Когда они добрались до места, которое Гу Чэнь назвал для занятий, Мэн Чжи снова погрузилась в размышления.
— Ты правда пришёл заниматься?
Он поднял портфель и улыбнулся так ярко, будто солнце отразилось в его глазах:
— Конечно. Разве я стал бы специально покупать портфель только ради того, чтобы он стоял без дела?
— Но зачем тогда приходить в парк водно-болотных угодий? — не унималась Мэн Чжи.
— Здесь хороший воздух, — ответил Гу Чэнь, мягко подталкивая её к входу.
Несмотря на выходной, в парке почти никого не было. Она ожидала толпы — ведь автобус был набит битком, — но, к удивлению, здесь царила тишина, и даже в очередь за билетами стоять не пришлось.
Парк примыкал к реке и включал огромное искусственное озеро. Гу Чэнь повёл её на лодку с чёрным навесом. Судно было просторным и вместительным, но на борту оказались только они двое. Лодочник управлял веслами издалека, на палубе; ни шума мотора, ни гула — лишь размеренное плескание воды.
Пока Мэн Чжи любовалась видами озера, Гу Чэнь уже достал учебники и сел напротив неё. Он постучал пальцем по столику перед ней:
— Начнём?
— А? — Мэн Чжи вернулась из своих мыслей и увидела, что он уже аккуратно расположился напротив, расставив перед собой стопку книг. Все они были новыми. Она открыла одну наугад и обнаружила, что даже имени на обложке нет — хотя уже прошла половина следующего семестра. Такая лень вызывала безмолвное недоумение. Неудивительно, что в прошлом семестре он заставил её подписывать за него книги.
— Ты принёс контрольные за последние два экзамена?
— Порвал, — коротко ответил Гу Чэнь.
Мэн Чжи замерла. Порвал? Она глубоко вздохнула. Ладно, придётся провести тест заново.
— Я составлю тебе несколько заданий, чтобы проверить, на каком уровне сейчас твои базовые знания.
Заданий было немного, и все они относились к базовому уровню. Гу Чэнь решал их быстро, уверенно выводя ответы. Звук его ручки звучал спокойно и размеренно — совсем не так, как у безнадёжного двоечника.
Вскоре Мэн Чжи взглянула на его ответы…
— Из десяти задач ты решил правильно только одну?
И то последнюю, самую сложную — скорее всего, просто угадал. Ведь первая задача всегда самая простая.
Гу Чэнь совершенно спокойно воспринял этот результат. Более того, в его глазах даже мелькнула гордость. Мэн Чжи, хоть и с неохотой, всё же набралась терпения и начала объяснять ему ошибки.
Её голос был мягким, сладким и нежным — будь она певицей, это был бы настоящий дар небес. Гу Чэнь думал: «Как же приятно слушать такой голос…»
На этот раз он вёл себя образцово: не отвлекался, внимательно слушал и записывал. Всё происходило совсем не так, как представляла себе Мэн Чжи.
Время пролетело незаметно, но прогресс был невелик. Гу Чэнь старался, но пропущено было слишком много, и догнать программу оказалось непросто.
Лодка покачивалась на волнах. Каждый раз, закончив объяснение, Мэн Чжи спрашивала:
— Понял?
Если он кивал, она переходила к следующему пункту. Если молчал — повторяла ещё раз. Её терпение было поистине легендарным.
Гу Чэнь склонился над заданиями, которые она дала, но вдруг поднял глаза и заметил, что Мэн Чжи уснула, положив голову на столик.
Он замер, затем тихо встал и пересел рядом с ней.
Её ресницы, словно крылья бабочки, отбрасывали лёгкую тень на щёки. Гу Чэнь невольно приблизился к её алым губам.
Чем ближе он подбирался, тем сильнее учащалось дыхание и стучало сердце.
Он… вовсе не собирался ничего делать. Просто хотел быть чуть ближе. Но в тот самый момент, когда он почти коснулся её, её тёмные глаза внезапно распахнулись. В них ещё плавал туман сна и растерянность — такая трогательная и милая картинка.
Гу Чэнь не успел сообразить — и уже поцеловал её в щёчку. Поцелуй был молниеносным, почти иллюзорным. Мэн Чжи на мгновение застыла, а потом поняла: её только что поцеловали!
Она прикрыла лицо рукой, глаза полны изумления и возмущения.
— Ты…!
Тёплый, мягкий отзвук поцелуя не давал забыться. Гу Чэнь, довольный своей удачей, снова наклонился к ней. Мэн Чжи в ужасе попыталась заговорить, но не успела — его лицо уже заполнило всё её поле зрения.
— Пляп! — раздался резкий звук.
Нет, она не дала ему пощёчину. Просто, пытаясь увернуться, она инстинктивно прикрыла его рот ладонью — и получилось так, будто хлопнула его по щеке.
Сама Мэн Чжи испугалась не меньше него и замерла, даже руку забыв убрать. Но Гу Чэнь схватил её ладонь и поцеловал прямо в центр.
Мэн Чжи в ужасе вырвала руку.
Не успела она рассердиться, как Гу Чэнь уже весело приблизился:
— Маленькая учительница, разве можно злиться? Ведь сегодня я такой послушный ученик. Дай поцеловать ещё разочек?
— !!! Да поцелуешь ты самого себя! — воскликнула Мэн Чжи и вскочила с места.
Но Гу Чэнь загородил ей путь. Отступать было некуда.
Он игриво называл её «маленькой учительницей», но в его голосе не было и капли уважения — только насмешливая нежность. И добавление слова «учительница» придавало всей ситуации оттенок запретного, волнующего азарта.
Лицо Мэн Чжи покраснело, глаза наполнились обидой.
— Уйди! Я больше не хочу с тобой заниматься!
Но Гу Чэнь не дурак и уж точно не святой. Сейчас он ни за что не отпустит её. Он удобно устроился на внешнем сиденье, не давая ей проскользнуть мимо.
Во время этой потасовки лодка качнулась. Мэн Чжи потеряла равновесие и упала прямо на Гу Чэня, опрокинув его на доски.
Она ещё не успела подняться, как услышала его дерзкий голос:
— Маленькая учительница, ты так торопишься?
Мэн Чжи была раздражена. Это уже второй раз, когда она падает ему на грудь.
В прошлый раз, во время прогулки с Марио, это было случайностью. А сейчас — явно его умысел.
Обычно она сдерживала эмоции, была вежливой и терпеливой со всеми. Но с Гу Чэнем всё иначе — он легко выводил её из себя.
— Ты такой противный… — пробормотала она, пытаясь подняться. Щёки пылали, глаза блестели от слёз обиды.
Гу Чэнь сразу отпустил её, как только почувствовал малейшее сопротивление. Он не осмеливался давить слишком сильно, но эти порывы приблизиться к ней были искренними — когда сердце говорит «люблю», разве удержишься?
— Я просто пошутил… — протянул он руку, чтобы помочь ей встать, но Мэн Чжи уклонилась.
— Не смей со мной шутить! — строго сказала она, стараясь выглядеть как можно строже.
Но для Гу Чэня её угрозы не имели никакого веса. В любом своём обличье она была прекрасна.
Эта «молочно-сердитая» Мэн Чжи вызывала в нём одно желание — дразнить её ещё больше.
Он с трудом сдержал порыв, стараясь, чтобы взгляд не выдал его намерений. Всё впереди — торопиться не стоит.
— Хорошо, больше не буду шутить, — сказал он, возвращаясь на своё место напротив неё. — Но занятия должны продолжаться. Мэн Чжи, раз ты дала слово — нельзя так легко отказываться.
— … — Она, конечно, не из тех, кто нарушает обещания. Но…
— В будущем мы будем заниматься только в школьном классе!
— Хорошо, в классе.
Он кивнул, как послушный ученик.
Но про себя усмехнулся: «Наивная. Думаешь, в классе будет безопаснее?»
Лодка ещё не причалила, а Мэн Чжи уже решила игнорировать его. Гу Чэнь тем временем взял тетрадь и начал решать задачи, время от времени спрашивая её о том, что не понял. Он вёл себя как образцовый ученик, будто между ними ничего и не произошло. Из-за этого Мэн Чжи чувствовала себя странно: если она продолжит злиться, то покажется мелочной… Но перед ним невозможно сохранять спокойствие!
Так и завершилось это занятие — в смятении и лёгком раздражении.
В последующие дни жизнь стала невероятно насыщенной. По рекомендации господина Цзи Мэн Чжи подала заявку на участие в телеигре провинциального канала «Книга гения» — шоу, посвящённое исследованию мира гениев с научной точки зрения.
Она совмещала подготовку к шоу с самостоятельной учёбой, но успеваемость от этого не пострадала. После съёмок она вернулась в школу и сдала месячную контрольную — снова заняв первое место.
Гу Чэнь заявил, что хочет прийти на её выступление, но Мэн Чжи упорно отказывалась называть название программы. Хотя, конечно, для Гу Чэня не составило бы труда это выяснить.
Тем не менее, он так и не смог попасть на съёмки: отборочные этапы проходили закрыто, без зрителей. Мэн Чжи не лгала — зрители допускались только с полуфинала.
Подобные интеллектуальные шоу в стране не пользовались популярностью. Программа была экспериментальной, без звёздных ведущих. Участники были разного возраста — от студентов до учёных и даже самодеятельных энтузиастов.
Ходили слухи, что закрытый формат выбрали именно потому, что у шоу почти нет зрителей.
Однако после выхода первых двух выпусков программа неожиданно вызвала большой интерес. Начиная с третьего эпизода, организаторы пригласили звёзд шоу-бизнеса. Правда, настоящих «учёных» среди них почти не было — большинство пришли исключительно ради пиара и рейтингов.
Мэн Чжи уверенно прошла первые два тура. Благодаря своей внешности она быстро набрала популярность — неожиданный бонус.
Школа выдвинула пятерых участников, включая Шэнь Ихэ. К полуфиналу из Яиня остались только Мэн Чжи и Шэнь Ихэ.
Большинство участников были в возрасте от пятнадцати до двадцати пяти лет. Младшие не справлялись с нагрузкой, старшие — с реакцией.
Действительно, великие умы рождаются в юности.
Подростки находятся в расцвете умственных сил: память, скорость реакции и гибкость мышления достигают пика.
На полуфинале собралась целая группа болельщиков из Яиня. Они громко аплодировали и активно махали флагами.
Когда Гу Чэнь вошёл в зал, за ним следовала компания Мин Хао, Чжу Цзыюя и ещё несколько человек в чёрных костюмах… охранников?
Каждый держал светящийся флаг с поддержкой Мэн Чжи — как профессиональный фан-клуб. Но когда целая группа одинаково одетых мужчин синхронно махала флагами, это выглядело чересчур нарочито.
Участники начали выходить на сцену. Из-за волнения или, возможно, из-за их идеального соответствия друг другу, Мэн Чжи и Шэнь Ихэ появились вместе — ведь они учились в одной школе.
Зал взорвался криками и аплодисментами. Особенно громко стали скандировать, когда на сцену вышла эта «золотая пара».
Гу Чэнь сидел молча, лицо бесстрастное, но в глазах не было и тени радости.
Мин Хао, размахивая флагом, бурчал:
— Ну и что? Учится чуть лучше, да и выглядит неплохо… Чего тут особенного? Книжный червь, вот и всё…
— Ты просто завидуешь, — фыркнул Чжу Цзыюй. — Красивый, умный, богатый и талантливый. Признай, разве есть хоть один недостаток?
— … — Мин Хао посмотрел на Чжу Цзыюя, потом на Гу Чэня, и наконец перевёл взгляд на сцену. — Чёрт, ты вообще умеешь разговаривать?
Задания полуфинала стали значительно сложнее. Мэн Чжи держалась где-то в середине — среди лучших умов страны она не выделялась особой силой, но камеры часто фокусировались на ней из-за внешности.
Особенно часто показывали её в паре с Шэнь Ихэ — их номера были соседними, и они часто обменивались репликами. В эфире зрители активно писали в комментариях: «Вот она — настоящая золотая пара!»
Фан Юйчжоу сидела рядом с родителями Мэн Чжи. Родители не сводили глаз с дочери, а Фан Юйчжоу с интересом наблюдала за ходом решения задач, а затем перевела взгляд на белоснежного юношу — Шэнь Ихэ.
Нельзя было не признать: он и Мэн Чжи — одного поля ягоды. Такие люди с детства выделяются: умны, талантливы, всегда образцовые дети.
Мэн Чжи стояла на сцене спокойно и уверенно.
Такие ситуации ей были знакомы. С раннего детства родители водили её в театры, на конкурсы и выступления — она давно привыкла к вниманию и волнению.
http://bllate.org/book/10985/983676
Готово:
