Тема «роман Шэнь Чжися» взлетела с последней строчки в топ-1 всего за десять минут.
Очевидно, за этим стоял чей-то расчёт.
Цзэн Цзе воспользовалась моментом и наняла армию троллей. Когда шум достиг пика, компания «Синхай» наконец отреагировала — официально пояснила, что за ужином с Шэнь Чжися в тот вечер находился профессор Нанкинского университета, и заодно подогрела интерес к её следующему реалити-шоу.
Цзи Вань была поражена.
— Я хотела спросить тебя об этом ещё вчера вечером, но ты не брала трубку.
— Телефон был на беззвучке.
Шэнь Чжися лаконично пояснила, затем вдруг сняла повязку с глаз и посмотрела на Цзи Вань, шутливо добавив:
— Кстати, Цзэн Цзе даже спрашивала, не ты ли заказала этот хайп.
Раньше во всём индустриальном кругу именно Цзи Вань больше всех не любила Шэнь Чжися.
Услышав это, Цзи Вань не сдержала презрительного смешка.
— Да неужели? Если бы я и правда заказывала тебе чёрный пиар, то выложила бы твои самые уродливые фотки.
Шэнь Чжися нагло подмигнула:
— Так ты, получается, считаешь, что мои вчерашние фото — красивые?
Цзи Вань чуть не пнула её с шезлонга.
Она так и не понимала, почему каждый раз, когда приходит к Шэнь Чжися по делу, всё заканчивается их обычной перепалкой.
Покончив с шутками, Цзи Вань вспомнила о главном и присела рядом.
— Слышала, Цзэн Цзе уже подписала контракт с тем Лу Хэном?
Шэнь Чжися недовольно фыркнула:
— Ты что, всю инсайдерскую информацию знаешь?
— А хочешь ещё более свежую новость?
Цзи Вань гордо выпятила грудь, её глаза весело блестели:
— Я уже подписала контракт с «Звездой завтрашнего дня». Если ничего не изменится, в следующую неделю объявят состав наставников.
— Но у них ещё остаётся одна вакансия приглашённого наставника. Пойдёшь со мной?
Шэнь Чжися и Лу Хэн — оба артисты «Синхая», да ещё и под началом одной Цзэн Цзе, поэтому им явно стоило избегать совместных проектов.
Шэнь Чжися даже думать не стала и сразу отказала.
Это была услуга, которую Цзи Вань выторговала лично для Шэнь Чжися. После того как та однажды помогла ей, Цзи Вань всё искала повод отплатить добром, но до сих пор не представилось случая.
Два раза она предлагала Шэнь Чжися выгодные ресурсы — оба раза получила отказ. Пришлось действовать через Лу Хэна.
— У каждого наставника есть один «ревайв» — право вернуть участника в игру.
Цзи Вань хитро прищурилась:
— Ну что, попросишь меня? Отдам его Лу Хэну.
Шэнь Чжися уже слышала, насколько силён Лу Хэн, да и с Цзэн Цзе за спиной ему точно не грозит участь «один-в-миллион».
— Не надо, — твёрдо ответила она. — Я ему верю.
Она произнесла это с такой уверенностью, что Цзи Вань лишь скептически фыркнула.
Наклонив голову, та пробормотала себе под нос:
— Конечно, ты ему веришь.
Ведь он так похож на Цзян Сюя… Как же Шэнь Чжися допустит, чтобы такой человек выбыл?
Шэнь Чжися не знала, о чём думает Цзи Вань, и целиком сосредоточилась на сегодняшней съёмке.
Эта сцена — самая тяжёлая во всём сериале. С самого момента получения сценария Шэнь Чжися тревожилась.
И сейчас тревога не утихала ни на миг.
— Ты что… нервничаешь?
Весь день Шэнь Чжися была словно в тумане: сидела, уставившись в сценарий.
Для окружающих она выглядела спокойной и невозмутимой, но Цзи Вань, которая знала Шэнь Чжися как никто другой, видела всё иначе.
Мало кто знал: чем сильнее Шэнь Чжися волновалась, тем невозмутимее становилось её лицо.
У Цзи Вань в этот день не было сцен, и она свободно бродила по площадке, пока взгляд не упал на Шэнь Чжися, всё ещё сидевшую сценарием в руках.
Прошло уже полчаса, а та даже не шевельнулась — явно что-то не так.
Цзи Вань заглянула в сценарий и удивилась: обычная сцена расставания и смерти.
— Боишься, что не сможешь заплакать?
Она предположила это вслух, но тут же сама же и отвергла мысль.
Плакать на камеру — базовый навык актёра. Да и у Шэнь Чжися был ролик с миллионами просмотров, где собраны все её лучшие плачущие сцены: и слёзы отчаяния, и рыдания в безысходности.
Её даже называли одной из самых пронзительных актрис в плачущих сценах.
Цзи Вань не могла поверить, что Шэнь Чжися переживает из-за обычной сцены со слезами.
Она взглянула на подругу — та рассеянно опустила голову почти до колен.
— Нет.
Сценарий уже измят до белых сгибов, но Шэнь Чжися всё ещё не выпускала его из рук — пальцы побелели от напряжения.
Через мгновение она снова склонилась над текстом.
Шэнь Чжися играла роль Тун Янь.
В чистой, стерильной палате Тун Янь стояла прямо у двери, не отрывая взгляда от фигуры на кровати.
Даже строгость больничного интерьера не могла заглушить её внутреннюю боль. Под ярким светом люминесцентных ламп ей стало головокружительно.
Это был второй день после окончания выпускных экзаменов. По плану, она должна была встретиться с Сюй Си у условленной станции метро, а потом вместе вернуться в свою альма-матер.
Тун Янь и Сюй Си учились вместе с детского сада — настоящие друзья детства.
Правда, в десятом классе мать Тун Янь перевели в другой город, и девочка уехала вслед за ней.
Несмотря на расстояние, их связь никогда не прерывалась.
Они хранили один и тот же секрет и оба ждали выпускных, чтобы признаться друг другу.
Согласно задуманному, они должны были встретиться под платанами у школы, пройти сквозь тень деревьев под аккомпанемент школьных голосов и там Тун Янь собиралась открыть своё сердце Сюй Си.
Если бы всё прошло гладко, сегодня они стали бы друг для друга первой и самой прекрасной любовью.
Но плач вернул Тун Янь в реальность. Сюй Си попал в аварию по дороге на вокзал встречать её.
Множественная цепная авария — десять погибших, восемь раненых.
Сюй Си оказался одним из пяти, кому не повезло.
Ноги будто налились свинцом. Тун Янь медленно подошла к кровати. Под простынёй лежал самый любимый ею юноша.
— Мотор!
Шэнь Чжися ещё не дотронулась до простыни, как вдруг раздался резкий окрик режиссёра:
— Шэнь Чжися! Что с тобой сегодня?
Он тяжело дышал и сделал большой глоток воды из бутылки.
— Твой любимый парень лежит перед тобой, а ты куда смотришь?
Это был рекорд по количеству дублей за всю карьеру Шэнь Чжися.
Даже обычно беспечная Сяо Юй заметила, что с Шэнь Чжися что-то не так.
Шэнь Чжися не решалась взглянуть на юношу, уже не дышащего под простынёй — так же, как не решалась столкнуться с прошлым.
В голове крутились мысли: что чувствует Тун Янь, подходя к нему — вину или горе?
Точно так же, как шестнадцать лет назад чувствовала она сама.
Впервые за долгое время Шэнь Чжися захотелось сбежать. Режиссёр уже распустил всех посторонних с площадки, но эмоции Шэнь Чжися всё ещё не доходили до нужной точки.
Съёмка продолжалась более трёх часов, пока наконец не прозвучало:
— Принято!
Все облегчённо выдохнули — кроме Шэнь Чжися.
Сяо Юй поняла, что Шэнь Чжися исчезла, только через полчаса.
Перерыли всю больницу — и следов нет.
В WeChat пришло лишь короткое сообщение:
[Шэнь Чжися: Я сама домой. Не ждите меня.]
За всё время работы с Шэнь Чжися такого не случалось. Сяо Юй впала в панику и судорожно сжала телефон.
— Может, она расстроилась из-за сегодняшней сцены?
Рядом раздался спокойный голос:
— Нет.
Это была Цзи Вань.
Сяо Юй резко подняла голову.
Цзи Вань бросила на неё мимолётный взгляд и мягко намекнула:
— …У тебя есть номер Цзян Сюя?
Цзян Сюй приехал на площадку, когда Сяо Юй уже нашла Шэнь Чжися.
Девушка сидела на заднем склоне больницы, в зарослях полутораметровой травы, почти полностью скрывавшей её фигуру.
Поэтому при первом поиске Сяо Юй её и не заметила.
Лишь со второго этажа больницы она увидела маленькую тёмную точку внизу и поспешила туда.
— Сегодня Чжися, кажется, совсем подавлена, — быстро объяснила Сяо Юй, кратко пересказав события дня.
Цзян Сюй слушал рассеянно. Сначала он подумал, что Сяо Юй преувеличивает, но, увидев Шэнь Чжися, свернувшуюся клубочком у дерева, замер.
Это поза новорождённого. Говорят, люди, испытывающие нехватку безопасности, часто принимают именно такое положение.
Луна незаметно сменила солнце, окружённая звёздами.
Сяо Юй тактично осталась на крыльце, наблюдая издалека.
Ночной ветерок прошелестел в листве, принеся прохладу.
Цзян Сюй подошёл и остановился перед Шэнь Чжися.
— Шэнь Чжися.
Его голос, разнесённый ветром, прозвучал в ночи. Он присел рядом с ней на корточки.
Свернувшаяся фигурка наконец пошевелилась. Шэнь Чжися медленно подняла голову. Увидев Цзян Сюя, она на миг замерла.
Её миндалевидные глаза были затуманены слезами, уголки покраснели.
Слышалось сдерживаемое всхлипывание.
— Ты пришёл…
Она тихо всхлипнула. Впервые Цзян Сюй видел Шэнь Чжися такой беззащитной.
Она слабо обвила руками его шею и прижалась лицом к его плечу, будто потерянный детёныш искал убежище.
— Обними меня… Хорошо?
— Хорошо?
Шэнь Чжися умоляюще шептала, почти теряя слова в рыданиях.
Цзян Сюй так и не смог произнести своё обычное «отпусти».
Впервые он пошёл ей навстречу.
Шэнь Чжися оказалась лёгкой — почти невесомой в его руках.
Когда он усадил её, похожую на коалу, в машину, то понял: она уже уснула.
Глаза были плотно закрыты. Возможно, из-за того, что она зарывалась лицом в колени, на правой щеке остался красный след.
И даже во сне Шэнь Чжися не была спокойна: пальцы крепко вцепились в рукав его рубашки.
В тишине ночи Цзян Сюй слышал её тихие всхлипы:
— Не… не уходи.
Его обычно бесстрастный взгляд дрогнул.
Изначально Цзян Сюй договорился встретиться с Чэнь Яо. Получив звонок от Сяо Юй, его первой реакцией было:
— Если не можете найти — звоните в полицию. Зачем мне звонить?
Чэнь Яо чуть не поперхнулся:
— Сто первый раз удивляюсь, как такая Шэнь Чжися вообще может тебя любить. Она, конечно, расстроена, но именно тебя хочет видеть.
Слова Чэнь Яо всё ещё звучали в ушах Цзян Сюя. Он опустил взгляд на лицо Шэнь Чжися.
На щеках ещё не высохли слёзы.
Девушка прижималась к его плечу, её тёплое дыхание касалось его шеи.
— Мне, наверное, очень не везёт, — прошептала она, словно во сне.
— …Если бы не я, с тобой ничего бы не случилось.
Плечи Цзян Сюя напряглись. Его рука замерла в воздухе.
Через несколько секунд он вспомнил: это ведь реплика из сценария. Ведь Сяо Юй только что рассказывала ему о сцене.
Шэнь Чжися продолжала тихо плакать, пальцы дрожали, всё тело вздрагивало.
Цзян Сюй нахмурился, не зная, что делать.
Его взгляд упал на белый предмет. Он достал плюшевую овечку, которую когда-то подарил Шэнь Чжися и которая случайно осталась в машине, и протянул ей.
— Разве ты не говорила, что отдаёшь мне всю свою удачу?
— Тогда я разделю с тобой немного. Теперь тебе тоже должно везти.
Возможно, его слова подействовали успокаивающе, или овечка вернула ей чувство безопасности.
Через мгновение Шэнь Чжися затихла. Только влажные ресницы напоминали о случившемся.
Все думали, что Шэнь Чжися расстроена из-за неудачной съёмки.
На следующий день режиссёр даже лично пришёл к ней, чтобы подбодрить и сказать, чтобы не переживала из-за давления.
http://bllate.org/book/11494/1025023
Готово:
