бросишь Юйхуая?
Человек, похоже, совсем не умеет думать! Старший брат начал задыхаться, и я бросилась оттаскивать её руки.
— Подумайте хорошенько: если бы старший брат оклеветал Ло Юншу, тогда Ту Юйхуай — его сообщник! Даже если Ли Му сейчас его простит, ему ещё три года учиться под его началом. Как вы думаете, даст ли ему Ли Му спокойно закончить?
— Значит… Значит, Юйхуаю всё равно придётся бросить учёбу?
Все замолчали. Никто не хотел, чтобы Ту Юйхуай бросил магистратуру из-за этой ситуации, но никто не знал, как её разрешить.
Внезапно мне в голову пришла одна мысль. Если судить по прошлой жизни, старший брат должен стать преподавателем уже в следующем году.
— Старший брат, через сколько ты сможешь получить звание преподавателя?
— Если проект пойдёт успешно, то к началу следующего учебного года, летом.
Он смотрел на меня недоумённо.
— Зачем тебе это знать?
Я в волнении забыла обо всём и схватила Хань Цайюнь за руку:
— Есть решение!
Услышав это, Хань Цайюнь тоже разволновалась и крепко сжала мою ладонь:
— Какое решение?
— Ту Юйхуай сейчас только на первом курсе и явно разочарован в университете. Пусть оформит академический отпуск — не отчисление, а именно отпуск! А через год, когда старший брат станет научным руководителем, он вернётся и поступит к нему в группу!
— Академический отпуск на год… — Хань Цайюнь повторила эти слова несколько раз, и лицо её наконец озарилось улыбкой. Она даже обняла меня: — Отличная идея! Какая ты умница!
Обнявшись, мы обе почувствовали неловкость. Хань Цайюнь поправила свои безупречно уложенные волосы, а я опустила глаза и поправила подол рубашки.
— Господин Лун, вы обязательно должны успешно завершить проект и стать преподавателем в следующем году! Покажите этому Ли Му, кто есть кто! — сказала Хань Цайюнь, но тут же смутилась от резкой смены тона и добавила: — Юйлинь, твой художественный класс недалеко от нашего дома. Давай я подвезу тебя?
Она указала на машину, загородившую ворота.
Юйлинь была в восторге и побежала за сумкой.
Пока Юйлинь собиралась, Хань Цайюнь вежливо похвалила Умэй, которая всё это время сидела с кусочком булочки во рту, не решаясь проглотить, назвав её «очаровательной». Затем она похвалила тётушку за умение воспитывать детей и сказала, что обязательно зайдёт за советами.
Наконец, она посмотрела на меня. Мне стало любопытно: что же она скажет, учитывая наши натянутые отношения?
Она долго молчала, и когда Юйлинь вышла, так и не произнесла ни слова. Мы обе с облегчением выдохнули.
Когда Хань Цайюнь проходила мимо меня, она остановилась:
— Честность и благородство в этом мире ведут к потерям. Если бы можно было, я бы предпочла, чтобы мой сын был таким же, как ты — со всеми этими хитростями и уловками.
Она так и не посмотрела мне в глаза и быстро вышла за ворота.
«Хитростями и уловками»? Это комплимент?
Цзян Чжочжо: У Сяо Ту и Яньцзы снова появился шанс сблизиться.
Через пару дней ко мне пришёл Чжан Хуэй и сообщил, что мне нужно ехать в командировку в Бо Чэн.
Я нарочито пожаловалась:
— Как вообще можно отправлять девушку в одиночную командировку?
Чжан Хуэй смущённо улыбнулся:
— Прости, изначально должен был поехать я. Но как раз в эти дни директор дал мне срочное задание. Я подумал, что дело Мэн Тяньли не горит, и решил отложить поездку. А сегодня он вдруг наорал на меня, мол, у меня в глазах только директор, а его, заместителя, я будто и не замечаю.
Он хлопнул себя по ладони:
— Представляешь? Мы, подчинённые, разве можем не уважать руководство?
— И что дальше? Людей в заводе полно, почему именно меня выбрали?
— Я предложил найти замену, и он сказал: «Пусть поедет кто-нибудь внимательный». Я ответил: «Девушки обычно внимательнее», — и он сразу вспомнил тебя. Если тебе неудобно, я тайком подставлю кого-нибудь другого. Думаю, он и не заметит.
— Нет-нет, — решительно остановила я его. — Ты же сам сказал, что он на тебя только что накричал. В такой момент лучше не подливать масла в огонь.
— Ладно, спасибо, что берёшь на себя, — сказал Чжан Хуэй и, бросив взгляд на дверь офиса, тихо добавил: — Выплачу тебе двойные суточные.
— Благодарю, начальник.
Мэн Тяньли оказался куда интереснее, чем я думала. Совсем не похож на того чиновника с надутыми щеками, каким он казался раньше. Он придумал такой способ: Чжан Хуэй даже не заподозрит, что мы с ним заранее сговорились; наоборот, почувствует, что обязан мне одолжением. А заодно и получил урок от заместителя директора.
Чжан Хуэй — человек директора, консерватор. При любом нововведении он голосует против. И это понятно: директор здесь всего на три–пять лет и рассматривает завод как трамплин. Главное — не навредить, потому что любой скандал испортит всю карьеру.
Мэн Тяньли — полная противоположность. Едва услышит, что где-то за границей появилось что-то новое, сразу хочет попробовать. Именно благодаря его настойчивости запустили линию экспорта, которой сейчас руковожу я.
Теперь у меня появился законный повод лично обратиться к Мэн Тяньли и уточнить детали задания.
http://bllate.org/book/11634/1036760
Готово:
