От взгляда Вэнь Чжэюй по телу А Цэ пробежала дрожь, и он невольно замер на месте.
Девушка, стоявшая рядом с ним, удивлённо оглянулась на Вэнь Чжэюй, что-то шепнула А Цэ — и лишь тогда он опомнился, крепче прижав к груди свёрток с лекарствами и покачав головой.
«Что за чушь она несёт?» — возмутилась про себя Вэнь Чжэюй. «Из-за неё белая лилия даже отвела взгляд!»
Кончик носа у «белой лилии» задрожал, ресницы опустились, и длинные реснички мгновенно намокли от слёз.
«Эта… эта женщина довела до слёз белую лилию?!»
Вэнь Чжэюй больше не выдержала. Сжав кулаки, она решительно шагнула вперёд и встала прямо перед А Цэ, вызывающе глядя на незнакомку:
— Вы, сударыня…
«Тётушка…»
Она не успела договорить — за спиной уже раздался голос А Цэ:
— Это Лекарь Тань.
Гнев Вэнь Чжэюй вспыхнул с новой силой.
— О-о? Так вы целительница, — холодно произнесла она, оглядывая женщину с ног до головы. — Не слишком ли близко стоите к чужому молодому человеку? Это вряд ли соответствует правилам приличия.
На самом деле Лекарь Тань стояла вовсе не так близко к А Цэ, просто из того угла, где находилась Вэнь Чжэюй, их фигуры словно накладывались друг на друга, создавая иллюзию интимной близости.
Лекарь Тань чуть приподняла бровь и послушно отступила на два шага:
— Простите.
Её манеры были безупречны, а присутствие — спокойное и учтивое.
Однако она явно проявляла интерес к Вэнь Чжэюй: её тёмные глаза неотрывно смотрели ей в лицо, глубоко и непроницаемо, будто размышляя о чём-то.
— Сестра Юй… — тихо сказал А Цэ. — У Лекаря Тань прекрасные отношения с мужем. Не думай лишнего.
— Да… — уголки губ Лекаря Тань тронула лёгкая улыбка. — Просто ваш друг такой кроткий, очень напоминает моего супруга. Оттого и почувствовала родство.
— Как вы смеете сравнивать его с вашим мужем? Это вовсе не по-джентльменски!
— Лекарь Тань всего лишь объясняла мне, как правильно заваривать лекарство, — робко добавил А Цэ.
Вэнь Чжэюй с трудом сдерживала ярость и бросила на него сердитый взгляд:
— Замолчи.
А Цэ тут же опустил голову, крепко сжал губы, и слёзы снова начали собираться на его ресницах.
Вэнь Чжэюй не сводила глаз с Лекаря Тань. Внешне она сохраняла хладнокровие, но внутри уже пылал огонь. А та всё так же невозмутимо улыбалась, будто наблюдала за скучным представлением, не имеющим к ней никакого отношения.
«Ну и фальшивка!» — мысленно закипела Вэнь Чжэюй.
Она была вне себя от злости, но не хотела показаться грубой при А Цэ и потому сдерживалась изо всех сил. Взгляд её упал на оставшийся у Лекаря Тань свёрток с травами, и она ледяным тоном сказала:
— Раз вы уже всё объяснили, отдайте мне остальные лекарства. Я сама провожу А Цэ заваривать отвар.
Но Лекарь Тань ловко повернула запястье и увернулась.
— Ах, позвольте лучше мне отвести юного друга заварить лекарство.
— Отдайте мне травы…
Вэнь Чжэюй резко протянула руку, словно когтистый ястреб, целясь в запястье противницы. Та не осталась в долгу, и между ними завязалась перепалка.
Противница оказалась искусной воительницей: движения её были неторопливы, но чрезвычайно гибки. Вэнь Чжэюй же следовала пути жёсткой силы. Однако мягкость побеждает твёрдость, и в этой схватке она не могла одолеть соперницу.
— Сестра Юй… — А Цэ в тревоге перестал плакать и побледнел ещё сильнее. — Перестаньте драться… Мне… мне плохо…
Вэнь Чжэюй мельком глянула на него в перерыве между ударами.
А Цэ сделал пару шагов вперёд — и вдруг пошатнулся, безвольно оседая на землю.
Сердце Вэнь Чжэюй дрогнуло. Она немедленно прекратила бой и бросилась к нему.
Лекарь Тань, однако, перехватила её за запястье, двумя пальцами нащупав пульс — явно собираясь осмотреть.
— У меня нет болезней! Отпусти! — рявкнула Вэнь Чжэюй и резко вырвалась, в панике поднимая А Цэ на руки.
Свёртки с лекарствами рассыпались по земле.
Лекарь Тань тем временем спокойно начала собирать их по одному.
— Ты что делаешь?! — голос Вэнь Чжэюй сорвался от ярости. — Брось эти проклятые травы и скорее осмотри А Цэ! Что с ним?!
— Это разве тон, на котором просят помощи?
— Ты… — Вэнь Чжэюй всё же пересилила себя ради А Цэ и сквозь зубы процедила: — Прошу вас, Лекарь Тань, посмотрите, что с ним случилось.
Лекарь Тань закончила собирать травы под убийственным взглядом Вэнь Чжэюй, затем неторопливо поднялась:
— Отнесите его куда-нибудь, положите. Сейчас сделаю иглоукалывание.
С этими словами она протянула Вэнь Чжэюй плотный кусок белой ткани:
— Завяжите лицо. На всякий случай, чтобы не заразиться.
Ближе всего был карантинный лагерь. Вэнь Чжэюй занесла А Цэ внутрь. Он жил здесь в простой хижине из тростника, где стояла лишь деревянная кровать. Оглядевшись и не найдя ничего лучшего, она аккуратно уложила его на постель.
Пока она это делала, Лекарь Тань сходила в соседнюю хижину за набором игл.
После нескольких уколов цвет лица А Цэ заметно улучшился.
Вэнь Чжэюй немного успокоилась:
— Что с ним? Он заболел? Это серьёзно?
Лекарь Тань методично вынимала серебряные иглы из головы А Цэ, тщательно протирала их и укладывала обратно в футляр:
— Вы сами здесь находитесь. Как думаете, какую болезнь он мог подхватить?
Сердце Вэнь Чжэюй сжалось:
— Что вы имеете в виду?
В этот момент А Цэ тоже пришёл в себя и, услышав слова Лекаря Тань, широко распахнул глаза, прошептав:
— Чума…
— А Цэ, ты очнулся… — Вэнь Чжэюй наклонилась к нему.
А Цэ, будто обожжённый, резко отпрянул вглубь кровати:
— Сестра Юй… Отойди… Подальше…
Лекарь Тань, скрестив руки на груди, невозмутимо добавила:
— Действительно. Эта чума заразна.
Вэнь Чжэюй будто не слышала её. Резким движением она вытащила А Цэ из укрытия:
— Чего ты прячешься? Я здоровая и крепкая — разве боюсь какой-то там чумы?
— Как раз таки! — с лёгкой издёвкой усмехнулась Лекарь Тань. — На этот раз умирают именно здоровые и сильные молодые люди.
Вэнь Чжэюй резко обернулась:
— Ты не могла бы… заткнуться!
Лекарь Тань пожала плечами, бросив на прощание:
— Пойду варить лекарство…
И, зажав футляр с иглами под мышкой, вышла.
Вэнь Чжэюй снова перевела взгляд на А Цэ и, стараясь говорить как можно спокойнее, ущипнула его за бледную щёчку:
— Не бойся. Ничего страшного не случится. Разве ты сам не говорил, что она — великий целитель? Она обязательно тебя вылечит.
— Сестра Юй… Уходи, пожалуйста, — умоляюще попросил А Цэ.
— Если я уйду, тебе будет страшно? Оставить тебя одного здесь? Сегодня же поговорю с Цинъюэ — и тоже приду сюда помогать.
— Ты не боишься смерти? — мягко спросил он, глядя на неё.
— Боюсь. Но ещё больше боюсь, что ты умрёшь. А Цэ, поверь мне: я не знаю, насколько опасна эта эпидемия, но у меня боевые навыки, здоровье крепче других. Пока болезнь не приговор, со мной ничего не случится.
— А если эта чума действительно смертельна?
— Тогда мне просто не повезло. Если уж судьба решила быть жестокой, то и без чумы можно погибнуть — например, выйти из дома и получить по голове горшком с цветами, свалившимся с балкона. От беды не уйдёшь. Если уж мне суждено погибнуть — так тому и быть.
А Цэ отвернулся и прикрыл глаза рукой. Он молчал, но плечи его вздрагивали — было ясно, что он плачет.
Вэнь Чжэюй не стала его торопить и некоторое время молча смотрела на его спину.
Но слёзы у «белой лилии», похоже, были неиссякаемы — текли и текли без конца.
Боясь, что он совсем измотает себя, Вэнь Чжэюй придумала новую уловку:
— Ладно… На самом деле я не только ради тебя. Я служу властям — как могу оставить народ в беде? Это мой долг… Перестань плакать, ладно? Даже если бы с тобой ничего не случилось, я всё равно осталась бы здесь.
А Цэ перестал всхлипывать.
Вэнь Чжэюй продолжила:
— Ты ведь не знаешь… Меня только что отправили сюда по приказу Цинъюэ. Вот такие вот дела — кто способен, тот и трудится. Жизнь тяжела…
А Цэ действительно перестал плакать и тихо спросил, почти шёпотом:
— Значит… ты пришла не ко мне?
Вэнь Чжэюй: «…»
«Ну и яму себе вырыла…»
— Э-э… — почесала она затылок. — Сказать «да» или «нет»?...
— Пф-ф! — А Цэ, всё ещё отвернувшись, не сдержал смеха.
Но сразу же замер, и по спине его пробежал холодок. За ним последовали тревога и беспокойство, сжимая сердце тисками.
«Чего я смеюсь?..»
«Разве это так весело?»
«Это же просто красивые слова для игры… Неужели я начал верить им? Кто не знает, что передо мной прожжённая соблазнительница, опытная в любовных делах? Её словам нельзя доверять…»
«Да и даже если Вэнь Чжэюй пришла ради меня… что с того?»
«Если она действительно ко мне неравнодушна, мой план осуществить будет ещё легче…»
При этой мысли ладонь А Цэ, уже зажившая, вдруг снова заныла.
Вэнь Чжэюй, измотанная долгой дорогой, чувствовала сильную усталость. Увидев, что А Цэ немного успокоился, она расслабилась — и клонило в сон. Пока А Цэ предавался мрачным размышлениям, он вдруг заметил, что позади воцарилась тишина. Обернувшись, он увидел, что Вэнь Чжэюй уже крепко спит, положив голову на край кровати.
В этот момент в хижину вошла Лекарь Тань с пиалой лекарства.
А Цэ поспешно приподнялся:
— Лекарь Тань.
— Мм, — та кивнула и добродушно улыбнулась. — Извини, А Цэ, я сейчас пошутила. С тобой всё в порядке — просто истощение и переутомление. Я сварила тебе укрепляющий отвар. Выпей, пока горячий.
Она опустила взгляд на мирно спящую Вэнь Чжэюй и усмехнулась:
— Эта малышка совсем не боится опасности.
А Цэ принял пиалу, смущённо кивнув:
— Спасибо вам за заботу.
— Ничего страшного… Только вот эта малышка явно к тебе неравнодушна. А ты как насчёт неё? — осторожно спросила Лекарь Тань.
В глазах А Цэ мелькнула настороженность, но выражение лица осталось нежным и застенчивым:
— Я… конечно… люблю её…
— Если любишь, постарайся снять наложенное на тебя проклятие. Иначе…
А Цэ с изумлением посмотрел на неё.
Лекарь Тань по-прежнему спокойно улыбалась:
— Ты можешь умереть в любой момент. С ней у тебя ничего не выйдет.
Она раскрыла свой секрет — что носит в себе смертельный яд.
В глазах А Цэ вспыхнула угроза, пальцы сжали край пиалы.
— Не смотри так. Во-первых, даже не факт, что ты справишься со мной. Во-вторых, если бы я хотела тебя разоблачить, давно бы это сделала. Я вижу, что ты к ней неравнодушен. Просто предупреждаю.
Лекарь Тань кивком указала ему пить лекарство и добавила:
— Пей. Без яда. Твоё тело и так разрушено. Если не лечить, долго тебе не протянуть — даже без моего участия.
А Цэ уже много раз слышал подобное от разных целителей: он слаб, истощён, не создан для долгой жизни. Сначала он переживал, но потом подумал: «Я и так живу на лезвии ножа — сегодня есть, завтра, может, не станет. Зачем волноваться об этом?»
Молча допив отвар, он вернул пиалу Лекарю Тань:
— Благодарю.
Та улыбнулась и, взяв пустую посуду, вышла.
А Цэ глубоко вздохнул и снова лёг, повернувшись лицом к Вэнь Чжэюй.
Он видел лишь макушку её головы, часть руки, на которой она покоилась, и тыльную сторону ладони. Вдруг он заметил на её руке несколько бледных полосок и вспомнил: это царапины, которые он сам оставил в ту первую ночь, нарочно.
Пальцы А Цэ нежно коснулись этих следов.
Внезапно Вэнь Чжэюй сжала его руку в ответ.
А Цэ вздрогнул, но она лишь потянула его ладонь к себе и пробормотала во сне:
— А Цэ, хорошая девочка…
И снова погрузилась в глубокий сон.
А Цэ сидел с полуоткрытым ртом, на мгновение растерявшись. А затем сердце его забилось так сильно, что, казалось, вот-вот выскочит из груди.
Он прижал пальцы к груди, пытаясь унять стук, но ничего не помогало. В голове стало мутно, по всему телу разлилось странное ощущение — будто его покусывают муравьи, а конечности становились ватными.
«Что со мной?..»
«Что происходит?..»
— Сестра Юй… — тихо позвал он, слегка потрясая её за руку.
Вэнь Чжэюй сонно подняла голову:
— Что случилось…
http://bllate.org/book/11163/997905
Готово:
