Прошло полгода с тех пор, как Юй Инь покинула Линчэн, но на этот раз всё было иначе — она вернулась вместе с Се Синьчжао.
У юношей вещей немного. Се Синьчжао даже не взял чемодан — только повесил через плечо небольшую сумку. Зато почти всё у Юй Инь он взял на себя, и возвращение домой оказалось куда легче, чем в прежние годы, когда она ездила одна.
Выйдя из аэропорта, они по логике вещей должны были расстаться и отправиться каждый к себе.
Попрощавшись, Юй Инь потащила свой чемодан на запад.
Но за спиной послышались шаги.
Юй Инь: «…»
Он шёл следом, не отставая ни на шаг.
Наконец она обернулась. Юноша тут же замер.
— Папы дома нет, — тихо произнёс он, опустив длинные ресницы и выглядя растерянным и жалким.
— Даже домработница уже уехала.
— С тех пор как я поступил в университет, в доме никого не осталось. Я ведь и не предупреждал заранее, что вернусь сюда.
Юй Инь молчала.
— Прости… Я пойду, — грустно сказал он и уже собрался повернуть на восток.
Его спина выглядела такой одинокой и несчастной — будто брошенный хозяином щенок, не знающий, куда податься.
Юй Инь не выдержала:
— …Иди со мной домой.
Он мгновенно развернулся, глаза его засияли, а голос стал сладким и покладистым:
— Иньинь, я сам понесу твои вещи.
Будто снова нашёл потерянную игрушку.
Весь путь Се Синьчжао был в прекрасном настроении, а Юй Инь молча думала: она уже предупредила родителей, так что привести его с собой — не проблема.
Се Синьчжао донёс её чемодан до квартиры, и Юй Инь нажала на звонок. Видимо, родители уже ждали её возвращения — дверь открыли Шэнь Цинь и Юй Чушэн вместе.
Се Синьчжао мгновенно улыбнулся:
— Добрый день, дядя!
— Здравствуйте, тётя!
С таким миловидным и воспитанным видом его улыбка могла покорить любую женщину средних лет.
Шэнь Цинь обрадовалась:
— Синьчжао, ты ещё вырос!
— Очень похож на свою маму, — с теплотой в голосе сказала она, глядя на красивое лицо юноши и вспоминая Вэнь Юнь. Шэнь Цинь была человеком чувствительным, и даже спустя столько лет не забывала погибшую подругу.
Глаза юноши лукаво прищурились:
— Это замечательно! Я ведь совсем не хочу быть похожим на отца.
Такая детская фраза рассмешила и Шэнь Цинь, и Юй Инь.
— Папа, — обратилась Юй Инь к Юй Чушэну.
Тот выглядел уставшим, лицо его было бледным.
— Он ведь ведёт выпускной класс, — пояснила Шэнь Цинь. — Через несколько дней приедет Сяочжу.
Юй Инь тут же бросила взгляд на Се Синьчжао — к счастью, тот сделал вид, что ничего не услышал.
Она перевела дух. Ведь конфликт между ним и Юй Чжу случился ещё в детстве, прошло столько времени, они оба повзрослели — вряд ли теперь станут ворошить старое.
— Проходите, проходите! К счастью, ты заранее предупредила — мы уже приготовили ужин для Синьчжао, — сказала Шэнь Цинь, приглашая их внутрь.
— И комнату, где Синьчжао раньше жил, я тоже прибрала. Можно сразу заселяться.
Комната Се Синьчжао, когда открыли дверь, оказалась без единой пылинки, обстановка почти не изменилась.
— Только кровать, возможно, стала маловата, — с сожалением сказала Шэнь Цинь.
Юноша совершенно не возражал:
— Ничего страшного, спасибо, тётя.
— Иньинь, ваша семья ко мне так добра, — искренне проговорил он. Он легко устраивался в новой обстановке и вовсе не был избалован, как настоящий «молодой господин». Положив свои вещи на пол, он с разбегу плюхнулся на кровать и зарылся лицом в подушку — точь-в-точь как в детстве, только теперь он сильно вырос.
На самом деле, с тех пор как Се Синьчжао внезапно уехал, Юй Инь почти не заходила в эту комнату.
Увидев эту сцену, она не могла не почувствовать волнение.
Ужин вчетвером прошёл спокойно. Готовили Шэнь Цинь и Юй Инь, а Се Синьчжао помогал на кухне. Видимо, в Цзинчжоу он часто подмогал Юй Инь, поэтому и сейчас всё делал уверенно и умело.
Юй Чушэн же, напротив, за всю жизнь почти не ступал на кухню — типичный «десять пальцев не знают вкуса муки».
Хотя, если задуматься, именно Се Синьчжао был настоящим «молодым господином».
Шэнь Цинь невольно заметила:
— Такой, как Синьчжао, после свадьбы точно обеспечит жене счастье.
Заботливость видна в мелочах.
— Правда? Просто я привык помогать Иньинь, — легко ответил юноша и улыбнулся Юй Инь.
Уши Юй Инь слегка покраснели. Она ведь даже не говорила родителям, что в Цзинчжоу у Се Синьчжао есть своя квартира и что она даже ночевала там.
К счастью, Шэнь Цинь ничего не заподозрила и решила, что он имеет в виду детство.
После этого позднего обеда уже было почти три часа дня, когда Се Синьчжао получил звонок.
— Это мой младший одноклассник из школы, просит мои старые конспекты по комплексным экзаменам, — объяснил он Юй Инь. — Иньинь, мне, наверное, придётся съездить домой.
За учебными материалами.
Значит, это точно не те «друзья» из школьных лет, с которыми он водился. Юй Инь спокойно кивнула:
— Езжай.
На следующий день Шэнь Цинь собиралась готовить праздничный ужин и попросила Юй Инь сходить на рынок.
После покупок оказалось, что рынок недалеко от дома Се Синьчжао.
Юй Инь решила временно оставить продукты и зашла к нему — ведь он, рассеянный, забыл телефон.
«Маленький рассеянный», — улыбнулась она про себя.
Он ведь не знает, когда вернётся, да и связаться с ним невозможно. Лучше самой заглянуть.
Она представила, как он, увидев её, снова засияет глазами и прилипнет, как цепкий щенок.
Двор дома Се был огромным, а ворота оказались приоткрыты. Юй Инь почти никогда здесь не бывала и плохо ориентировалась.
Но вскоре она услышала знакомый голос во дворе. Увидела спину Се Синьчжао и трёх незнакомых молодых людей.
Выглядели они далеко не ангелами — татуировки, бритые головы и прочее.
Сердце Юй Инь чуть не выскочило из груди. Она испугалась, что эти люди причинят Се Синьчжао зло, и уже достала телефон, чтобы вызвать полицию.
— …Три ребра сломали, до сих пор не зажили полностью. Се Синьчжао, чего ты вообще добиваешься?! — слова главаря заставили её замереть на месте.
— Три? — голос юноши прозвучал без малейшего удивления, как обычно, даже с лёгкой насмешкой и ленивой интонацией. — Похоже, тогда я был ещё слишком слаб.
— Да какого чёрта у нас с тобой вообще вражда?! — лицо парня посинело от злости.
Юй Инь наконец увидела его лицо — дышать стало трудно. Это явно не школьник: крепкий парень лет двадцати, с коротко стриженными волосами, сквозь которые просвечивала кожа головы.
— Никакой вражды, — улыбнулся юноша. — Просто весело было. Как и вам раньше.
Когда он был глупым немым мальчишкой.
Когда все думали, что он ничего не понимает и его можно унижать безнаказанно.
Ли Цзяшэн побледнел, потом покраснел от ярости.
Эта месть затянулась надолго и была направлена чётко — сделать так, чтобы он не смог больше показаться в Линчэне.
Он ничего не мог поделать с этим Се. Тот действовал жестоко, в драке не проигрывал, да и семья Се в Линчэне была богата и влиятельна, связи имелись и в «чёрных», и в «белых» кругах — никакие угрозы не проходили.
Когда Се Синьчжао уехал учиться в другой город, Ли Цзяшэн думал, что всё закончилось. Но даже находясь вдали, тот находил бесчисленные способы мстить.
— Если всё, катитесь, — лениво бросил юноша. — Думал, будет что-то интересное.
В его изящных чертах не читалось ни капли эмоций.
— Се-гэ, — сглотнул гордость Ли Цзяшэн. — Тогда мы были неправы. Прошло столько времени — давайте забудем об этом. Когда у тебя будет время, мы угостим тебя, хорошо отдохнём. Считай, дело закрыто?
……
Голова Юй Инь пошла кругом. Она больше не хотела слушать.
Эта сцена пробудила в ней далёкие воспоминания — кошмарную ночь под дождём.
Под ливнём стоял знакомый, но чужой юноша. Его лицо ещё хранило детскую наивность, но когда он жестоко вдавливал в грязь того, кого она сама не узнала, в его глазах читалась жестокость и ярость.
Это был Се Синьчжао, которого она не знала.
«Просто месть, — твердила она себе. — Он всего лишь отстаивает справедливость. Тогда они оба были детьми, не понимали, что творят».
Она больше не слушала, в полубессознательном состоянии ушла прочь.
……
— Отдохнём? — юноша будто услышал что-то смешное.
Ли Цзяшэн поспешил добавить:
— У нас недавно появились новые девчонки — чистенькие, симпатичные…
Он не договорил — юноша уже приподнял изящную бровь.
Ли Цзяшэн решил, что заинтересовал его: в этом возрасте юношам ведь больше всего нравятся красивые девушки.
— Я берегу себя, — лениво ответил Се Синьчжао, не проявляя интереса. — Катитесь и больше не появляйтесь.
Всё это он оставлял для Иньинь. И она тоже должна остаться чистой для него. Они испытают все первые радости вместе — он не позволит себе быть «испорченным».
К тому же в этом году он хотел провести время с Иньинь и не желал, чтобы эти люди испортили ей настроение.
— Значит, Се-гэ, дело закрыто?.. — Ли Цзяшэн поспешил уточнить.
Он давно понял характер Се Синьчжао: непредсказуемый, странный. Одним словом — псих. Особенно когда «включается», лучше всех держаться подальше.
Юноша не ответил. Его взгляд упал на кусты у забора — там трава была примята, будто кто-то стоял.
……
Вскоре Юй Инь услышала, как Се Синьчжао вернулся. Он вёл себя как обычно, будто действительно просто отдал конспекты однокласснику. Она подумала: наверное, так и было — сначала встретился с учеником, а потом к нему заявилась эта компания.
Ей следовало переживать за Се Синьчжао, бояться, что эти люди причинят ему вред.
— Иньинь? — он, видимо, заметил, что она задумалась.
Он естественно налил ей суп и поставил перед ней.
Шэнь Цинь засмеялась:
— Теперь даже не зовёшь «сестрёнкой»?
Се Синьчжао не ответил сразу.
Помолчав, он тихо и быстро произнёс:
— Так все думают, что Иньинь мне родная сестра. А мы ведь уже почти одного возраста.
Фраза звучала по-детски, но он говорил серьёзно — эта контрастность делала его особенно обаятельным: алые губы, белоснежные зубы, большие чистые глаза, полные невинности.
— Да, повзрослел, — Шэнь Цинь хохотала, даже обычно суровый Юй Чушэн улыбнулся.
Юй Инь же молчала, опустив голову и делая вид, что пьёт суп.
Се Синьчжао сидел рядом, и она машинально избежала прикосновения их пальцев.
Даже Шэнь Цинь это заметила:
— Малышка, тебе нехорошо?
— Нет, — побледнев, Юй Инь с трудом улыбнулась. — Просто устала в самолёте.
— Тогда ложись пораньше, — Шэнь Цинь не заподозрила ничего.
Чёрные глаза юноши молча смотрели на неё, но он ничего не сказал.
В ту ночь все рано легли спать. За окном начал моросить дождик.
Спальня Юй Инь и комната Се Синьчжао находились рядом и соединялись общим балконом, далеко от комнат родителей. В детстве, когда ей было страшно, он часто тайком приходил к ней через балкон — делал это так ловко, что взрослые никогда не замечали.
Возможно, от усталости Юй Инь почти сразу заснула — крепко и глубоко.
……
Кажется, кто-то говорил.
Из темноты доносился едва слышный голос:
— Ты боишься меня?
— …Ненавидишь?
Юй Инь чувствовала, что тело будто парализовано — она не могла проснуться.
Её губы разомкнулись, и мягкий язык проник внутрь, нежно играя с её языком.
Тело, казалось, уже привыкло к такой близости.
Он искусно доставлял удовольствие, но движения становились всё грубее и настойчивее.
— Почему ты меня не любишь? — шептал голос. — Мне плохо получается? Тебе некомфортно, сестрёнка?
Тон был самый невинный, но в ухо он нашёптывал самые откровенные и пошлые слова.
— Как мне измениться, сестрёнка?
Он нежно куснул её мочку уха.
Низкий, чистый голос.
Туман во сне начал рассеиваться.
Перед ней возникло знакомое, прекрасное лицо юноши.
Юй Инь резко проснулась, покрытая холодным потом.
http://bllate.org/book/11368/1015226
Готово:
