Каждый раз, как только на его руках оказывалась имитационная кровь из лопнувшего пакета, режиссёр кричал «Стоп!» — и мальчишка, будто маленький ребёнок, не в силах дождаться ни секунды, мчался к раковине. Чэнь Аньли тут же закашлялась, глядя на него во все глаза.
Юноша останавливался посреди комнаты, протягивал вперёд руки — длинные, белые, испачканные яркими красками или следами «крови» — и с обидой, растерянностью и лёгкой нерешительностью звал её:
— Сестра Аньли…
От такого красивого парня, который так мягко капризничает, хотелось отдать всё на свете.
Чэнь Аньли решительно отгоняла это слабое чувство, становилась суровой, как тренер без жалости, и поднимала телефон, чтобы посмотреть время:
— Ещё минуту подождёшь, потом поговорим. Только когда время выйдет, пойдёшь мыть руки.
На лице юноши появлялось страдальческое выражение, но он всё же медленно приближался, не зная, куда деть свои руки.
Позже эта минута превратилась сначала в тридцать секунд, затем в пять, а потом и в десять.
Каждый раз, когда на телефоне звучал сигнал окончания обратного отсчёта и Лу Юйсюй стремглав бросался к раковине, у Чэнь Аньли на лбу проступали чёрные полосы раздражения.
Это зрелище стало почти достопримечательностью на съёмочной площадке.
В съёмочной группе появился такой красивый парень — естественно, вокруг него сразу завертелись желающие познакомиться. Но вскоре все поняли: у Лу Юйсюя навязчивая брезгливость, и теперь осмеливались заговаривать с ним лишь по работе. Он, хоть и холодноват, всегда вежливо отвечал.
Наконец настал этап завершения съёмок — финал проекта.
Та же сцена, но теперь напротив Чэнь Аньли стояла Цзян Цзыжо, игравшая главную героиню.
Класс украшен яркими, жизнерадостными цветами.
В углу громоздятся воздушные шары.
Школа больше не выглядит мрачной и сумрачной — теперь она наполнена светом и радостью.
Юноша оправдан, и его губы наконец-то не бледны, как мел.
Сегодня они выпускаются.
Лу Юйсюй подходит с воздушным шаром в руке и смотрит на девушку, заплетённую в хвост, которая с улыбкой смотрит на него.
— Готова? — спрашивает он.
Девушка с наигранной настороженностью и игривостью смотрит на него и неохотно кивает.
Юноша улыбается, его взгляд становится нежным:
— Лучше закрой глаза.
Она колеблется, но всё же закрывает глаза и затаивает дыхание.
Как и ожидалось, раздаётся хлопок лопнувшего шара.
Она открывает глаза и видит, как над головой юноши рассыпаются блёстки, прячутся в волосах, оседают на плечах белой рубашки.
Его лицо сияет живым светом.
Он так прекрасен.
Живой, настоящий — ослепительный, как сама юность.
Жань Синчи слегка наклоняется, приближается и аккуратно снимает блёстку с кончика её носа.
— Глупышка.
Он склоняет голову, уши слегка краснеют, а ямочки на щеках глубоко впиваются.
Камера медленно отдаляется, скользя по светлым занавескам, колышущимся в тёплом жёлтом свете.
Все юношеские времена здесь завершаются.
Вокруг собрались сотрудники съёмочной группы, все молча, без единого лишнего звука.
Режиссёр сидит за камерой, не отрывая взгляда от монитора, пока кадр не переходит в общий план.
Наконец он выпрямляется, не сводя глаз с экрана.
— Стоп! Съёмки окончены!
В ту же секунду вся комната взрывается ликованием — все прыгают и кричат от радости.
Цзян Цзыжо оборачивается и видит, как юноша с нежным взглядом устремляет глаза к двери.
Там, у входа, агент Лу Юйсюя поднимает большой палец вверх.
Она уже хотела что-то сказать ему, но юноша даже не взглянул на неё — длинными шагами направился к выходу.
—
После праздничного банкета в честь окончания съёмок двое вернулись домой с чемоданами.
Чэнь Аньли едва переступила порог, как бросилась на диван.
— Умираю от усталости, — вздохнула она и, повернув голову, увидела, как Лу Юйсюй заносит оба чемодана внутрь и аккуратно расставляет их. Высокий юноша нагнулся, открыл один из них и начал раскладывать вещи.
По сравнению с таким чистюлей Чэнь Аньли чувствовала себя проигравшей в чистоплотности.
Больше она не осмеливалась называть себя «чистюлей-девочкой».
Пока отдыхала, она машинально достала телефон и, по привычке, открыла Weibo и новости.
Первая новость в топе: «Хэ Юй заболел на съёмках» — висела высоко в списке.
Чэнь Аньли даже не стала заходить внутрь. Она слишком хорошо знала уловки шоу-бизнеса и не собиралась дарить им ни одного клика.
Но чуть ниже, на втором и третьем местах, внезапно мелькнуло имя Лу Юйсюя.
Чэнь Аньли моргнула, глядя на слова «Лу Юйсюй, Университет Линься», и долго не могла опомниться.
Она колебалась, но палец уже нажал на ссылку.
Первая запись — от известного блогера в индустрии: сообщалось, что Лу Юйсюй зачислен в астрономический факультет Университета Линься и показал невероятно высокие результаты на ЕГЭ.
Зачастую попадание актёров в топ экзаменов и поступлений вызывает ажиотаж, но этот пост мгновенно взорвал Weibo и социальные сети.
Чэнь Аньли никогда не собиралась использовать успех Лу Юйсюя в рекламных целях — ведь это была его личная победа, его собственный триумф.
Но шоу-бизнес — мир любопытства, и крайне редко случается, чтобы настоящий знаменитый актёр поступил в один из лучших университетов страны.
Этот юноша, недавно прославившийся как пианист, уже считался одарённым — внешность, фигура, талант, будто бы всё это было подарком судьбы. А теперь ещё и поступление в астрономию Линься с рекордными баллами — естественно, это вызвало настоящий фурор.
Чэнь Аньли вышла из статьи и увидела, что новость уже обошла по популярности даже запись о болезни Хэ Юя.
Она резко села и замахала рукой, зовя Лу Юйсюя:
— Юйсюй! Юйсюй!
Лу Юйсюй прекратил распаковку, встал и подошёл к ней.
Чэнь Аньли, глядя на его спокойное, почти равнодушное лицо, с волнением поднесла телефон к нему:
— Тебя приняли в Университет Линься! На астрономию! Ты сам-то знал?
Лу Юйсюй взглянул на экран и молча кивнул.
— Вот и всё? — Чэнь Аньли не могла поверить. Она потрясла его за плечи: — Это же Линься! Ты скоро пойдёшь в университет! Как ты можешь быть таким спокойным?
Лу Юйсюй посмотрел на её возбуждение, улыбнулся с лёгкой досадой:
— Когда начнётся учёба, я тебя туда приведу.
— Правда?! Ты обещаешь! — Чэнь Аньли стала ещё более взволнованной. — Надо срочно готовиться! Что брать в университет… Компьютер тебе нужен! Мой уже старый…
Она была взволнована больше, чем если бы поступила сама.
Лу Юйсюй смотрел на неё и просто улыбался, позволяя ей радоваться.
Чэнь Аньли открыла аккаунты в Weibo — и у неё, и у Лу Юйсюя — и обнаружила, что комментарии, лайки и личные сообщения взорвались.
Количество подписчиков резко выросло — этого она не ожидала.
Групповой чат фильма «Запоздалая звезда» тоже не умолкал — все поздравляли. Режиссёр даже на минуту появился и написал: «Я ведь изначально не собирался брать актёров-„потоков“. А теперь один из них сам стал „потоком“. Что мне теперь делать?»
Чэнь Аньли весело читала это.
С тех пор, как Лу Юйсюй попал в топ, её телефон и сообщения не переставали звонить и приходить.
Она профессионально обработала всё: согласилась на несколько журналов, но осторожно отнеслась к пробам и предложениям ролей — ничего не отвергла и ничего не приняла сразу.
Фильм с участием Лу Юйсюя ещё не вышел, и те, кто сейчас предлагал роли, явно не ценили его актёрские способности — они просто хотели воспользоваться его популярностью и заработать на этом.
Подобные шаги быстро сжигали расположение публики и уникальную харизму.
Чэнь Аньли решила подождать премьеры и посмотреть реакцию зрителей.
Лу Юйсюй — неожиданно удачная карта, и она обязана была сыграть её правильно, не позволив себе испортить всё.
Компания тоже звонила несколько раз подряд, но Чэнь Аньли отделывалась общими фразами.
Теперь, когда главный «поток» лежит в больнице, они не торопятся за ним, зато вдруг вспомнили о Лу Юйсюе, которого изначально не собирались развивать. Просто наконец-то заметили его ценность.
Ну, это же бизнес — не винить же их за прагматизм.
Но Чэнь Аньли всё равно было неприятно.
Обработав все сообщения, она вышла из спальни спустя два часа.
Weibo Лу Юйсюя всё ещё содержал последнюю запись, которую она опубликовала за него в день окончания съёмок.
Подумав немного, Чэнь Аньли написала от его имени короткое сообщение — что труд окупился и чтобы все тоже не сдавались — и выключила телефон.
Популярность, пришедшая сама, была заслужена Лу Юйсюем, и она не собиралась её упускать.
Но и сохранять загадочность тоже стоило.
Уставшая, она потянулась и вдруг почувствовала аромат еды.
Чэнь Аньли удивлённо вышла из комнаты и увидела, как Лу Юйсюй ставит блюда на стол.
— Это… всё ты приготовил? — восхищённо спросила она, глядя на аппетитные блюда с насыщенными цветами.
— Да, — тихо ответил он, подавая ей палочки, и в его глазах читалась забота. — Сестра Аньли, ты совсем измоталась?
— Нет, я люблю работу, а работа любит меня! Деньги делают меня счастливой! — пошутила она, садясь за стол и отправляя в рот кусочек зелени. Освежающий вкус мгновенно разбудил её вкусовые рецепторы.
— Ммм… Очень вкусно! — искренне восхитилась она и с усмешкой добавила: — Эй, малыш, ты что, волшебник? Есть что-нибудь, чего ты не умеешь?
Лу Юйсюй опустил глаза, помолчал и тихо сказал:
— Если тебе нравится, я всегда буду готовить для тебя.
— Ну что ты! Когда ты поступишь в университет, заведёшь девушку, твоя сестра-агент будет уже не нужна, — продолжала поддразнивать его Чэнь Аньли, надув щёки.
Лицо Лу Юйсюя мгновенно изменилось. Улыбка исчезла.
—
Режиссёр специально ускорил монтаж фильма, чтобы успеть к летнему прокату в августе.
Он сообщил всей команде о единой рекламной кампании. Чэнь Аньли легко опубликовала пост в Weibo и недовольно посмотрела на Лу Юйсюя рядом.
— Эй, холодный юноша, ты бы хоть иногда сам писал в Weibo и общался с фанатами? — покачала она телефоном. — Так много людей тебя любят, разве это не радует?
Юноша колебался, глядя на неё.
В его глазах читалась неуверенность — будто он хотел сказать, что на самом деле не любит этого.
— Ладно-ладно, твой холодный взгляд уже всё сказал, — рассмеялась она. Пока он не смотрел, она схватила давно спрятанный флуоресцентный маркер и провела им по тыльной стороне его ладони.
Юноша посмотрел на руку и тут же вскочил, направляясь в ванную.
— Никуда не идти! — строго сказала Чэнь Аньли, включая таймер на телефоне. — Сейчас будем разговаривать. На этот раз выдержишь двенадцать минут.
Лу Юйсюй замер на месте, подняв руку, будто котёнок, на лапки которого попала вода — хочет вытереться, но боится. На лице — растерянность и сдержанное страдание.
Он посмотрел на след маркера, затем перевёл взгляд на Чэнь Аньли.
Чэнь Аньли улыбнулась, наклонилась и нарисовала себе на тыльной стороне ладони звёздочку. Гордо подняла руку:
— Смотри, красиво же! Может, это и не так ужасно, правда?
Она приблизилась.
Её пальцы коснулись его кожи — прохладные, чуть влажные от маркера. Прядь волос упала на его руку, вызывая лёгкое щекотание.
Лу Юйсюй опустил глаза — след на его коже превратился в такую же звёздочку, как у неё.
Девушка подняла голову и улыбнулась ему, и в её глазах тоже мерцали звёзды.
Горло Лу Юйсюя дрогнуло. Он снова посмотрел на свою руку.
Кивнул. Пот больше не выступал.
Ладони перестали быть влажными.
Кажется… это и вправду можно перенести.
Чэнь Аньли с ободрением смотрела на него.
Держала его руку до тех пор, пока телефон не издал сигнал.
На этот раз Лу Юйсюй будто забыл, где находится.
Чэнь Аньли торжествующе улыбнулась и отпустила его руку:
— Иди, можешь смыть.
Лу Юйсюй вздрогнул, будто очнувшись, и пошёл в ванную — стремительно и с лёгкой неловкостью.
— Только одну минуту! — крикнула ему вслед Чэнь Аньли.
Его спина дрогнула, будто кошачья.
Чэнь Аньли смеялась до слёз.
Едва Лу Юйсюй скрылся в ванной, его телефон на журнальном столике зазвонил.
Чэнь Аньли машинально взглянула на экран и сразу увидела текст сообщения.
Короткий, всего несколько слов:
«Не заставляй меня тронуть её».
Минута быстро прошла, юноша вышел из ванной и с сомнением посмотрел на свои руки, будто они всё ещё были грязными. Взглянув на Чэнь Аньли, он плотно сжал губы, в глазах читалась сдержанная обида.
http://bllate.org/book/11312/1011320
Готово:
