— Милый, будь осторожен во всём, — предостерегла Цзян Сы.
— Хорошо, — весело улыбнулся Шэнь Яньхэн, и даже это простое «хорошо» прозвучало радостно.
Он не сказал Цзян Сы, что этой ночью ему предстоит ещё одно дело.
*
Полночь. Свечи в комнате то вспыхивали, то гасли, за окном лил сильный дождь, а ветер, просачивающийся сквозь щели в рамах, едва колыхал занавески над ложем. Внезапно деревянное окно плотно закрыла широкая рука с чётко очерченными суставами, и холодный ветер больше не мог проникнуть внутрь.
Шэнь Яньхэн был одет в тёмную ночную одежду, в руке держал капюшон с вуалью. Он холодно взглянул на висящий у стены длинный меч, но затем мягко посмотрел на спящую Цзян Сы и бесшумно покинул комнату.
*
Это было поместье уездного судьи. Снаружи патрулировали охранники под зонтами, безучастно расхаживая взад-вперёд. В такую унылую погоду следовало бы спать, а не выполнять эту изнурительную службу, поэтому их вид совсем не соответствовал должному для караульных.
Естественно, они не заметили человека на черепице, который, держа в руке меч, легко перепрыгивал с крыши на крышу. Через несколько прыжков он уже оказался у бухгалтерии поместья судьи.
В этот час в доме судьи царило не спокойствие, а неожиданная суета.
Изнутри доносился громкий голос Лю Вэя:
— Ты, ничтожество! Ничтожество! Так считают?! Я велел тебе уменьшить число людей, а не вычёркивать из списка тех, кто ещё жив!
— И ты тоже ничтожество! Дом Чжан Лаоэрья смыло вместе с фундаментом, а ты не вычеркнул его имя, зато убрал семью Чэнь, у которой лишь несколько кур унесло! Ты что, глупец? Глупец?!
………
Шэнь Яньхэн, подслушивавший у окна, невольно дернул уголком рта. Медленно поднял руку и проколол бумагу окна пальцем. Теперь всё внутри стало отчётливо видно.
Лю Вэй восседал за письменным столом, как самодовольный господин, попивая чай. На полу перед ним стояли или стояли на коленях четверо, каждый из которых правил какие-то документы. Рядом с Лю Вэем стоял секретарь, время от времени подавая ему свитки, которые те четверо только что передали.
Те, что приходились по вкусу Лю Вэю, он одобрительно клал на стол; неугодные же швырял прямо в голову секретарю, который тут же бросал их в того, кто их принёс.
Странно, но вся эта сцена вызывала почти комичное впечатление.
Шэнь Яньхэн уже понял всё, что нужно: Лю Вэй, как и ожидалось, далеко не простой человек.
Однако прежде чем он успел обдумать дальнейшие действия, за спиной возникло нечто знакомое — ощущение угрозы.
Шэнь Яньхэн выпрямился и крепче сжал рукоять меча.
Он ещё не обернулся, как за спиной раздался ледяной голос:
— Что вам нужно в доме уездного судьи в столь поздний час?
Дождь лил сильнее, голос звучал приглушённо, но исходящая от незнакомца угроза была вполне ощутима.
Шэнь Яньхэн тайно покинул дом и не желал ввязываться в драку. Он одним прыжком перемахнул через перила на крышу и собрался скрыться, но тот, облачённый в доспехи, упорно преследовал его.
Шэнь Яньхэн сразу направился в сторону, противоположную дому Тана, и устремился к более уединённому месту.
Но преследователь, словно жвачка, никак не отставал.
Шэнь Яньхэн понял: без боя не обойтись.
Он спрыгнул в переулок, встряхнул меч, и дождевые капли с него полетели вниз. Преследователь также мягко приземлился всего в двух шагах позади него.
Шэнь Яньхэн тяжело вздохнул и медленно обернулся. Перед ним стоял мужчина с грубоватыми чертами лица, мощного телосложения, с пронзительным взглядом. Его большой меч источал запах крови.
— Я не хочу драться, — прямо заявил Шэнь Яньхэн.
— Вор должен умереть! — не давая Шэнь Яньхэну договорить, тот занёс меч и ринулся вперёд.
Шэнь Яньхэн быстро поднял свой клинок и парировал удар, используя ножны.
Под натиском противника он отскочил назад на значительное расстояние, затем резко оттолкнулся правой ногой и бросился вперёд, заставив того отступить. Среди вспышек стали и молний Шэнь Яньхэн выхватил меч из ножен и сам перешёл в атаку.
Будучи опытным бойцом, он никогда не уступал в контратаках. Противник явно не ожидал такого поворота и оказался врасплох. Однако это был всё же тайный страж поместья судьи — недооценивать его было нельзя. Тот резко оттолкнулся ногами, развернулся и, крутясь в воздухе, метнулся к Шэнь Яньхэну.
Тот отступил, краем глаза заметив стену в метре позади себя. Легко оттолкнувшись от неё, он перекувыркнулся и оказался за спиной противника, после чего с силой пнул его в спину.
Удар заставил того пошатнуться и чуть не упасть вперёд.
Но страж не был слабаком — почти мгновенно он восстановил равновесие и начал атаковать с удвоенной скоростью, вступив в жёсткое противоборство.
Преимущества меча или меча зависят не от оружия, а от того, кто им владеет. Шэнь Яньхэн точно предугадал следующее движение противника — горизонтальный рубящий удар — и резко прогнулся назад, проскользнув под лезвием.
Острейшее лезвие прошло в сантиметре от его лица, но он даже не моргнул. В отполированной поверхности клинка отразилось его лицо. Взгляд Шэнь Яньхэна стал ледяным. Он снова перевернулся и нанёс ещё один удар ногой, одновременно направляя кончик меча в подколенную ямку правого колена противника.
Резкая боль пронзила всё тело стража, и он невольно опустился на одно колено. Одной рукой он упёрся в рукоять меча, другой — в колено, лицо его исказилось от боли.
— У тебя есть сила, но одной силы недостаточно, — произнёс Шэнь Яньхэн, обычно не склонный к многословию. Просто этот человек напомнил ему самого себя в юности — тогда он тоже полагался исключительно на свою мощь.
— Мы… сразимся в следующий раз! — сказал страж, явно признавая в нём достойного противника.
Но Шэнь Яньхэн не собирался давать ему шанса. Он схватил того за волосы и резко дёрнул назад, заставив поднять лицо. В следующее мгновение лезвие его меча перерезало горло.
Кровь хлынула фонтаном, обдав руку Шэнь Яньхэна теплом, но тут же была смыта дождём.
Тело стража рухнуло на землю.
Фраза «в следующий раз» вовсе не означала желания новой схватки — просто страж узнал его и теперь представлял опасность как свидетель.
Дождь усиливался. Небо разрывали страшные молнии, гром гремел всё чаще, будто мир вот-вот рухнет. Вода уже покрывала ступни Шэнь Яньхэна, смешиваясь с кровью и унося её всё дальше.
Внезапно он вспомнил о чём-то и стремглав помчался домой.
В комнате по-прежнему царила тишина, горели те же две свечи. Шэнь Яньхэн тихо потянулся к белому одеянию, висевшему на ширме.
Из-за ширмы, с постели, раздался спокойный, но неопределённый по эмоциям голос:
— Милый вернулся?
Авторские комментарии:
Шэнь Яньхэн: «Ой-ой… меня поймала жена…» [лицо, застывшее в ужасе]
*
Голос Цзян Сы звучал холодно и отстранённо, вовсе не так, будто она только что проснулась.
Шэнь Яньхэн сделал два шага назад и не посмел дотронуться до одежды на ширме.
— Я… сходил справить нужду, — в спешке объяснил он, но голос прозвучал неубедительно.
— Полчаса? — холодный женский голос с лёгкой насмешкой в интонации явно выражал недоверие.
Шэнь Яньхэн сделал ещё шаг назад, но Цзян Сы продолжила:
— Ты вошёл с более тяжёлыми шагами, чем обычно. И…
Она замолчала на мгновение и добавила с лёгким раздражением:
— Сегодня ты не занимался боевыми искусствами.
Шэнь Яньхэн не ожидал, что его выдаст именно эта деталь. На самом деле, всё было иначе: Цзян Сы почувствовала, что лёгкий аромат можжевельника, привычный в её снах, стал слабее. Когда она открыла глаза, рядом уже было тепло — очевидно, Шэнь Яньхэн давно ушёл.
Она не могла уснуть, перевернулась несколько раз, но он всё не возвращался.
Тогда она просто села и взяла книгу. Прошло полчаса, прежде чем он наконец вернулся.
— Жена… мне не спалось, я вышел немного подышать воздухом, — ответил Шэнь Яньхэн и уже собрался выйти из комнаты.
Цзян Сы положила книгу, встала, взяла с ширмы одеяние и полотенце с вешалки и, обойдя ширму, сказала, глядя на спину Шэнь Яньхэна:
— Куда ещё собрался, милый?
Шэнь Яньхэн вынужден был остановиться. Его одежда всё ещё капала водой, а меч он машинально прятал за спиной.
— Жена… — виновато окликнул он Цзян Сы, оборачиваясь.
Цзян Сы сделала вид, что не слышит, и протянула ему полотенце:
— Вымок, выходя на такой дождь в такой одежде?
Шэнь Яньхэн взял полотенце и растерялся, словно ребёнок, пойманный на том, что тайком ел конфеты. Его мокрая одежда и капающие волосы делали его по-настоящему жалким.
Цзян Сы тихо сказала:
— Сначала вытрись и переоденься.
Если бы Цзян Сы спросила, куда он ходил, или если бы она просто не заговорила с ним — Шэнь Яньхэн, возможно, не чувствовал бы себя так виновато.
Но она ничего не спросила, и его сердце забилось сильнее обычного.
— Жена, я сходил в поместье уездного судьи, — поспешно объяснил он, уже не думая о своём промокшем состоянии.
Рука Цзян Сы, протягивающая одежду, замерла. Она подняла глаза и холодно произнесла:
— Я знаю.
— Ты знаешь? — удивился Шэнь Яньхэн.
— Перед сном ты явно что-то скрывал. Мне стоило лишь немного подумать — и всё стало ясно, — ответила Цзян Сы, опуская взгляд.
Сердце Шэнь Яньхэна сжалось. Он поспешил оправдаться:
— Я не хотел тебя обманывать. Просто это заняло всего полчаса и не было чем-то серьёзным, поэтому я и не стал говорить.
— Милый, я не злюсь. Пожалуйста, скорее переодевайся, а то простудишься, — вздохнула Цзян Сы с лёгким раздражением.
По её голосу было ясно, что она действительно не сердится. Шэнь Яньхэн немного успокоился и, пряча меч под одеждой, сказал:
— Хорошо, сейчас переоденусь.
Он быстро прошёл за ширму.
Мокрая одежда липла к телу, снимать её было неудобно. Шэнь Яньхэн невольно стиснул зубы от боли. Цзян Сы перевела взгляд на лужу воды у его ног.
Она опустилась на корточки, достала из кармана платок и аккуратно промокнула им пол. Белый платок быстро промок, а вскоре на нём проступило слабое красное пятно, похожее на распустившуюся алую бабочку.
Выражение лица Цзян Сы стало мрачнее. В это время Шэнь Яньхэн уже вышел из-за ширмы в сухой одежде. Увидев, что Цзян Сы на коленях, он подошёл и сказал:
— Жена, я сам уберу воду с пола.
Но Цзян Сы встала и окликнула его:
— Милый.
Она подняла платок. Слабое красное пятно на белом фоне было особенно заметно. Шэнь Яньхэн замер.
— Где ты поранился? — пальцы Цзян Сы покраснели от холода мокрого платка, но её взгляд оставался спокойным и пристальным.
Шэнь Яньхэн взял платок из её рук и обхватил её ладонь своей. После дождя его рука уже не была такой горячей, как обычно, но всё ещё тёплая.
— Это не моя кровь. Во дворе судьи на меня напал убийца — это его кровь, — соврал он снова.
Цзян Сы выдернула руку:
— При таком ливне я не верю, что его кровь не смылась полностью.
Обманывать Цзян Сы было явно не лучшей идеей — она всё равно всё поймёт, догадается или заметит.
— Рана небольшая, просто царапина, — сдался Шэнь Яньхэн. Он послушно протянул руку и грубо задрал рукав.
На предплечье была небрежно перевязана повязка — видимо, он торопился, когда переодевался. Кровь уже просочилась сквозь ткань, делая рану довольно устрашающей.
Ведь противник действительно целился ему в сердце.
Ресницы Цзян Сы опустились, и тень от них скрыла её глаза.
Шэнь Яньхэн собрался опустить рукав, но Цзян Сы схватила его за пальцы и сказала:
— Я принесу аптечку.
Она уже повернулась, чтобы уйти, но Шэнь Яньхэн удержал её за руку:
— Не надо. Это ерунда. Давай лучше ляжем спать.
Но это была Цзян Сы. Она подняла глаза и посмотрела ему прямо в лицо — её решимость была непоколебима.
http://bllate.org/book/11039/987912
Готово:
