Цзян Яньчжоу, конечно, заметил мелкие движения Цзян Нань и отвёл взгляд, слегка приподняв уголки губ.
Но тут же сдержал улыбку и принял вид строгого наставника, постучав согнутым указательным пальцем по столу:
— Сегодняшнее задание — закончить домашнюю работу. Если что-то непонятно, спрашивай меня.
Цзян Нань села на единственный стул, взяла ручку из его рук и машинально попыталась вспомнить, какие вообще были сегодня задания.
Если бы не стала вспоминать — ничего бы не случилось. Но едва она задумалась, как внезапно замерла.
Правда, почти сразу же перевела дух и беспомощно развела руками перед Цзян Яньчжоу:
— Сегодня, похоже, занятий не будет. Я ведь тетради с собой не принесла.
Автор говорит: «Брат Яньчжоу: Наконец-то я хоть крошки дегустации получил! Это ж почти как поцелуй от невесты!»
Извините, друзья! Сейчас я пишу дипломную работу и каждый день тону в море англоязычных источников до головокружения, поэтому обновления могут быть немного реже. Через несколько дней станет легче, и тогда обязательно сделаю двойное обновление!
Сегодня разыграю красные конвертики среди 20 случайных комментаторов!
Благодарю фей за бомбы и гранаты: Юэбань Литянь — граната ×1, Ча Цуй — бомба ×1;
Благодарю фей за питательную жидкость: Симба — 10 бутылок; Си Хэ — 5 бутылок; А Хао — 4 бутылки; Лкххх, Цяньбань Фэнхуа Цзинь Яньми, А Нин — по 2 бутылки; 36603782 — 1 бутылка.
Как будто боясь, что Цзян Яньчжоу ей не поверит, Цзян Нань смело подняла с ковра свой рюкзак, расстегнула молнию и швырнула прямо ему под нос.
Затем бросила вызывающий взгляд, словно говоря: «Если найдёшь там домашку — голову тебе отдам!»
Однако Цзян Яньчжоу явно не испытывал желания отрубать ей голову.
— Правда не хочешь заниматься? — лениво приподняв губы, он откинулся на спинку стула и безмятежно наблюдал за Цзян Нанью.
— Дело не в том, что не хочу, — с полной серьёзностью повторила она свою позицию. — Просто правда забыла взять тетради. Наверное, когда собирали работы, просто пропустила момент.
Цзян Нань, в общем-то, совсем не врала: она всегда собирала рюкзак наобум, и вернётся ли домой с домашкой — зависело исключительно от удачи.
Пожав плечами, она с невинным видом показала Цзян Яньчжоу: «Вот видишь, дело не в моём нежелании учиться, а в том, что возможности просто нет».
Тёплый жёлтый свет люстры в комнате Цзян Нань, проходя сквозь хрустальные абажуры, мягко окутывал всё вокруг.
Терпение Цзян Яньчжоу сегодня было удивительно велико. Под её взглядом он загадочно усмехнулся.
Выпрямившись, он поднял рюкзак, лежавший у ног.
— У меня есть. Пользуйся моими.
Когда Цзян Нань увидела, как он берёт рюкзак, она автоматически решила, что он сдаётся и отказывается от репетиторства.
Она даже уже готова была произнести вежливую, приятную на слух фразу с лёгким сожалением, но тут Цзян Яньчжоу сообщил, что у него есть домашка?!
— Мне писать твою работу? — неловко хихикнула она. — Ты мне объясняешь, а сам из-за этого не можешь учиться… Это же неловко получается.
— Мне не нужно делать домашку, — Цзян Яньчжоу сразу же перебил её надежды, ещё не успевшие оформиться.
Цзян Нань хотела спросить, на каком основании он считает, что может не делать домашние задания, но тут же подумала: если бы она сама могла набирать семьсот с лишним баллов, то тоже смело заявила бы: «Мне, чёрт возьми, не нужны эти глупые задания!»
Но Цзян Яньчжоу всё же снисходительно пояснил:
— Когда господин Ли уговаривал меня перейти в десятый класс, я чётко сказал, что не хочу тратить время на эту бессмысленную рутину.
— Старик Ли согласился? — удивилась Цзян Нань.
Ведь старик Ли, хоть и не злой, всё же довольно консервативный педагог. Не ожидала, что он пойдёт на такое.
Цзян Яньчжоу снова устроился в кресле, в глазах играла насмешка:
— Попробуй сама, когда станешь уверенно занимать первое место в школе.
Цзян Нань закатила глаза.
Разговор так разговор, но зачем хвастаться?
Она тихонько фыркнула носом, раздражённо пнула стул перед собой и неохотно уселась.
Пока Цзян Нань делала задания, Цзян Яньчжоу вытащил с книжной полки какую-то совершенно бесполезную книжонку.
К тому времени, как он дочитал её до конца, Цзян Нань как раз закончила домашку.
Она подвинула тетрадь к нему и надула щёчки:
— Готово. Можно расходиться?
Цзян Яньчжоу бросил на неё мимолётный взгляд и усмехнулся:
— Быстрее, чем я думал.
— Ну да, разве сравнишь со скоростью первого в школе? — фыркнула Цзян Нань.
Едва она договорила, как заметила, что Цзян Яньчжоу смотрит на неё странным взглядом.
Она недоумённо моргнула:
— А что? Разве нельзя похвалить за скорость?
Улыбка Цзян Яньчжоу чуть поблёкла, и он не стал продолжать эту тему. Отведя взгляд, он начал проверять её работу.
Результат, разумеется, был ужасен.
Цзян Яньчжоу потер виски, явно мучаясь от головной боли. Наконец, с покорностью судьбе поманил её пальцем:
— Иди сюда, слушай внимательно.
Глядя на его лицо, полное отчаяния репетитора, пытающегося объяснить что-то безнадёжному ученику, Цзян Нань тихонько проворчала про себя.
Она ведь не такая уж плохая, правда?
Не успела она договорить мысленно, как Цзян Яньчжоу легко цокнул по ножке её стула ногой и без усилий придвинул её вместе со стулом к себе.
Расстояние между ними мгновенно сократилось, и Цзян Нань даже почувствовала тепло его тела.
Дыхание у неё перехватило.
— О чём задумалась? — Цзян Яньчжоу ткнул кончиком ручки в бумагу. — С таким качеством работы ещё и отвлекаешься?
Цзян Нань тут же опомнилась.
Она, конечно, не собиралась признаваться, что отвлеклась именно из-за его близости, и потому слегка кашлянула, пытаясь скрыть неловкость на лице:
— Да рассказывай уж, я слушаю.
Цзян Яньчжоу ещё раз взглянул на неё и начал разбирать задачи по порядку.
Чтобы Цзян Нань поняла, он старался записывать каждый шаг решения на черновик.
Для того, кто обычно сразу видел ответ, давно забылось, когда в последний раз приходилось так подробно расписывать ход мыслей.
К счастью, Цзян Нань слушала довольно внимательно и не обидела его заботу о «начинающем ученике».
С самого первого раза, как услышала голос Цзян Яньчжоу в игре, Цзян Нань решила, что это самый приятный мужской голос, который ей доводилось слышать.
Будь он чистым и звонким или лениво-хрипловатым — он никогда её не разочаровывал.
Возможно, из-за того, что голос Цзян Яньчжоу был слишком хорош, смешиваясь со шуршанием ручки по бумаге, Цзян Нань на удивление вникла в объяснения и действительно запомнила решения нескольких задач.
В просторной комнате двое сидели бок о бок под настольной лампой, создавая редкую гармонию.
Прошло неизвестно сколько времени.
Цзян Нань потёрла затекшую шею и подняла глаза — взгляд упал на профиль Цзян Яньчжоу, сосредоточенно объясняющего задачу.
Неосознанно они оказались ещё ближе друг к другу.
Тёплый свет лампы смягчал его черты, делая контуры лица изящнее обычного.
Цзян Нань перевела взгляд чуть выше — к его слегка приподнятому уголку глаз.
Поскольку он читал условие, веки были чуть опущены, скрывая от неё его чёрные зрачки. Она видела лишь лёгкие ресницы, которые едва заметно дрожали в такт его словам.
Это казалось безмолвным приглашением.
На мгновение Цзян Нань почувствовала, будто её околдовал какой-то бесстыжий дух красоты.
Всё её внимание было приковано к этому полупрофилю, а его голос постепенно превратился лишь в фоновый шум.
— Поняла? — Цзян Яньчжоу положил ручку, и в комнате воцарилась тишина.
Цзян Нань растерялась на несколько секунд, прежде чем медленно кивнула. Почувствовав, что выглядит глуповато, она поспешно добавила:
— Поняла.
Поскольку мысли ещё не вернулись в нормальное русло, она не обратила внимания на интонацию.
А её «поняла» прозвучало в ушах Цзян Яньчжоу предельно уверенно.
Он тихо рассмеялся:
— Тогда реши похожую задачу.
— А?.
Цзян Яньчжоу уже начал писать условие на черновике. Он писал быстро, и Цзян Нань, следя за кончиком ручки, даже не успела прочитать половину, как он уже закончил.
— Сегодняшнее домашнее задание. Если решишь — получишь награду, — после небольшой паузы он усмехнулся. — Конечно, если не решишь — будет наказание.
Цзян Нань машинально хотела спросить, что за награда и наказание, но не успела — Цзян Яньчжоу уже начал собирать вещи.
— Больше не будешь объяснять? — Цзян Нань указала на несколько задач.
Если она не ошибалась, он разобрал лишь часть заданий, а те, где она даже условия не понимала, полностью пропустил.
— Зачем тратить время на то, что ты сейчас всё равно не поймёшь? — спокойно ответил он.
Цзян Нань показалось, или в его словах прозвучало лёгкое презрение.
Это напомнило ей о том времени, когда она считала Цзян Яньчжоу безнадёжным двоечником, оставшимся на второй год, и думала, что у него, наверное, совсем нет мозгов.
Цепочка успеха, как и пищевая цепь, подчиняется закону выживания сильнейшего.
Цзян Яньчжоу говорил абсолютно объективно и, очевидно, не знал, сколько всего успела обдумать Цзян Нань за эти короткие секунды.
Он перекинул рюкзак через плечо и, прислонившись к двери, окликнул её:
— Ты же не хочешь, чтобы тебе нанимали репетитора? Как только поднимешься в рейтинге хотя бы на двести мест, я сам скажу твоему отцу, что больше не буду твоим учителем.
Цзян Нань сегодня постоянно отвлекалась.
Прошло несколько секунд, прежде чем она осознала смысл его слов.
Видя, что она молчит, Цзян Яньчжоу решил, что она недовольна.
Он фыркнул у двери:
— В школе больше двух тысяч человек. Неужели даже не сможешь выбраться из последней десятой части рейтинга?
— Кто сказал, что не смогу?! — Цзян Нань терпеть не могла, когда её провоцировали. Как только её задевали, она тут же начинала хвастаться: — Раньше у меня просто не было настроения учиться! Но если я захочу — стать первой в школе для меня — пара пустяков!
Она особенно подчеркнула слова «первой в школе».
Цзян Яньчжоу неизвестно, поверил ли ей, бросил лишь: «Посмотрим», — и вышел из её комнаты.
Цзян Нань не пошла вслед. Через дверь она смутно услышала, как Цзян Чэнсин предлагает проводить Цзян Яньчжоу домой.
Тот отказался. Через несколько минут Цзян Нань увидела в панорамное окно, как Цзян Яньчжоу один пересекал сад и выходил за ворота их дома.
Она стояла у окна и молча смотрела.
Статная фигура юноши растворялась в бескрайней ночи, отчего в ней пробуждалось странное чувство одиночества и тоски.
Из-за того неожиданного близкого контакта Цзян Нань в ту ночь не могла уснуть. Ворочалась до самого рассвета и лишь под утро провалилась в сон.
Поздний отход ко сну, естественно, привёл к тому, что на следующее утро она никак не могла проснуться.
Поэтому, несмотря на то что дома был Цзян Чэнсин, Цзян Нань всё равно еле успела на первый звонок.
Сегодня Цзян Яньчжоу, на удивление, выглядел гораздо бодрее обычного.
Он не лениво прислонялся к стене и не спал на парте, а читал толстенный сборник задач. Задания в нём были такие плотные, что Цзян Нань даже издалека почувствовала головокружение.
Их взгляды встретились, и Цзян Нань вытянула стул и села.
Между их партами всё ещё зияла узкая щель — та самая «демаркационная линия», которую она начертила в прошлую пятницу.
Раньше она думала, что эта линия продержится до тех пор, пока они не перестанут сидеть за одной партой, но сейчас почему-то почувствовала, что она мешает.
Хотя Цзян Нань и не хотела признавать, что вчера вечером мирное сосуществование с Цзян Яньчжоу было связано исключительно с её трусостью, теперь, когда они временно примирились, эта линия действительно стала лишней.
Помолчав немного, она молча придвинула две парты вместе.
Цзян Яньчжоу всё это время не произнёс ни слова и не сделал ни одного лишнего движения, позволяя ей делать что угодно.
Когда парты идеально состыковались, Цзян Нань с удовлетворением принялась пить молоко, одновременно разглядывая Цзян Яньчжоу.
Жуя соломинку, она невнятно проговорила:
— Что ты там читаешь с утра? Неужели испугался моих вчерашних слов и решил всерьёз заняться учёбой?
http://bllate.org/book/11374/1015770
Готово:
