Ева подошла к Вэнь Муханю и тихо сказала:
— Не волнуйся. По предварительному диагнозу у него острый аппендицит. Как только сделают снимок и подтвердят диагноз, я сразу поставлю капельницу — чтобы снять воспаление и облегчить боль. Но такой аппендицит может рецидивировать. Чтобы полностью избавиться от проблемы, нужна операция.
— Хорошо, хорошо, — поспешно кивнул Чжэн Лу. — Если можно оперировать, пожалуйста, назначьте как можно скорее.
Сейчас уже не те времена, когда болезни терпели сквозь зубы. Жизнь каждого бойца бесценна, и Чжэн Лу без колебаний согласился.
Ева кивнула.
Она уже собиралась уйти проверить состояние пациента, как вдруг молчавший до этого мужчина наконец произнёс:
— Саса, спасибо тебе.
Ева, уже развернувшаяся, замерла на месте. Уголки её губ невольно приподнялись.
С тех пор как они снова встретились, он впервые так к ней обратился.
С трудом сдержав улыбку, Ева медленно повернулась и спокойно ответила:
— Это моя профессиональная обязанность.
—
После полуночи приёмное отделение стало особенно тихим; лишь изредка в коридоре раздавались шаги медперсонала. У Чжан Сяоманя подтвердили острый аппендицит. Операция не считалась экстренной, поэтому проводить её немедленно не стали — для настоящей операции требовалась запись в очередь.
Ева выписала ему антибиотики, чтобы сначала снять воспаление и хотя бы немного облегчить боль.
После того как поставили капельницу, состояние Сяоманя заметно улучшилось.
Вэнь Мухань и Чжэн Лу стояли у его койки. Юноша лежал, смущённо опустив голову:
— Командир роты, заместитель командира… простите, что доставил вам хлопоты.
— Глупый мальчишка, да что ты такое говоришь! — Чжэн Лу был разговорчивым и добродушным, всегда общался со своими солдатами непринуждённо.
Вэнь Мухань вовсе не был надменным — просто он мало говорил и предъявлял высокие требования. Из-за этого бойцы первой десантной роты относились к нему почти как к божеству, готовы были возносить его на алтарь и преклоняться перед ним.
Вэнь Мухань посмотрел на Сяоманя:
— Разве ты не говорил, что хочешь стать лучшим солдатом?
Сяомань недоумённо взглянул на него.
— Лучший солдат должен иметь лучшее здоровье. На этот раз послушайся врача и хорошенько вылечись.
Эти слова прозвучали для него необычайно мягко. Сяомань забыл про боль и чуть не вскочил от радости.
Вскоре юноша устал и заснул.
Вэнь Мухань посмотрел на Чжэн Лу:
— Иди домой.
— Нет, лучше вы идите, а я здесь посижу, — торопливо возразил Чжэн Лу.
Вэнь Мухань махнул рукой, явно не желая продолжать разговор. Чжэн Лу вздохнул: он знал, что Вэнь Мухань, хоть и кажется упрямцем с плохим характером, на самом деле очень заботится о своих бойцах.
— Тогда я поеду на такси, — сказал он. — Машина останется вам.
Когда Чжэн Лу ушёл, Вэнь Мухань спокойно сел рядом с койкой. Прошло неизвестно сколько времени, пока он не услышал шум за дверью — видимо, привезли нового пациента в приёмное.
Из коридора доносились голоса медсестёр, а иногда и тревожные возгласы родственников.
Вэнь Мухань встал и вышел к двери. Он увидел Еву рядом с молодым врачом-мужчиной. Они тихо обсуждали состояние пациента.
Тогда он просто прислонился к косяку и стал наблюдать. Девушка стояла вполоборота, её длинные волосы были собраны в аккуратный хвост, открывая прямой, изящный нос и чёткие черты профиля.
Она надела одноразовые перчатки и приложила фонендоскоп к груди пациента, прямо над сердцем.
Когда она наклонилась, чтобы задать вопрос, глаза больного попытались открыться, но будто не могли этого сделать.
Внезапно кардиомонитор, подключённый к пациенту, издал резкий звук: кривая графика стремительно взметнулась вверх, затем резко упала, словно американские горки. Молодой врач закричал что-то в панике, и медсёстры тут же бросились к ним.
А через мгновение линия на экране, которая до этого то поднималась, то опускалась, вдруг вытянулась в прямую.
«Бип-бип-бип!» — пронзительный сигнал тревоги нарушил ночную тишину приёмного отделения, заставив всех присутствующих напрячься.
Родственники в истерике закричали.
Вэнь Мухань резко выпрямился и уставился на группу медработников. Ева в белом халате взяла у медсестры дефибриллятор и склонилась над пациентом, у которого внезапно остановилось сердце.
— Бифазный импульс, двести джоулей, первый разряд.
Дождавшись окончания зарядки, Ева плотно прижала электроды к обнажённой груди пациента.
Хотя звука не было слышно, тело больного под действием разряда резко подскочило.
Бум.
Глухой удар — тело пациента упало обратно на белоснежную койку.
Снова и снова Вэнь Мухань слышал спокойный голос Евы, эхом разносившийся по всему приёмному отделению.
И вдруг пронзительный сигнал монитора исчез. Прямая линия на экране вновь ожила, начав пульсировать. Отчаянная атмосфера в отделении мгновенно рассеялась.
— Есть пульс!
— Сердечный ритм восстановлен!
На фоне всхлипывающих рыданий родственников Вэнь Мухань всё ещё не сводил глаз с женщины, которая продолжала работать.
С самого начала она оставалась спокойной и решительной.
«Она совсем изменилась», — вдруг подумал он.
Та самая девочка, которую он помнил мягкой и нежной, теперь окончательно повзрослела и превратилась в настоящего специалиста, способного справиться с любой ситуацией.
Вэнь Мухань внимательно смотрел на девушку, занятую делом.
…
Ева вышла из процедурной, вымыла руки и потянулась. Хотя во время реанимации она выглядела совершенно спокойной и собранной, на самом деле вся пропотела.
Ночная смена в приёмном отделении всегда полна неожиданностей.
Едва она вышла, как её окликнула медсестра Хуан Мань:
— Доктор Е!
Ева остановилась и посмотрела на неё.
Хуан Мань протянула ей пластиковый пакет и загадочно прошептала:
— Это кто-то просил передать вам.
Ева слегка удивилась.
Медсестра прикрыла рот ладонью и тихо добавила:
— Тот самый красавец, что пришёл в полночь.
Ева без колебаний взяла пакет и заглянула внутрь. Там была бутылочка кофе и недавно подогретый рисовый шарик, ещё тёплый на ощупь.
Сразу было видно — куплено в магазине «FamilyMart» напротив больницы.
Через несколько минут телефон Вэнь Муханя вибрировал.
Он достал его и увидел фотографию — на снимке были именно те покупки, что он сделал, и ещё сообщение:
Мучительница: [Это награда от тебя мне?]
Вэнь Мухань фыркнул. Он не собирался отвечать, но эта девчонка явно не собиралась его отпускать.
Мучительница: [В следующий раз передавай лично, а то медсёстры подумают, что ты в меня влюблён. Хотя… я бы хотела, чтобы это было правдой.]
«В следующий раз?» — Вэнь Мухань решил, что на этот раз зря потратил время.
Но когда его взгляд скользнул по слову «влюблён», он холодно фыркнул:
— Да брось, глупости какие.
—
На следующий день Чжан Сяоманя перевели в другое отделение. Поскольку он был действующим военнослужащим, больница отнеслась к нему серьёзно и постаралась как можно скорее назначить операцию.
Ева надеялась получить ещё одно ночное «утешение» от некого человека, но, увы, после того случая она даже волоска его не видела.
Похоже, её последнее сообщение его сильно обидело.
Он почти перестал отвечать ей.
Ева не хотела сразу его отпугнуть, поэтому последние пару дней вела себя тише воды.
Но вечером привезли пациента с ДТП. Во время реанимации кровь брызнула Еве на половину лица. В разгар спасения она этого не заметила, но когда состояние больного стабилизировалось, почувствовала на себе запах крови.
Никого вокруг не было, и она направилась в раздевалку переодеться.
Едва выйдя в коридор, она наткнулась на женщину с маленькой девочкой. У ребёнка были два аккуратных хвостика, и она выглядела очень милой и белокурой. Однако, увидев пятна крови на халате Евы, девочка тут же спряталась за ногу мамы и ни за что не хотела идти дальше.
Ева молча посмотрела на неё, затем достала из кармана халата конфету.
Она чуть протянула её вперёд, но малышка с жадным любопытством смотрела на сладость, не решаясь подойти. Даже когда мама её поощряла, девочка всё равно пряталась и смотрела на Еву с опаской.
В конце концов Ева ничего не сказала, просто положила конфету на соседний стул и медленно ушла.
Но, обернувшись, она увидела стоявшего за ней Вэнь Муханя.
На нём была светло-серая рубашка и чёрные брюки. Будучи и без того высоким, он заправил рубашку в брюки, и создавалось впечатление, что у него ноги от самого подбородка.
«У него вообще сколько сантиметров в ногах?» — подумала Ева, прищурившись и оценивающе разглядывая его фигуру. — «Обязательно надо будет измерить. Руками».
Но в следующую секунду она вспомнила: на лице у неё до сих пор не высохшие пятна крови, да и на волосах с одежде тоже следы крови. Она взглянула вниз и поняла, что исправить это невозможно. Придётся смириться.
Подойдя к Вэнь Муханю, она сказала:
— Забудь, как я сейчас выгляжу. Обычно я не такая уродливая.
Она даже не осмеливалась подойти ближе, боясь, что от неё пахнет кровью.
Вэнь Мухань ничего не ответил. Он просто вынул руку из кармана, сделал шаг вперёд и почти вплотную приблизился к ней.
Когда его пальцы осторожно стёрли ещё не засохшую кровь у неё под глазом, раздался его низкий голос:
— Не уродливая.
Окна в коридоре были закрыты, но ночной ветерок всё равно пробирался внутрь, слегка колыхая их одежду.
Вэнь Мухань, будто зная, что она собиралась сказать, опередил её:
— Я просто сказал «не уродливая». Не придумывай лишнего.
На самом деле от девушки почти не пахло кровью — наоборот, в её волосах ещё ощущался лёгкий аромат.
От лёгкого ветерка этот нежный запах донёсся до его ноздрей.
Ева улыбнулась его реакции и слегка пожала плечами:
— Откуда ты знаешь, что я собиралась сказать?
Вэнь Мухань смотрел на неё пристально:
— Могу ли я ожидать от тебя чего-то кроме дерзости?
Ева прищурилась.
И вдруг встала на цыпочки, приблизившись к его губам. Прежде чем взгляд Вэнь Муханя окончательно потемнел, она невинно произнесла:
— Я подошла поближе, чтобы ты хорошенько рассмотрел — есть ли у меня клыки?
Эта женщина…
Вэнь Мухань смотрел на её довольную улыбку. Её и без того большие глаза теперь слегка прищурились от смеха, уголки глаз изящно приподнялись, источая лёгкую, почти неуловимую чувственность.
Казалось, она вот-вот украдёт его душу.
Вэнь Мухань не задумываясь ни секунды — резко развернулся и пошёл прочь.
Но на этот раз Ева побежала за ним:
— Ты идёшь к Сяоманю?
— И что?
— Пойду с тобой, — сказала Ева, как само собой разумеющееся.
Вэнь Мухань остановился и, слегка повернув голову, посмотрел на неё с насмешливой усмешкой:
— Ты что, так хорошо с ним знакома? Зачем тебе его навещать?
Ева пожала плечами:
— Он ведь мой пациент. Сегодня ему сделали операцию, верно? Я как раз закончила смену и хочу переодеться. Подожди меня немного.
Не дожидаясь его отказа, она сразу ушла.
Вэнь Мухань смотрел ей вслед.
…
Ева вернулась в больничную раздевалку, открыла свой шкафчик и вытащила оттуда бумажный пакет с запасной одеждой.
Хорошо, что она всегда держит комплект про запас.
Пока переодевалась, она вдруг вспомнила, как после реанимации медсестра, увидев её испачканную кровью рубашку, с восхищением сказала:
— Доктор Е, вы такая добрая — даже не расстроились, что одежда испорчена.
Ева тогда лишь слегка усмехнулась в ответ.
Надев чистую одежду, она посмотрела на скомканные вещи с пятнами крови на стуле и без колебаний выбросила их вместе с брюками в мусорное ведро в раздевалке.
Конечно, ей не всё равно.
— Просто когда спасаешь человека, это не имеет значения.
Жизнь важнее всего.
—
Когда Ева вышла, она снова оказалась в коридоре. Здесь, кроме редких прохожих, не было знакомой фигуры.
Она даже не изменила выражения лица — такого исхода она и ожидала.
Но она знала, где находится палата Сяоманя. Когда она вышла из здания, то увидела мужчину, стоявшего спиной к входу. В его пальцах тлела сигарета, и красный огонёк то вспыхивал, то затухал в темноте.
Ева вдруг рассмеялась.
Он действительно дождался.
http://bllate.org/book/11388/1016704
Готово:
